Бурная слава. Часть вторая. Репетиции. Предисловие

 Предисловие к главе 12. Катька.

      Каждый раз, выходя на поклон, в слитой воедино зрительской массе, я ищу самое прекрасное лицо на земле – лицо дорогой моей Катьки.

Я ищу его в нашем зрительном зале.

 Так как по любому каналу телевидения или в ютубе, я могу видеть Катьку хоть каждый день. Моя дочь известная телеведущая, которая борется за права всего на свете на глазах у всей страны.

      Её программа так и называется « Твое право». Новый выпуск выходит по понедельникам. За неделю Катька с соратниками ищут кого-то насмерть ущемлённого в правах – известного политика, журналиста, неподкупного чиновника (хаха), а лучше какого- нибудь мудака, который не определился с полом.

    Недавно, например её гостем был известный в узких кругах драматург написавший пьесу, где главный герой - кусок гавна – какашка, я не шучу! Сетовал на то, что пьеса мало популярна.

    Еще помню, очень просила защиты тринадцатилетняя дочь известного артиста – она точно определила, что она - мальчик и требовала права и денег на срочную операцию по перемене пола.

      Был и режиссер, маленький такой щуплый мудачок. Ставил классические пьесы с полностью голыми артистами. Показывали фрагмент из шекспировского « Отелло» - сцену «молилась ли ты на ночь Дездемона».
Вызывает нервный истерический смех, так как эстетическая ценность голых тел минусовая, актерская игра тоже. Слезно умолял Катьку и её соратников выпросить денег у честных чиновников на новую масштабную постановку «Войны и мира». Катька обещала помочь.

    Как-то пришел просто чувак.
 Он на протяжении трех лет меняет себе имя по названию текущего месяца. В сентябре его зовут Сентябрь, в октябре Октябрь и т.д. Вместе с именем он меняет паспорт, потому что он гражданин Российской Фелерации и у него есть права.
   С ним пришли на передачу работники паспортного стола – измученные пожилые тётечки, которые окончательно задолбались каждый месяц заполнять кучу бумаг на этого перса.
   В нашей стране не установлено законом, сколько раз человек может сменить имя и фамилию и тётечки, измученные вконец, просили простого права на покой. Катька же с соратниками строго отчитала этих бедолаг, громко и отчетливо зачитывая им Конституцию! Тётечки в слезах удалились, а счастливый, на тот момент - Январь долго фотографировался с Катькой и её соратниками на фоне логотипа «Твое право».

  Также просил Катькиной помощи художник. Он рисовал во всех подробностях гениталии во время (пардон) оргазма. Громко вопил о праве выставляться в Третьяковке.

  Свобода секса в нашей стране вроде бы существует, но судя по героям Катькиной программы постоянно ущемляется закомплексованными индивидуумами. Чего только стоил врач, открывший у женщин орган семяизвержения, и обещавший всех баб без исключения, научить оргазмировать, как мужчина, т.е. изрыгать семя. Ну, при условии, что Катька выбьет ему деньги на разработку его чудесного открытия.
    Катька с соратниками вначале приуныли, оттого, что их женские права на мужской оргазм так долго ущемлялись, но потом воодушевились и заверили врача, что ключи от  собственной лаборатории у него в кармане.

  И таких кретинов превеликое множество, поэтому работы у Катьки и её соратников вагон.
Вначале своей нелегкой борьбы за справедливость они носились по стране, выискивая, чьи же права защитить.

 Но постепенно программа набрала бешеную популярность и все мудаки, ушлепки, извращенцы и просто желающие засветиться, хлынули к Катьке рекой.

  Поэтому никакими там примитивными молодежными развлечениями или, упаси Бог, любовью Катька не занимается. Она принадлежит стране и вообще считает, что семья – это сплошная архаика, любовь – просто выдумка, а дружба – совпадение графиков.

 Отношений я уже сказала, она не заводит, так как цитирую « любые близкие отношения, это в любом случае – доминирование одной личности над другой. А доминирование – это ущемление свободы. А свобода  - это единственная непреходящая ценность!»

  Так как Катька обладательница шикарной круглой задницы, тоненькой талии и отличной груди четвертого размера, доминировать над ней пытается каждый второй.
 Но безуспешно – часть отваливает несолоно хлебавши, а часть переквалифицируется из самцов в соратники.

 На её чудесном засыпанном веснушками лице, зеленеют веселые раскосые глаза, которых она жутко стесняется и прячет за строгими очками. Веснушки, естественно, абсолютно безуспешно изводятся мазями, кремами и густо замазываются тоном.
 
 В ушах у ней немыслимое количество серёг, руки покрыты дорогущими цветными татуировками – на них картинки из «Алисы в стране чудес» и еще что то мне неведомое.
 Нашу фамильную рыжую шевелюру, Катька красит в жуткий белый цвет и стрижется под мальчика. Костюмы носит исключительно женственные, подчеркивающие её фигуру – так что искушение самцов доминировать - объяснимо.

  Меня Катька презирает. И стыдится. Мало кто из соратников знает, что мать у их бесстрашного лидера – третьеразрядная актрисуля, с зарплатой ниже ковра и сомнительным образованием. Я для неё - примитивное насекомое, тупиковая ветвь эволюции и как она часто говорит «последний человек».

  Конечно, так было не всегда!

 Когда то давно, у меня был замечательный рыжий малыш, которого не интересовало ничто и никто, кроме мамы.
  А мама, то есть я, совершенно этого не замечала. Я была влюблена в свою профессию до зеленых соплей, и гналась, как сумасшедшая за Бурной Славой, а мой рыжик, ждал меня дома.
    Годами. Да. Вы не ослышались. Именно ГОДАМИ. Катька росла у бабушки, у моей мамы. Мы виделись только летом на время моего отпуска. Раз в году.

  Мы с мамой жили в разных городах.
   Я помню, как то приехала к ней после гастролей - было по пути. У меня образовалось две недели выходных.

Трехлетняя Катька сразу с порога вцепилась мне в колени и ходила хвостиком. Ночью она спала, прижав мою руку, и как только я поворачивалась на другой бок, она тут же просыпалась и спрашивала: «Куда?»

  Я уехала через два дня.

 Мне позвонили и предложили «чёс» по Волге. Я обернулась, перед тем как сесть в такси у подъезда.
   С этого дня прошло уже почти двадцать лет. До сих пор передо мной, залитое слезами в окне лицо моей девочки. Она бьется в стекло, еле сдерживаемая бабушкой и  кричит. Я стояла и смотрела. Я знала, что надо послать всех куда подальше и вернуться!
 Но  села в такси и уехала.

 Зачем я тогда уехала?!

 Почему не осталась?!

Ну да что теперь…И так длилось и длилось – она ждёт, я уезжаю.

  В конце концов, Катька устала ждать и любить меня тоже устала.
 Она возненавидела все, что было для меня важно, и возлюбила то, что вызывало у меня рвоту. 

     Для начала она сменила фамилию – стала как бабушка - Максимович.
 Потом перевелась с архитектурного на журналистику. Где то в этот период уши превратились в сито, волосы утратили золотой оттенок,  а руки... ой, ребят… руки – это совсем печально…
   К тому времени, о котором идет речь, Катька была уже совершеннолетняя и как то  препятствовать ей не представлялось возможным.

 Благо, я с сочувствием отношусь к проституции, а то, вполне вероятно, она бы стала какой -нибудь бандершей, лишь бы увидеть моё осуждение.
   Нет не протистуткой, нет, так как её кредо – быть первой и минимум подчинения… плюс она решила зарабатывать деньги, чтобы не быть нищей, как я.

Я всю жизнь мечтала приручить Бурную Славу – Катька просто засунула её в карман своего платья от Кордена и ходит себе.

Ну и в финале – она заявила, что не чувствует ко мне ничего совершенно, послала меня к чёрту и стала жить своей отдельной от меня жизнью.

  В одной из её программ, кто то спросил  про родителей – она ответила, что сирота, всего добилась сама, и всем того же советует.

СИРОТА! Я тогда рыдала на полу у Нонны так, что стены её избушки тряслись и ходили ходуном…

 ЗАЧЕМ я тогда села в это такси???!!!

Как я могла, Господиииии??!!

  На момент, который я вспоминаю мы не виделись четыре года.
 Вообще.
 Никаких поздравлений с Новым годом, с днём рожденья, ничего.

 Каждый понедельник, она добивается каких то нелепых прав для идиотов, призывает к толерантности, клеймит ксенофобов….Ксенофобы – это основное – чему Катька противостоит, что ненавидит и пытается истребить. С ними она проводит свою жизнь. И я завидую этим ксенофобам, счастливые они ребята! У них есть Катька..

   И стоя перед рампой в финале каждого спектакля, вместе со мной прекрасное Катькино лицо ищет Нонна, и Стас, и Кира, и Гриша, и Алина и Петенька, и даже Лёвушкин!

  Просто как –то мы отмечали мой день рожденья в театре.
 Была новогодняя кампания, ёлки, поэтому мы были все вместе. Я задувала свечи на торте, и Гриша спросил:

- Что загадала?

- Главную роль, конечно, - Глист хитро прищурился.

- На этот раз нет, Сёма. Я хочу, чтобы ко мне на спектакль приехала моя дочь! – и в этот самый момент по телеку, который все время тихонько верещит в гримерке, Катька стала яростно поздравлять с Новым годом своих соратников, желая в Новом году всем побольше толерантности, и поменьше ксенофобии.

- Вот это вообще дельная, девка! – Левушкин ткнул пальцем в экран, прямо Катьке в глаз.

- Это моя дочь.

- Что?- не понял Глист.

- Это моя дочь. Катя. – повторила я.

Не знаю почему, но с того момента и Глист стал искать Катьку в зале, близоруко щурясь и закрываясь рукой от софитов.

   Перед тем, как погаснет свет в зале, и мы превратимся в персонажей, я представляю, как она сидит там, на заднем, ряду, в середине, закинув ногу на ногу и кусая душку от очков, которые носит, чтобы скрыть слегка косящий глаз.

  А за секунду до того, как свет зажжется,  и персонажи опять превратятся в нас, мне видится как она бумажным платочком вытирает вспотевшие ладошки ( у нее с детства очень потели руки), комкает его в комок и тряхнув нашей фамильной рыжей башкой, встает...

И вместе со всеми аплодирует…

 Господи!!! Ну зачем??? Зачем я села в это такси???!!!!!!!