Клятва на крови

       В ста метрах от жилых домов в военном городке, находился канализационный колодец, который периодически фонтанировал зловонной  жижей. И жилые многоэтажки, и все коммуникации к ним были построены криворукими военными строителями, которые, конечно, строителями по образованию не были.  Попали парни на срочную военную службу в эти, почему-то, крайне неуважаемые во времена советского союза войска или из-за дурных наклонностей на гражданке, или за неимением каких-либо способностей.

       Канализационные трубы с завидным постоянством рвались, и тогда жители ближайших домов обрывали телефон военного домоуправления, а чтобы ускорить работы по устранению очередной аварии, параллельно атаковали звонками командира дивизии. После ликвидации прорыва, жизнь шла какое-то время спокойно, и вокруг многострадального колодца иногда даже высыхала земля.

       Но однажды повреждение было столь велико, что смрадная жижа забила из колодца струёй. За ночь на месте протечки образовалось озеро из нечистот, которое смердело невыносимо и продолжало увеличиваться в размерах. На звонки в домоуправление жителей клятвенно заверяли, что к работам по ликвидации приступят с минуты на минуту. Но прошли сутки, потом ещё одни, и ещё…

       В необычайный восторг от этого зловонного озера пришла лишь дворовая ребятня. Под руководством местного атамана,  двенадцатилетнего Фёдора,  команда дружно приступила к сооружению плота.
 
       Месяцем раньше, с началом лета, Фёдор уже пытался  отправиться в кругосветное плаванье. Горная река с быстрым течением и ледяной водой, протекающая в километре от городка, чуть не погубила пацана. По счастью, кто-то из малышни, не допущенного присутствовать даже при отправлении «командира», от обиды на него проговорился о предстоящем заплыве родителям своего вождя.  Поэтому мероприятие это закончилось тем, что отец Феди сначала самолично порушил плот, а потом выдрал отпрыска.

       Однако нереализованный заплыв, видимо, не давал Фёдору покоя. И с упрямством, достойным лучшего применения, дворовый вождь решил устроить плаванье на вновь образованном водоёме.

       Пока папы и мамы, задыхаясь от зловония даже в квартирах, пытались добиться от соответствующих служб ликвидации аварии, их дети, под предводительством Феди, в ускоренном темпе строили плот из чего придётся. Они очень торопились. Атаман знал, что как только починят трубы, приедут специальные машины откачивать жижу.

       Всего за два дня команда дружно слепила плавсредство из каких-то палок и коробок, которые ребятня натащила от магазина. С четырёх концов они привязали детские надувные спасательные круги.

       Как рядом с новым водоёмом оказался молоденький лейтенант да ещё в обеденный перерыв, так и осталось неизвестно. Вонища у рукотворного озера стояла такая, мух летало столько, что этот резервуар нечистот все старались обходить стороной. Ну, а во время обеденного перерыва жизнь в гарнизоне замирала всегда. Потому-то Фёдор и назначил время заплыва на 15.00.

       Погрузившись командой из пяти человек на плот, среди которых был и мой семилетний Максим, предводитель, подняв древко с трепыхавшимся на нём бумажным Весёлым Роджером, оттолкнулся от берега.

       На середине водоёма картонки, связанные между собой,  размокли,  плот развалился, и путешественники оказались за бортом. Глубина была такая, что  ребятишки ушли в жижу с головой. Вынырнув на поверхность и отплёвываясь, Максим начал голосить, пытаясь нащупать руками тех, кто пошёл ко дну.

       Страшно подумать, чем закончилось бы это плаванье, если бы не молоденький лейтенант, проходивший мимо. Не раздумывая ни минуты, он бросился в смрадную жидкость, и чтобы достать на поверхность тонущих, окунулся в неё с головой. Крик стоял такой, что обеденный сонный перерыв был нарушен, и очень скоро у озера собрались взрослые. Разбирая своих отпрысков, мы старались выяснить, вся ли команда в наличии. После неоднократных перекличек и опросов  тех, кто во время плаванья остался на берегу в качестве провожающих, выяснили, что не хватает только Фёдора. И когда наш спаситель, со словами: «Я всё равно весь вонючий», уже собрался опять нырять, кто-то из ребятни прокричал:

       - Дядя, не надо! Федька первый на берег вышел, я видел. Он просто убежал.

       Дома я сначала заставила Макса выпить слабый раствор марганцовки, а затем вымачивала его в нескольких водах с шампунем. Вещи, в которые он был одет,  без жалости отнесла на помойку. От усталости сил на серьёзный разговор с сыном не было, и мы с мужем решили перенести его на следующий день.

       Но поздним вечером в квартиру постучали. На пороге стояли родители Фёдора.

       - Ради Бога, простите, - прошептала женщина, - а Максим дома?

       - Дома.

       - А можно с ним поговорить?

       - Что-то случилось? – поинтересовалась я.

       - Фёдора до сих пор нет, - заплакала соседка. – А всё ты, - начала вдруг упрекать она растерянного мужа.

       - А чё я? Ну, чё я? – жалобно бормотал мужчина.

       - Сразу за ремень хватаешься. Вот он и боится домой идти. Может Макс знает, где Федька отсиживается?

       - Да вы проходите. Только боюсь, что Максим ничего не скажет. У них в команде дисциплина такая, что нам взрослым и не снилась.

       Увидев родителей своего командира, Макс укрылся одеялом с головой.

       - Максим, пожалуйста, скажи, где Федя сейчас? Ты ведь знаешь, - обратилась к сыну мама атамана.

       Но тот только молча сопел под одеялом.

       - Максим, - грозно обратился к нему муж, - будь мужиком, в конце концов, не трусь.

       - Не скажет, - влез в разговор младший сынишка. – Они все страшную клятву давали.

       - И ты давал? – спросила я пятилетнего Сашу.

       - Не-е. Меня в команду не приняли, я ещё маленький.

       - А ты знаешь, где Фёдор? – одновременно прокричали все взрослые.

       - Молчи, Сашка! – из-под одеяла приказал Максим.

       - Сынок, - обратилась я к Максу. – Вот ты чистый, сытый, в тёплой постельке, а Фёдор сейчас неизвестно где, в темноте, мокрый, вонючий, голодный. Ведь он тоже наглотался мерзости. Если ему лекарства не дать, он заболеет от отравления.

       - А там ещё крысы, - поддакнул мне Саша.

       - Крысы? - побледнела соседка. – Максим, милый, скажи, где Фёдор.

       - Я не могу, -  заплакал сын. – Я клятву на крови давал. Я не предатель.

       - Господи, какая ещё кровь? – всполошилась я.

       Но Макс, продолжая сидеть под одеялом, молчал и плакал навзрыд.

       - Они пальцы себе резали до крови, - опять подкинул информацию младшенький.

       - Это тоже Федя придумал? – белыми губами прошептала на грани обморока мать.

       - Ага, - радостно подтвердил Саша. – А меня он не взял. Сказал, что я испугаюсь. Ещё он сказал, что такие маленькие секреты хранить не умеют. А я умею.

       - И сколько таких, которые не испугались? – вступил в разговор отец Фёдора.

       - Десять, - прошептал Максим.

       - Макс, умоляю тебя, скажи, где Федя, - простонала женщина.

       Но сын только заплакал в голос.

       - Ну, я не знаю, как до ребёнка достучаться, - растеряно проговорила я. – Как он их запугал!

       - Всем тихо! – сурово рявкнул сосед. – Максим, вылезай-ка, братец, на свет божий. Поговорим как мужики.

        Макс откинул одеяло. По его  щекам бежали слёзы, из носа текли сопли. Вид у него был такой несчастный, что моё сердце защемило от жалости к нему.

       - Максим, как ты считаешь, если Фёдор - ваш командир, он должен нести ответственность за вас, своих подчинённых?

        - Как это? – прошептал мальчишка.

       - Вот смотри: твой папа – офицер, я – тоже офицер, и мы командуем солдатами. Мы приказываем им, а они должны выполнять наши приказы. Так в армии по уставу положено. Но мы с твоим папой, и все-все командиры обязаны заботиться о своих подчинённых: следить за их здоровьем, питанием, чтобы они высыпались. Как ты считаешь, это правильно?

       - Правильно, - немного подумав, кивнул головой сын.

       - А Фёдор бросил вас на произвол судьбы. Кто спасал маленьких, когда они тонуть начали?

       - Я пытался, - тихо проговорил Макс. – Но у меня не получилось ничего. А потом дяденька нырнул и пацанов вытащил. Он герой, да?

       - Конечно, герой. А командир ваш позорно сбежал.

       - Он испугался, что вы его накажите, - не сдавался Максим.

       - Ну, знаешь, - возмутился муж. – Если уж берёшь ответственность за другие жизни, о себе вообще нужно думать  в последнюю очередь. Запомни, тонущий корабль последним покидает командир.

       - Я не предатель, - прошептал сын.

       - Максим, - попробовала зайти я с другой стороны. – Это понятно, что Федя испугался, он всё-таки ещё ребёнок. Но вдруг он сейчас раскаивается в своём поступке и не знает, как ему поступить. Может, стоит помочь ему? Скажи, где он. Никто его бить не будет. Просто серьёзно поговорят.

       - Я не предатель, - опять навзрыд заплакал Макс.

       - Давайте я скажу, где Фёдор, - предложил Саша. Было видно, что ему очень жаль брата, и он готов взять предательство на себя. – Макс, а вдруг Федька от заразы уже умирает? А вдруг он сознание от  отравления потерял, и его крысы кусают. Я видел там крысу, огромную.

       Максим от этих слов весь задрожал, зажмурился и прокричал:

       - Он в штабике.

       - Где?

       - Я знаю где, - радостно и облегчённо заверещал Сашок. – Это в подвале дома одного, недалеко отсюда. Я покажу. Только фонарик взять нужно. Там темно. Пойдёмте. А Феде вы скажите, что это я его предал, про Максима ничего не говорите.

       - Нет, - вытирая слёзы, вдруг спокойно и твёрдо сказал Макс. – Я с вами пойду и ему всю правду сам скажу. Он ведь нас бросил. Он - плохой командир.
На следующий день я спросила у младшего:

       - Сынок, Фёдор с Максом разругался?

       - Что ты, мама, они ещё сильней подружились. Федька сказал, что клятва клятвой, а выручать из смертельной опасности нужно.

       Услыхав это, я взгрустнула. Сколько ещё неуёмный Федя придумает авантюр, пока повзрослеет?..


Рецензии