Глупые ситуации из моей жизни

В 1-ом классе я дружила с девочкой Людой, которая была моей одноклассницей. Хотя я бы не сказала, что мы были такими уж подругами, но иногда общались и играли вместе. Однажды Люда придумала такую игру: я закрываю глаза, а она за руку выводит меня из класса и ведёт в гардероб. Когда прозвенел звонок с последнего урока, мы начали в неё играть. Я закрыла глаза, Люда взяла меня за руку и повела. Но у меня не получалось полностью ей довериться: я щурилась и подглядывала. Однокласснице это не нравилось. "Маш, не подглядывай и не бойся!" - говорила она.
На следующий день мы снова стали играть в эту игру. На этот раз я всё-таки заставила себя полностью закрыть глаза и идти туда, куда вела меня Люда. И очень зря: скоро я врезалась лбом в дверной косяк. "Ой, прости, пожалуйста! Я случайно", - сказала одноклассница. На лбу у меня выросла огромная шишка. Больше мы в эту игру не играли.
Когда я училась во 2-ом классе, наша классная руководитель затеяла концерт к какому-то празднику. Мы репетировали его всем классом. Однажды мы пришли в актовый зал и долго ждали, пока для нашей репетиции наладят микрофоны и магнитофон. Одноклассники шумели и даже бегали по залу. Со мной в то время никто не дружил, зато почти все активно презирали и высмеивали. Я тебе уже рассказывала, почему. Мне было скучно, я сидела на стуле и болтала ногами. С нами в тот момент была заместитель директора: она хотела посмотреть, как мы репетируем. Заместитель не ругала расшумевшихся одноклассников, зато подошла ко мне и прикрикнула: "Если сейчас не успокоишь свои ноги, я заведу тебя к психиатру!" Я очень испугалась и крепко сжала ноги под стулом. Одноклассники продолжали шуметь. "Ну почему именно я, почему именно меня? Я ведь сидела тихо и никому не мешала!" - думала я. В моём горле сформировался ком. Я боялась заплакать и тем самым прогневать злую заместительницу ещё больше.
Однажды, когда на летних каникулах после 2-го класса гуляла во дворе, я встретила своего одноклассника Сашу. Мальчик сидел на самой вершине металлической лесенки, свесив ноги. "Привет, Маша! - сказал он, увидев меня. - Хочешь, прикол покажу?" "Давай", - согласилась я. "Стань вот сюда, - показал Саша, - закрой глаза и открой рот!" Я сделала это, и скоро ощутила прикосновение к своей губе чего-то маленького и твёрдого, явно запущенного в меня Сашей сверху. "Ты чего мне в рот камни кидаешь?" - обиделась я. "Это я тебе туда плюнул!" - рассмеялся он. А мне было совсем не смешно.
Когда я училась в 5-ом классе, мне подарили акриловые краски. Это было для меня что-то новенькое, ведь до этого я рисовала только гуашью, акварелью и маслом пару раз. Распаковав новые краски на кружке рисования, я обнаружила, что они необыкновенно яркие. И тут мне пришло в голову украсить свой защитный костюм, коим мне служила старая папина рубашка. Я носила её поверх своей обычной одежды, потому что иногда пачкалась краской, чем, конечно, расстраивала маму.
И вот я взяла кисть, предварительно обмакнув её в красную краску, и стала рисовать на нагрудном кармане рубашки цветочек. Тут ко мне подошла девочка Даша, которая младше меня на 3 года и с которой мы неплохо общались. Увидев, чем я занимаюсь, она воскликнула: "Ух ты! Ты на рубашке рисуешь? А можно, и я на тебе что-нибудь нарисую?" "Можно", - разрешила я. Даша стала рисовать на мне огромный синий цветок, совершенно не жалея краски. Я пририсовала своему и её цветку зелёные листочки. Получилось очень даже неплохо.
"Смотрите, как мы рубашку украсили!" - побежали мы к Вере Николаевне. "Маша, снимай скорее, сейчас через рубашку на одежду протечет!" - ахнула она. Я сняла свой "защитный костюм", но было уже поздно: на моей кофте красовалась синяя краска и немного красной. Краска была довольно жидкой, поэтому и на рубашке рисунок сильно расплылся. Я кинулась к раковине мыть кофту, но это было бесполезно: акрил не отстирывается и, уж тем более, не отмывается водой между делом.
"Ну всё, теперь мне от мамы влетит! - подумала я. - А если она ещё узнает, что я специально рисовала на рубашке, то вообще мало мне не покажется. Думаю, и папа не в восторге будет". Чтобы замести следы, я окончательно размазала цветочки на рубашке.
Мама, увидев мою кофту, конечно, была в шоке. "Почему ты не надела рубашку?" - возмутилась она. Я показала ей рубашку. Мама ахнула. "И как это у тебя так получилось?" - спросила она. "Я палитру на себя опрокинула", - соврала я. Мама, рассматривая рубашку, поинтересовалась: "Машенька... А кто ж это тебе тут цветочки нарисовал?" Меня словно громом поразило: "Надо же! Замазывала я их, и всё равно мама увидела!" "А это мы с Дашей уже потом, - ответила я. - Всё равно терять было уже нечего". Кофту, конечно, мама вскоре порезала на тряпки, отчаявшись отстирать, а пятна на рубашке так и остались мне на память об этом случае до тех пор, пока мама не сшила мне вместо неё фартук с нарукавниками, что произошло примерно год спустя.
Вот такая она, жизнь... Красочная и очень разноцветная!