Дважды два часть 1 главы 29, 30

              Аля Хатько & Олег Вайнтрауб

             Д В А Ж Д Ы  Д В А

                ЧАСТЬ ПЕРВАЯ   ВСТРЕЧИ


Глава. 29. Поездка в Москву

 Провожать Дашу с Петром на вокзал поехал один Павел, Катя с детьми осталась дома. Билеты в купейный вагон они заказали заранее. На этой станции поезд Караганда – Москва был проходящим, но их места были забронированы. На этот раз пассажиров отправлялось немного и в свой седьмой вагон они садились одни.
Так как поезд стоял всего 5 минут, Павел заходить с ними в вагон не стал, а только подал Даше их вещи: чемодан и дорожную сумку. На прощанье помахал им рукой. Проводница проводила их до третьего купе. Одно место в нем было уже занято. Третьим в купе оказался мужчина средних лет интеллигентного вида в очках и с бородкой.  Даша мысленно  сразу назвала его Айболитом, настолько внешне он был похож на известного доктора из мультфильма.
Разместились. Даша заняла нижнюю полку, Петру досталась верхняя, над ней. Четвертое место пока оставалось свободным. Айболит вышел, дал возможность новым пассажирам переодеться. Когда он вернулся, стали знакомиться. Айболитом оказался, действительно, доктор, только не ветеринар, а настоящий человеческий хирург из Москвы. Разговорились. Говорила, в основном, Даша, Петр в разговоре участия не принимал. Постепенно Даша рассказала  доктору всю их историю.  Николай Иванович, а так звали доктора, внимательно осмотрел голову Петра.
- Да, удар был нанесен каким-то тяжелым предметом с острым краем, возможно, даже саперной лопаткой.  Рентген делали?
Даша утвердительно кивнула.
- Повреждение черепа не обнаружено?
- А вы посмотрите сами.
Даша достала папку с документами Петра и подала снимок Николай Ивановичу. Тот, сняв очки, на свет посмотрел снимок.
- Да, похоже, череп остался цел, но удар вызвал сильное сотрясение мозга. Это и вызвало потерю памяти.
 Потом доктор стал рассказывать о подобных случаях в его практике. И по его словам, все они, в конце концов, заканчивались частичным или полным выздоровлением. Но никто и никогда не мог сказать заранее, когда это выздоровление наступит. 
- Для этого  нужно время и иногда даже какой-то стресс, который может вывести больного из этого состояния.
А вы, как я понял, направляетесь в Москву с этим вопросом?
- Да, нам выписали направление в институт Сербского.
 Доктор в раздумье почесал свою бородку.
- Я вам скажу, что это не самый лучший выбор. Институт занимается немного другими  вопросами. Почему я знаю? У меня там работает родной брат. Они специализируются, в основном, на судебной медицине: наркоманией и психиатрическим освидетельствованием. Возможно, там и лечат амнезию. Я точно не знаю. Я дам вам телефон брата. Вы в Москве поговорите с ним. Скажете ему, что я просил вам помочь. Может, что-то он вам  и посоветует.
- А в Москве есть, где остановиться?
 Даша отрицательно покачала головой.
- Найдем где-нибудь места в гостинице.
Николай Иванович сомнительно покачал головой.
- Я бы вам не советовал устраиваться в гостиницу. Во-первых, это дорого вам обойдется. Во-вторых, как я понял, вы не являетесь мужем и женой. Вас в один номер не поселят, значит, это будет неудобно. За больным нужен присмотр, а какой тут присмотр, когда вы будете жить в разных номерах?
- А что нам делать?
- Я посоветовал бы вам снять квартиру в частном секторе. Это в Москве довольно легко. Даже на вокзале предлагают такие услуги.
А знаете, вы могли бы поселиться у моей мамы. Она живет в Мытищах одна. А сейчас у младшего сына, помогает ухаживать за малышом. Однокомнатная квартира свободная. Поживите там, Правда, это немного далековато от центра. Вам придётся ездить на электричке или автобусе, но зато устроитесь со всеми удобствами. Квартира современная с горячей водой, газом и ванной. И это вам не так дорого обойдется. И мама подзаработает, - усмехнулся доктор.
 – Телефон  её я вам дам. А вы там сами с ней договаривайтесь. Зовут её Тамара Федоровна.
- Ой, спасибо, Николай Иванович. Вас нам сам Бог послал.

Глава 30. Это так неожиданно…

Сразу по приезде в Москву Даша позвонила Тамаре Федоровне, и договорилась о встрече в Мытищах в 6 часов вечера. С непривычки, поплутав по вокзалам, на электричке добрались до Мытищ. Квартира Тамары Федоровны оказалась почти в самом центре на улице Терешковой в пятиэтажном доме сталинской постройки на третьем этаже. Когда они добрались до места, Тамара Федоровна была уже дома. Встретила она их приветливо, напоила чаем. Договорились, что пока квартиру снимут на две недели, а потом будет видно. Она взяла с них предоплату, и уехала, оставив их свободно располагаться.
Даша внимательно еще раз осмотрела квартиру. В квартире было все чисто и удобно, но кровать была, хотя и большая двуспальная, но одна. Раскладушки ни на антресолях, ни на балконе, ни в кладовке не обнаружилось.
Значит, придется спать вместе, - подумала она,  и какая-то теплая волна прошла по всему телу. На миг она себе представила, как они с Петром будут спать в одной постели. А может быть не просто спать… Но она пока отогнала эти все мысли. Нужно было устраиваться и готовиться ко сну. С дороги нужно было помыться и поужинать. Пока она готовила ужин из продуктов, привезённых из дома, отправила Петра в ванную принимать душ. Слышала, как он там плескается в ванной. Рискнула заглянуть к нему.
- Как ты там? Спинку потереть?
Он ничего не ответил, стоял совсем голый под струей душа. Никакой реакции на появление женщины у него не возникло. Даша осмелела. На ходу сбросив блузку, и оставшись в юбке и бюстгальтере, подошла к нему, взяла мочалку и стала тереть ему спину. Потом повернула его к себе и стала мыть его грудь, живот, ноги. Женский глаз мгновенно оценил его мужское достоинство. И тут снова горячая волна прошлась по телу и опустилась куда-то вглубь внизу живота.
 Закончив его мыть, вышла и принесла полотенце.
-  На,  вытирайся, а белье тебе я сейчас принесу. Пижама на кровати.
Во всем ее поведении было что-то похожее на материнскую заботу о ребенке. Она взяла на себя эту роль. Петр вышел из ванной в трусах и майке, пижаму надевать не стал, натянул спортивный костюм, в котором приехал. Даша пригласила его за стол.  Ужинали на кухне в полном молчании. Время было уже позднее, они устали с дороги, пора было уже ложиться спать.
- Ты иди, ложись, а я приму душ и тоже лягу.
Петр молча, как ребенок, выполнял все ее команды. Он отправился в кровать, а она пошла в ванную. Помывшись, долго размышляла, в чем ей спать: в трусах и бюстгальтере или в ночнушке? Остановилась на последнем. Мысли о предстоящем сне рядом с мужчиной в одной постели будоражили ее сознание. У нее уже несколько лет не было мужчин, и мысли ее теперь то и дело вызывали в памяти увиденное в ванной тело мужчины. Воображение рисовало одну за другой сцены их близости.
Неужели так далеко зашла его болезнь? – думала она, - ну, если не голова, то может быть, хоть тело вспомнит рефлексы, связанные с близостью с женщиной. А может эта близость и станет тем толчком, от которого начнется его выздоровление? Она просто обязана провести этот опыт. И как хорошо, что в квартире оказалось только одно спальное место. Волей-неволей, а им придется спать в одной кровати.
Она вышла из ванной в одной сорочке, и босыми ногами потопала к кровати. Свои тапочки забыла выложить из дорожной сумки. На стуле рядом с кроватью висел спортивный костюм Петра и майка. Значит, он лег спать в одних трусах, - подумала Даша.
Петр лежал на спине с закрытыми глазами на кровати у самой стенки, до пояса укрытый одеялом. По виду трудно было определить, спит он или нет. Даша выключила свет и подошла к кровати. На ней была короткая, едва доходящая до колен, ночная сорочка. Она откинула одеяло и полезла на высокую кровать. Покосилась на Петра. Тот даже не пошевелился. В комнате было не очень темно, свет уличных фонарей проникал через широкое окно, слабо освещая комнату.
Даша легла на правый бок спиной к Петру, свернувшись калачиком. Хотя она и устала за день, сон не шел. В такой позе долго лежать не смогла. Перевернулась на спину, вытянула ноги. Полежал так несколько минут. Разные мысли лезли в голову. Вот она сейчас рядом с мужчиной в постели и ничего не происходит. Она повернулась на левый бок к нему лицом и тихо спросила:
- Петь, ты не спишь?
В ответ прозвучало что-то неразборчивое.
- Ты укройся, а то замерзнешь.
Она положила руку ему на грудь.
- Вон, какая кожа холодная…
Она стала водить рукой по его груди, вороша густые волосы. Он накрыл ее руку своей и стал нежно гладить. Сердце Даши забилось сильнее. Пётр повернулся на правый бок лицом к ней. Стал гладить уже не только запястье, но голое предплечье. Дыхание его стало прерывистей и глубже. Теперь его рука скользнула по ее спине, опустилась ниже, через ткань сорочки сжала ягодицы. По Даше прошла горячая волна, откуда-то начиная от горла и до низа живота.
Вот уже его рука скользнула под подол сорочки, прошлась по бедрам. Женщина повернулась на спину, чтобы ему стало удобнее её ласкать. Вскоре от мужской ласки сорочка оказалась у нее на шее. Он уже мял ее груди, теребил соски, потом наклонился и стал целовать шею, груди, живот. И вдруг, издав какой-то рык, навалился на нее, судорожно стягивая с себя трусы. Вошел в нее грубо и резко. Прелюдия была слишком короткой, но она была к этому уже готова. Движения его были резкими и сильными, что доставляло Даше огромное удовольствие. Весь мир сейчас куда-то исчез, и остались только она и этот мужчина, которого  она так хотела. Но страсть эта длилась недолго. Петр, сделав несколько наиболее сильных движений, вздрогнул, и с гортанным рыком закончил. Даша почувствовала, как внутри у нее ударила горячая струя. Замерев так на несколько секунд, Петр вышел из нее, быстро натянул трусы и повернулся к ней спиной, лицом уткнувшись в стенку. Даша так и осталась лежать раскрытая с задранной сорочкой у самого горла. Совсем не так она себе представляла их близость. Ну да ладно, все же в мужчине что-то осталось, не все отняла амнезия. Значит, есть еще надежда.
И только теперь спохватилась. Она совсем забыла о контрацепции. У нее уже столько лет не было мужчины, что она и забыла, что нужно делать. А ведь Петр кончил внутри у нее. Может на этот раз обойдется, но завтра же нужно будет купить в аптеке противозачаточные таблетки. Вряд ли удастся заставить Петра пользоваться презервативами.
Постепенно успокоившись, она укрылась и вскоре уснула. Петр уже давно похрапывал, уткнувшись в стену.

                (продолжение следует)