Лето это горное лето

16 июня. Пятница. 2006 г.
Наконец-то! Да здравствует солнце, да здравствует тепло, пусть всегда будет лето… или хотя бы раз в год, но обязательно!
Три  дня уже стоит жара, с каждым днем все более усиливаясь.
С наступлением хорошей погоды некогда и дневник заполнить, три дня за него не брался.

Мы все в огородных делах; сегодня еще одну грядку запустили, американскую или ангарскую, а может вообще нашу. Высотой получилась около метра, это если грунт считать без пленочного верха.
Я вылил в эту огуречную грядку ведер 30 воды, чтобы загорелся навоз и сено. Олечка накрыла пленкой землю. Завтра думаем высадить огурцы. Это у нас уже вторая партия, из первой остался один куст – мальчик-с-пальчик. Он-то нас и кормит огурчиками. А остальная рассада всё от огуречной мозаики чахла-чахла, бедные растения всё боролись за свою жизнь и всё безуспешно, пока мы их не выбросили.
Куры несутся, щавель растет, вот мы уже и зеленый борщ недавно сварили, правда с последней баночкой тушенки, надо было побольше куропаток законсервировать! Но ничего, скоро хариус пойдет по нашей речушке, будем прямо с порога ловить!
Он, хариус, наверное, и сейчас идет, но вода большая, сети не поставишь, а на спиннинг некогда – огород на первом месте. Тем более что в этом году у нас первый раз что-то в полнее ощутимое и будем надеяться весомое получается с овощами.
Огурцы первые еще в начале мая мы ели, перец также пару недель назад попробовали, а вот сегодня, первые помидоры! И не какие-то с подоконника, а созревшие на кусте, растущем на полноценной грядке! Помидоры все в плодах, уже бурых много, а зеленых не меньше двух ведер, так что если огурцы еще в парнике пойдут, то мы победили!
Наша задача в чем? Перейти на самообеспечение: рыба, мясо - хорошо, но далеко не все.
Вот сейчас мы знаем, что куры здесь в горах, в условиях, приравненных к Крайнему Северу (районный коэффициент – 0,7) чувствуют себя хорошо. Корм для - них кедровый орех, вернее стланиковый, всегда в достатке можно заготовить, значит, свежие яйца у нас будут постоянно и круглогодично, нужно только увеличить поголовье. Они и сегодня есть, но по 1-2 в день, не дождешься, когда, же эта яичница подсоберется.
Вот если цыплята выведутся у нас свои, местные, адаптированные будет отлично!
Яйца есть, а к ним бы еще соленые огурчики и помидорчики!
Вот мы и экспериментируем с грядками и теплицами.
Земляника Олечкина вымерзла, осталось пара кустиков, но и те чахнут.
Причину понять не можем. Земляника у нас уже третий год; прошлую зиму перенесла нормально, а эта не холоднее и тем более не малоснежнее.
Попробуем высадить землянику также в теплую грядку, а что же еще остается делать, если Олечка очень любит эту ягоду… и я обещал ее закормить земляникой.
Но, если серьезно, то ягода – это не проблема, в лесу всегда можно набрать и голубицу и чернику; клюква у нас тоже не редкость. Морошка родит не каждый год, но бывает, бывает. Брусники в нашем огороде (распадке, урочище) не густо, но если сильно захотеть можно сбегать на Абчаду, там мы знаем замечательные брусничники.
Вот есть еще одна ягодка! Надо сказать замечательная, но, несмотря на то, что цветет она хорошо, ягод очень, очень мало. Листики, как у малины, или земляники, кустики небольшие с розовыми цветочками, сама ягодка по форме напоминает маленькую малину, но вкус у нее необыкновенный и аромат прямо волшебный. Созревает эта ягода, мы ее зовем княженикой, в конце августа, но найти полянку, где можно собрать хотя бы стаканчик – проблема.

- Миленький, ты что забыл? Мы же уже определили – это княженика.
- Где определили, как?
Олечка возмущённо пожала плечами:
- В журнале  «Наука и жизнь»!
- Ну, если в журнале… в «Науке и жизни», тогда точно княженика.
- Заинька, а почему её тогда не знает… из местных.
Олечка снова завозмущалась:
- А что они вообще знают? Они растениями совсем не интересуются, даже Курильский чай… кроме Бори никто не знает! Всё рыба – рыба, хариус, таймень, давачан… больше от них ничего не слышишь.
 
Да… у нас есть еще один ценный продукт природы, который хоть и не назовёшь существенным, но всё равно он нас радует и поддерживает! Вчера мы наконец-то сходили, забрали бутылки с березовым соком, получилось литров пятнадцать… всего. Обычно мы набираем где-то около пяти ведер и выпиваем за два месяца летних. Жара стоит, и кисло-сладкие газированные напитки утекают, как вода сквозь пальцы, неплотно сжатые, причем пальцы.
Но в этом году Олечка наконец-то завершила отработку технологии по производству кваса! Да не простого, а настоящего, на ржаных сухариках и хлебе, тоже ржаном.
Это радостное событие, потому что баня… баня без кваса – это… ну, почти как без веника.
Когда поддашь с кваском… вот это парок получается!
Предки наши, русские, не дураки, нет! Не дураки они были.
Да сам Михайло Васильевич выучился на хлебе, да на квасе; помните, на две копейки хлеба и на копеечку кваса… или наоборот? Наверняка наоборот, если после праздничка с утра!

Отвлекся я. Так, что там у нас про натуральное хозяйство, ну то, которое себя полностью обеспечивает?
Значит перечисляем: мясо, рыба, ягода, яйца и вот (если еще) овощи!!
Кроме того, нужно узнать технологию производства кедрового масла. Где не искал, не попадалось, пока, но попадется! Зачем все это? А кто же его знает? Вот именно – что никто. Что будет завтра, может быть еще и известно, но вот прогноз на год, два, пять – это дело не благодарное и ненужное.
Что будет, то и будет, но в любом случае свои, экологически чистые, домашние продукты ни как… ну вот вообще никаким образом не помешают.
Куры кроме того неотъемлемая часть интерьера, когда бродят вокруг дома, то создают какую-то умиротворенность, дополненность, что ли; а петух – по утрам?!
Петух у нас попался образцовый. Мало того, что красавец, хоть на картинку, так он еще и защитник, вот на меня сегодня два раза нападал, я переоделся в камуфляжную энцефалитку, а ему видать этот раскрас не по душе (наверное, такая расцветка ассоциируется у петуха с курокрадством, а не с курозащитой… почему бы это, а?) вот он меня и атаковал. Кроме того, наш Феникс заботится о своих курах как не всякий муж о жене у нас людей. Не ест – не пьёт, пока куры не наедятся, если что отлетит в сторону, крошка какая-нибудь, он возьмет в клюв, пококает, вот, мол, и положит возле куриц.
А недавно мы заметили еще одно проявление петушиного благородства. В курятнике два гнезда, в одном мы закрываем Чернуху, чтобы высиживала птенцов, а в другом Пеструха не очень любит нестись, станет перед Чернухиным и стоит ждет чего-то. Так петух усядется в свободное гнездо и греет его; греет кудахчет, сейчас мол, сейчас нагрею. Причем это повторяется регулярно, то есть не случайное совпадение.

Что у нас еще? Вот речка вместе с жарой стала наконец-то полноводной, мы еще позавчера с Олечкой спорили, она доказывала, что весной больше воды у нас и вовсе не бывает; а я утверждал, что иногда даже мостик нижний захлестывает брызгами… течением. Сегодня Заинька признала, что была не права, мостик мокрый напрочь, вода до него не достает всего сантиметров  десять, но так бурлит и пениться, что мост весь мокрый.
Вообще-то низковато сделали мы наш мостик, но чтобы поближе к домику было выше не получалось. Надо было найти пару деревьев на берегу, стоящих так, чтобы они упали на другую сторону без проблем, когда спилишь и потом еще их свести вместе… соединить, ну короче говоря – мост сделать.
Возле баньки мы не усложняли себе жизнь такими сложностями.
Я свалил елку потолще, а потом ее вершину на другом берегу мы укрепили на пне, комель тоже лег на свой же пень, а сам ствол обтесали, чтобы сильно не скользить по нему.
Вот и все дела, час времени потратили всего лишь.

Так что у нас два надежных мостика, а то раньше идешь сверху, лень обходить по стланику до нижнего моста и перебираешься возле баньки по жердочкам...  ну и бывало, выкупаешься – занырнёшь… хорошо, если летом, ну а весной в большую воду или осенью, после дождя – удовольствие не большое бултыхнуться в одежде и в обуви, еще и с ружьем!

Вот сейчас Олечка приготовила нам наш легкий ужин – салат из свежих овощей с черным ржаным хлебом…
Гонит меня мыть руки, а то салат остынет…
На сегодня вроде бы все.


17 июня. Суббота, год по-прежнему 2006

Погода жаркая! Хорошо, что речка несет с гор прохладу… подойдешь к воде, в нос прямо бьет свежестью, снегом… даже щекочет в носу, прямо чихнуть охота, но не чихается потому, что всё чистое, свежее… Ленор! Лепота! Уже люди путают причины и следствия: Это Ленор пахнет горной свежестью; а сказать, что горная свежесть пахнет Ленором… это значит вообще в голове всё перекрутилось с этой цивилизацией.

Высадили огурцы в теплую грядку; они сразу же на глазах воспрянули духом, до этого парились бедные в стаканчиках из пластиковых бутолок на подоконниках второго этажа.
Получилось восемнадцать кустов; вот по килограмму с куста хотя бы - и то два ведра. У нас еще три куста огурцов остались на втором этаже, для подстраховки, как Олечка говорит.
Помидоры с каждым днем растут и краснеют. Вот сегодня салат из помидоров ели… даже перец один добавили, но еще зеленый, правда; никак не дозреют наши перцы, не успевают.
В обед (яичница и салат, как я уже говорил)… вернее после него, мы легли отдохнуть – «сиеста сэр»!
Такая жара, что начинаешь понимать - сиеста не восточная роскошь, перенятая испанцами у арабов, а необходимость.
Я вот все жара, жара, а конкретно - сколько?
В тени +22 єС, но это в глубокой тени, от градусника поблизости погреб, от которого прямо тянет холодом и куча снега не оттаявшего под слоем опилок, которые мы убираем потихоньку, но никак не уберем все. За зиму скопилось столько всяких деревянных после дров, что наверное, всё лето будем убирать. Но ничего страшного мы их кладём на дно наших теплых грядок – в хозяйстве всё сгодиться.

После сиесты Заинька напоила нас «какавой» с коржиками и сразу… без разговоров и уговоров утащила, как она сказала, «развеяться».
Развевались или развеивались мы на окрестных горах… с молотком, разумеется, а куда же денешься: «monte et malеo!»
Собаки, увидев, что мы наконец-то взялись за ум… в смысле за ружья, обрадовались, но сильно не бесились… жара наверное, повлияла и на них  - успокоила немного.
Кошки подумали, подумали и решили, что отпускать нас одних с собаками не стоит и дружно так, будто, само собой разумеется, Баюша и Неффертити рядышком бочок в бочок побежали с нами.
До этого с нами кот иногда увязывался. То еще снег лежал, а он по насту на куропаток с нами ходил; то вот совсем недавно за соком березовым через кучу ручьев и еще лежавший местами мокрый снег ходил… собирать помогал.
Но кошка обычно дома сидела. А сегодня впереди кота побежала за собаками… меня обогнала! Олечка на нее накричала, но без толку… я догнал и слегка молотком её… остановил; ну ручкой, конечно, она у геологического удобная, длинная, а что еще делать? Увяжутся, а потом на себе тащить; так они еще и ехать не хотят. Спрыгивают постоянно с рук, потом отстают и орут на всю тайгу и ее окрестности, - подождите мол, не успеваем за вами и собаками!

Удрав от кошек, мы форсировали разлившийся ручей и по своей старой тропе поднялись на горку; потом свернули с тропы и пошли исследовать залежи полезных ископаемых… и полезных растений… ну и животных заодно полезных и вкусных.
Забрались мы высоко на горку, однако стучать мне сегодня пришлось мало -  команды не поступало. Олечка забыла про свое хобби, была такая прекрасная летняя погода, что мы просто гуляли, ели ягоду, прошлогоднюю бруснику и шикшу; попили водички из ручейка на самом верху горы… так интересно пить из ключика на самом верху среди камней… и вкусно, необычно как-то и даже странно.
Потом сделали привал и лежали, любовались открывшимся видом на Неручанду и дальше на северо-запад. Открывалась такая прекрасная панорама – горные хребты, горы с снежными вершинами будто парили в воздушном мареве, а на самом севере тонули в яркой и глубокой синеве.
Поспорили о расстоянии до ближайшего горного хребта виднеющегося вдали.
- Как ты думаешь, сколько до него километров, Заинька?
- Ну-у-у… я думаю… километров двадцать!
- Заинька! Я же серьёзно спрашиваю!
- А я, что не серьёзно?
- Тогда ты балбеска… у меня.
- Почему у тебя?
- Ну, у нас значит!
Мы помолчали лёжа на солнышке, подставив ему лицо и закрыв веки.
Потом поиграли в облака или с облаками - попробовали представить, нарисовать что-нибудь из них, но не получалось почему-то в этот раз. Через силу              делать это не хотелось: горы и облака были как одно целое, отдельные тучки не хотели выпадать из общей картины и вырисовываться во что-то особое… индивидуальное. Это была единая система, а если проще, если это проще, лицо во всей своей красе и гармонии… лицо природы… небесное лицо природы… мира. Ничего особенного, ничего особого, но всё вместе и на своем месте… всё.
Единство всего, как на полотнах у великих художников или как единство строчек у великих поэтов; или нет у них, у великих – единственность строк…

Возвращались обратно мы самыми верхами; по своему следу идти было не интересно второй раз, а ниже можно еще было попасть в снег.
На плоской горе Олечка заметила тригонометрическую вышку.
- Давай подойдем, посмотрим… интересно.
- Давай подойдем, почему бы и не посмотреть… если интересно.
Мне самому было любопытно. Кроме самой вышки на трех опорах, рядом стоял еще какой-то шест.
Этот шест был обложен здоровенной кучей камней – наверное, не меньше трех метров высотой  -  впечатляющее сооружение!
Рядом была вбита труба, а на ней дюралевый знак: «Геодезический пункт. Охраняется государством.» и серп и молот.
Такая ностальгия промелькнула вдруг! Но я ей не дал сесть на плечо или на душу, этой грустной птице. Глупо тосковать по прошлому, еще глупее его забыть, пожалуй… однако и тосковать все же не стоит.

Возле вышки я нашел лом, а Олечка старинный замок; забрали свои находки домой… Заиньке-то хорошо, положила замочек в карман и бежит себе припеваючи, в смысле песенки поет; а мне этот ломик и бросить жалко, вещь в хозяйстве полезная и нести, тащить по горам что-то в ломоту.
Только стали вниз спускаться, собаки вспугнули куропача. Берту удалось отозвать, а  Стерлинг, гад не послушался и угнал его далеко. А первый раз сел почти рядом возле нас… курочку собаки не нашли, да и мы сильно не искали, пусть птенцов выводит!
Мы без мяса и рыбы уже пару недель, наверное, а то и больше. Но уже пошли овощи, да и яичница иногда собирается…
Нет времени рыбачить или охотиться, хочется с огородом разделаться более-менее хотя бы.
На подходе к дому нас кот встречал, перебежал даже мостик, хоть брызги его доставали, вода ещё прибыла.
Вечером попили какао, и пошли отдыхать… к книжкам своим; устали что-то после похода.




18 июня. Воскресенье. 2006 г.

Погода все такая же теплая. Днем +20-22 єС в тени, ночью до 10 єС.
День прошел в суете по хозяйству. Я отремонтировал бензопилу, собрал из двух одну, но «хорошую». А то обе работают, но чувствую, что подходят - еще немного и полетит что-нибудь. Вот я и решил профилактический ремонт сделать..
Сейчас напилю реек отремонтированным «Уралом» и доделаю наконец-то огуречный парник. В России всегда так – люди уже живут, а дом ещё доделывается; и у нас с парником – огурцы уже  во всю шуруют, а мы его ещё достраиваем. 
Олечка возле домика убиралась и помогала мне…  даже в ремонте. Я ей дал задание - цилиндр почистить, так она его вымыла в керосине и вычистила, что аж заблестел как новый, - это хорошо, теперь не так греться будет…
Завели нашу пилочку, опробовали - супер! значит будут дрова, доски и при необходимости – электричество.


19 июня. Понедельник. 2006 г.

Утром хмурилось небо, но солнышко все же проглядывало.
Сверившись с барометром, мы решили все же прогуляться по горам.
Шли туда, погода была нормальная… над нами… а вокруг все затягивало.
На северо-западе собрались черные тучи и там пошел дождь. Нам с горы хорошо видно было, как от облаков протянулись полосы к земле. Начало греметь; гроза приближалась к нам. Вот бывает же так, все против, но ты все равно прешь на рожон, ну и мы… все выше забирались на гору, хотя уже пахло дождем во всю.
Одна туча нас обошла с юга, а когда мы уже повернули обратно, за нами погналась хорошая тучка, по которой было видно, что не обойдет…
Мы заспешили, но тут Стерлинг на самом  верху горы считай на небольшой болотинке поднял куропаток… ну, какой же охотник удержится?
Короче говоря, попали мы на самом верху горы в такой ливень… а потом еще и град влупил!
Гремело, правда слабовато - «видали и посильнее!»
Единственное, что радовало в этой ситуации – вид родного жилища; мы уже спускались по склону горы, покрытой стлаником, к нашему домику, который сверху был как на ладони, со всем хозяйством: баней, лабазом, теплицей, «горшками и вёдрами»… вдруг:
- Миленький, куропатка прокудахтала!
Олечка показала куда-то в сторону чуть ниже, но надо было лезть в стланик, а по дождю еще с градом не очень-то хотелось.
- Заинька, некогда… ты видишь какой град?! А у нас растения не укрыты… побьёт их… побежали!


Мы прошли напрямую к домику, не сильно – то разбирая и выбирая тропу. Помидоры,- стояли на улице, выдержали град, который закончился, как только мы спустились, не раньше и не позже. Мы их не стали убирать сразу, еще подержали под дождиком, который утих чуть ли не  до грибного: естественно, мы же уже дома, когда шли по горе и по стланику, то был такой ливень – с ума сойти можно, -  капли дождя с горошину, а град иногда и больше чем горошина… причём капли дождя тоже были твёрдые, во всяком случае не очень –то отличались от градин.
Но это не страшно – даже весело, мы же дома! Пришли, растерлись махровыми полотенцами, переоделись в сухое; на ноги шерстяные носки и все отлично!
Вот сейчас вода нагреется, пока Олечка будет хлеб печь, у нее как раз тесто подошло и примем горячий душ… красота. Ну, а пока можно и чайком погреться с коржичками горячими… и с медом!
- Миленький, ты если хочешь сгущёнку, лезь в погреб!
- А почему я, это же твоя обязанность в погреб лазить?
- Ну, как хочешь… я не полезу – у меня оладушки горят!
- Ну, вот как всегда… на самом интересном – я уже настроился на коржички…
Олечка оторвалась от сковороды и посмотрела на меня.
- Да я шучу, шучу, Заинька!
- Если ты хочешь молока, я достану… но я с мёдом буду. Что лезть… доставать?

К вечеру над речкой поднялся туман и если ближе подойти к воде, то четко слышно запах дождя… и гор после грозы.


20 июня. Вторник. 2006 г.

Погода: утром рано - скоротечный дождь, потом солнышко… и вот земля уже парит – травка зеленеет. Цветочки у нас уже появились, мы их зовем фиалками, но они меньше и листик другой. Надо бы установить, определить все наши растения, но пока нет литературы, которая давала бы исчерпывающие ответы на все вопросы касательно флоры… да и фауны.
В обед опять легкий грибной, прямо радостный какой-то, озорной получасовой дождик и снова гроза… буквально на минуту! И вот воздух пропитался новой порцией свежести и озона!

Весь день провозились по хозяйству. Я дрова колол, Олечка складывала. У нас уже порядочный штабелек, до Нового года хватить должно.
Много времени я убил на чистку ружей, вчера попали в дождь, после него закрутился и не почистил.  Олечка, предвидя это, положила свое прямо на лестнице, ведущей на второй этаж, но мне оно «помешало», я его вынес в коридор… и забыл.
Вот сегодня и пришлось убить уйму времени, считай по два часа на каждое. Но куда денешься, оружие это основное в лесу…

Возле домика становится все уютнее, мы потихоньку складываем дрова, которые навозили зимой, убираем всякий хлам неизвестно откуда взявшийся.
Сегодня мы решили сделать профилактику нашим помидорам и перцам. Пока Олечка разводила бордосскую жидкость – я собрал урожай, потому что восемь дней после обработки нельзя будет есть овощи.
Получилось, чуть ли не полведра! И это чисто бурых и красных без всяких там начавших буреть.
Если так пойдет, то мы консервацией себя на зиму обеспечим... да, пожалуй, вполне обеспечим.
Куры сегодня забрались в парник – поклевали немного помидоры, но Олечка больше расстроилась, что они совершили уже второй набег на ее васильки. «Цветы уж проклюнулись, листики пошли, а эти куры!» - часа два, наверное, ворчала.
Что же поделаешь: известная борьба животного и растительного мира, два мира, два царства, конфликты пограничные неизбежны. Иногда и войны случаются в виде авианалетов саранчи или овечьего спецназа, делающего зачистку всего зеленого.
Но у нас я думаю, до этого не дойдет: еще раз и все – отгулялись, в курятник под замок… «в Саратов, к тетке».
Вот под вечер радио порадовало, которое России, только включили и Юра Шевчук с «Белой рекой» как раз в тему – наша речка после дождей разлилась, грохочет!
Интересно, почему так – песня, которую передают по радио кажется намного вкуснее, чем, если бы ты слушал ее на магнитофоне?
Что это? – эффект неожиданности или все же сопереживания… воздействие того, что с тобой сейчас эту песню слушают многие и среди этих многих есть те, которые разделяют твой… «восторг души».
Но эта тема может далеко завести нас от цели сегодняшнего дня, поэтому оставим ее… пока оставим.
Пес с каждым днем умнеет. Уже можно сказать, что собака, а не щенок. Службу несет бдительно, бегает постоянно через мостик на ту сторону реки… к горе частенько мотается, короче охраняет границу!
Берта изредка присоединяется к Стерлингу, пенсионерка Галочкина мы ее прозвали, до пенсии ей правда еще далеко, но она с самого детства делает в основном то, что лично ей надо.
Вот день и прошел, чудесный летний денек, и дождик несколько раз шел и гроза была и солнышко припекало, всего понемногу!



21 июня. Среда. 2006 г.

За день было три легоньких дождика и один хороший с громом и молнией, даже град пятиминутный выпал, размер градин был, наверное, пятимиллиметровый и шел он минут пять.
Снова хозяйство – дрова, уборка. Такое впечатление, что лето наступает только для того, чтобы мы успели убраться вокруг домика; а потом рыбалка осенняя, сбор ягоды… и привет! Привет - привет, наш первый снег!
Но если серьезно, то осень у нас золотая, весь сентябрь тепло и сухо. Дожди могут среди лета на неделю другую зарядить, но осенью всегда сухо… ну, по осенним меркам, разумеется.
Сегодня мы решили побаловать себя шикарной баней.
Парились больше двух часов. Я, пожалуй, так и все три. Ушел раньше, чтобы подкинуть, поднять температуру до должного уровня, а потом Олечка уже ушла, а я еще разок зашел в парную… благодать! Потом помылся… и не удержался,  ещё на закуску заскочил, попарился  минутку.
Купались в водопадике, - вода бешенная, полоумная.. или половодная - не знаю, но настоящая ледяная водичка - горная. Олечку снесло течением на другой берег и Стерлинг с Баюшей к ней перебрались по мосточку… спасатели, ну и я конечно за компанию.
«А на том берегу…» как Малинин поет, только лучше. У нас на том берегу лужайка с Иван-чаем, змеиным горцем, жарками, золотым корнем и щавель затесался в эту компанию, каким образом, каким Макаром, не понятно!
Лук растет везде дикий, корень золотой, валериана даже попадается… а щавель нормальный… не какой-нибудь конский, а нормальный огородный – он  только у нас возле домика и возле баньки на том берегу. Будто кто-то специально посадил и для нас, и для курочек – они этого щавеля уже наклевались под завязку… гады; вот теперь и делают набеги на наши грядки.

Помидоры наши просто великолепны, перец хороший, а вот огурцы в парнике все никак в рост не пойдут. То ли не оклемались после того как куры их поклевали, то ли холодно – грядка ещё не заработала, тепла мало выделяет? Но будем надеяться, что начнут расти.

Сегодня заряжал аккумуляторы, промыл заодно старый, но не хватило времени его до конца зарядить; завтра надо будет довести до кондиции.
Питаемся одними салатами, ну еще коржики с чаем и какао.
Иногда Олечка варит молочный суп с гречкой или пшеном.
Охота чего-нибудь… серьёзного.
Чувствую, что терпение скоро лопнет, и мы все же сбегаем на рыбалку… Дожились! С этой работой нет времени рыбы поймать… полный дурдом – мы что сюда за тридевять земель… приехали… в огороде копаться?!
 
Ну, вот… на днях Олечка собралась в дальнюю разведку, как раз мимо Буториндо, я вместе с молотком еще и сети с лодкой резиновой прихвачу. Что там с камнями будет не известно, а вот на счет рыбы – озеро Буториндо нас редко подводит.
Кошки бедные бегают к баньке и ниже домика на речку к плесикам, где мы сети на хариуса в те года ставили, помнят же! Но вода у нас в этом году большая, возле дома пока не порыбачишь – только мусором и ветками сети забиваться будут.
Но уже на днях спадет, куда она денется! Снега много было, но не до конца, же лета  таять ему.

Вот человек как устроен! всегда ему чего-то не хватает. В те года мы мечтали: нам помидоров вырастить бы - рыбы мы поймаем, а сейчас вот: рыбки бы поймать, что-то на одних помидорах не очень.


23 июня

Скорее всего, один день потеряли вчерашний, прошёл как-то незаметно, скромно.
А вот сегодня снова сел за дневник… и так -  сегодня:
Сегодня  гроза была, но дождик так и не дошел до нас; я как предвидел, полил грядки, хотя Олечка кричала: «Не поливай… не поливай -  сейчас дождь пойдет!»
Жарища стояла, духотища как перед дождём… неслучившимся; в тени было 25 єС. Но речка нас спасает, мы за день раз пять искупнулись в нашей джакузи – выныриваешь и будто из кипящего котла, а потом по всему телу такой восторг!  Этот водно-кислородный массаж, наверное, при регулярном употреблении заменит всякие там подтяжки кожи, удаление жировых отложений и тому подобное. Вернее не заменит, чего уж там менять - то «хорошего», а даст эффект сравнимый с этими радикальными операциями. Такой тонус сразу… мышц и души… древние были не глупыми людьми: «In corpore sanum – spiritus sanum!»

Кстати, а почему это все так называемые религиозные подвижники и отшельники издеваются над своим телом, смиряют его… грязью, всякими веригами, опять же не блещущими чистотой, бессонницей, да мало ли что еще может прийти в голову такому святому?! Вот только что-то ни разу не слышал, чтобы кто-то из этих подвижников привел себя для начала физически в порядок, достиг физических вершин своего тела, усовершенствовал бы его и раскрыл весь потенциал, вложенный в него творцом-богом – чего и он отшельник этот не отрицает, не может.
Вообще-то получается нехорошо: Бог сотворил тебя по образу и подобию своему, а ты издеваешься над своей плотью, презираешь ее, так сказать, плоть и даже хуже - в её лице образ божий.
И какая здесь к черту ирония и сарказм! Здесь нормальный вопрос: Какое право имеет какой-либо старец по своей прихоти издеваться над своим телом, являющимся копией божественного и созданным богом?! Или какое начало, такой и конец? В какой организм, в какое тело быстрее и надежнее входит болезнь? Понятно, в ослабленный, истощенный, грязный и замученный, ну а кто будет спорить, что болезнь не от дьявола. Или что болезнь – это испытания от бога, а ему что и кого испытывать, он по определению все знает и ведает.
Нет… болезни – это от дьявола.
Значит, ослабив тело, мы впускаем в него как минимум часть дьявола в виде болезней, а потом они прорастают и дают видения и всякие чудеса, а это мелкая хоть и завлекающе блестящая и звенящая разменная момента все того же Сатаны. Ну не будет же Бог, настоящий Бог, баловаться такими глупостями и пустяками, описаниями которых изобилуют многие апокрифы… мелко как-то не солидно, не царское это дело!
Вот и получается – в здоровом теле – здоровый дух, а в измученном и болезненном – дух какой? Правильно! Юродивый – параноидальный!
Вообще-то религия интересная вещь! Многие ее тезисы, аксиомы поражают наглостью своей мелочности. Вот железный довод в пользу существования внешнего существа – религии присущи всем народам, на самых ранних стадиях развития. Гениально! Главное как просто, как горшок, который не боги обжигают. А обжигают глиняную посуду все народы, на самых ранних стадиях своего развития. Гениально! Вот значит и керамика сродни богам. А еще и каннибализм, и предательство и воровство, и умыкание чужих жен, и измена им – женам, и наоборот. А, и еще! Дети постоянно у всех народов не слушаются родителей, на самых ранних стадиях.
Этот перл сравним разве что с ему подобным, объяснением наличия в древнем Египте высочайших научных математических и астрономических знаний, необходимостью с высокой точностью предсказывать восход Сириуса. Ибо с ним с Сириусом был связан разлив Нила, а этот разлив имел для Египта решающее значение!
И никому в голову не придет пересчитать этих хромосом по пальцам и как кто-то ляпнул, что их 48 так и защищаются годами диссертации…на 48, хотя на самом деле их на две меньше.
Какой восход Сириуса с точностью до одного дня, часа, минуты! если от того были ли проливные дожди в экваториальной Африке или не были, разлив этого кормильца всех египетских математиков, астрономов и прочего народа мог колебаться в пределах месяца. Какой Студебеккер, вы его видели?!
Или еще научно-богоборческий аргумент – бессилие дикаря перед стихией природы (ну гром, молния, наводнение, затмение и т. д. и т.п.) порождает веру в богов. Да этот дикарь был частью самой природы, он себя от нее не отделял и не боялся ее и ее стихий ну ни сколечко! Вот уважать, - уважал - это да;  поклонялся из уважения, а если что, то мог и наказать эту природу, коль уж она немилостива к нему. Отголоски такого отношения мы видим еще и в истории уже относительно цивилизованных народов: кто-то Дарий или Ксеркс приказал высечь кнутами море за то, что в нем утонули его корабли! Да и славяне вроде бы кнута не жалели для своих идолов.
Ничего себе, бессилие дикаря перед стихией, перед дикой природой?!
Нет… корни религиозности народов, если и лежат в чем-то, то не в бессилии перед природой.
Может быть в удивлении…?

Прогулялись по болоту вечерком, как раз жара спала немного.
Прошли вдоль реки, посмотрели камни, пока ничего хорошего… кроме интереса…
Морошка цветет замечательно – все болото белое. Голубица тоже в цветах уже; интересные у нее цветочки, как малюсенькие розовые колокольчики, а на вкус сладкие - Олечка заставила меня попробовать. Она вообще все любит пробовать, вот недавно я сказал ей, что знание о лекарственных травах добыли такие люди, как она, которые всё пробовали…
- Ну, да! А как же яды… их, что тоже на себе?
- Нет яды они на мужьях, когда надоедят…
- А мне значит на тебе тогда пробовать… яды если?
Ну, это шутка… а голубица, цветочки действительно вкусные.

Дошли до своих рыбных мест, туда где на речке нашей плесики небольшие, нашли прошлогоднюю сеть свою и почистив, поставили. Олечка заметила крупненького хариуса:
- К нам поплыл… вверх по речке, надо сети возле домика ставить уже!
Но мы пришли поздновато; притащили еще мешки с перегноем – на  болоте забрали, короче говоря, сети не поставили. Завтра, если дождя не будет!
Почему в дождь нельзя ставить сети? Да они забьются всяким мусором мгновенно, это же речка, быстрая горная речка, а не озеро или спокойная равнинная река.
Всю ночь вчера Берта кого-то арестовывала, скорее всего, косолапого, олень  сразу бы убежал.
Я уже хотел брать фонарь и ружье – идти  на помощь, но выйдя на порог, прислушался – далеко где-то и поленился ночью искать ее с её медведем вместе.
Пусть живет до осени, если нападать не будет и разбойничать, как на первом домике, куда он забрался после нашего переезда и разнес все что можно, даже печку разломал, кастрюли загнул, посуду побил... хозяин тайги, понимаешь… тунеядец и хулиган он и вообще беспризорник.
Короче говоря, больше нашкодил, чем сожрал; из продуктов на первом домике одна мука оставалась… до его визита «оставалась».


25 июня. Понедельник

Вчера мы поймали первого хариуса возле дома, поставили сети на речке и за болотом, но там пусто. Морошка цветет! Все болото белое. Посмотрим, какой урожай будет. Погода стоит теплая, даже жаркая.
Вчера вечером, когда шел на болото по нашему кедрачу, там такое место красивое, кедры в два обхвата, тропинка между ними вьется, еще геологами в 80-х натоптанная, мне вдруг в этом «парке» пришла здоровая мысль… или здравая, так сказать:
- А чего собственно ждать?! Лето проходит, у нас вся работа в основном осенью, грибы-ягоды, да и рыбачить лучше ближе к холодам.
Вот я и решил выбежать в цивилизацию, посмотреть, что с работой, и может быть удастся еще на одну загрузку вертолёта заработать? А то смотришь – то одно кончилось, то другое кончается; что же я Олечку в черном теле держать буду?!
Посоветовался с Заинькой – она не возражала.
- Ты мне только дров коротеньких напили, сухих… для печки, которая на улице. Можешь даже не колоть, я сама поколю… короткие чурки у меня получается колоть.
 
Мы с вечера быстренько собрались, Олечка подремонтировала мои вещи, замки и карманы в основном, молодец! Я хотел на куртку новый вшивать, а она бегунок подобрала другой и все! Замок работает как новый.
Вышли мы в шесть утра. Погода стояла великолепная, ни тучки. Правда всё было в тумане, но Олечка меня успокоила:
- Не переживай, Миленький, это утренний туман, днем разойдется!
- Ты уверена? А то заблужусь, как мы тогда с тобой… помнишь?
Пошутил я вроде бы, но по спине мурашки поползли, от одного только воспоминания.
- Ты же компас взял! Чего тебе теперь бояться? Если бы у нас тогда с тобой компас был.
 
Проводив меня до нашей границы – верхнего озерца, Заинька с собаками пошла домой, а я стал штурмовать Абчадский перевал.
Переправившись, Абчада была уже проходима, я сел  перекурить возле шалашика, уже перед следующим водоразделом, ещё одним подъёмом – самым крутым.  Выкрутился – отжал воду, переобулся в запасную обувь и стал подниматься в гору. Погода действительно наладилась, вроде бы… кругом цветочки, травка зеленеет, всё чистое умытое после утреннего дождя или росы  – красота,  благодать… расслабился я и вдруг! Будто хлопок над ухом, как в школе, когда кто-то подкрадется и хлопнет хлопушкой бумажной, бала такая идиотская шутка!
Глухарь, здоровенный самец, килограмма на четыре вспорхнул рядом совсем, буквально в пяти метрах… прозевал меня видно, не услышал, тоже наверное, утром чудесным любовался.
Тяжело поднимаясь на крыло, здоровенная птица, немного отлетев, села на дерево в стороне и чуть ниже того места, где я замер, как вкопанный от неожиданности. Можно было вернуться… но я подумал, что тащить в такую даль до Перевала… чтобы сделать подарок Борьке, пожалуй не стоит. Да и если честно, не то настроение было.
При встрече с глухарем главное это первый момент, легкий испуг, потом удивление и восхищение… красивая мощная птица – жалко такую губить!
Вот всегда для меня было главным не добыть глухаря, а встретить. Потом, конечно, обсуждаются моменты этой встречи:
 «Эх, надо было внимательней смотреть! А, черт, издалека стрелял, промахнулся.» И тому подобное, но это уже так… не по существу или не существенно, даже вообще. Главное повторяю  - увидеть, встретить это чудо природы!
Я шел по крутому подъему и думал:
« А ведь можно всю жизнь прожить и не увидеть этого, не почувствовать восторга, удивления от этого…»

Мы недавно, вчера буквально, с Олечкой разговаривали по этому поводу.

- Заинька, я не представляю, как можно жить без этих купаний в водопаде, без этих гор вокруг, этих видов… закатов, рассветов, этого горного таежного воздуха.
Вот, казалось бы, привыкли уже, но когда после дождя над речкой дымкой поднимается туман и от воды идет такая свежесть… восторг наполняет душу, а сердце бьется как-то радостно  ликующе, как иногда бывало в детстве, когда еще не утрачена способность уловить, почувствовать запах солнца, дождя; когда еще удивляет эта зелень деревьев, пестрота цветов.
Я помню весною, как только распускаются одуванчики и только-только начинается пробиваться травка, бежишь в легких сандалиях по тропинке и чувствуется как земля, нет поверхность Земли отвечает тебе… ноги физически ощущают какую-то гулкую мягкую вибрацию проснувшейся земли.
Потом с годами мы теряем остроту чувств, объясняем это старостью… старением организма своего. А может быть не в этом дело, может быть мы просто утрачиваем способность удивляться… всему этому?
В данном случае, возможно, более правильно будет поставить вопрос: не почему, а зачем? Не почему мы перестаём с годами… а зачем же.
 
В Ондокской долине широкой и пологой, открытой со всех сторон солнцу, меня ждало особое буйство красок; вот именно, что ждало… поджидало и вот именно меня одного… в этом году эту красоту ещё вряд ли кто видел и пожалуй уже вряд ли увидит. Цветы: оранжевые жарки, синенькие колокольчики, кремовый желтоватый цвет рододендрона и кое-где редкие пятнышки крохотных фиалок.
Это надо только увидеть и услышать… услышать бесподобные запахи, совсем ненавязчивые, а легкие быстро исчезающие, мимолётные… и неповторимые!
 Мы когда с Олечкой уже прощались, она сказала:
- Ой, как я тебе завидую, там на Ондоко такая красотища сейчас!

Переправившись через Ондоко, я искупался, простирал рубашку, чтобы не липла к телу, снова переобулся в уже подсохшую, запасную обувь и пошел к дороге.
Старая геологическая дорога была в двух километрах где-то, если под прямым углом, но мы всегда стараемся сокращать расстояние и ходим по диагонали, срезая углы.
Под конец уже перед самой дорогой, когда я пробирался через довольно густой и высокий березнячок, почти уже выходил из него… вдруг что-то будто остановило меня. Я застыл в кустах… и посмотрел направо: метрах в тридцати возле огромного вывороченного корня стоял сохатый! Стоит, смотрит, - то ли еще плохо видит меня, то ли оценивает степень опасности.
Мы где-то пару минут смотрели друг на друга, нет, наверное, меньше с минуту, время в таких ситуациях растягивается… и сохатый нехотя с какой-то вальяжностью и грацией, подпрыгивая, как звезда балета легко и непринуждённо удалился… со сцены.
Выйдя на дорогу, я увидел следы медвежонка; на мягкой глине чётко  запечатлелся отпечаток пока еще маленькой лапы.
Ну, это ерунда, с таким-то мы без труда разберемся – достаточно в воздух выстрелить… над его ухом, подобравшись поближе – шутка, разумеется; а вот где же мамаша?! И я закрутил головой по сторонам.
Через пару километров прямо на дороге появился и след мамаши рядом с новыми следами детеныша - пестуна.
Да… это уже посерьезнее и я стал чаще оглядываться по сторонам. Вдоль дороги местами был довольно густой кустарник и при моей скорости хода, а я спешил засветло добежать до Перевала, мы могли запросто столкнуться с семейкой лоб в лоб.
«Ну, для полного комплекта не хватало папы мне ещё.» - подумал я; видать, под руку подумал, вернее «под ногу».
След медведя по ширине равный длине… моего следа не замедлил, проявился на мягком участке, четко отпечатался на мокрой глине… чтобы уже сомнений не оставалось… ни у кого.
Ну вот, теперь все в сборе!
Надо побыстрее пробежать этот участок медвежьего променада. Следы то исчезали, то появлялись весь остаток пути до Перевала, мне пришлось быть предельно бдительным  и осторожным.
«Набрав приличную скорость», я проскочил отворот на старый мост и пришлось переходить речку Тыю через брод. Грузовые машины там проходят без проблем, а я оскользнулся и спиной в воду! Что спиной – не страшно, а вот что на спине рюкзак, где чистая одежда (городская так сказать)… но и одежда тоже не сахарная, а вот документы и дневники!
Олечка, правда старалась упаковать понадежней:
- Ну, все, Миленький, я пакеты скотчем подремонтировала, думаю, если только плавать тебе придется, тогда только намокнут.

Плавать мне не пришлось, но на рюкзак я спиной лег в воде.
Мигом добежав до Борькиной станции, я стал быстренько разбирать рюкзак, выкладывая вещи и пакеты на лавку, стоявшую у порога.
В ответ на удивленный взгляд, вышедшего из домика, станционного смотрителя я пояснил.
- Упал в речку, документы надо спасать и бумаги.
Разложившись возле Борькиного домика, я выяснил, что вроде бы ничего не пострадало, не намокло.

Завтра последний участок, пятьдесят километров до села Холодное.
Река говорят еще довольно полноводная и вот завтра бы не свалиться в воду! На Гасане если упадёшь, то течением долго тащить будет, пока не выбросит на косу или к завалу не прибьёт… а сам уже не встанешь на ноги.

Обсудили с Борисом новости: наши с Ольгой и его… со всеми остальными; попили чайку, покурили…
 Надо пораньше лечь спать. Завтра тяжелый поход.
Попутчик мне подыскался.  Оленеводы без продуктов и шлют гонца к своему начальнику, напомнить, что человек не одним воздухом сыт, а кроме книжек зачитанных до дыр, у них ничего больше не осталось из пищи… ну разве что олени, его - начальника.
Тунгус хочет идти вдоль правого берега из-за большой воды… не хочет переправляться, проще говоря, боится так как плавать не умеет, а хоть бы и умел – правильно делает! Но я думаю сориентироваться на месте; лишние десять-пятнадцать километров к пятидесяти – это не шутка! Плюс там прижимы, горы, гарь и самое главное – полно клеща!
Нет, будем пробовать переправляться!