Тамбовский Киже, Ты свободен, Лысогорец, Участь

ПОЭМЫ  ШЕДЕВРЫ  И  НОВЕЛЛЫ - ТАМБОВСКИЙ  КИЖЕ , ТЫ  СВОБОДЕН , ЛЫСОГОРЕЦ , УЧАСТЬ .

      ТАМБОВСКИЙ   КИЖЕ

                1         
Коля  Наследкин   учился
На   журналиста   легко .
Он  из  Читы  отлучился
И    укатил     далеко .

Книги  в  столице   читая
Коля   глубины   познал --
В  снах  Достоевский   витая ,
Каторги   узы    узнал .

Коля  решил  отличится ,
Первым   писателем   стать .
И постарался   включится
В  темы    и   рьяно    плутать .

Встретил  Тамбов  журналиста ,
Тихо  и мирно   всего .
Коля  играл   коммуниста ,
Не  возлюбив     никого .

Походя   стал   либералом ,
В   дни   окаянных   кручин .
Походя    стал  генералом ,
В   местном   Союзе  личин .

Запил  нещадно  и   смачно ,
Честь   потеряв    на    бегу  .
Там  где  доходно  и  злачно ,
В  масть   улыбался    врагу  .

Коля  Наследкин   лечился ,
От    алкоголя   легко .
Он  из   семьи   отлучиля
И  воспарил     высоко .

Дебри  люпфи    познавая ,
Коля   стяжал   неглиже ,
Вдруг   полусонный   зевая  ,
Встретил   Олега  Киже .

Коля  терпел   никакого ,
Видя  бездарную   суть .
Не  возлюбил  он  сякого
И ненавидел  чуть - чуть .

Только  Киже  горделивый ,
С видом  пустого   нуля ,
Был   неприлично   чванливый  ,
Словно   кузен     короля.

Коля   однажды   пройдоху ,
В  опусе   щедро    клеймил .
Место    пустынное     лоху ,
С  вечным  забвеньем  вменил .

Есть ли Киже  или  нету ?
Есть ли  Олег  или нет ?
Коля  взглянув  на  планету ,
Взял  обнулил  и  ответ .

                2
Вредный   Олег   Киже

Скошин брат , кузен таланта ,
Сам обычный , не благой ,
Приголубил не ваганта
В речи вновь не дорогой .

И в журнал отправил разом ,
Вирши снова в Молоко .
Не моргнув хитрющим глазом ,
Не подпрыгнув высоко .

А ведомый очень вредный ,
Многоликий буд - то бес .
На добро мирское бедный
И по волчьи рвется в лес .

Где витают тени прошлых
Дней событий и времен .
Где следы прохожих пошлых
И не пошлых без имен .

Где густая паутина ,
Ловит ветер на лету .
Где унылая картина
Жизни всюду на свету .

Даже мякиш диким уткам ,
Не по вкусу в той глуши .
Все стихи в журнале жутком ,
Без таланта , без души .

                3
   Участь   вечного   нуля

Меня громил он сникшего в печали ,
Когда не стало матери совсем .
И вороны залетные кричали
О преданном и угнетенном всем .

Наследкина он обозвал убогим
И никаким писателем в миру .
Ничтожное обетованье многим
Вменил в статье стяжающий игру .

И заигрался писарь в генерала ,
Трубу крушил на взлете бытия .
Звезда на обнаглевшего взирала ,
Гнев полыхавший жгучий не тая .

Стезей идет шестерки и нукера ,
Способного скулить у крепких ног .
Вокруг него дурная атмосфера ,
Олег Киже  бесславьем  занемог .
            
                4
                Нечистый

Ты  чистым   хочешь  быть  беспечно ,
Среди  страниц  осенних  тем ?
Но  ты  Олег  нулем   навечно ,
Невидим   в  " Лабиринте "  всем .

Тебя  Никола  рьяным  взмахом
В  нуля  пустого   превратил .
Судьбину  неизбежным  крахом
Пометил  всю  и  извратил .

Ты  Пустоместов  и  Балластов ,
Ты  в  " Лабиринте "  снов  никто .
И  только  тени  педерастов
Приладили  тебе  пальто .

Свистит  оракул  "Лабиринта",
С ухмылкой   злобной  палача .
Похож он   на  пирата  Флинта
И  на  бесстыжего   рвача .

                5
   Продажный   Киже

За дружбу дед горой стоял ,
Писал статьи о злыднях круга
И всех знакомых уверял ,
Что отыскал святого друга !

Звонил чиновникам Москвы ,
Тащил на курсы фаворита -
... И обучился друг увы ,
На никакого лжепиита .

Подставил совесть под удар ,
Что б возвеличить никакого
Но рухнул должностью в тар - тар ,
Итога чуждого и злого .

Терпел последствие стыда
И верил -- творчество основа .
Что будут други навсегда ,
В лучах доверия и Слова .

Почил наивный корифей ,
И фаворит к врагам подался ,
И проводнице кривды всей ,
С любовью трепетной поддался .

Теперь душа его полна
Грехов с отстоями трофея .
Хлебнет печали он сполна ,
За то , что предал корифея .

Отверг расстрига "кабалу" ,
Заветов Новых и не новых .
Предался хищник только злу ,
Среди субъектов не пановых .

А ближний колокол звонит
И дальний колокол взывает ...
Нулем слывет гнилой пиит ,
Когда пащеку раскрывает .

                6
        Не кощунствуй !

За грош любой и за конфету ,
Не делай подлостей Поэту.
Не приближай беды его ,
Остаться можешь без всего .

Лучи небесных дарований ,
Не суть фривольных толкований .
Не удержать в цепях страстей ,
Того , кто духом -- Прометей !

Кто ярко звездами отмечен ,
Своим талантом безупречен .
Но если взгальность неуемна ,
Вздымай полымя словно домна .

Иль распаляйся , как Мартен ,
Вблизи своих домашних стен .
И злобой яростной бурли ,
На бренной паперти земли .

Дурь разливай в форматы чушек ,
Что б пострелять из вздорных пушек .
Пали картечью обвинений ,
В художника своих стремлений .

Создай хулы огульный шквал ,
Сразив духовность наповал .
Всю долю мерзостей вкуси ,
Но милость Свыше не проси .

Не вопрошай Творца о многом ,
Ты враг Поэта -- ты не с Богом .

                7
          Два  облика

Разбилась  старая  посуда
И  разлетелись  части вширь ...
Хвалешин  гадостный  Иуда ,
Пошел  молиться  в  монастырь .

Молился  лживо  ради  шкуры ,
Чтоб уберечь ее   для  зла .
Но  тень   Иудиной   фигуры ,
Изображала  суть  козла .

Не искренность всегда ужасна ,
Он  предавать  пошел  опять .
И там где истина  прекрасна ,
Готов  носителей  распять .

И плошки  новые  разбились ,
На  старый  грех и на беду .
Двурожкиной  рабы  молились ,
Чтоб  бесноваться   на  виду .

У  лицемеров  две  личины ,
Два  облика  судьбины   злой .
И  две  извечные   причины ,
Быть знатными с душой  гнилой .

                8
    Наваждение   Киже

Теперь  великому   не скучно ,
Олег фуршета тамада .
Он собирает ближних кучно ,
Где льется сладкая вода .

На бицепсах его подкова ,
Счастливое тату всего .
Но толку впрочем никакого ,
Зеро и ноль на лбу его .

Пылает мета киноварью ,
Наследкин бездаря клеймил .
И пахнет непотребной гарью ,
Как буд - то пламенный дымил .

Что за лихое наважденье ,
Зеро сияет в темноте ...
Быть может сам Олег виденье --
Пустое место в пустоте .

                9
       Не  Комаровский

Гуляй  по брошенному саду ,
Вдыхай   витающую  гниль .
И  утоли  души  досаду ,
Мешая   палкою  утиль .

Блестят червонными  плодами ,
Дорожки   к   дому  у  пруда.
Все грезы  канули  с  трудами ,
Дворян  поместных  вникуда .

Поэт  гулял  до  вдохновенья,
В  другое  время  бытия .
Нагрянули  мечты  мгновенья
И  стала  сказочной  скамья .

Ахматова   его   хвалила
И  славил  Юрий  Кузнецов .
Поэта   муза   окрылила ,
Под  звон духовных бубенцов .

Хвалешин  ты  не Комаровский
И  схожести   нет   никакой .
Ты  проходной  поэт   тамбовский ,
В  саду  и  дома   за  рекой .

                10
        Мигрень  Хвалешина

В  его  саду  деревья - тени
И  сам  Олег  Хвалешин  тень .
Сад  отраженный  мир  мигрени ,
Несет  сплошную  дребедень .

Антоновка  бесплодным  гласом ,
Вещает  ветру  о  беде .
И груши предвещают   басом ,
Поклеп  безумный  на суде .

Колючий терн  неутомимо ,
Трындит о призрачном  венце .
И  пролетают  тени  мимо ,
Увидев  дырку  в  подлеце .

Олег  двоится   над  землей ,
Кому  поклоны  бить в нирване:
Иуде  с   мраморной   петлей ,
Иль  с  орденом  Мазепе  Ване ?

Кому  служить и  трепетать ,
Перед   могучим   изваяньем .
Быть может  постаментом  стать,
Перед  Двурожкиной  стояньем ?

А может  бюст  расцеловать ,
Володи  лысого  до  блеска ?
И   днями   рьяно   уповать ,
На  фурий  тщетности  бурлеска .

Витают  тени   и   листва ,
В  картинах безобразной  хрени .
Хвалешин  небыль   естества ,
В  саду   назойливой   мигрени .

                11
      Шелковый    ноль

Нуля хоть шелком украшай ,
Он будет ноль по Фаренгейту .
Наследкин формулу решай ,
Как у Олега вырвать флейту .

Хвалешин дует вникуда ,
Играя царственного Пана .
Он Ноль и личная беда ,
Как камушек внутри рапана .

Игра фальшивая его ,
Мелодия звучит пустая .
И сад мечты из ничего ,
Где нетей затаилась стая .

Труба сыграй нулю бемоль ,
Что б флейту выплюнул рыгая .
И позабыл таланта роль ,
У бездаря судьба другая .

                12
           Не  дано

Хоть на Парнас тебя втащи ,
Ты был нулем , нулем  остался .
Хвалешин   с рока  не взыщи ,
Такой бездарному достался .

Твои  потуги   все   смешны ,
С бородой сивой или  дымной .
Твои кошмары вновь  страшны ,
С палитрой  ужасов  взаимной .

Тебе  творцом  быть  не  дано ,
А  подлецом  быть  неприлично .
На  небесах  все   решено ,
Кому  стихи  писать  отлично .

            ТЫ   СВОБОДЕН

                1         
          Былое и настоящее

Я  расскажу о том что  было ,
Не  в  назидательном  ключе .
Обиды  бремя  не  убыло ,
Оно  сгустилось  на  плече .

Свинцовый   образ  обвинений ,
Весь  тяжелеет   без   частей  .
Стечение   огульных  мнений ,
Судилище  в  пылу  страстей .

Без предварительной  беседы ,
Без  писем  откровенных  строк .
Судилищем   взъярились  беды  ,
Вливаясь  в  мерзостей   поток .

Зло утвердили  без разбора ,
Поэту  в  храме   палачи .
Потом  по  веянью  задора ,
На  пламя  плюнули  свечи .

Опять  мучители  жалеют ,
Себя в безнравственной среде  .
И  опорочить   вожделеют ,
Творца  повсюду  и   везде .

                2               
     Куда  идешь  поэт ?

Угол улиц современных ,
Перекресток дней судьбы .
Мыслей много переменных ,
От забвенья до борьбы .

Вдруг Дорожкина навстречу ,
Помутился Божий свет .
На вопрос потом отвечу :
-- Камо ты грядеш поэт ? --

К храму взоры обратили ,
Там Казанский монастырь .
Мы друг друга не любили
И слова как нашатырь .

-- Вы за что меня судили ,
Над Голгофой и крестом ? --
-- Знай Валерий , навредили ,
Коля с Марковым хлыстом --

-- Вы могли с духовным братом ,
Вдрызг страдальца не губить?! --
-- Юрий стал ужасным катом
И Труба во зло трубить ! --

-- Гнали вы меня годами ,
Унижали без отрад --
-- Приглашала я с трудами ,
Лет пятнадцать вас назад --

Вновь судилища проруха ,
Вся блистала под звездой .
Вновь процентщица старуха ,
Маялась душой худой .

-- Николай на вас обижен ,
Оскорбили словом всех --
-- Чем алкаш люпфи унижен ,
Может пошлостью потех ? --

-- Я в суде не виновата
И три года не у дел --
-- Вы метресса газавата ,
Гнать поэта ваш удел --

-- Проходи Валерий с Богом ! --
-- Вы стяжайте духом свет --
Мне подумалось о многом :
-- Ты куда идешь поэт ? --

                3         
        Спасение  от  небесного

В  судьбе   пути   пересекутся ,
Такие   --  каждый   не   искал .
-- Спасись  и  тысячи   спасутся --
Саровский   святый    изрекал .

Спасался   я    добром  духовным ,
Другим   сердечно    помогал ,
Но Валя  с  помыслом  греховным .
Творила   зла   девятый   вал .

Мое  добро забыли   члены ,
Союза   плюнув  на  права   
И  под  сияние  Селены  ,
Меня  судили  за  слова .

Они  спасали  шкуры  рьяно ,
Вблизи   процентщицы интриг .
И  поиграл  на   фортепьяно ,
Бес    искушающий   расстриг .

Спаслись   судившие     свободно ,
От   света    истины     святой  .
Христа   презрев   неблагородно ,
Попрали    заповедь   пятой  .

И  поспешили   селфи   множить  ,
На  презентациях     трудов  ... ,
Успев   пороки    приумножить ,
С  грехами   в    тысячи    пудов  .

                4
             Иудея   Трубы

Трубе  приснилась  Иудея ,
Он  центровой   центурион .
И  злится  Валя - Соломея ,
Как   западенка  Фарион .

Ей  мало с головой  пророка ,
Двух  Иродов  обворожить .
По  воле  низменного рока ,
Горазда  похоти  служить .

Неугомонна   Соломея ...,
Но  сон  Трубу переместил ,
Спасителя  ждет Иудея ,
Пророк  его  предвосхитил .

И усмотрел Труба  Иуду ,
Идет  Олег  Искариот ,
Лукавый  поклонился чуду
И  предал светоча забот.

Умоет  прокуратор   руки ,
Во сне  Пилат    Мещеряков .
И  обрекут  враги  на  муки ,
Творца  за  истину   веков .
   
За  Агасфера  сразу  трое ,
Рашанский  , Коля и Макар .
Умчались  к тридевятой Трое:
Орфей , Илия    и  Икар .

Остались злыдни  тропиканки ,
Несущие хулу  и   бред .
Судов  бездушные  подранки ,
Идущие  за  стервой  вслед .

-- Неси творец обрубки  древа ,
Да  будь  распятия  царем ! --
Кричали  Агасферы  слева
И  справа  с  бесов  фонарем .

Горел  гудрон и  воскуряясь ,
Витал с  нечистою  мурой .
Труба  ничуть не просыпаясь ,
Чернел  под  Лысою  Горой .

Голгофа  череп  сохраняла ,
Адама  вечности    века .
Гроза  разрядом  просияла
И содрогнулся мир слегка .
               
               5
         Свеча  грез

Идет Ильин  по Горького ,
Не  интересен  мне .
Не  хочется  мне  горького ,
Нет  истины  в  вине .

Товарищи  вмиг  предали
И  предали  друзъя .
Грехи  вовсю  изведали ,
Судилища  князья .

Недавно славно чокались
И  пили  за  успех ...
Иуды  духом  скомкались ,
Стяжая  хищный  смех .

Личинами  все  страшные ,
В  делах  судьбы  дурны .
Друзъя   мои вчерашние ,
Все  дружбе неверны .

За Валю  злыдни   ратуют ,
За   Лену  гон   сильней .
Меня   мечты   обрадуют ,
Есть  люди  светлых  дней .

Иди  Ильин  по  Горького
И  грез  сжигай   свечу  .
Не  хочется мне  горького ,
Я   крепкое    хочу  .

Ты  человека   светлого ,
Не  понял   в  попыхах .
В   бомонде  не  приметного ,
Приметного  в   стихах .

          6
   Поэт и либерал
   
Встретил  Ильина ,
Бледный  ныне  дока .
Помнит  письмена ,
Без клейма вещдока .

Коваля  собрат ,
Из когорт Чубайса .
Светочу не брат ,
С  птицей  аусвайса .

К  ВРИО  поспешал ,
В  пятницу  страстную .
Я  не   помешал ,
Вспомнив суть  иную .

- Посмотри  Ильин ,
На   библиотеку ...
Здесь вбивали  клин ,
В  сердце  человеку .

Кляли  здесь  зело ,
Каты   все  поэта .
Шельмами   во  зло ,
Стали  без  Завета -

- Знаю  о  страстях
И  поступках  вредных .
Будет  на  костях ,
Тень  грехов  победных .

Пушкинка   вблизи ,
Дума  края  рядом .
Злыдни   на   мази ,
Каждый  смотрит  гадом .

Все  у  них  О, кей
И  в  Москве  в  журналах .
Вали  днесь  лакей -
Вечный  хмырь  в  анналах -

                7
Трудись Ильин на поприще паскуды ,
Пример возьми с  Алешина  Иуды .
Ты  станешь  извращением  богат
И  в  перстне  рассияется  Агат .

Хвали  подонков всклень закоренелых ,
Дорожкинцев  и  Трегуляй - дебелых .
Взыграло  в  них  греховное зверье ,
Вмиг   осудили   бытие  мое .

Во храме где Всевышнему молились ,
Бездушные  к   измене   изменились .
Судилища   лишь  шельма  господин ,
Пиши  о падших  Павел де  Ильин .

К клейменым  паразитам приобщайся
И  с  вредными  мегерами  общайся .
В  ТЖ  сойдешь за  лучшего  в  миру ,
Воспев  отпетых  шАбаш  на  юру  .

Трудись Ильин  в  любую  непогоду ,
Писарчукам   безнравственным  в угоду .
И  обретешь  медаль  Искариота ,
С  цветными   колпаками   идиота .

                8
Два  Ильина  и  сто вопросов ,
Я   задаю   поэт - философ .
Зачем  я  пиво пил  не   Гавел  ,
С тобой Ильин  котовский  Павел ?
Зачем  я  на  исходе  лета ,
Поэт  уважил  не   поэта ?
Зачем   судьбы  своей  мгновенья ,
Дарил  хмырю  в пылу  боренья ?
Ты  Павел  лицемер -  трепач  ,
Продашься   злыдням  за   калач .
Вот   Алексей   Ильин  иной ,
В  высоких  помыслах  земной .
Меня  на  перепутье  гона ,
Вписал  в  анналы  региона .
Два   Ильина  в  строке  сердец :
Один  подлец , другой  мудрец .
            
                9         
         Иное   время

Иное время , мир  иной ,
Но суть осталась  прежней ,
Когда  объят  ты  пеленой ,
Грехов  простор  безбрежней .

На месте храма и  креста ,
Подонки  суд  вершили ,
Творца  сомкнувшего уста ,
От  мира  отрешили .

И ненавидя за добро ,
Поэта всей  гурьбою ,
Кричали - Выпишем зеро ,
Пусть потрясет губою!--

Приехал Сошин через год
И вновь на лобном месте ,
С почетной фурией невзгод ,
Воспел  тщеславных  вместе .

Как буд-то небыло суда ,
Над  храмовым  распятьем.
И тень не бросила беда ,
На  женщину с проклятьем.

Чернела  мимика  лица
И  вторил Глас  примете :
-- Судить невинного творца ,
Страшней всего на свете --

                10
          Ты  свободен

Страстная пятница в Тамбове ,
Иду  поэт   к  себе  домой .
Вблизи  Труба  идет  панове ,
С  мобильником  лихой  ковбой .

Несу  кулич  не  освященный
И   пасху   кулинарных  недр .
Труба  холеный  и  лощеный ,
В  плаще  на  обвиненья  щедр .

-- Ты  выливаешь  только тину ,
В  своем  романе  на  меня .
Дорожкину  ты   Валентину ,
Всю  обругал  ее   кляня --

-- Ты Анатолий над распятьем ,
Судил  поэта  без  вины .
И в храме падшего заклятьем ,
Наполнил  душу  для  цены  .

Помеченный  за  суд  неправый ,
За  клевету   и   оговор ,
Труба  поверил  ты  лукавый ,
Карге  посеявшей    раздор --

-- Поэмы  о  судьбе  народа
Прислать звонил я  на  круги  --
-- Труба  не  лги  у  перехода
И  всюду  автору  не  лги .

Ты  извращаешься  открыто ,
От  сердца  не было  звонка .
Окно    иллюзии    закрыто ,
Окрыто   истины   слегка .

Ты  голосом  не  воздержался ,
Поверив  гольной   клевете .
Хлестать  Труба  ты  постарался ,
Меня   на   жизненном  кресте --

-- Творца  я  речи  не  приемлю ,
От  СПР   свободен  ты ! --
--  Я  Господа  Заветам  внемлю ,
Без  вашей  грешной  суеты --   

                11
         Прозрение  душой
               
Прозрел  легко  от  заблуждений ,
Увидев   сонмище   личин .
В  просветах  жизни  откровений ,
Стяжаю  творчества  почин .

Пусть  веселяться   безобразно ,
Судившие   меня  в   чести .
Все  в   обинениях   бессвязно
И  каждый   сребреник  в  горсти .

Гордыня   близкая  к  тшеславью,
Жестокость  кредо    палачей .
Придут  судившие  к  бесславью ,
За  черной  дымкою   свечей .

Талант  не  станет  поклоняться ,
Процентщице   интриг  нигде .
И  к  нечисти  умом   склоняться ,
Чтоб  подвести судьбу к  беде .

Враги  бравируют  сплоченьем ,
С  клеймом  Иуды   на  челе .
Поэзия  сильна   влеченьем ,
На  ярком  солнечном   крыле .
         
       ЛЫСОГОРЕЦ

Новеллы  в  стихах


    Перепутье  выбора

Степь родная у лесов ,
Широка округой ...
Двери я открыл засов
И пошел с подругой .
Впереди прекрасный вид ,
Позади все то же .
Каждый ближний индивид
Стал в стремленьях строже .
Вновь подруга хороша ,
Говорит о многом .
Но светла моя душа
И не спорит с Богом .
Вот налево поворот ,
Рядом критик в теме .
Озирает Коля рот ,
В зеркале и джеме .
Вот направо колея
И стоит у края ,
Толи падшая свинья ,
Толи светоч рая ?
Я иду и на виду
Выбегает Толя ...
Неужели рок в бреду
И с Трубой недоля ?
Вижу мечется казак ,
По горе плешивой .
В сапоге его резак
С рукояткой Шивой .
-- Я за правое ! -- кричит
И бежит налево ,
Где шалава верещит
Обнимая древо .
Разожгли грехи огонь ,
Полыхают дали ...
Но бежит крылатый конь ,
Где его не ждали .
Нет у путника узды ,
Нет травы чудесной .
Есть внимание звезды
И юдоли местной .
Пусть волчицей пронеслась
Злыдня , словно драма .
Вновь мечта моя спаслась
У святого храма .

              Тени    лицемеров

После  концерта  под  Лысой  горой ,
Вышел  на  гору  Серега  -  герой .
Лунная  ночь  необычно  светла ,
Грустные  мысли  сжигает  до  тла .
Стало  Сереге  мгновенно  легко  --
Мистика   шабаша   недалеко .
Он  же  не  верил  в   волшебную  явь ,
-- Боже   от  лихости   душу   избавь !
Нет    ни   татары   ,   нечистая    муть ,
Надо  мне  зорко  на  пришлых  взглянуть --
Видит  герой  своих  новых  коллег ,
Голыми   стали   стяжая   набег .
Нет  Маргарит  ,  только  Геллы  одни ,
Ведьмы     Градища   в  поганые  дни .
Гелла  -  Елена   и   ведьма  -  Карина ,
Гелла  -  Татьяна   и   ведьма  -  Ундина .
Вот   и   Валюха    парит   на   виду ,
Кличет    для    всех   роковую    беду .
Шепчет   смотрящий :  --  Увидев  не  трусь ,
Колю  ,  Олега    и    всякую   гнусь .
Чу  ,  да     они   под   луною   козлы ,
Видимо   днем   обреченные   злы .
Мне  бы  не  славить  страстей   бурелом ,
Нити    грехов    завяжу   я    узлом .
Не   оплетут  ,  не   затянут   ловцы
В  бездну  ,  где   изверги  и  подлецы .
Я    не    стяжаю    корону    вреда ,
Быть   лицемером   везде   и   всегда  --
ШАбаш   раскрылся   в   бесОвской  красе ,
Совокуплялись    безумные   все ...
Пошло  и  гадко  в  животном  бреду ,
В  круге  разврата  --  подлунном  аду .
- Я   же   потомок   бойцов  --  казаков ,
Дам   им   плетей   и   сухих   канчуков ! --
Глянул   Серега  --  в  руках  -  то   кнуты ,
Стал   он   пороть   наглецов   маяты .
-- Вот  вам  фуршеты !  И  злыдней  сю - сю ! --
Бил    их    Серега     кнутами    вовсю.
Тени    стонали   вокруг   на   горе,
Выла   волчица   в   незримой   норе.
В   полдень   проснулся   Серега  в  дому,
Было      светло     и     отрадно    ему.

       Мордоворот

Пришел крутой мордоворот ,
В СП поместной власти ,
Двурожкиной восславил рот
И утвердил напасти .

Метресса ляпает сдурма ,
О Маше как о фее .
Возносит слабую весьма ,
Словес при корифее .

Приемы старые в ходу ,
Талантов всех на плаху ,
Но фаворитов череду ,
К безбрежному размаху .

Нет роста юным никому ,
Всех рубят гильотиной .
Лишь держиморде одному ,
Трон с гибельной картиной .

Поэта лучшего на век ,
Судили воры света .
Творений лишний человек ,
Для палачей расцвета .

    Музей  идолов

Вот Горы Лысые вблизи ,
Луна сияет кругом ...
Пришел в музей не Саркози ,
Канчук с Иваном другом .

-- Смотри Иван на торжество ,
Старинных весей края ! --
Но исказилось божество
И все вокруг играя .

Поэта судят у креста ,
Страшилища и хари .
Запахли грешные места ,
Болотным смрадом гари .

Канчук себя определил ,
В фантоме деревянном .
Он с околесицей юлил ,
В порыве окаянном .

Исчадья кланялись карге ,
Тянули лапы к жути .
Старуха сидя на слеге ,
Отстой крутила мути .

Щеряк безумствуя с шестом ,
Вилял хвостатым задом .
И ведьма поглощала ртом ,
Что исходило рядом .

Хвалешин истово скулил
И рьяно выл шакалом .
Музейный шАбаш веселил ,
Мегер с козлом нахалом .

Канчук слегка оторопел ,
Иван немного сдрейфил ,
Но снимки утвердить успел
И сделал яркий селфи .

Лохматый нежить пробубнил :
-- Идите в лес Челнавский .
Зарытый клад не оценил ,
Крымчак бредун заправский --

Музей кипевший суетой ,
Притих к рассвету споро .
Иван смеялся золотой ,
Канчук с кнутами Зорро .

     Под  Лысой горой

Для кого твои спевки под Лысой ,
Если в храме творца осудил ?
Ты сдружился с исчадия крысой
И Иудой фуршетных чудил .

Мельтешишь ради славы суетной ,
Ищешь сильных партнеров в миру .
Но в России духовной заветной ,
Ты тщеславный хвастун на ветру .

Для чего ты печатал отрывки ,
Из блестящей поэмы творца ,
Если хищной личины улыбки ,
Рассыпал с хохотком подлеца ?

Для чего ты отметил поэта
И награду за строфы вручил ,
Если плюнул на правду завета
И с любовью мечту разлучил ?

Ты постишься надеясь на Бога
И прощенье грехов навсегда ,
Очернив светлый образ итога ,
Ради падших срамного суда .

      Лихое  время

Казак из Криуши бравый ,
Как прадед из Лысых Гор ,
С душой озаренной правый ,
Заканчивал миром раздор .

Антоновщина не благая ,
Взаймная злоба сторон.
Тамбовщина всем дорогая ,
Кровавый терпела урон .

О русских полях и долах ,
О житницах и родниках ,
О мелях , глубинах , молах ,
Стихи сочинил в веках .

Лихое нагрянуло время ,
Все зыбкое до причин .
Поэта встревожило бремя ,
Засилье бездушных личин .

Судилище за откровенье ,
На месте распятья Христа .
Личины стяжали паденье
И бездна раскрыла уста .

       Бесправие

Не страшен суд на месте храма ,
Страшней бесправия закон .
Трагедия людей и драма ,
На месте взорванных икон .

Не обвинения рвут душу ,
Людская ненависть сердец .
Я стены фальши не обрушу ,
Обрушит вечности Отец .

Между поэтом и лихими ,
Рубеж из подлостей камней .
Клеветники видны плохими ,
В провале обреченных дней .

Бросают камни оголтело ,
Забыв про заповедь Христа .
Трясутся с бесом ошалело
И змеями шипят уста .

Суд безобразен без защиты ,
Без прений разницы сторон .
Расправы каты из элиты ,
Лукавых злыдней и матрон.

        Бюсты  палачам

Слепит  Остриков бюсты  катам ,
Осудившим  поэта  времен .
И  расставит по смутным  закатам ,
Отцветающих  гнусных  имен .

Вот Щеряк  приоткрывший  губы ,
Волком  выглядит  во  плоти .
Кочуков с Чистяковой  грубы ,
К  храму бесятся  по пути .

Вот Алешин целует  поэта
И  Алешин  творца  предает .
И продажным двойного цвета ,
Раздвоением  бес воздает .

Селиверстов  хитрит безобразно ,
Осуждая  безбожно   творца .
А в суде  он благообразно ,
Адвокатом  корит  подлеца  .

Слепит Остриков бесов падших,
Много , много  как  наяву .
В Трегуляе  у  сосен  увядших ,
У отпетых  поставит в  траву .

             Изменник

Наши предки  рубеж защищали
И Тамбовщину Бог  сохранил .
Кочуков же Сегрей за  медали ,
Над  распятьем творца осудил .

Ради  не осененной  подачки ,
Кочуков  вновь охаял  творца .
Стал пред  идолом  на  карачки
Где  музейный  закут  подлеца .

Угодил  бездуховным  личинам ,
Послужил   безобразным  зело .
По отвратным порочным причинам,
Преумножил  безбожное  зло .

Он  постится  и  возглашает :
-- Я  неистово  верю  в  Христа --
Но поступки  потом совершает ,
Буд - то нету  у  ката креста .

Депутаты от бесов в Тамбове ,
Не  от  Бога  лукавая  власть .
Кочуков  же неискренний  в слове ,
Не страшиться  Иудой  пропасть.

          Вольер  злыдней

Мельтешите в пространстве
                вольера ,
Шкуры  перекисью   осветлив .
Я  поэт  вдохновенный   Валера
И  душой  светозарной   красив .

Вы  почетные  времени  блефа
И   бумаги   купили  шутя .
За  спиной  хитромудрого Грефа ,
Вырастает  мамоны  дитя .

Вы  лукавите  хищные  дружно ,
Говорите  о  многом   легко .
Никому  роковое  не  нужно ,
Если  Бог от него далеко .

С пастухами блуждают бараны ,
Лысогорской  породы  стада .
Вы  поэта  душевные  раны ,
Обжигаете  злобой   вреда .

Вы свиней попасите вальяжно ,
С бесовщиной от  Лысой Горы .
Для продажных безбожное важно ,
До  Суда  Поднебесной  поры .

        Рабы  Мамоны

Остались угли и  зола ,
И отголоски  эха  зла .
Ведро  худое , дом пустой
И засыхает сад  густой .

Олег  Алешин  поседел ,
Иуды  возлюбив   удел .
Владимир Селиверстов сон ,
Увидел  с  бюстом в унисон .

Наседкин счастлив  по всему  ,
С  Джули  незримой  никому .
Дорожкина  с  грехами  вся ,
Мамоны  ловит  карася  .

Мещеряков  поместный  бай ,
Кричит  АвгиЮ - Выгребай ! -
Но в стойле  смрада  не Авгий ,
Труба  стоит  без  панагий .

Воззванье  пишет  Кочуков :
-- Осудим  в  храме  мужиков !
Изгоним  пахарей   в  поля ,
Любя    ЛжеЮру   короля --

        Бездна  под ногами

Критиковали , гнали , осудили ,
Не  пожалели трепетной  души .
Из небыли  муру  нагородили
И  шелестят  наветов  камыши .

За доброту  мою  оклеветали ,
За  помощь опохабили  легко .
От радости судившие  витали
И воспаряли в грезах высоко .

Поэта  милосердного  крушили ,
Как  чуждого  противного  врага .
Безбожное во храме  совершили
И  обрели  незримые   рога .

И мету  обрели  не дорогую ,
Пылающую  жуткой   чернотой .
Жизнь обрели безбожную другую
И  ада  воскуренье  под пятой .

         Гордыня  циника

Какой я с хитростью пытливой ,
Почетный с Лысогорской ксивой !
Я  друг  Урюпина   веков  ,
Фрондер  Серега  Кочуков .
Я был  военным  на  Востоке
И выжил в выспренном  потоке .
Теперь  под Лысою  Горой ,
Залетных  спевок я герой .
В  Союзе  без году неделя
И  первый на печи  Емеля .
Ласкаю  щуку  по  бокам
И  фарт  вверяю   кунакам  .
Награды   мне  за  бестселлеры ,
Вручили  злыдни  и мегеры .
Союз  без  Хворова  Валеры ,
Творца   я   осудил  манеры  .
Предательство  таланта  в  моде ,
В  Тамбове  при  любой  погоде .
Я  Кочуков  Сергей  седой ,
Овец  моих  густой  надой .
Сегодня  рви , хватай и куй ,
Лаве  , медали  вмасть  ликуй .
Раз   книги   выбросят  потом  ,
Награды  хапай  даже   ртом .
И  говори  о   тренде  Шанского ,
О  днях   Халерия  Рашанского .
Хвали  Знобищеву  и  Лаеву  ,
Себя и  Сашу    Николаеву  ...
Творца  от  Бога  осудив
И  бесов  кривды  породив  .

    Грязные  помыслы

Жену  учителя  увел ,
Меня  безбожно  осудил .
Ты  Кочуков душою  зол ,
Как  преисподней крокодил .
Твои  клыки  острей  ножа ,
Сожрешь  ты  всякого  вблизи :
Творца  , художника , ежа
И  помыслы   твои  в  грязи .

   Прославляющий  падших

Для Дроновой Елены чина ,
Экранных новостей  мадам ,
У лысогорца пай - личина
К калашным рыночным рядам  .

Возносит  падших на суде
И  меченых  за  злобу  .
Стремится  Кочуков в беде ,
Узреть  времен   худобу  .

Меня  надменно   осмеял ,
Унизил  в  грешном   раже .
Духовность  подлостью  разъял ,
В  тщеславном   эпатаже .

Венчает  злыдней  Кочуков ,
И   фаворитов   власти  .
Поэта  вольных  казаков ,
Казнит  хулой    напасти .

Ты  не Драпеко  у  Миронова ,
Подручной голосить  с  шестом .
Ты  вестница Елена  Дронова ,
Будь мироносицей  с  крестом .

        Отступник

Казак не будет  осуждать ,
На  месте  храма  казака .
Вину  другого  утверждать ,
Без аргументов с кондачка .

Не  дело  воина   хула ,
Лукавой повитухи  в  тон .
Судилищ  злобные  дела ,
Людей  бездушных  моветон .

Судить поэта  казака ,
Когда с Заветом незнаком ,
Играть прилюдно  чурака
И  слыть  повсюду дураком .

Ты  за рулем  и ловелас ,
И  под Горой ты на коне .
Но душу отвергает Спас ,
Повитую  грехом в  огне .

Старуха с цацками наград ,
Оклеветала   казака ...
Ты злыдне нечестивой  рад
И продаешься  на века .

       Химера  злыдней

Я  не  живу  тлетворным  слухом ,
О  фрике   с  куклой  на  софе .
Скорее  с  Гумилевым  духом
И  образом  похож  с  строфе .

Я  откровенен  и  не  злобен ,
Добро  творю  спасая  мир .
Но  враг  Иудушке  подобен
И  злыдня  палачей   кумир .

Меня  в  Тамбове    осудили ,
Как  Зощенко в столице вмиг.
И  как  Ахматовой   вменили ,
Войны с реальностью  блицкриг .

О Боге строфы и о  чести ,
О трепетной  любви  двоих .
О  падших  оголтелой  мести ,
Среди  поветрий  не  своих .

Судилище для злых  отрада
И  обвинения  как   бред .
Творцу шедевров муза  рада ,
Спасая  истину  от  бед .

Они тусуются  напрасно
И  славят  жуткие   себя .
По  мостику  идти опасно ,
Огонь  иллюзий   возлюбя .

И Петр  огреет  лицемера ,
Оглоблей  огненных  глубин .
И покусает злых  химера ,
Среди  пылающих  рябин .

Ущербные  личинной  миной ,
Величием  грехов  больны .
Обмажет  нерадивых тиной ,
Исчадье  бездны  сатаны .

Река  Смородина  пылает ,
Мост Калинов порочных  ждет  .
Заря  рассветная   залает ,
Когда волчицей ночь пройдет .

Кошмары снятся  безобразным
И  извращенным  словно явь .
Стреляет  крахом  безотказным ,
В таланта  осудивших   навь .

      Искаженный   моветон

От перемены мест нет толку ,
Душа  заблудшего  в  борьбе .
Тамбовскому  тревожно волку
И  в  Липецке  не  по себе .

В Тамбове  метил  окоемы
И  выгрызал  свою  среду .
Внедрял безбожные   приемы ,
Предать  творящего  суду .

Собрание Союза  членов ,
Вдруг  исказило   моветон
И на  холстинах  гобеленов ,
Отрылся  шабаша   притон .

Картины  судеб  изменялись ,
Блуждали  сонмы   егерей ...
Но злыдни  скопом  превращались ,
В  перековерканных  зверей  .

Он  важаком  перебивался ,
Без чести  воина  былой .
Кумиру  злобы  поклонялся
И  закалял  характер  злой .

Повадки зверя  утверждая ,
Личины  походя   менял .
Лукавым  бесам  угождая ,
Творцу  душою   изменял .

От  перемены  сумма  та же ,
Грехов  осталась   у  него :
Дал фору  договорной   лаже ,
С  мурой  беспечности   всего .

Петровский мост их суховея ,
Из  крыльев  перелетных птиц .
Вокруг  печальная   Расея
И  мало озаренных  лиц  .

Играть  нещадно  уповая ,
На  круг  теней  у камелька .
Но  муза  пологи  срывая ,
Превносит звонное  в  века .

На картах Майя козырная ,
В четыре масти  игрокам .
Духовным ликом  неземная ,
Нигде не светит  дуракам  .

          Разъятые

Святого   таинства   причастье ,
Никак   не  красит    бытие .
Судилища   сбылось   несчастье ,
Вновь   предсказание   мое .
Забыли   добрые   поступки ,
Гурьбой   судившие   меня  .
Им  опротивели  уступки
И  свет душевного  огня .
Гордыня  злыдней   обуяла ,
Не  видно  около  ни  зги .
И  Кочукова  дух  разъяла
И   у   Алешина   мозги .
Дорожкина  великой  стала ,
Горгоне   адовой   подстать .
Мещеряков  с  сумой  фискала  ,
Желает  Вальтасаром   стать .
Аршанский  офицер  кагала ,
Мичуринский  масон в кругу  .
Наседкин в тоне  мадригала ,
Луканкиной  несет  пургу .
У  Николаевой  все  проще ,
С  кривой  улыбкой  на  лице .
В  калиновой  узрела  роще ,
Иглу  в  Кощеевом  яйце  .
Астральный  облик  осудивших ,
Страшнее   бесов  во  плоти .
Творцу  шедевров   нагрубивших ,
Прощеньем   судьбы  не  спасти  .
Хоть Кочуков  вовсю хлопочет ,
У храма с кладбищем  вблизи ,
Он в ступе  плевелы толочет ,
С попраньем Библии  в связи  .
Вещает   о   стихах  матерых :
Елены  ,  Саши  ,  Мариам ...
В расправах аморальных скорых ,
Участниц  безобразных  драм .
Адепты   проклятого    рока  ,
Ведут   политику   дельцов .
Черты    тщеславия    порока ,
Вздымают  с  миражом    венцов .

     В Стефаниевском  храме

Кочуков  поменял свои лапти  ,
Надо  в  храме  поставить свечу .
-- По  наезженным  лезвиям   тракта ,
До   Тамбова   в   санях  долечу !  --

Справный  конь  незатейливой  масти ,
Ожидал   у   ворот  на  снегу  .
-- Не  к  добру  Лысогорские    власти  ,
Унижают   меня    на   берегу  --

В  Стефаниевском  храме  Тамбова .
У  иконы   Защитницы   всех  ,
Кочуков   Лысогорского  крова  ,
Помолился  за  всякий  успех  .

За   надел   благодатного   поля  ,
За   здоровье   любимой   семьи .
Что бы  снова  казацкая  доля  ,
Обрела    ожиданья   свои  .

Век  прошел  и  у  края  дороги ,
Где  взорвали  намоленный  храм ,
Правнук  пахаря   без  тревоги ,
Осудил   невиновного   сам .

Где  Спасителя образ нетленный ,
Правнук  пахаря  предал  творца  .
И  признал   лицемер   оглашенный ,
Приговор    палача  подлеца .

Прадед  Бога  молил о подмоге ,
Правнук   бесу   душой   послужил .
И  поступком  поганым   в  итоге ,
Бездне  падших  вовсю  удружил .

Он почетный за книжное дело
И  напевы  у  Лысой Горы .
Но  грехами опутано тело
И в душе клокотанье муры .


ПОЭМА

                УЧАСТЬ

                Пролог

В    этом   городе   суета
И торговля превыше молитвы .
В этом городе маята ,
У прохожих острее бритвы .

Отражают глаза чистоту ,
Магазинов зеркального блеска .
Отражают глаза пустоту ,
Бездуховной игры бурлеска .

Сохранить свою тонкую нить ,
Дар созвездий неугасимых .
И любви непродажность ценить,
Среди скупщиков невыносимых .

                1
         Искренность

В Тамбов приехал на базар ,
Казак Мещеряков ,
Седло приобрести товар
И несколько подков .

А на Дворянской храм открыт ,
Зашел приезжий в храм .
И солнечный сиял зенит ,
На стеклах ясных рам .

Казак молился у креста
И Господа просил ...
Была душа его чиста ,
По мере личных сил .

-- Я не сужу своих селян ,
За зависть и грехи .
И не гнетет меня изъян ,
На пашне у сохи --

Сто лет промчались огулом ,
Меняли лик места .
Разрушена святыня злом ,
Нет храма и креста .

Библиотека где амвон
И клирос днесь стоит .
Умов и знаний полигон ,
На стеклах весь зенит .

Мещеряков казак в роду ,
Потомок боевой ,
Но суд устроил на беду
Поэту голевой .

Где прадед Господа молил ,
Судил Мещеряков ,
Таланта за порывы сил ,
И взлеты без оков .

Все обвиняли как враги ,
Правдивого за честь .
Но у нечистого слуги ,
Грехов своих не счесть .

Объяла кривда пеленой ,
Судилище как тьма
И за фантомною стеной ,
Взъярилось зло весьма .

                2
          Пустомеля

Кому нужны слова пустые ,
Того кто к ближнему жесток .
Кусты малинника густые ,
Но на просторе бьет исток .

Он воевал и был отважным ,
Теперь отъявленный делец .
Что патриоту было важным
Затмил блистательный телец .

С фальшивыми упорно дружит ,
С подонками событий свой .
И извращенцам лживым служит ,
В муре погрязнув с головой .

Ему поверить лицемерам ,
Как АКМ курок нажать .
Он свой немыслимым химерам
И рвется бесов обожать .

Словами потчует сексотов ,
Они балдеют от речей .
Он грубиян для доброхотов
И в доску свой для палачей .

                3
         Сон    воина

Приснился сон Мещерякову ,
Он молодой вблизи зеркал
И сердцем обратился к Слову ,
И духом Истину взалкал .

Картины будущих событий
Вмиг отразили зеркала --
Он окрыленный от соитий
И в страсти каждая мила .

Вблизи чужого Кандагара ,
Стреляет в злых из АКМ .
Весь покрасневший от загара ,
Весь помрачневший от дилемм .

Он в банке трепетный охранник ,
Богатым руку подает ...
В мечтах литературный странник ,
Шедевры всюду создает .

Он в председателях Союза
Поместных смутных величин ,
Где вновь Горгонова " медуза ",
Кумир исчадий и личин .

Судилище в фаворе падших ,
Поэта гробят клеветой .
И он Пилат среди увядших ,
Понтийский гегемон крутой .

Голгофа Уткинского храма ,
С крестом Спасителя вблизи .
И Мать Христова не от срама ,
Заплакала с бедой в связи .

Мещеряков проснулся в жаре ,
Как после боя у черты .
Творил он грешное в угаре ,
В кругу тщеславных суеты .

               4
Бедлам     грамотея

Любо братцы , любо !
Слушать Трубу казака .
Не голосите грубо ,
Звонкая эта строка .

Книгу Труба наворочил
О казаках степей .
Многих сдурма опорочил ,
Как из дерьма репей .

Села как и станицы ,
Многие он позабыл .
Жуткой войны зарницы ,
Скрыли зады кобыл .

Нету у Толи воли ,
Вольной в судьбе казаков .
Нету у автора доли ,
Жалкой простых мужиков .

Нету и красной конницы ,
Как и Котовского нет .
Нету тамбовской звонницы ,
Что увидал корнет .

Нету и рейда Мамонтова .
По большевистким тылам .
Есть фотографии Грамонтова
И грамотея бедлам .

Ряженый Толя , ты ряженый ,
Крест на груди фетиш .
Щедро пиаром обгаженый ,
Вот о пролетном трындишь .

                5
              Двойник

Не Рылеев он , не Бестужев ,
Он с рождения Дмитрий Дюжев .
Импозантен собой и высок ,
Крестик есть и мечты туесок .

Собирает в копилку души ,
Шум столиц и отраду глуши .
Он актер и большой лицедей ,
Всех играет российских людей .

Если надо сыграет барона
И на дне Петербурга Бирона .
Очутился в Тамбове на день ,
Где играют одну дребедень .

В драмтеатре Николы Сапегина ,
Приключения выдать Онегина .
Диалоги и все монологи ,
Были вехи судьбины - дороги .

Вот Онегин и Ленский враги
И стреляются возле куги .
И Татьяна влюбилась -- беда ,
Написала письмо вникуда .

Вот Евгений Онегин один
И отчаянный шелест гардин .
Перерыв , театральный антракт
И на сцене Мичуринский тракт .

Возле тракта профессора дом ,
Пребывает в тумане худом.
Дюжев Дмитрий и тема татьба
Не Онегин он -- Толя Труба .

Монологи и все диалоги :
Лицемерье , обманы , подлоги .
По роману играет " АТ " ,
Дмитрий Толю без карате .

То Урал с императорским залом ,
То Сицилия с "русским" кагалом .
То элиты журнал Александръ ,
То скопление злых саламандр .

Дюжев ярко играл авантюры ,
Человека дородной фигуры .
Дмитрий жох и Труба не малец ,
Как Онегин в поступках стервец .

Антреприза всех тем удалась ,
Жизнь Трубы в пересказе нашлась .
Неожиданный грянул финал ,
Дюжев вышел и зал застонал .

Рассмеялся похожий двойник
И замены раскрылся тайник .
Вот Онегин Евгений один ,
Вот Труба Анатоль господин .

Оба схожи -- герои стихов
Бесподобных и мерзких грехов .
Не зияет забвения пропасть,
Где потеряна детская робость .

                6
       Смоляная

Не спасти Мария душу ,
Черную как смоль .
Я обет молчать нарушу
И рассыплю соль.

Мир Двурожкиной крученый ,
Эгоизма взвесь ,
Как гудрон перемельченый ,
Разогретый весь .

Нелюбимых Валя злая
Днесь вовсю гнобит .
Бес ладони потирая
В уши ей гудит .

Не печатает таланты ,
Не жалеет всех .
И свободные ваганты ,
Как шуты потех .

Год за годом роковая ,
Роет ямы всем ,
Кто судьбу превозмогая
Не хитер совсем .

На Судилище занудно
Клевету несла ….
И невинного паскудно ,
В жертву принесла .

Как спасешь ты душу Вали ,
Если в ней грехи ,
Повторяют звон медали
И бубнят стихи .

                7
    Винтарь     поэта

Отличный поэт Остроухов
Не предал собрата в беде .
Он словно бывалый Сухов
Стреляет в бандитов везде .

Словами стреляет , словами ,
Как пулями из винтаря .
Свистят они над головами ,
Лихих басмачей не зря .

Учился он с Пеленягрэ ,
Освоил духовную речь .
И падшему при подагре ,
Поможет с сиянием свеч .

Поместный СП захватили ,
Тщеславные люди мирка .
Крутили кумыс и мутили ,
И выбрали баем Юрка .

Халат он имеет и сбрую ,
Коня дорогого и блажь .
Решает проблему любую ,
Играя страстей эпатаж .

Вовсю горлопан верховодит
Полротой творцов суеты .
Талантов презреньем изводит ,
Бездарностям дарит цветы .

Такая гражданская смута ,
Что хочется взять динамит
И тень подорвать баламута ,
Который поэтам хамит .

             8
       Бирюков

Вновь приехал Бирюков
В город тихих грез ,
Без величия оков
И без горьких слез .

Он свободен от причин
И последствий дня .
Объявил иной почин ,
Смыслы строф ценя .

Так читал Сергей стихи ,
Как молитву днесь ,
Как замаливал грехи ,
Просветляясь весь .

Слушал мастера Чердак ,
Зауми и Клуб ...
И в любой душе бардак ,
Был уже не груб .

Эхо строф перенеслось ,
К храмовой горе .
Сердца таинство спаслось ,
В Слове на заре .

Храма всюду образа ,
Пушкинка как храм .
И поэт взглянул в глаза ,
Тезке крестных драм .

Радонежский просиял ,
Ярче звезд небес .
Столпником Сергей стоял ,
Словно сам воскрес .

                9
        Сад     забвения

В накидке пыльной пришельцА
Ты тень судьбы отца искал …
В Саду рогатого тельца ,
Где в лунных снах ты обитал .

Тебе казалось ты лучист ,
Как образ нежного птенца .
И телом постаревшим чист ,
Как лист осеннего венца .

Вокруг тебя осенний вид
И оголенный сонм скульптур.
В Саду ты яркий индивид ,
В кругу безмолвия натур .

Фонтан струился у ручья ,
Какой - то сутью неземной .
Но юность плакала ничья ,
За беспросветной пеленой .

Скамья тесна и для двоих ,
Но ты присел и ощутил ,
Как был невозмутимо лих ,
Когда мошну грехов тащил .

Журавль отверженный стонал ,
Ты предал юность с журавлем.
Сад прошептал :-- Настал финал.
Ты здесь с забвением вдвоем --

                10
         Безобразные

Видно смута надолго теперь ,
Лицемеров безнравственной доли .
За кумира -- исчадия дщерь ,
За основу -- болота юдоли .

Ненавидели прежде они ,
Обреченные хаять друг друга .
Подружились вздымая огни ,
Рокового фальшивого круга .

Пляшут вместе и мельтешат ,
На тропинке и зыбкой дороге.
Безобразно , безбожно грешат
Вытирая об истину ноги .

И в порушенном храме дельцы
Судят скопом поэта от Бога .
Не снимают личин подлецы ,
Потому что тусовка убога .

             11
     Творчество

Литература не трамвай ,
Не конка с мерином .
Писатель к образу взывай
Звездою ввереном .

Твори высокое свое ,
С талантом пламенным .
Пусть созревает мумие
Под Сфинксом каменным .

Пусть перелетные ветра
Вращают мельницы ...
И будут ярче свитера ,
У рукодельницы .

Твори как роком суждено ,
Покаместь дышится .
Тебе небесное дано ,
Покуда пишется .

Пусть оккупируют трамвай
Пройдохи зайцами
И славят -- ты не унывай ,
Коня с данайцами .

Им прицепится к именам ,
Всегда так хочется ,
Где чудно лживым временам ,
И жизнь волочится .

               12
             Имена

Лучшего поэта исключили ,
Классика мятущихся времен .
И вердикт внимающим всучили ,
О бессрочном поиске имен .

Обещали матрицу проекта
Сделают для тренда воротил .
Чтобы имя нужного субъекта ,
Библиограф в пыль не превратил .

Хоть и Лета речка не мелеет ,
Берега в туманах вековых ,
Дух небесный истинных жалеет ,
Светит на поэтов таковых .

Вот мелькнула всполохами Майя ,
Вот Богданов в роще зоревой .
И Макаров с лучиком играя ,
Пробежал по пажитям живой .

Вот Марины милые гуляют ,
И Пегаса вместе стерегут .
И звезду надежды умиляют ,
Что дары таланта сберегут .

Вот моя стезя не роковая ,
По лугам блистает у межи .
Я иду природе воздавая
И летят стремительно стрижи .

Имена не люди озаряют ,
Небеса в завещанном миру ,
Где хвостами длинными виляют
Змеи из бумаги на ветру .

                Эпилог

О чем мы спорим господа ,
Когда нет денег на журналы ?
Для власти творчество вода
И тина книжные анналы .

Стихии волны пронесут ,
По руслу временных событий .
Творцов слова не донесут ,
Посыл для бродников соитий .

И даму ветреных причин ,
Финал не образумит драмы .
Она познала пыл мужчин
И ни к чему ей холод ямы .

Поэт советом не уймет ,
Кликушу взяток у кормила .
И равнодушный не поймет :
Зачем Руслана ждет Людмила .

Сюжеты , темы и канва ,
Нужны для хода и развязок .
Литература вновь права ,
Где время заповедных сказок .