Умом и молотком. Mente et malеo!

Год 2006


Сегодня воскресенье 28 мая… год 2006… уже… или ещё.
Весна сначала вроде бы вдруг рванула резко… таять всё стало, на горах даже потемнело с южной стороны ( там на камнях снег сходил быстрее, да и меньше его – сдувает ветрами сверху - то). А потом также резко и тоже вдруг похолодало. Подтаявший снег схватило коркой льда, образовался прочный, надёжный наст. Можно на лыжах ходить, можно пешком бегать… нет лучше всё таки на лыжах ходить, вернее брать их с собой, а то наст настом, а где-нибудь под горочкой попадёшь в такое место, что по пояс будешь проваливаться. И снег вроде бы плотный, а не держит, только пробиваться мешает, его уже не пробороздишь как рыхлый первый снежок. Сделал шаг, поставил ногу и уже ни вперёд ни назад, только вверх, да и то приходится в голеностопе выпрямлять… вытягивать пальцы как балерина, чтобы выбраться из этого капкана… слепка гипсового. Так что лыжи лучше с собой всегда и везде носить ( кроме лета и бани разумеется).
 Недавно, пару дней назад Олечка рассматривала какую-то толстую книгу по геологии, камни её страсть. Потом вдруг захлопнула этот увесистый фолиант:
- Нет! Я так больше не могу!
Я посмотрел вопросительно.
- Ну хочется побыстрее пойти на гору, походить по гряде, поработать молотком. Надоело только читать и читать… что это в книге…  уже надоело! Надоело мне всё ! Хочу на природу… лето хочу скорее! Миленький, когда же лето?
Я стал успокаивать, утешать, а вернее поддерживать – очень уж долго зима длится, и сил уже нет смотреть на этот снег! Самое обидное, что вроде бы осталось его всего ничего (по сравнению с тем сколько было), а весна вдруг затормозила.
- Заинька, подожди еще два три дня. Снег маленько стает и пойдем, побродим по горам… ты пока то, что нашла в своей геологии… существенного, что можно на практике применить запиши, законспектируй.
Ольга всё это понимала отлично и без меня, но так хочется пройтись по твердой земле – без снега! Попрыгать по камням, а устав присесть на что-то не запорошенное снегом и не тающее под тобой пока сидишь!
- Миленький, верха же уже оттаяли, видел горка напротив нас на север уже вся в камнях, снега до половины уже нет?!
Я пообещал, что мы попробуем пробиться к этой горке – на днях.
В тот день, когда Ольга выбила пыль из своей геологии (это кажется была энциклопедия), мы не пошли на пленер  потому, что решили подвезти на саночках сушняк: погода менялась, давление прыгало и печка капризничала.
Запасы сухих дров как-то незаметно улетели, а полусухие и тем более сырые весной, когда уже нет трескучего мороза, обжигающего и сжигающего все подряд, горят плохо и коржики или оладушки поджарить с хрустящей румяной корочкой на сырье дохлое дело – на полдня зависнешь возле печки!
Работаем мы на себя – увлеклись и вместо двух-трех санок привезли десяток, наверное. Какие уж тут горы и поход после такой разминки. Дрова сухие поблизости кончились. Пришлось возить метров за триста да еще снизу вверх!
Тяжело? - возможно… но вы знаете, мы лучше будем возить дрова и за километр, чем зависеть от дяди, который дай бог, чтобы не забыл завезти уголь на котельную или не продал бы его, если все же завез.

На следующий день пошёл дождик и мы быстренько распилили и сложили под навес весь сушняк, а то что толку его возить было, если вымокнет?!
Потом я опять занялся ветряком. О ветряке надо бы отдельно рассказать, очень уж важный агрегат. Хорошо, когда сидишь в тайге за сто км. от цивилизации, а в домике горит лампа, играет радио (хотя радио «играет» сейчас редко, впрочем, как и «говорит» ; все больше «лабает» или «стебает» и «болтает»).
В третьем тысячелетии стыдно, да и вредно сидеть при керосинке. Ну, стыдно понятно почему, а вредно еще понятнее, вернее чувствительнее – кислород жрут по страшному все эти свечи и керосинки, равно как и газовые светильники! А съев нужный организму кислород, выделяют совсем не нужные ему и даже очень вредные вещества. Короче говоря, без электричества … ну не то чтобы совсем уж никак, но не желательно… темновато как-то.

Ветряк – это надежно! Если не слушать никого и делать все с запасом прочности и мощности.
Схему я взял из «Моделист-конструктора» и дай бог здоровья тому умельцу, который её убедительно описал, как работоспособную!
Нюансов много, но самое главное не хватало оборотов, даже при наших ветрах (все же горы!). Потом, толщина основного вала на который и крепились лопасти, оказалась не достаточной… без запаса прочности. Пока резьба позволяла, я после того, как вал обламывался сдвигал маховик с лопастями, но все кончается - кончился и запас резьбы, после того как второй раз оборвало маховик с лопастями.
Голь на выдумки хитра! Я, когда делал водяную мельницу на основе редуктора используемого на железной дороге для стрелочных переводов (где же еще надежней, прочней механизмы?), то, предвидя все эти технические неурядицы, сделал так, чтобы шкив под привод от водяного винта снимался и – на его место ставился маховик, к которому крепятся лопасти ветряка.
Беда только в том, что редуктор пришлось крепить к старой раме, в домашних условиях без сварки и всего такого – ну и естественно чуть-чуть не сошлось, пришлось повозиться.
Когда мы с Олечкой каким-то чудом закрепили это железнодорожное довольно увесистое чудо (металл на ж.д. экономить еще не скоро начнут) вкупе со всей старой конструкцией на высокой стойке (хорошо, что крыша курятника помогла), то выяснилось, лопасти цепляют за стойку – мачту на которой держится вся конструкция.
Остаток дня я размышлял, как закрепить этого монстра, чтобы он наконец-то закрутился и стал нам выдавать электричество!
А сегодня утром просыпаюсь: все уже за ночь в голове вырисовалось - ничего сложного, надо просто срастить две толстых трубы и…  И узнаю, что сегодня мы ветряком заниматься не будем!
- Миленький, мы сегодня пойдем на горочку! Походим по камням, постучим по ним молоточком и может чего-нибудь добудем (в смысле дичи… мяса).
Ну нет, так нет! Пусть идея по установке ветряка остается в голове, отстаивается, чтобы мусор в осадок выпал, а то опять что-нибудь не сойдется!
- А мы пройдем? Снег-то совсем валится?
Я выдвинул последний аргумент, не пролезло.
- Пройдем, не переживай! Потихоньку, по краешку, проберемся!
Вот горы уже почти до подножия открылись от снега, вернее почти все чистые!
С утра мы немного повозились в теплице (нельзя запускать! У нас уже помидорчики вот-вот буреть будут, перчики больше спичечного коробка), покормили куриц. Чернуху, закрыли в гнезде, чтобы рассиживалась, а то скоро лето, а наши куры в наседки не готовятся и не думают совершенно о демографии…гуляют как казак молодой по полю, только вместо поля грядки, благо уже черные без снега.

Вот и вышли мы где-то в двенадцать. До черного… оттаявшего… твердого, по которому так ноги соскучились за зиму пришлось с часок пробиваться. Это –туда, а обратно по своей лыжне, да вниз - почти в два раза быстрее.
Зато, когда под ногами оказалась наконец-то настоящая земля…
Какое блаженство сбросить эти опротивевшие за зиму лыжи и пробежаться по твердой и надёжной земле! Почувствовать её ногами, пятками… как она отдаётся в них.
Мы бродили по горке …  выискивали куски кварца, и Заинька командовала.
- Ну-ка вот этот разбей! Осторожно, глаза закрывай, когда бьешь! Так… здесь вот раухтопаз, видишь черный?  Вот горный хрусталь. Вот этот камень стукни!
Я ходил по каменной россыпи и «стукал». Собаки носились радостные, им тоже зима до чертиков надоела!
Стерлинг родился осенью, когда уже снег лежал и вообще не знал, что кроме этого белого и холодного под ногами может быть что-то еще – покрытое мхом, травой, кустиками шикши и брусники. Под деревьями, где уже протаяло на несколько метров вокруг, наш щенок, а вернее уже пес (полгода все-таки), что-то вынюхивал, пытался чего-то там жевать. Но в общем, Стерлинг вел себя довольно сдержанно и серьёзно для своего возраста. Наверное, он больше удивился, чем обрадовался… пока ещё; слишком всё ново и незнакомо.
Поднявшись на горку повыше, мы нашли кустики с ягодой. Голубицы и брусники можно было немного попробовать, восстановить… освежить забытый вкус, так сказать. А вот шикши ещё чуть повыше на горе… шикши можно было наесться от пуза или от души – мы предпочли второе, а собаки, во всяком случае Берта – первое. Уляжется брюхом на теплые камешки, кустики шикши между передними лапами;  захватывает пастью веточки с черными ягодками, чуть повернув голову на бок и тянет на себя … веточки остаются… уже голые, Рыжая тщательно пережёвывает собранный урожай… прошлого года.
Стерлинг сначала не мог понять, откуда у хозяина или у хозяйки берутся в руках эти вполне съедобные маленькие черненькие шарики. Но, после нескольких уроков по поеданию с куста, под нашим руководством и глядя на Берту, «проникся» и стал пастись вполне самостоятельно!
Собаки вели себя примерно, куда бы не забежали - по свистку сразу возвращались к нам. Все хватит баловства – мертвый сезон закончился, Олечка несколько дней назад видела следы медведя… с суповую тарелку размером! Теперь собаки должны выполнять свою основную работу – охранять!
Почти на верху, где деревья кончались и начиналась зона стланика мы нашли странные рябины.
- Миленький, вон береза стоит, смотри какая толстая, проверь сок не идет еще! Здесь камни нагрелись, теплее, может  пошел?!
Я выполняя команду, резанул по стволу ножом, подождал немного ещё… посмотрел – дурак… а чего смотреть то? Не бежит ли березовый сок с рябины?!
- Заинька, а ты зачем меня заставила рябину резать!?
Ольга присмотрелась к веткам дерева.
- Ой, точно! А издалека будто береза! Ну ничего, ты ее пожалей, прощения попроси… поцелуй.
Поцеловать-то я поцеловал, но не забыл и ранку замазать землею.
А рябина действительно странная была … рядом еще две таких же; издалека посмотришь - точно берёза! Только по веткам можно было узнать, что это рябинка. Ствол толстый, прямой, ровный, светлый, не у всякой березы такой… у нас  рябины вообще какие-то кустистые, тоненькие, корявые  вперемешку с засохшими старыми стволами и ветками. А тут такая красавица – почти на самой вершине!
Мы посмотрели вокруг, поискали хотя бы  малюсенький отросточек, чтобы посадить этот сорт возле домика, но не нашли. Надо еще летом сходить посмотреть… к такой рябине точно можно привить яблоню или грушу!
Хотя вполне возможно, что просто эта рябина росла в благоприятных условиях. Южный склон, хороший перегной, - не понятно, правда, откуда он взялся.
Вот и расцвело дерево на славу – стройное, ровное и красивое, не то, что его собраться на соседних склонах!

Пришли мы в четыре часа. Я пошел растапливать печку в бане, Олечка готовить обед. Я пожалел Чернушу (целый день в ящике) и первым делом выпустил её.
Она с радостью присоединилась к Пеструхе с петухом и они с новым усердием начали рыхлить грядки уже в полном составе.
Прихожу от баньки к домику ищу курей, хочу Чернушу снова в гнездо посадить (хватит - размялась) – смотрю, а их двое. Чернуха и Феникс – петух.
- Оля, а где Пеструша.
Вышла Олечка.
- Посмотри за домиком, возле теплицы, на другой грядке!
Я, когда шел от бани не видел там никого, но пошел еще раз посмотреть, вдруг не заметил. Нету. За теплицей возле речки тоже не видно. Где она может быть? Обыскали мы все – нигде нет!

- Может орел утащил?!
- Заинька, ну как он утащит, собаки вон рядом и петух поднял бы такой крик, что…
Феникс у нас действительно охраняет своих курочек, как евнух гарем, хотя в отличие от евнуха не только охраняет.
Недавно появились вороны… иногда орел стал пролетать нал нами, так куры не известно и не понятно каким образом заранее предчувствуют воздушную тревогу и бегут в убежище со всех ног.  Один раз даже в собачью будку залетели, не добежав до курятника... два метра сэкономили. 
Как они предчувствуют, это другой вопрос, сейчас надо выяснить, где Пеструша!?
Мы уже привыкли к своим курицам и петуху, полюбили их, можно сказать. Петух - Феникс правда иногда нападает на меня, а изредка и на Ольгу и клюётся довольно сильно, но главное неожиданно… сволочь! С собаками у него нейтралитет, а кота он построил с самого начала и хотя кот наш абсолютно не боится собак и подкидывает им регулярно, но почему-то не хочет связываться с петухом.
Вот такая сложная система политического и видового противостояния и вооружения, оружие у всех правда холодное: когти, зубы, клювы… да! и ещё эти чёртовы шпоры у петуха.

- Ну где же она может быть? Может дровами придавило?
Ольга показала на упавшие чурки, снег подтаивал и дрова, сложенные зимой в поленицы, падали как придется.
- Не знаю, но вряд ли… мне кажется, она забилась где-то и несется, ты хорошо в будке у собак посмотрела?
- Вроде бы хорошо. Посмотри сам еще…
Короче говоря, пошли мы в баньку в расстроенных чувствах. Я загнал петуха с Чернухой в курятник, пообещав им, что они отсюда не выйдут, пока я им загородку не сделаю, раз теряться стали! Отчитал собак, за такую охрану живности, но, если честно, то сам не верил, что курицу кто-то утащил. Собаки все же не зря хлеб едят, да и переполох поднялся бы страшный – петух один чего стоит! Раскудахтался бы на всю округу.
Про опасность с воздуха я уже говорил, но собаки не терпят, особенно Берта, когда близко крупные пернатые барражируют, да и опять же сами куры предчувствуют и по команде «воздух» мчатся в укрытие.
В речку курица если попала, то либо выбралась бы сразу, либо утонула бы тоже сразу, - речка возле дома вскрылась только местами, промоины по два три метра всего лишь, но течение быстрое.
Пока парились, мы все не могли успокоиться и перебирали разные варианты,  отвлекаясь от банного процесса. В конце концов я не выдержал:
- Все хватит! Если жива, то появится, если пропала, значит, пропала, чего зря душу бередить!
- Миленький, жалко же всё-таки… Пеструша самая лучшая курица была.
- Ага, точно самая лучшая из всех… из двух. Всё хватит!

Попарились мы на славу, впрочем, как всегда. Очень редко бывает так, что баня не задается. Я после второго захода в парную не поленился отыскать место на речке, где можно было зайти и ополоснуться… слегка. Лечь и окунуться с головой.
Речка бежит поверху льда, то там, то тут промоина, - поэтому войти в такую воду трудно.
Оленька не стала окунаться, просто посидела на бревнышках, остывая после парной.
Я первый вышел из бани. Стою на пороге, завязываю пояс на халате… не пойму что-то возле входа в курятник вроде бы мелькает, видно плохо за досками и бревнами.
Смотрю внимательнее, точно курица! но какая? Возможно Чернуха как-то выбралась, а теперь ищет дырку залезть обратно?
- Олечка, посмотри кто это возле курятника ходит… Чернуша или Пеструха?
Заинька выскочила на порог баньки.
- Не пойму, но, наверное, Пеструха. Чернуша никак не могла выбраться.. или всё-таки она. Иди посмотри сам скорее!
Я прошел по доскам (проложенным по снегу, чтобы не валиться) половину расстояния до курятника и стало ясно – Пеструша!
- Заинька, ура! Курица нашлась, это Пеструша в домик свой рвется! Пришла все-таки путешественница!
Пеструша  была вся промокшая (мокрая - как курица) и мы запустили ее в дом отогреться и высушиться; подкормили кашей с рыбьим жиром, чтобы не простудилась.
Вот уж и напрасно совершенно говорят, что курица глупая птица… Весной только лишь речка стала вскрываться, куры старались попить воды непременно из неё, хотя луж кругом было полно, да и у них в курятнике всегда стояла кастрюля с водой… свежей… из этой же речки. Нет прутся по талому снегу и льду к промоинам.  Вот Пеструху наверно и затянуло течением, унесло вниз… Утащило довольно далеко, поблизости её не было, мы всё обсмотрели.
Три часа она бедная по мокрому снегу, который валится и под курами (мы видели, как они проваливались, если заскакивали на него), вдоль шумящей речки  билась к дому родному как… как мы, когда попадали в такую же или подобную ситуацию. И вот через несколько часов, вся мокрая дошла все-таки к домику… а домик закрыт!
День закончился анекдотом. Мы сначала загнали Пеструху в курятник, а потом уже Олечка пошла к ней, чтобы занести в дом обсушиться.
Слышу на дворе шум, гам, собачий лай, петушиный крик. Заходит Заинька с курицей в руках.
- Что там у вас такое?
- Ой, Миленький, что сейчас было! Стерлинг чуть курице крыло не оторвал!
- Как это? У нас же собаки не трогают курей!
- Да, но он же за меня заступался! На меня петух как налетел, когда я Пеструху стала брать – боялся снова потерять наверное… я закричала на него, а Стерлинг кинулся на помощь ко мне, меня спасать… не понял, кто виноват и как схватит Пеструху у меня на руках прямо за крыло! Ой, посмотри, он ей не оторвал ничего?!
Я осмотрел курицу, которая из далека геройски пробилась к домику вымокшая, по снегу и едва не погибла в региональном конфликте в родном курятнике, чуть-чуть не пала жертвой видовой нетерпимости петуха – перестраховщика, где он раньше был?!
- Повреждений внешних не обнаружено, но возможен стресс! Налей ей сто грамм для снятия… и за храбрость!
- Миленький, ты что с ума сошёл ? Нельзя же курицам?!
Я засмеялся:
- Шутка! Ты что не поняла? Кефиру вон ей плесни… в тарелочку кошачью.
- А она будет?
Засомневалась Олечка, уже с банкой кефира в руках.
- Ты налей  вот и  узнаем… обрат же куры пьют.

 Потом мы ещё посмеялись над храбрым защитником Стерлингом - от курицы спасал, хозяйку… не от петуха даже.

29 мая. Понедельник

День умеренно теплый. Днем не больше десяти тепла, но это в тени… в глубокой тени, где все так намерзло за зиму, что в том месте за дверью, где висит градусник холод идет и от стен, и от дров, и от снега, который мы все никак не можем до конца откидать от порога. Только весной осознаешь, что такое зима, какая это сила и мощь. Особенно, когда стоишь на чистом месте уже протаявшем, а рядом лежат чурки дров выше твоей головы, нижние выше, разумеется, а не верхние!
Сегодня целый день провозились по хозяйству. Снег сходит и обнажается весь мусор и отходы, особенно много остатков собачей жизнедеятельности. Но в этом году они облюбовали себе одно место рядом с нашим туалетом. Ольга даже пошутила:
- Если мы двери не будем закрывать, то они, наверное, и внутрь зайдут по делам, культурные какие собаки у нас с ума сойти!
Олечка кипятила целый день самовар, добавила в воду какое-то средство от накипи и пытается отчистить наш раритет, сделать его пригодным к употреблению! Да с самоваром нам повезло, – чисто случайно мы нашли почти новый агрегат, в том смысле, что им относительно мало пользовались, хотя непонятно откуда тогда такой слой накипи внутри? Не хватало лишь задвижки у крана – но я нашел электрический самовар, взял недостающую запчасть с него, рассверлил отверстие, через которое бежит кипяток. Все подошло как тут и было!
Вот в этом году дошли руки и до самовара, и мы решили, что уже пора нам чаевничать по настоящему! Что это за чай из чайника? Чай – это первую очередь – самовар!
Я заряжаю аккумуляторы и попутно вожусь с ветряком, доделываю его. Завтра точно должны установить!
Тем более, что скоро ветряк уже не нужен будет – речка стабилизирует течение и будем ставить водяной двигатель, водяную мельницу! А раз так, то значит и ветряк заработает – обычно так и бывает…
А вообще-то с крутящимися лопастями ветряка домик по-другому смотрится, - сразу какой-то живой, что ли.

Читаем серьезную литературу – фантастика надоела, легкое чтиво не идет что-то последнее время; или переели лёгенького, сладенького или выросли… над собою, - хочется чего-нибудь твёрдого, жёсткого, крепкого… чтобы зубы размять … или сломать. Хочется погрызть гранит… наук… или полизать хотя бы, если не получится погрызть.
Смотрю, Олечка что-то выписывает из своей геологии, какие-то схемы составляет – рисует.
Я открыл очередной раз Хосе Ортегу-и-Гассета, вперемежку с Бертраном Расселом ничего компот получается, а если несварение, то рядом открытый Коллин Уилсон лежит. Его «Оккультизм» я уже который раз перечитываю – масса недостатков и неточностей, расхождений с самим собой… но так всегда бывает и наверное должно быть, если живешь с азартом, искренним интересом, увлеченно… и так же пишешь! Я очень удивился, когда узнал, что «Паразиты мозга» написаны тем же человеком, что и «Оккультизм» (разная транскрипция то Вильсон, то Уилсон).
Ну, где же это лето! Так хочется уже тепла… и ласки… настоящего летнего тепла, даже жары! Здесь нам уже жара не страшна - рядом с порогом водопадик – перекатик небольшой… плюх в воду! И выскакиваешь уже не разомлевший от жары, варёный как сосиска, а свежим и бодрым как огурчик…как будто заново родился.
День прошёл как-то быстро и не заметно, всё в делах каких-то мелких, хозяйственных
Закат сегодня спокойный и умиротворяющий – назвать его великолепным и красочным нельзя… он именно спокойный.
Посмотрим, что нам  принесет день грядущий!

30 мая. Вторник 2006

День пасмурный. Температура слегка плюсовая («вы замужем? – ах, так – слегка»).
Грядущий день, которого мы вчера так ждали, а теперь уже день сегодняшний принес нам поход на следующую горку.

Если Олечка с утра начинает что-то выписывать на тему геологии – то скорее всего поход на гору в качестве оруженосца… с молотком мне обеспечен!
Подходила Заинька, не сказать чтобы издалека, но все же несколько сбоку:
- Что-то мясца свеженького охота, может быть прогуляемся?
Я уже улыбался, чуть ли не до ушей:
- Ага, на соседнюю горку, с молотком!
Олечка поняла, что обходные маневры не проходят и поперла в лоб на амбразуру:
- А что здесь такого, что на гору… погода вот-вот наладится, походим по камням там и куропатки должны сидеть.
- Ну, судя по барометру, погода вряд ли наладится…
Я не успел договорить, как граната уже влетела в окошко амбразуры:
- Если не хочешь идти, так и скажи, нечего отговорки придумывать… Миленький, ну давай сходим, прогуляемся… ну пожалуйста!
Кто же откажет – слово то волшебное. Снег, правда, еще лежит – за два дня никуда не делся… и до горки нам километр идти, вернее – валиться… ну и что? Да ничего страшного.

Мы в этот раз решили схитрить (или поступить умнее), не пошли напрямую, а поднялись по распадку сначала вверх, где снег был плотнее и потом уже, когда до протаявшей горы оставалось всего - ничего, свернули под прямым углом к ней.
Когда шли по каменистой ложбине, то нас справа и слева окружали протаявшие среди снега чудесные ковры: сочно зеленые в центре и чуть желтоватые по краям, это был мох необыкновенно красивый. Так и тянет потрогать этот бархат рукой или присесть на него, но он всегда влажный и холодный, даже летом в жару.
Чуть выше, пройдя по распадку, мы наткнулись на следы сохатого или крупного оленя (мы еще не настолько опытны, чтобы их различить на мокром снегу).
- Как бы думаешь, куда он направился, Миленький?
Олечка прошла чуть вперед к горке, рассматривая следы.
- Ну, судя по тому, куда снег сбит то в обратную сторону от той горки, куда мы идем, может быть пойдем по следу, а камни можно и на этой горе поискать, какая разница?
Но Олечка твердо нацелилась на «свою» гору:
- Ну нет! Куда решили, туда и идем.
Я вернулся немного назад по следу и на более плотном снегу увидел уже четко направление, в котором зверь ушел.
- Нет, Заинька, я был не прав, вот на насте видно, что он ушел на ту гору, куда и мы собрались.
Я прошел еще раз вдоль следа к Олечке обратно.
- По-моему, два зверя прошли, маленький зверь сбивает снег, стараясь попасть в след большого, вот почему я вначале спутал направление, ну коли так, наши направления совпадают, чего не скажешь об интересах!
Ольга вопросительно посмотрела на меня.
- Ну острю я так! У нас цель – интерес добыть зверя, а у него уйти от нас здоровым и по возможности сытым. Да, второе весьма вероятно, - смотри какой ягель здесь под горой на склоне!

Мы за разговорами незаметно поднялись уже на чистое место - от снега, разумеется, чистое. Впереди показалась хорошая полянка и уже, сняв лыжи, пошли по неглубокому снегу к ней напрямую.
Вдруг собаки, бежавшие впереди, вспугнули куропатку. Громко квохча, чтобы привлечь внимание к себе и отвлечь от самки, петушок сделал лихой пируэт перед нами, прямо над головами собак и сел метрах в пятидесяти выше.
Олечка уже интенсивно (от всей души и во всю силу лёгких) звала нашего кобелька, чтобы взять на поводок, иначе он всех распугает по своей юной неопытности.
- Стерлинг! Стерлинг, ко мне! Стерлинг!!! Я кому сказала? Ко мне!
Пес, немного крутанувшись… пробежав по запаху, все же подошел, смирившись с судьбой, - взрослый уже… больше полугода. Раньше его, увидевшего дичь, подозвать было бесполезно, азартное преследование на охоте у щенка стояло на первом месте… особенно после того, как ему удалось отыскать подранка и съесть куропатку до нашего прихода. Но все кончается в том числе и детство, вот песик наш потихоньку и взрослеет… степенеет.
- Оля смотри там, рядом должна еще куропатка быть, осторожнее не спугните! Берту тоже держи, она может не выдержать и погнаться.
Я хотел подойти поближе к петушку, усевшемуся на камнях, но как только сделал шаг, он понял, что я его увидел, стал перебегать к стланику. Дальше картина известная, перебегая от кустика к кустику, куропач уведет меня  от самочки и улетит сам.
Я прицелился и выстрелил, не подходя ближе, только лишь уловив момент, когда птица застыла неподвижно.
Куропач вспорхнул и сразу же рухнул среди камней, было видно как он пару раз трепыхнулся и затих.
- Олечка! Один есть!
- Ты, что попал, Миленький?
Ольга сидела с собаками за стлаником левее меня и ей не видно было «поле охоты».
- Попал, попал… идите подбирайте, а я посмотрю, где-то еще должна быть куропатка, они по одной не летают.
Но, несмотря на все поиски, вторую птицу мы не нашли.
- Ладно, на обратном пути пойдем через эту полянку и еще раз посмотрим, никуда она не денется. Пошли на горку.
Олечка положила куропатку на высокий обгоревший пенек, зацепила еще шеей за острый край сломавшегося ствола.
- Собаки не достанут?
- Нет, куда им - высоковато, да и они же с нами будут.
Заинька уже впереди меня бежала на свою горку.
Прогулялись мы на славу, поели ягоды, бруснику, местами можно было горстями собирать, ну, шикшу тем более. Мы нашли даже хорошо сохранившиеся плоды шиповника, и Олечка собрала их, чтобы заварить чай.
А самое главное – мы нашли каменную смородину! Веточки с почками каменушки – это великолепный «ароматизатор» для чая. Хотя и не только для чая, если две три веточки бросить в бутылку водки, потом встряхнуть и дать постоять хотя бы десять минут, то эффект превзойдет все ожидания! Не знаю, что мешает людям делать деньги?
Напитки с такими ароматизаторами, как сахан-далья, родиола розовая, каменная смородина – напитки такие будут полезными и иметь спрос.
Почему же суют  всякую ерунду хоть в воду, хоть в спиртное?
Может быть специально?
Вот недавно по радио афишировали какого-то продвинутого нового русского, который восстанавливает производство копорского чая из травы Иван-чай. Не думаю, что это всерьез и надолго. Почему? Да потому, что копорский чай имеет лишь одно преимущество – дешевизну, при целой куче недостатков ! Хотя хватило бы и одного – дрянного вкуса. Мне это напоминает «индо-пакистанский инцидент»: одно время среди продвинутых домохозяек в моде было варенье из одуванчиков, мёд из цветков календулы и ещё что-то … сладкое из помидоров, причём из зелёных.
Кто его регулярно пил, когда было что-то более приятное, чай этот копорский?
А вот Курильский чай! Это можно пить, если на полке стоит и Ахмат и Липтон и…, а если еще золотого корешка добавить или каменушки, только чуть-чуть, чтобы не забить основной вкус и аромат!
Но впрочем мало ли что не понятного в нашем мире, а особенно в нашей стране!
Мы наготовили себе каменной смородины на год - удачно попали. Она только-только начинала распускаться – еще несколько дней листья раскроются и все, - у нее уже не тот аромат и вкус. Хотя конечно, если сравнивать с китайским чаем который с добавлением жасмина или с копорским ( тем «более» или «даже» - выбирайте сами) то можно и осенний сухой лист с кустов каменушки заваривать, не прогадаешь.
Никакого ура патриотизма, а простая констатация факта.
Впрочем, сами китайцы прекрасно об этом знают или знали. Не зря же китайские контрабандисты выносили мешки с сушеным золотым корнем с гор Байкала, в прошлом веке… или это уже получается в позапрошлом? вот время бежит, казалось бы два три года, а целый век уже лишний!
Камни мы тоже постучали в удовольствие. Олечка даже прихватила несколько «самоцветов» домой: кусочек раух-топаза и несколько осколков горного хрусталя. Кварц в наших местах весь какой-то мелкозернистый, хороший кусок горного хрусталя найти целая проблема! Но как говорил Семен Семенович Горбунков: «будем искать… точно такой, но с перламутровыми пуговицами». Куда нам спешить?
У нашего Стерлинга обнаружились странные наклонности или вкусы… не знаю уж как это назвать. Когда я разбивал кварц, то пёс крутился возле меня, что-то вынюхивая, а потом съел, вернее, проглотил несколько понравившихся ему камешков; смешно было слышать как кварц стучит по собачьим зубам, а потом – тишина… упало на дно желудка. Я стал его гонять, но Олечка сказала, что все камни от Стерлинга все равно не спрячешь и что, если хочет – пусть ест.
Пришли домой, затопили печку… Олечка нажарила вкуснейших оладушков на кефире… заварили наш волшебный чаек, на этот раз с веточкой каменной смородины.
Да, я все время забываю про водные процедуры! Но это уже настолько стало для нас обычным, что… да и как можно жить в тайге без горячего душа?!
Я хотел пошутить, но вспомнил некоторых своих знакомых, хороших людей, живущих в цивилизации. Где есть электричество, сварка, специалисты, где есть все… кроме горячей воды в доме, душа и раковины, естественно не с ведром или со стоком в пробитую в полах дыру, а с нормальным септиком, не замерзающим зимой.
Почему?! Не понимаю!!!
Есть другая крайность, но в ту же сторону, если можно так выразиться. Некоторые хозяйственные мужики – охотники построили себе баньки, но не ходят туда чаще 1 раза в месяц. Я вспомнил, как на предложение помыться в бане, мне ответили, что нельзя фарт смывать.
Порылся и не нашел у Ю. Липса в «Истории древних цивилизаций» примера подобных странных обычаев связывающих удачу на охоте с нечистоплотностью. Поистине, современная цивилизация многогранна и многолика!
 Ну, вот у Липса, по моему, … говорится, что индеец, который четыре, подчеркиваю - четыре раза в день не обтирался зимой снегом, изгонялся из племени, наверное чтобы своим фартом не мешал другим… охотиться… нефартовым.
Вот! Олечка нашла, не поленилась – я был прав – это у Липса: «Индеец племени крик должен ежедневно купаться хотя бы один раз, а зимой по четыре раза вываливаться голым в снегу. Старый исследователь Адейр рассказывает, что тех, кто не принимал эти ежедневные ванны, строго наказывали, царапая у виновного кожу на руках и ногах зубами змеи…».

Когда мы только попали в дикую тайгу, ещё в самом начале, то регулярно купались в озерах, в речках, в лужах-озерцах среди скал, - где только можно было! А зимой есть снег – ещё проще, а не то ведро горячей воды и махровое полотенце. Последний способ один из самых экономичных и действенных… да и приятно, чёрт возьми, прейдя из похода, растереться с ног до головы ( а вернее с головы до ног, ноги в последнюю же очередь) горячим махровым полотенцем!
Может быть это предрассудок, чистоплюйство, бзик… но, прочитав, что человек потребляет через кожу гораздо больше кислорода, чем через легкие, уже не смогу заснуть не обтеревшись хотя бы по пояс. Сразу же ощущение легкости, будто действительно вдох делаешь всем телом!
И особенно в тайге, в дали от цивилизации.

Но это так,  лирическое отступление, после горячего душа.

31 мая 2006 г.

День пасмурный, ветреный. Температура все также робко-плюсовая, где-то +5-8 єС.
Поставили наконец-то ветряк, ветер как раз поднялся, но лопасти надо переделывать: этот редуктор с передаточным числом выше 30 они не тянут… маловаты.
Но ничего, это уже детали. Материал есть, удлиним крылья и - полетим! Главное, что мы стойку со всем агрегатом установили и закрепили, а лопасти менять теперь на месте можно.
День прошел незаметно, как обычно и бывает, если занимаешься мелочовкой. Правда, я опять заряжал аккумуляторы, а это считай день пропал… все время отрываюсь, то напряжение проверить, то пилу подрегулировать. Бензопила «Урал», единственное, что у нас работает. Вся импортная техника и «Хонда» и «Хусварна» переломалась, - не вынесла русского бензина. Остался на ходу лишь  старый надежный «Урал».
На ведущую звездочку я наварил шкивок… и все хитрости! Соединяешь ремнем с любым генератором, потом регулируешь обороты, подсовывая стесанную на клин щепку под рычаг газа. Расход бензина где-то литр в час, зато заряжаются два-три аккумулятора сразу. Пять литров бензина - света минимум на неделю.
Свет, как я уже говорил, от ламп дневных для освещения салона в «Волге» или «Газели»  на 7w и 9 w. Они горят как 60 W обычные лампочки накаливания у вас на кухне.
Нам вполне хватает. Но ветряк все равно на днях я запущу. Хватит бензин жечь, он нам еще пригодится на дрова, на доски, да и вообще – электричество должно быть экологически чистым!
Вот буквально на днях по радио передали, что наши изобрели батареи, которые уже не только солнечные, но и звездные! Преобразуют в электричество даже свет звезд!!! Да еще к тому же очень дешевые – дешевле обычных солнечных в несколько раз… да, техника шагает!
Мы летом, вернее осенью прошлой задержались на рыбалке и возвращались уже по темному, так светили себе под ноги зажигалками со встроенным светодиодом, часа полтора где-то, не меньше… и еще горят! А раньше бывало  не успеваешь батарейки менять на фонариках.
Еще год-два… и наверное наш ветряк станет анахронизмом. Но все равно, пусть будет, с ним домик как-то веселее выглядит… сказочнее, душевнее как-то . Дымок из трубы идет, лопасти крутятся – жизнь и движение! Или наоборот – движение и жизнь, но от перемены мест слагаемых смысл не меняется.
На сон грядущий мне попался Булгаков под руку. Олечка - та вся в своей геологии (она даже Стерлингу хочет геологически соответствующую кличку дать – Геошарик).

Ну, подвернулись мы с «Мастером» друг другу значит и опять… и опять заспорили! Словно два старинных приятеля - которых хлебом не корми – дай о смысле жизни поговорить… жизни, смерти и еще о чем-то, что среди них, по середине значит, а не затерялось «среди». Это не объяснение «для дураков», а игра… в силу величия русского языка и его многозначности, ну и разумеется многозначимости… с робкой надеждой, быть может поймать… уловить те тонкости, ту неразличимую грань между словом пустым и словом верным. Народ это всегда чувствовал, не зря в сказках самым лучшим подарком, самой надёжной помощью ищущему было «верное слово». Верное… правильное и которое не подведёт… «верное решение» и «верный друг».

А ведь вполне возможно, что нам подсунули этот дуализм: добро-зло, верх-низ, жизнь-смерть, бытие-небытие. Зачем? А чтобы спрятать действительно важные вещи, например вопрос о возникновении всего этого и о его, этого
ВСЕГО – реальности.
Как не крути, не зная основного не решить других вопросов (без ошибок… с ошибками вопросы эти пытаются решить более менее регулярно вожди всех времен и народов как политические, так и духовно-религиозные).

Я только что вышел на порог нашего домика… вокруг стояла чистая промытая… умытая тишина; притихшие после дождя деревья словно думали о чём-то своём: правильном, нужном, настоящем; исчезающие в тумане горы… огромное махровое полотенце молочно-белого тумана лежало над миром, будто промакивая… утирая его после дождя… вот это останется! Это настоящее – пусть там бьется головой о стену мир называющий себя то гуманным, то цивилизованным; гуманным чаще перед очередной войной, которые сейчас называют конфликтами. А цивилизованным после неё, чтобы выйти из драки с лицом (какое уж тут «сохранить лицо»)… побитым, в синяках, но гордым – с чувством исполненного долга, как король из того места, куда и он вынужден ходить пешком.
Чтобы там не сотворил человек и его новый хозяин – искусственный разум с нашим обществом, с нашей цивилизацией… но до этого тумана им не дотянуться. Никак не дотянуться… это без обсуждений! просто кишка тонка… хотя, конечно, боли  и крови и очередного правомерного и правомочного зла будет под завязку, но это лишь очередная волна, которая по своей природе обязана откатиться и откатится и останутся только горы, моря, небо… и человек!
Людей может погибнуть очень, очень много, более того даже все… но человек – вечен!.
Красивая фраза – а почему… человек останется?
Да по определению! Что такое люди – это сложно – споры идут и будут идти – вот наконец-то подходим к тому, что вроде бы не обезьяны всё же мы, а люди, хотя гордиться и этим не стоит. Определить окончательно и бесповоротно класс, тип… даже вид хотя бы… людей, понятие «люди» вряд ли удастся, получится вообще когда-нибудь. И не потому, что это очень уж сложно, просто само понятие переходное, промежуточное… слишком расплывчатое и неопределённое для однозначного определения.
А Человек, будучи Вселенной в миниатюре, её сложной уменьшенной копией, будучи этим – он будет пока будет сама Вселенная, а возможно и дольше!

Все-таки, как пахнет тайга после дождя! Чем-то исконным, родным… и вечным.

P.S. Возможны три варианта дальнейшего развития событий. Всё останется как есть – но это не возможно в принципе… даже, если не учитывать геометрический рост скорости с которой цивилизация бежит-несется, скачет – вот последний глагол более всего подходит – скачет к обрыву. Ничто не может остаться неизменным, тем более социально-экономическое образование.
Второй вариант – Землю уберут от людей, как дорогостоящую хрупкую вазу от неразумных детишек, не на шутку расшалившихся… то ли по причине попустительства родителей, то ли в силу их отсутствия вообще (не было или «умерли» - прекратили своё существование).
И, наконец, третья возможность – людей уберут с Земли…
Третий modus operandi (способ действия) наиболее вероятен – он самый простой, а природа она ведь только пустоты не терпит… простоту же наоборот - просто обожает!
Ведь гениальное – просто, а кто будет спорить, что МИР гениален, разве что не признанный гений (чаще всего в политике подвизавшийся).
А запасной вариант у природы уже готов – муравьи. Им всего-то 30 т. лет, современному виду, а чего уже достигли! А правда чего? – никто же не знает!
Люди по истечении такого срока своего развития не имели ничего подобного, особенно в смысле социальной организации.
Вряд ли нам дадут возможность травить Землю свыше какого-то предела.
Терпение лопнет и произойдет хирургическое вмешательство – тем более, что скальпель мы уже давно создали и даже кнопочку к нему присобачили, и даже чемоданчик придумали, чтобы эту кнопочку в любой момент можно было нажать, даже сидя… сидя… ну где? к примеру за столом заседаний… или на стульчике заседаний – комфорт полнейший, точнее полный, это дурдом - полнейший. Предел мечтаний… идиота с печки: «по щучему велению» .
Все готово! Нам просто уже не шанс дают, не время, а просто так – надежду на чудо!
Кто же или что даёт? Вот в чем вопрос – да всё ТОТ же или ТО же, что все это создало, вырастило, выпестовало, естественно не для того, чтобы люди съели этот мир подобно раковой опухоли.
Идет великий эксперимент, увлекательнейшая игра под названием Существование Вселенной!
А вопрос про то КТО  БОГ – шкурный, нам хочется это знать с единственной целью побыстрее броситься на колени перед этим НЕЧТО… зачем? Да все за тем же, все за тем же – «ничто не ново под Луною»… среди людей так и подавно.
А человеку интересно не столько кто ВСЕ сделал… создал, а ЗАЧЕМ… Зачем это сделано, какая цель этого ВСЕГО.

- Тебе интересно, Заинька? Или уже спишь?
- Нет, не сплю… я вот всё думаю, какой ты у нас умный, чтобы я без тебя делала…
Я засмеялся:
- Умерла бы, наверное, от скуки где-нибудь в большом обществе… в концертном зале, кинотеатре… прямо в троллейбусе!
- А троллейбус- это какой? Который без шпал… вернее без рельс?
И я снова засмеялся… нет, как же всё таки хорошо, что даже в наше время умная, красивая, молодая женщина может ещё задавать такие вопросы… получила такую возможность… такой шанс.

Вот так мы и поразвлекались на сон грядущий… в самом - самом конце весны… 31 мая 2006 года, года Собаки, эры последнего Шанса… Она же эра Водолея.

1 июня 2006 г.

Погода с утра солнечная была, но после обеда все холоднее и холоднее и наконец-то вечерний дождик сменился ночным снегом.
Не понимаю, почему говорят: «у него или у нее настроение меняется как погода у моря?», правильно будет – как погода в горах!
Олечка переживает геологический бум! Конспект все растет, становится уже цветным… я подглядел краем глаза, пока она писала.
С утра пока погода ещё не испортилась мне сообщили:
- Сегодня идём на болото, надо обследовать гряду и горочку которая перед ней слева.
Это было сказано как само собой разумеющееся. Меня уже ни о чем не спрашивали, не уговаривали, а просто ставили в известность. Все кончается… кончился быстро и мой медовый месяц… в геологии. Все уговоры отошли в прошлое, а теперь молоток в зубы и пошли!
Шутка, разумеется, я сам люблю лазить по нашему болоту, по горкам вокруг него, по гряде огораживающей болото с запада, где лишь речка протекает через узкие ворота в той крепостной стене, охраняющей нас.
Лыжи – глаза мои не видели бы это гениальное изобретение древних охотников, лыжи почти развалились, но у меня уже нет сил и желания их ремонтировать, какие лыжи, первый день лета на календаре!
На календаре да, а в лесу еще столько мокрого снега, что неделю таять будет!
Но это уже не страшно, под кедрами все шире пятна зеленых проталин, горы все ниже опускают полосу, границу черного и зеленого, тесня белое… которое уже и не совсем –то белое - снег весь усыпан всевозможным  мусором: черные, высохшие веточки, листики и еще не понятно что… все это притягивает солнечные лучи, помогает им быстрее съедать белую кашу; столь обильно наваренную или наваленную зимой-матушкой, которая сейчас стала почему-то тетушкой, а вернее чужой теткой… надоела наверное просто!

Прокрались мы по косогорчику на наше болото, нашли мешки с перегноем, который мы не смогли осенью унести из-за дождей, только подсохнет земля в мешках, только соберемся, а тут опять ливень, не тащить же в такую даль (пару километров) вместе с перегноем воду напополам – или больше даже чем напополам?
Вот по краешку протаявшего болота мы забрались на подножие Загрея и мне дали работу.
- Миленький, стукни, пожалуйста, вот этот камешек! Потом вон тот выше ударишь и вон тот здоровенный, видишь слева вверху!
Короче говоря, работай я был обеспечен с перспективой. Собаки видя такое дело – хозяева не охотятся, а что-то долбят, убежали сразу же под самую гряду, где были такие чудесные холмики, а на этих холмиках, покрытых стлаником и редкими лиственницами, были чудесные, так захватывающе свистящие и пахнущие, бурундуки! Бурундуки, которых можно было загнать на дерево и попытаться снять с него (Берта иногда умудряется на три метра забираться на какой-нибудь корявый листвячок), а можно азартно выкапывать этого зверя из-под корней дерева, благо грунт мягкий - глина с песком – рой хоть на метр!
Вон и рядом, кто-то уже рыл - да… это рыл так рыл! Медведь тоже любитель поохотиться на бурундуков, а на их запасы орехов тем более; он роет иногда целые ямы, воронки, выворачивает при этом и корни, и здоровенные валуны!
«Вот это занятие, вот это жизнь! А эти хозяева ходят и стучат… нет глупые всё таки эти люди, они наверное не могут думать… конечно не могут, если делают не то что им хочется… вот он! Свежий запах, только что пробежал бурундук… сейчас мы его схватим.»

Мы прошли склон Загрея, где уже не было снега, перспективнее было бы подняться выше, но не охота было перебираться через участок снега.
Гора «Загрей»… давать имена горам придумала кажется Олечка, мы давно для удобства обозначали, называли озера: Красное, Овальное, Лазурное, Верхнее. С одной стороны удобно… ну, а с другой – в этом что-то есть - давать имена озерам и горам.
Горы у нас в основном греки, наверное, Олечка в этот период проходила греческую мифологию или Голосовкера начиталась, не знаю, но у нас есть и Хронос и Астрей, и Крий…
Некоторые из этих гор и озер имеют названия на карте, но далеко не все, да и названия у них не всегда совпадают с нашими впечатлениями…, а надо, чтобы совпадали, они же рядом, вокруг… С нами! Как там у Высоцкого: «но это наши горы, они помогут нам»!
Собак мы все же призвали… к порядку, подозвали к себе при помощи свистка, а то носятся по холмикам, а мы здесь в стланике имеем вполне реальную возможность с медведиком носами… нос к носу или к уху, как там уж выйдет!
Стерлинг прибежал первый, ближе был или дисциплинированность взыграла, а Берта возвращалась позже, когда уже не было у неё пеленга по свистку, не будем же мы пол дня дуть в свисток. Смотрим сверху как наша волчица идет по следу… по своему, обратно; вся сосредоточенная, в поиске: «где эти непутевые хозяева, опять потерялись!»
- Что свистнуть ей, а то будет круг делать, а Заинька?
- Ну свистни, а то жалко ее - столько по кругу оббегать!
Я дунул в свисток… рыжая сразу затормозила и навострила уши, оглядываясь по сторонам… тут она увидела несущегося к ней с горочки Стерлинга и по его следу проведя взглядом заметила нас. Подпрыгнув на месте от радости и сложив уши, Берта помчалась к нам; вот встреча с кобельком, столкнулись корпусами, Стерлинг запрыгнул передними ногами на спину мамки, пытаясь повалить её на снег, но Берта ловко вывернулась и  собаки вместе понеслись к нам…
Мы прошли по каменистому гребню, где снег уже стаял и вышли на гряду.
- А помнишь, как мы здесь в тумане бродили и не узнали своих же следов.
Я повернулся к Ольге, которая чуть отстала, высматривая свои минералы и самоцветы.
- Да ты еще говорил, что вот кто-то как мы с собаками по тайге ходит, а следы то были наши и наших собак… на мху на ягеле чётко отпечатались.