Корпус Императорских Армии и Флота. Краткий очерк

Корпус Императорских Армии и Флота

30 апреля 1924 г. в Ницце Августейший блюститель престола Е.И.В. Государь Великий Князь Кирилл Владимирович подписал приказ № 108 по военной части о создании Корпуса офицеров императорских армии и флота и утвердил «Положение о Корпусе» (1)  . Корпус создавался «с целью произвести отбор достойных офицеров, верных престолу и Основным законам Российской империи и объединить их под знаменем законности для предстоящего служения Родине».

Корпус замысливался как резерв, из которого «производятся назначения в активные военные группы» и выбираются отдельные люди для выполнения «поручений военного характера». Что подразумевалось под «активными военными группами», и каковы могли быть их цели, не совсем ясно.  Легитимисты отвергали террористическую деятельность в России и участие в каких бы то ни было вооруженных конфликтах в других странах, а иная активность военных групп и даже индивидуальное исполнение поручений военного характера могли проявиться только в случае начала боевых действий. Возможно, предполагались разведывательные акции, обеспечение безопасности членов императорской семьи и руководителей легитимистского движения и сопровождение пропагандистской литературы при попытках ее доставки в Россию.

Несмотря на Императорский статус Корпуса, в него принимались не только офицеры гвардии, армии и флота, произведенные в чин указами императора, но и те, кто получил чин после 1 марта 1917 г. Для этих лиц, как явствует из ряда дальнейших пунктов Положения, предполагалась своего рода процедура утверждения в реальном чине со стороны законного преемника императоров.

Запрещалось зачислять в Корпус тех, «чьи поступки свидетельствуют об отсутствии преданности Родине», совершивших уголовные преступления или причастных к ним, а также лиц, совершивших «деяния, несогласные с офицерской честью и достоинством».

Учитывая зачастую бедственное положение военнослужащих в эмиграции, во избежание недоразумений оговаривалось, что «честный труд, хотя бы обстановка его и не соответствовала условиям офицерского быта при обычных условия, не может служить препятствием к зачислению в Корпус». При этом отказывалось в праве зачисления офицерам, которые «состоят в учреждениях, явно вредящих восстановлению законного порядка в  России и враждебных нашей Родине».

Устанавливалось, что зачисление каждого может быть только персональным, а не в составе групп. При Канцелярии Блюстителя престола и при его военных представителях в разных странах образовывались приемные комиссии. Каждая комиссия состояла из не менее пяти членов, назначаемых блюстителем престола, и еще пяти запасных. Большинство должно было иметь штаб-офицерский чин, но два члена могли быть капитанами императорского производства. Председатели комиссий назначались блюстителем престола, их заместителями становились старшие за ними по чину. Выборное начало в комиссиях не допускалось. Вопросы решались большинством голосов; при равенстве голосов председатель имел перевес. За деятельностью комиссий наблюдали военные  представители блюстителя престола или особо назначенные им лица. Ответственность в приеме офицеров комиссии несли перед блюстителем престола.

Решения комиссии не подлежали обжалованию. Офицеры, заявления которых были отклонены комиссией, могли ходатайствовать перед блюстителем о вторичном рассмотрении вопроса об их приеме. Если Блюститель престола  соглашался, дело рассматривалось вторично. Повторный отказ лишал офицера права быть зачисленным в Корпус.

Делопроизводство приемных комиссий велось при военных представителях и при Канцелярии.

Списки офицеров выпусков до 1 марта 1917 г. направлялись в Канцелярию блюстителя престола для объявления в приказах по военной части. Об офицерах, произведенных в чин после 1 марта 1917 г. должно было составляться особое представление блюстителю престола, на основании котрого  производилось зачисление приказом по военной части.  Эти приказы с именными списками не подлежали публикации и оглашению заграницей, а хранились в Канцелярии и у военных представителей.

Все зачисленные в Корпус офицеры получали удостоверение и право ношения «особого нагрудного знака».

Для того, чтобы вступить в Корпус, офицеру нужно было подать заявление военному представителю блюстителя престола. В странах, где военные представители отсутствовали, заявление писалось в Канцелярию и передавалось через гражданского представителя или через местные легитимистские организации. К заявлению следовало приложить документы, удостоверяющие наличие офицерского чина (заверенные копии). Если кто-то утратил документы, его офицерство могли подтвердить двое офицеров Корпуса, принимающих на себя ответственность за достоверность этой информации.

В заявлениях вступающие указывали чин, имя, отчество, фамилию и точный адрес, а в прилагаемых записках по произвольной форме – чин, имя, отчество, фамилию, год и место рождения, военное образование, год производства в первый офицерский чин, время пребывания в строю и части (без перечисления подробностей службы), участие в боях, боевые отличия, нахождение в нестроевых должностях, чин к 1 марта 1917 г., состояние здоровья, наличие семьи. Впоследствии были введены анкеты.

Если комиссия считала представленные сведения  недостаточными, она возвращала их офицеру для предоставления дополнительной информации. Не исключалась и независимая проверка данных. Для офицеров императорского производства положительная резолюция ставилась «В приказ», а для произведенных в офицерский чин после 1 марта 1917 г. – «Ходатайство пред Августейшим Блюстителем Престола». При отказе во всех случаях писалось «Отклонить».

Переписка с резолюцией о приеме передавалась военному представителю блюстителя престола или в Канцелярию для «составления представления на тех офицеров, чей прием производится приказом Блюстителя по военной части».

После 1 марта 1917 года признавались офицеры, получившие первый чин на основании приказов военных министров Временного правительства до октября 1917 г., главнокомандующих фронтами I Мировой войны, «Временного правителя»  адмирала А.В. Колчака, главнокомандующих фронтами Гражданской войны (Юга России, Восточного, Архангельского и Северо-Западного), а также атаманов всех казачьих войск. Однако, учитывая неразбериху Гражданской войны, оговаривалось, что эти производства дают право на зачисление в Корпус только если офицер прошел курс обучения в военном учебном заведении или пробыл в строю нижним чином не менее 6 месяцев в боевых частях или 10 месяцев вообще в строю, и только если производства были совершены военачальниками в период занятия ими перечисленных соответствующих должностей.

Генералы, адмиралы,  и штаб-офицеры, командовавшие до 1 марта 1917 г. частями «не менее полка в пехоте и коннице, бригады и отдельного дивизиона в артиллерии, отдельного батальона в технических войсках, судами 1-го и 2-го ранга во флоте, а равно занимавшие соответствующие должности в штабах и военных управлениях» зачислялись в Корпус непосредственно блюстителем престола «по подаче ими о том всепреданнейших рапортов».

Офицеры состояли на учете при Канцелярии и военных представителях блюстителя престола и обязывались сообщать о перемене места жительства.

Из ведения военных представителей изымалось делопроизводство по вопросам приема «лиц, дела  о коих требуют соблюдения тайны» и «окончивших военно-учебные заведения в советской России и ныне находящихся заграницей», а правила и порядок их приема не подлежал оглашению.

Исключение из Корпуса производилось приказами блюстителя престола по постановлению судов и в дисциплинарном порядке. Приказы об исключении подлежали публикации.

Все офицеры должны были носить чины, которые были приобретены ими до 1 марта 1917 г. и теми чинами, которые были приобретены в период «гражданских войн» приказами перечисленных ранее военачальников. О производстве в следующие чины уже в условиях эмиграции в первом Положении ничего не говорилось, эта практика возникнет позднее.

В зависимости от условий в каждой стране и отдельных областях должны были формироваться отделы и отделения Корпуса, начальники которых назначались приказами блюстителя престола и подчинялись его военным представителям на местах. Офицерам отделов и отделений рекомендовалось  образовывать «объединения и общества в целях сближения, взаимопомощи, расширения знаний, улучшения быта и пр[очее], следуя строго условиям и порядку в стране». Председатели таких обществ утверждались блюстителем престола.

Назначение офицеров в «активные группы» должны были производиться особыми приказами блюстителя престола через его военных представителей.

Суды Корпуса существовали при военных представителях, «которые ведают всей судной частью Корпуса в стране и руководят судами отделов».

Корпус возглавил генерал-лейтенант Генерального штаба Н.А. Обручев. Сын Кирилла Владимировича семилетний Владимир Кириллович был символически зачислен в состав Корпуса рядовым солдатом и матросом.

В приказе № 108 от 30 апреля 1924 г. Кирилл Владимирович выразил надежду, что «достойнейшие офицеры, объединенные в Корпус офицеров императ[орской] армии и флота, восстановят в своей среде ту дружную сплоченность, которая всегда служила основой русской военной мощи, и сохранят достоинство своего высокого звания в глазах народов, среди которых мы временно живем. Я уверен также, что сплочением вокруг испытанных заветов русского воинства мы приблизим счастливые дни освобождения Родины, когда все русские офицеры вновь соберутся под родными знаменами и штандартами, и вновь на морях разовьется Андреевский флаг».

Этого Кириллу Владимировичу и верным ему офицерам не суждено было увидеть, но в условиях изгнания Корпус стал мощной и наиболее надежной опорой легитимистского движения. Спустя некоторое время его социальная база была расширена за счет унтер-офицерского и рядового состава, и он стал именоваться «Корпус Императорских Армии и Флота».

Приказами от 29 июня, 5 июля и 30 августа 1924 г. в него открылся доступ врачам, чиновникам Военного и Морского Ведомства, военному духовенству, сестрам милосердия, юнкерам, гардемаринам, солдатам, матросам и казакам. Приказом № 247 от 15 января 1926 г. Император Кирилл Владимирович переименовал организацию в Корпус императорских армии и флота. Учет всех чинов, входящих в состав Корпуса сосредотачивался в Канцелярии его императорского величества. Таковой порядок оставался неизменным вплоть до 1929 г. Успешное развитие идеи легитимистского движения вызвало быстрый рост и увеличение состава Корпуса. Жизнь потребовала в дальнейшем образования отдельного аппарата, где были бы сосредоточены все вопросы по организации и управлению Корпусом, в лице Заведывающего делами Корпуса (командира Корпуса) с его Канцелярией.

     29 сентября 1929 г. Кирилл Владимирович утвердил новое Положение об управлении Корпусом. Заведывающим делами (командиром) Корпуса был назначен генерал-лейтенант К.В. Апухтин. Он вел дела Корпуса, переписку с Канцелярией е.и.в. и передавал туда требуемые материалы по военному ведомству. В военно-административном отношении Корпус подразделялся на округа, районы и отделы. В 1934 Кирилл Владимирович приказал «в силу создавшейся политической обстановки Парижский Округ Корпуса И(мператорских) А(рмии) и Ф(лота) в Париже переименовать в – «Общество взаимопомощи бывших комбатантов Русской Императорской Армии и Флота». Под таким названием КИАиФ был  зарегистрирован во Франции как офицерско-профессиональная организация.

     При Корпусе велись списки, в которые заносились сведения о вновь поступающих и из которых по тем или иным причинам (отставка, смерть, серьезные проступки) исключались члены этой военной организации. Особой честью, как и до революции, было зачисление в списки Корпуса «навечно» (например, спасшего от поругания останки Алапаевских мучеников генерал-майора князя П.П. Тумбаир-Малиновского (ум. 1926), первого чина КИАиФ генерала-от-инфантерии барона А.Н. Меллера-Закомельского (ум. 1928), офицеров 20-го Драгунского Финляндского полка штаб-ротмистра А.Х. Шиллера, ротмистра Н.В. Карташева, поручика А.А. Гайера и рядового Н.В. Федотова, расстрелянных в январе 1930 г. в Ленинграде по «делу кирилловцев»).

     К середине 1930-х гг. КИАиФ по спискам насчитывал ок. 15 тысяч человек, реальная численность – ок. 6 тыс. активных членов.

     Кирилл Владимирович считал, что «Красная Армия должна сыграть решающее значение в судьбах России и что она все больше проникается национальным духом, а также в военном отношении находится в очень хорошем состоянии». В инструкциях Канцелярии е.и.в. на случай кардинальных изменений в России содержалась данная императором в изгнании установка, что «при первой возможности чины Корпуса И(мператорской) А(рмии) и Ф(лота) должны будут влиться в ряды Русской Армии, бывшей Красной Армии».

     После смерти Императора Кирилла Владимировича в 1938 г.   наблюдается новый приток добровольцев в Корпус.

В 1939  г. командир Корпуса генерал К.В. Апухтин в 1939 г. представил великому князю Владимиру Кирилловичу личный доклад о «строительстве будущих Российских Вооруженных Сил после падения большевизма». Однако дальнейшему развитию КИАиФ помешала начавшаяся II Мировая Война.  В конце войны штаб Корпуса был частично эвакуирован в Австрию. Из всех Округов сохранился лишь Французско-Бельгийский во главе с генерал-майором А.С. Олехновичем, который стал вторым командиром Корпуса после кончины генерала К.В. Апухтина в 1950 г . В США работой КИАиФ заведовал генерал-майор Г.Д. Ивицкий.

     17 ноября 1953 г. Великий Князь Владимир Кириллович утвердил новую редакцию Положения об управлении Корпусом 1929 г. 17 августа 1965 г. на место скончавшегося генерал-майора А.С. Олехновича был временно назначен генерал-майор Генерального штаба А.М. Юзефович. 9 декабря 1965 г. заведывающим делами Корпуса стал полковник С.А. Усов, который вскоре погиб в автокатастрофе.

В 1966 г.  командование Корпусом принял капитан И.А. Жовтоног, произведенный в подполковники. В 1978 г. после кончины подполковника И.А. Жовтонога исполнение должности заведывающего делами КИАиФ было возложено на начальника отдельного района в Нью-Йорке капитана Г.А. фон Бенземана, утвержденного в должности в 1979 г. с производством в полковники. В 1982 г. Г.А. фон Бенземан скончался. Его сменил 86-летний полковник А.Н. Стафиевский, начальник австралийского округа КИАиФ, утвержденный в должности в 1984 г. и  возглавлявший Корпус до своей смерти в 1988 г.

Последним заведывающим делами КИАиФ стал капитан Ф.М. Якимов, бывший офицер шахской армии Ирана, после революции 1979 г. переехавший в Великобританию. Он исполнял должность с 1987 г. в связи с тяжелой болезнью А.Н. Стафиевского, по его ходатайству. Численность Корпуса продолжала таять, и он естественным образом прекратил свое существование.


Рецензии