Про брата Сережу. Из нашего счастливого детства

Маленькая рыженькая стрекозка подпрыгивала над цветами и никак не могла выбрать место для посадки. В её огромных,  жженого сахара, глазах отражался сказочный мир заросшего разнотравьем речного берега. Она приближалась к цветку, вытягивала все шесть лапок, намереваясь сесть, неожиданно их подгибала, прозрачные, целлофановые крылышки вдруг превращались в облачко, трепетали и стрекоза устремлялась к соседнему цветку. За её полетом наблюдал Сережка, мальчишка лет семи. Загорелый, белобрысый, в выцветшей до белизны рубашке и черных сатиновых трусах. Лето, июль, жарко....Воздух вот вот лопнет от нескончаемого звона, стрекотни, от нестерпимого зноя, духоты созревшей травы. Но Сережке не до сантиментов-у него цель-стрекоза. В его руках детский сачок с ободком из ржавой проволоки и натянутом на него куском застиранной серой марли. Тень сачка аккуратно следует за насекомым, не торопится, ждет своего момента. И, едва коснувшись очередного аэродрома, стрекозка, вздрогнув хвостиком, потеряла бдительность - тень тут же накрыла её и прижала к земле....
-Есть! Всё, хватит! -вскрикнул мальчишка и, нащупав сверху тельце насекомого, зажал его и перевернув сачок, другой рукой вытащил стрекозу. Моментально укоротил крылышки, оборвав их на половину. Достал из противогазной сумки фанерную коробочку с дырочками в крышке, приоткрыл её и быстро запихнул добычу. Коробочка была полна.

- Игорь! Заканчивай! – Сережка обернулся ко второму мальчишке, который застыл в неудобной позе-прогнувшись, отставив ногу назад и повернувшейся головой вправо. Его взгляд был прикован к крупному слепню, сидевшему на икре правой ноги. Тот перебирал лапками и как ножницами шевелил челюстями, явно намереваясь вгрызться в мышцу. Наконец решился и погрузился в плоть. Мальчишка сморщил лицо и молниеносным ударом ладошки прихлопнул слепня- выдохнул с облегчением. Пальцами придавил голову насекомого-что-то тихо хрустнуло, и слепень обмяк. В месте укуса появилась капелька крови. Игорь растер ее рукой и поскреб ногтями зудящую кожу. Слепень был отправлен в шуршащую общую коробочку.

У Игорька вид был вообще экзотический! Из одежды на нем было просто ни-че-го…  Крепкое смуглое тело отливало шоколадным загаром, на ногах и руках были цыпки, голубые глаза светились простым детским счастьем. Он был на год младше Сережи. Родители одевали его к вечеру или в дождливую погоду.
А так, все лето бегал недалеко от дома, голышом.

Вообще, на месте Игоря должен был быть его брат Сашка, ровесник Сережи, но он, так не к стати, уехал с родителями на несколько дней к родне в деревню помогать на покосе. Игорь остался с бабушкой.

Какой покос, когда начал спускаться подъязок?
 День-два и пролетит-тут надо вовремя его перехватить! И самое главное никто еще не знал, что пошел язь.
Сегодня утром отец ходил на рыбалку и шепнул Сереге перед тем, как уйти на работу:
-Что-то здорово сегодня плескалось в устье…Не подъязок ли спускается?
Валька работает (это он про меня). Возьми дружков Сорокиных - проверь…

Вот Сережа и побежал. Игорь хоть и был помладше, но спиннинг подержать мог, сложного ничего не было. Всё просто - возьми на себя и дай на меня-две команды всего. Способ ловли назывался « на тюкалку». Два спиннинга соединялись леской через карабинчик, сделанной из сталистой проволоки-на подобии булавки. В середине карабинчика, петлей прикреплялся поводок метра полтора длиной, который заканчивался крючком. Один рыбак переправлялся на другой берег и можно было перемещать поводок поперек реки. В любой участок можно было доставить стрекозку или слепня. Вот тут и начиналось «тюканье». Наживка подпрыгивала над водой, имитируя живое насекомое, подманивало рыбу. На карабинчик иногда прицеплялся клочок белой бумажки, но это в темное время, а по светлому и так все было видно.
Разная рыба «брала» по своему.

Голавль хвостом пытается сбить приманку в воду-тут надо было вовремя ослабить снасть и пустить слепня или стрекозку по течению, мол атака удалась и тогда, уже спокойно, рыба подплывала, заглатывала и тащила поводок. Происходила подсечка и по команде - Дай на меня- рыба подтягивалась к берегу.
Менялась наживка и звучало: -Бери! Но опытные партнеры выполняли все действия и без команды…
Подъязок ртом хватает приманку, быстро разворачивается, оставляя на поверхности воды бурун и уходит в глубину.
Мелочь-вроде плотвы, набрасывается сразу, лишь бы успеть.
Приманка тоже бывает разная. Самая ходовая это крупные слепни и рыженькие стрекозки, которым обрывали крылышки и, перед насадкой, половину хвоста, чтобы рыба не могла стянуть приманку.
Применяли и крупных стрекоз- «мессершмидтов», майских жуков, но это была привилегия взрослых, которые ловили крупных голавлей, язей, шелесперов. В ночное время эти насекомые, при тюканье, издавали громкий звук, шлепая по воде. Можно было определить и всплеск рыбы соблазнившейся, легкой добычей.

Спиннинги конечно были самодельные. Одно удилище было бамбуковое, второе можжевеловое. Ручки точеного дерева. Катушки были добротные, алюминиевые. Отец вытачивал их на трофейном токарном станке. Плавность и легкость хода  обеспечивали подшипники.

Сережка подхватил спиннинги, лежавшие неподалеку в траве и заторопился по тропинке вдоль берега в сторону устья реки Якоть.
Игорек забежал домой, надел сандалии и помчался догонять друга.
Тропинка пробиралась сквозь заросли лопухов, колючек. Ныряла в куртины высокой, скрывавшей с головой крапивы-ребята вскрикивали, уворачиваясь от жестких стеблей и жалящих листьев, вжимались в плечи, настырно пробирались к месту ловли.

Левый берег Якоти был низким. Наверху стояла пилорама от которой к воде спускался элеватор. При сплаве леса из верховьев Дубны, от берега до берега натягивалась толстыми тросами запань. С нее мужики вылавливали плывущие стволы и баграми направляли их к элеватору. Вокруг были разбросаны древесные остатки, горбыль, кучи коры, опилок, сложены несколько штабелей бревен, кладниц дров. Правый берег был высоким, завален гипсовым ломом, отходами фарфорового производства, которыми укреплялись откосы. Весь этот хлам зарос диким травьем и ивовым кустарником. На самом верху забор из растрескавшихся гипсовых блоков, за которым виднелся механический цех. Оттуда постоянно громыхало железом, мелькало электросваркой, пахло карбидом, слышался гул работающих станков, стук молота. Над устьем нависала тень огромной, квадратной, красного кирпича трубы заводской котельной.

В этом месте река Дубна была мелководной. На дне скопилось много наносного хлама, кое где торчали притопленные лесины, виднелся черный край
покрышки от колеса трактора «Беларусь». Образовалось что-то вроде небольшого переката. Вода плескалась мелкой волной, играла бурунами. Двое пацанов с бамбуковыми двухколенками ловили на тесто в проводку мелкую плотвичку.

-Игорь! Смотри - нет никого…- Сережка не обратил даже внимания на рыбаков.
Это были не конкуренты!

Зацепились карабинчиком и Сережка полез в воду чуть ниже устья. С берега на берег протянулась леска. Подошли к перекату.
Первой на наживку попалась рыженькая стрекозка. Сережа отщипнул ей пол хвоста и подцепил за туловище, лапками вниз, загнув остатки хвоста на жало крючка.
-Бери! –крикнул не громко.
 – Попробуем в проводку..
Игорь затеребил катушку и поводок не быстро потянулся к середине реки. Стрекоза поволоклась по поверхности, потянув за собой усы. До видневшейся покрышки оставалось метра три. И тут надежно атаковала рыбина.  Сережка отдал поводок и подсек. На крючке затрепыхался подъязок. Игорек, придерживая катушку большим пальцем, не давал леске ослабнуть, а напарник не торопясь стал подтягивать добычу к себе. Подъязок бился на поводке, сопротивлялся. Сережа дал ему глотнуть воздуха, после чего рыбина ослабла и сдалась.
Язь был не большой, около полу килограмма. Сережка подтянул его к берегу и приподняв спиннинг выволок на траву. Отцепил рыбину и кинул в самодельный сетчатый садок.
Вот тут и началось веселье! Подъязок брал не переставая. Наперегонки хватал едва опустившуюся приманку, повисал на крючке и отправлялся к берегу. Рыба была, как подрезанная, ровненькая, яркая, красноперая,  с желтизной на ободочке глаз.
Подошли соседи, бросили свои удилища и стали помогать Игорю советами, как лучше крутить катушку, как лучше держать спиннинг. Игорек быстро их отшил:-Сам знаю…- и с серьезным видом профессионала выполнял редкие Сережкины замечания. Работали слаженно, уверенно. Начали собираться зеваки. Сережа сам уже не снимал рыбу с крючка, только нацеплял новую приманку. Помощников становилось все больше. Над заводским забором появились головы. Громко обсуждали рыбалку. Кто-то крикнул:
- Андреич! Иди ка посмотри! Твой младший безобразничает! Всю рыбу переловил!  Смехом конечно. Появилась голова отца и Сережка помахал ему рукой. Отец довольно улыбался, о чем-то негромко переговаривался с наблюдавшими.
Садок был полон и рыбу просто кидали в кучу. Скоро и коробочка с наживкой опустела. Взрослые мужики, наблюдавшие за вакханалией, стали шарить в траве, ловить кузнечиков, пытались сами насаживать их на крючок.
Появились еще тюкальщики, но козырное место у покрышки было занято, а уважающие рыбацкие законы не мешали ребятам и не лезли к ним близко.
Конечно и у них были поклевки, но не такие частые.
Рыбу девать было уже некуда...
-Хорош! - крикнул Сережка и отцепил от карабинчика Игорев конец лески.
-Принимай!
Игорь зашелестел катушкой.

Язь брал еще дня два и скатился вниз, в сторону Волги.

Ищи свищи!


Рецензии