Гибель друзей или соболь - убийца

Выскочив в августе 2002 года в цивилизацию мы поработали на славу.
Я из леса не вылазил, сам с мужиками и пилил и грузил – короче говоря, без передыху и без перекуру… и без выходных. Через два месяца все было готово, и мы сидели на чемоданах, вернее на мешках. В мешках были пластиковые бутылки, а в бутылках уже все то, что раньше было в этих же мешках – мука, крупа, сахар и т. д. и. т. п.
Короче говоря, прилетели мы, уже, когда лежал снег. Инея уже с нами не было. Наш славный охотник, который в семь месяцев можно сказать держал медведя, не выдержал цивилизации.
Пес незаметно и как-то тихо заболев, скончался буквально за час у меня на руках.
Когда мы спохватились, что собака в вольере что-то тихо слишком себя ведет, было уже поздно и не помогли ни уколы, ни таблетки.
Беда с этими чистокровками, прививки мы ему все сделали. Что ж, это была не первая потеря и не последняя с собаками нам фатально не везло!
Вот разве, что Берта! Как я подарил ее щенком Олечке на ее семнадцатилетие, так Рыжая до сих пор с нами. Ни одна зараза ее не берет; только раз в детстве что-то похожее на чумку было, мы попоили ее с ложечки коньячком – и все!
С помоек на поселке не вылазила, как мы ее не гоняли и не били, бесполезно! На цепь ее посадить никакой возможности! Сразу визгу, вою - целая трагедия! Падает, умирает, прыгает на тебя - спасите! Ну, цирк, да и только. Впрочем, сажать ее на цепь и не было необходимости никакой; в серьезных ситуациях Берта отличалась примерной дисциплинированностью и сообразительностью… как птица Говорун.
После смерти Инея, я позвонил в Иркутск Ирочке - женщине, которая занималась чистокровными немцами и хотел заказать ей нового щенка… но не выдержал до конца разговора: горло мне пережало, голос оборвался и я положил трубку.
- Не расстраивайся, Миленький! Не переживай. Вот, Берта ощенится и оставим себе щенков… и не надо никаких прививок и ничего такого.
Олечка сама сильно переживала, но находила силы меня успокаивать.
Так мы и порешили, не доставать породистого, а оставить щенка от Берты, когда она в тайге ощенится.

Вертолет улетел на юг, к Байкалу, мы посидели на горе мешков, перекурили после авральной выгрузки.
- Что лыжи одевать не станем? Как ты думаешь, Оля?
Заинька искала свой рюкзак, который мы в спешке закидали мешками.
- Да нет, снега еще по колено, зачем лыжи, так пройдем. Миленький, ну где же мой рюкзак, вспомни?!
Я покачал головой из стороны в сторону.
- Бр-р-р, ничего не помню. И еще неделю меня ни о чем не спрашивай, мне после этого выхода в цивилизацию все мозги отшибло, что-то с каждым разом все больше и больше проблем!
- С чем, с работой?!
- Да не только, вообще что-то мне все труднее заходить в цивилизацию.
Заходят обычно в тайгу, охотники, к примеру… в цивилизацию же выходят; но мы уже настолько прижились в лесу, что у нас получалось наоборот… и по времени и по существу.
- Вот, наконец-то! Я его среди мешков ищу, а он коробками заложен. Это наверное вертолетчики выгружали… кое-как отыскала.

Мы вскинули наши рюкзаки на плечи и двинулись через болото. В них было самое ценное – лук, чеснок, лимоны, батарейки - все, что могло замерзнуть. Снега на болоте было меньше чем по колено, но само оно ещё не схватилось и иногда нога проваливалась в болотную грязь в воду, угодив между кочек. Через несколько десятков шагов в ботинках уже захлюпало; но это ерунда - через двадцать минут дома будем: переобуемся, печку затопим, чаю попьём, обсушимся… дома – это дома, дома хорошо!
Я пробивал дорогу, путь торил… Олечка пыхтела сзади.
- У тебя рюкзак не сильно тяжёлый?
- Да вроде бы нет… нормально. Я вот боюсь – овощи у нас не помёрзнут?
Я обернулся:
- Заинька, мы сейчас придем, передохнём и второй ходкой все не морозостойкое перенесем, а если не сильно устанем, то и третий раз сходим.
Миновав болото, мы поднялись на горочку, через которую шла тропа к нашему дому, вернее пока только лишь к баньке.

- Как думаешь, кошки наши живы?
Олечка переживала за кошек, а мне после Инея уже…
- Живы, куда они денутся, морозов сильных еще не было, речка не замерзла, вода есть! Мыши к зиме в домик потянутся к жилью, вот лимон наш и роза, скорее всего, не выдержали.

Эх, розы-лимоны!!!

Когда мы уже подходили к баньке, Олечка стала высматривать следы кошек.
- Что-то не видно следов!
- Каких следов?
Я нес рюкзак потяжелее Олечкиного и мне было не до следов.
- Ну, они могут и возле домика… возле баньки крутиться, чего им по снегу лазить, валенок нет, босиком холодно.

Я пытался шутить, но на душе что-то тревожно было.
Вот уже и последний поворот тропинки, спуск и показалась наша банька.
- Стоит родная! Все нормально, держись Заинька! Сейчас печку затопим, чаю попьем и пойдем за следующей партией. Ты, то что замерзнуть может, отдельно сложила, чтобы нам не рыться, не искать?
Ольга шла молча. Заинька моя видно тоже уже чувствовала.
- Оля! Ты овощи отдельно сложила?
Ольга встрепенулась, очнувшись от тяжелых мыслей.
- Нет, не отдельно, но я знаю где что, искать не будем долго.
Мы подошли к баньке. Я сбросил рюкзак… Лопату, как всегда забыли поставить возле двери! Пришлось отгребать снег с порога ногами… хорошо ещё не сильно много надуло.

Когда входишь в свое жилище, которое пришлось оставить на долгое время, чувствуешь вину… какая-то сиротливость и заброшенность родных стен… домик тебя спрашивает словно: «Зачем вы меня бросили? Мне плохо без вас… было».
Олечка вошла почти сразу за мной и мы одновременно почувствовали будто что-то ударило в лицо…
На полу возле печки лежали наши кошки… Крися и Чайник. Они были объедены, и голое мясо торчало из черного и трехцветного меха.
- А где Баюша? Миленький! Что же это – как мы – зачем мы их бросили?
Олечка заплакала молча… крупные редкие слёзы покатились из глаз.
У меня хватило духу позвать кота. Сначала никто не отзывался. В баньку забежала Берта и стала обнюхивать трупы кошек.
- Баюша, Баюн! Кис-кис-кис!
 Не переставая, я звал кота.
Вдруг кто-то тихонько мяукнул наверху.
- Заинька, вроде бы Баюша мяукнул.
Олечка подняла голову с заплаканным лицом и глядя на верх лестницы, ведущей на второй этаж, тоже стала звать нашего кота.
Вдруг над проемом в потолке показалась рыженькая мордашка, и раздалось тихое мяуканье.
Мы стали в два голоса приманивать нашего Рыжего.
Кот осторожно спустился на одну ступеньку, как-то боком, готовый в любой момент убежать наверх.
Собака, увидев его, бросилась на лестницу и стала взбираться наверх. Кот прыгнув через две ступеньки, убежал… но уже узнал нас, особенно свою любимицу Берту. И когда мы снова стали его звать, отогнав собаку, кот почти сразу подошел и спустился по лестнице, но все равно еще с опаской и не до конца, на несколько ступенек.
Ольга подошла и хотела взять Баюшу на руки, но он убежал по лестнице на верхнюю ступеньку. Сильно напугал кто-то нашего бедного кота.

Мы сидели возле печки, которая весело гудела; шумел, закипая чайник. Олечка держала на руках и гладила кота, а я поднялся наверх осмотреть нашу мансарду.
- Заинька, лимон и роза замерзли… еды у кошек еще полно, они даже половину не съели… своей каши на молоке.
- Вещи все целы?
Я окинул взглядом нашу мансарду.
- Вроде все на месте, не похоже, чтобы кто-то порылся… Посмотри, чайник не кипит?
Олечка наглаживала и прижимала к себе Рыжего, боясь выпустить из рук.
- Миленький, спустись сам посмотри, пожалуйста, мы тут с Баюшей устроились так хорошо… я вот думаю, может быть это он их загрыз, они с Чайником дрались постоянно?
Спустившись вниз, я заварил чай.
- Ну не знаю, Заинька, Криську же Баюн любил! Еды еще полно,… а ты же видела, что кошки до половины съедены. Они вообще разорваны… Нет, это соболь!
- А как он сюда попал?
Я пожал плечами.
- Дырка у нас для кошек на втором этаже: если кошки выходят, то соболь залезет запросто.
Мы помолчали.
- А почему его не тронул?
Олечка погладила Баюшу.
     Подумав, я ответил:
- Ну, кот крупнее и сильнее… или лазил где-нибудь, наверное. Видишь, какой перепуганный? Может увидел своих, когда пришёл с охоты и вообще прятался потом…
Мы помолчали.
- Ну, что давай чай попьем? и надо идти на болото.

Мы до темна сделали еще две ходки. Перенесли все, что могло замерзнуть. Поужинали, выпили красного вина… помянули наших кошек. Жалко было замёрзший лимон и розу нашу… но это так уже… ерунда, мелочи.

До большого снега мы перетащили большую часть груза, почти всё. Остались только кое-какие 



железки. Всю зиму, считай, мы отдыхали. Привезём сверху по речке дров на саночках… и в книжки зароемся. Да и ещё кино! Мы же купили в этот раз ноутбук, а к нему кучу дисков с хорошими фильмами (в основном нашими старыми); ну и естественно – электрогенератор.
Для освещения мы использовали лампы дневного света с целью экономии бензина. Хонда заряжает аккумуляторы 4-5 часов, сжигает 2-3 литра бензина… этого нам хватало на пару фильмов. А если кино не смотреть – то света почти на неделю… лампа для освещения салона газели всего- то на 7,5 Вт.
Ещё перед нашим уходом в конце лета, Олечка отыскала в лесу толстенный кедр и заставила меня сделать из него ванну. А вернее не ванну, а тогда только лишь заготовку для неё. Теперь же когда навалило снега, мы на саночках перевезли к баньке огромную кедровую колоду. Долго и тщательно вымеряли мы свою будущую ванну, постоянно споря о размерах. Заинька хотела как можно больше - чтобы ноги вытягивать свободно и при её росточке. Я же, исходя из практических соображений (это сколько же воды надо греть… в кастрюлях … на печке; да… и потом её ещё на улицу выносить вёдрами ), постоянно урезал нашу ванну. В результате у нас всё таки получилась ёмкость из кедрового ствола немного побольше стандартной ванны.
Боже мой! Какое же блаженство – зимой, посреди тайги лежать распарившись, разомлев в настоящей ванне. Хотя в какой там настоящей?! Наша лучше всякой «настоящей» - один запах распаренного кедра чего стоит!
Единственный недостаток – я не досмотрел внизу,на дне гниловастый сучок и он постоянно крошился от горячей воды и эти крошки плавали сверху. Ничего особенного и вредного тем более, но не приятно, как и всякая мелочь. Выбирая кедр для нашей следующей ванны, уже постоянной в домик, мы постарались найти не такой гнилой в середине. Мне пришлось изрядно повозиться, выбирая бензопилой изнутри ствола не только трухлявую древесину, но и довольно толстый слой оставшейся  живой и твёрдой. Зато теперь ванна у нас получше.



P.S. Весной, когда начал таять снег, мы нашли убийцу.
 Я ходил возле нашего Колдуна - огромного кедра, который мы не можем обхватить вдвоем; собирал доски напиленные в прошлом году. Вдруг, вижу под стлаником что-то темнеет. Подошел поближе… лежит здоровенный соболь. Я позвал Олечку.
- Видишь, Заинька? Вот тот соболь, который разодрал Криську с Чайником!
Олечка стояла смотрела, а на глазах уже наворачивались слезы.
- Почему ты думаешь, что это именно тот?
- Я не думаю, я знаю. Да ты и сама это знаешь.

Мы не стали даже трогать этого убийцу - пусть там и остается, где его кара настигла.
 Ничего в этом мире нет случайного! Всё в нём связано и всё в нём сцеплено с самого начала, как только стала разлетаться вся эта Вселенная.