Когда ты рядом. 67 глава

     - Можно? Дашунь, как ты, милая? - спросил Паша, сначала тихонько постучавшись в дверь палаты, затем заглянув туда, ну и потом, войдя.
     - Ты мне одежду не принёс? Этот гад на мне всё порвал. Урод, дорога ему в ад! - со злостью, испугавшей Пашу, произнесла Даша.
     Он подумал, что у неё опять начинается истерика, но девушка спокойно подошла к окну и посмотрела на небо в тучах.
     - Я как-то не подумал об этом. Но я могу съездить, правда боюсь, девушки ещё на занятиях, наверное... ну, в крайнем случае, мне дверь вашей комнаты откроет Галина Прокофьевна. Ты пока часик отдохни, я быстро, такси возьму, - сказал Паша, собираясь выйти из палаты.
     - Не нужно. Паша... спасибо тебе за всё, ты правда, настоящий друг. Ты всегда рядом, когда мне нужна твоя помощь. А сейчас... если тебе не трудно... ты купи мне в магазине новые колготки, мои порвались... когда... - опустив голову, Даша заплакала, вспоминая, как Глеб ударил её по лицу и отшвырнул к стене, словно котёнка, вспомнила, как он едва её не изнасиловал, потом пришли эти... с автоматами...
     - Господи! Я никогда не видела бандитов с автоматами так близко, Глеб... он лежал с открытыми глазами, с пулей вот тут... тот здоровый такой... лысый... он так смотрел на меня... и поднял свой автомат... я так испугалась, Паша! Я думала, что и меня сейчас... - задыхаясь от охватившего её волнения и страха, запинаясь говорила Даша, коснувшись лба, когда говорила о Глебе и пуле у него во лбу.
     Потом вдруг повернулась к Паше, который стоял у неё за спиной и упав ему на грудь, обхватила его шею руками и зарыдала. Она рыдала и задыхалась, судорожно хватая Пашу за шею и плечи. Он обнял её и крепко прижал к груди.
     - Шшш... успокойся, родная... всё позади. Бандиты арестованы, Глеб мёртв, больше тебе ничто не угрожает, я рядом, слышишь? Я всегда буду рядом с тобой... - не обращая внимания на двух женщин в палате, Паша схватил в ладони лицо Даши и не останавливаясь, стал её целовать.
     Даша расслабилась в его руках и закрыв глаза, немного успокоилась, хотя соседка по палате тут же вышла, чтобы позвать медсестру. Паша крепко обнял Дашу и прижав к себе, ласково гладил её по голове и тихо шептал ей.
     - Девочка моя, милая моя, Даша? Мне всё равно, с кем ты была до меня, я никому тебя не отдам, слышишь? Я очень тебя люблю, - говорил Паша, целуя Дашу в щёчку, затем легонько и в губы.
     Она вдруг оторопело посмотрела на него и тут же оттолкнула от себя.
     - Что ты делаешь? Не надо! Я жду Марчелло... он непременно приедет за мной, я это знаю... Иди, Паша, принеси мне колготки, я хочу уйти отсюда, не могу здесь оставаться больше, - отходя от Паши в сторону, сказала Даша.
     Пашу словно кипятком облили, он понял, Даша никогда не будет ему принадлежать и его любовь к ней - это дым, дым после пожара внутри него. Он вспомнил Тоню, вспомнил, какая она была ласковая и умелая с ним в постели.
     - Я скоро вернусь, здесь недалеко есть магазин... - сказал он, быстро выходя из палаты.
     Следом вошла соседка по палате, вскоре пришла и медсестра с лотком в руках.
     - Не нужно. Я не позволю больше колоть себя, я домой ухожу. За мной сейчас мой друг вернётся, - с серьёзным взглядом синих глаз, сказала Даша.
     - Но врач, что он скажет? Тебе, вроде, не давали разрешения на выписку, давай, я тебе сделаю укол, это просто витамин и всё, - ответила медсестра, подходя к Даше со шприцем в руках и положив лоток на стол.
     - Мне всё равно, что врач не дал выписку, я ухожу и колоть себя, больше не позволю, - отстраняя от себя медсестру, холодно ответила Даша.
     Минут через двадцать, вернулся Паша, держа в руках упаковку с колготками чёрного цвета, прозрачными и дорогими.
     - Вот... я в них не очень-то разбираюсь... продавщица похвалила эти, - сказал Паша, отдавая Даше покупку.
     Она развернула их и улыбнувшись, обняла Пашу за шею и чмокнула его в щёку.
     - Ты настоящий друг, Пашка! Какие красивые... спасибо! Ты выйди, я надену их и выйду следом за тобой, - улыбаясь, сказала Даша.
     - Хорошо, я в коридоре тебя подожду, - почему-то смутившись женщин, ответил Паша.
     Медсестра и соседки по палате оторопело смотрели на них. Когда он вышел из палаты, Даша развернула колготки и зажав кулачок, просунула руку, рассматривая прозрачность нежной ткани на руке. Она только приготовилась снять с себя больничную пижаму и надеть колготки, как в палату вошёл доктор.
     - Орлова? Я Вам ещё разрешения не давал. Думаю, завтра Вы сможете уйти, сегодня ещё отдохните у нас, пусть Вам сделают успокоительное и витаминчики, - сказал доктор.
     - Спасибо Вам, Владимир Игоревич, но благодаря вам, мне гораздо лучше. Я хочу просто уйти, - ответила Даша, пряча колготки за спиной.
     - Ну что ж... Ваше право, не смею более Вас задерживать. Давайте, я хоть назначение Вам напишу что ли... месяц попьёте лекарства и полный покой, никаких волнений, - сказал доктор, сев за стол.
     Он быстро написал несколько видом таблеток и протянул рецепт Даше.
     - Спасибо Вам, я буду следовать Вашим рекомендациям, Владимир Игоревич, - с очаровательной улыбкой ответила Даша.
     - Да... и побольше быть на воздухе. Всего Вам доброго, - сказал Владимир Игоревич и подошёл к одной из женщин.
     Даша услышала за своей спиной голос пожилого мужчины, Владимира Игоревича:
     - Ну-с... как Вы, голубушка?
     Она взяла кофту и пальто, затем зашла в туалет и там кое-как сняла пижаму, надела кофту и колготки, потом пальто, которое, входя, повесила на вешалку в туалетной комнате.
     - Паша? Пошли, я готова, - улыбаясь, сказала Даша, выйдя в коридор.
     Выйдя за пределы больницы, ей показалось, что она оставляет за спиной некий груз, который давил на её плечи, пока был жив Глеб. Облегчённо вздохнув, Даша взяла Пашу под руку.
     - Я такая голодная, просто жуть, но под пальто у меня только кофточка и... колготки... - засмеялась она.
     Паша промолчал, он был подавлен, но просто уйти, оставив Дашу одну, он не мог. Подняв руку, он стал останавливать такси и через полчаса, они поднимались в комнату в общежитии, взяв запасные ключи у Галины Прокофьевны.
     - Ты одевайся, я тебя тут подожду. Правда, мне в два часа нужно быть на работе. Здесь недалеко есть столовая, там и поедим, давай быстрее, - сказал Паша, оставшись в коридоре, за дверью комнаты.
     Даша зашла и огляделась, ей показалась, что она не была тут целую вечность. Сняв пальто и взяв из шкафа другую кофту и джинсы, она быстро оделась, сунула в карман пальто деньги, надела его и вышла из комнаты.
     - Я готова! Но если ты торопишься, я и сама могу поесть, скоро и Тоня придёт с занятий. Мне, наверное, влетит, я столько пропустила. Сегодня схожу к Светлане Викторовне и напишу заявление об уходе. Хватит, наработалась, - говорила Даша, спускаясь вниз по ступеням.
     Паша взглянул на часы, была четверть второго, а ещё до работы добираться. Ездить на такси, никакой зарплаты не хватит. Даша обернулась и посмотрела на его лицо.
     - Паш? Если ты торопишься, иди. Дальше я сама справлюсь, спасибо, - сказала она, видя тревогу в его глазах.
     - Ты прости, но в два часа нас ждёт полковник. Я и правда, должен ехать. У тебя деньги есть? На вот, держи, - протягивая Даше деньги, сказал Паша.
     - Не надо, Паша, у меня есть деньги. Я и на почту сегодня зайду, думаю, мне давно пришёл денежный перевод из дома. Ладно, пока! - сказала Даша, уходя в сторону университета.
     От тревожного стука в деревянную дверь, граф Марчелло Сантини тут же проснулся, постарался приподняться и встать, но не смог. Голова закружилась, да и слаб ещё был, нога жутко болела, не позволяя подняться. Но в доме вставали с петухами, работы по хозяйству хватало всем членам семьи.
     Дверь открыл двадцатидвухлетний сын хозяйки. В дом вошла графиня Екатерина Николаевна с двумя молодыми парнями. Как оказалось, когда после более месяца безрезультатных поисков, по телефону ей сообщили, что её сын жив, графине стало плохо. С счастью, парень, который по просьбе графа Марчелло позвонил в замок,  услышав крики и возгласы, понимая состояние матери, которая узнала, что сын выжил, трубку не бросил и ждал ответа.
     - Алло? Вы ещё слышите меня? - воскликнула женщина, вновь взяв трубку и услышала в ответ,
      - Я здесь, синьора. Запишите адрес, где Вы сможете найти наш дом, - ответил парень.
     - Каролина! Неси ручку и лист бумаги! - крикнула графиня служанке.
     Записав всё и поблагодарив парня, графиня заплакала. Она понимала, с её статусом и положением, слёзы - выражение слабости, но сдержаться не было сил. Они с графом Франческо Сантини столько времени были в неведении, не зная, жив ли их мальчик или объявить траур и вдруг эта радостная новость. Но в жизни, несмотря на статус и положение, не бывает всё гладко. Услышав радостную весть, граф Франческо Сантини, столько времени сдерживающий себя, не падающий духом, вдруг рухнул на пол, испугав дворецкого, который неизменно был рядом с ним в замке.
     - Ваше сиятельство? Что с Вами? Каролина? Позови графиню, графу стало плохо! - закричал дворецкий.
     Вызвали частного семейного доктора и он с грустью сказал, что у графа Франческо Сантини инсульт.
     - В его возрасте и радостные вести бывают с плачевным результатом, Ваша светлость, - сказал доктор и велел перенести графа в его машину.
     - Нужно срочно везти в клинику и принимать меры, иначе, я просто не в силах буду ему помочь, Ваша милость, мы можем его потерять, - сказал доктор.
     И когда графа Франческо Сантини осторожно перенесли в автомобиль и положили на заднее сидение, так же осторожно, доктор сам увёз его в свою клинику. Графиня поехала с мужем, она была в отчаянии. Граф никогда не жаловался на здоровье, но весть о сыне, его сломила. А радостная весть, просто оказалась последней каплей и граф Франческо Сантини не выдержал.
     - Дорогой, прошу тебя... не сдавайся. Наш сын жив, ты сам должен его встретить, умоляю, Франческо! - говорила графиня, гладя ещё крепкую руку мужа.
     Граф был без сознания, на ночь графиня не стала оставаться в клинике, тем более, доктор сказал ей, что она ничем не сможет помочь и ей лучше поехать за графом Марчелло Сантини. Довод доктора, убедил графиню и она поехала в замок, с тем, чтобы на рассвете вылететь в Солерно, а там уже добраться до села Нижний Тироль. Сладкое ожидание встречи с сыном, придавало женщине силы и уверенности, хотя за прошедший месяц, тревога за ребёнка, неведение о его судьбе, жив ли её мальчик, а если погиб, то где искать его тело, ведь поиски были безуспешны, тревога и переживания, сломили эту сильную женщину.
     - Мой сын... граф Марчелло Сантини... где он? Это Вы мне звонили? Вы сказали... - волнуясь, говорила графиня Екатерина Николаевна.
     - Граф? Ааа... да, проходите, он в той комнате, - сказал парень, услышав, кого они спасли от верной гибели и сам проводил графиню в комнату, где она и увидела сына.
     - Марчелло? Сын мой? Господи, благодарю тебя... мальчик мой! - бросаясь к кровати и падая перед сыном на колени, воскликнула графиня, заплакав.
     - Мамочка? Прошу тебя, поднимите её! Мама? Я жив, жив, успокойся! - обняв мать за плечи и стараясь поднять её с пола, воскликнул граф.
     Сын хозяйки быстро подбежал, с лёгкостью приподнял её под руки и посадил на стул.
     - Мы с твоим отцом уже и не надеялись, что вновь увидим тебя, сын... а... Карло? Он ведь тоже жив? - оглядываясь, спросила графиня.
     - Карло погиб, мама, меня выбросило из кабины самолёта и понесло вниз по склону. Я слышал грохот и взрыв, видимо, Карло пытался сесть... но был туман и сильный ветер в горах... если бы он был жив... он стал бы искать меня. Как отец? Он с тобой не приехал? - спросил граф Марчелло, заглядывая за плечо матери.
     - Отец остался дома, сын, он ждёт тебя. Мы что-то должны этим людям за твоё спасение? Они больше месяца ухаживали за тобой... - спросила графиня, погладив сына по густым, тёмным волосам.
     - Сколько бы я для них не сделал, будет мало, мама. Если бы не эти люди, я бы не выжил. Если ты захватила чек, я бы выписал его, вписав нужную сумму, - тихо сказал граф Марчелло, чтобы своими словами не обидеть хозяев.
     - Я привезла наличными. Если вдруг этого будет недостаточно... - вытаскивая из сумочки объёмные пачки денег и положив на стол более ста тысяч долларов, сказала графиня.
     - О, Господи! Что это? Зачем? Синьора, прошу Вас, мы не сделали ничего такого, чтобы Вы нам заплатили! -  испуганно воскликнула хозяйка.
     Графиня встала и подошла к женщине.
     - Вы вернули меня к жизни, синьора... ведь Вы тоже мать и поймёте меня. Прошу Вас, это такая малость, что я могу для Вас сделать. Мы с мужем умерли вместе с нашим сыном, а вы вдохнули в нас жизнь, - ответила графиня, крепко обнимая хозяйку.
     Женщина расчувствовалась.
     - Сынок? Позови отца, я не смогу взять деньги без его разрешения, - сказала хозяйка старшему сыну.
     Парень молча ушёл и вскоре вернулся с отцом, который работал в огороде.
     - Здравствуйте, синьора! Чем могу быть полезен? - войдя в комнату и вытирая руки о платок, спросил мужчина, лет под пятьдесят, крепкого телосложения, загорелый, с серьёзным, мужественным лицом.
     - Синьор Барталамео, это моя мать, графиня Екатерина Николаевна. Она приехала за мной... прошу Вас, примите от нас это... и поверьте, я ни в коем случае не хочу оскорбить или обидеть Вас. Но Вы спасли мне жизнь и просто уехать, я не смогу. Это самое меньшее, что я могу для вас сделать. А если вдруг Ваши сыновья захотят уехать в Рим, ну... работать... я бы смог помочь... простите... ради Бога... - запинаясь, говорил граф Марчелло, видя хмурое лицо хозяина дома.
     - Жизнь человеку спасти - это долг каждого верующего человека, синьор. Оно конечно, нам нужны деньги... но принять мы их не можем. У нас есть руки и ноги, мы сможем заработать. Не переживайте и благодарности нам хватит, и милости от Господа нашего, - ответил мужчина.
     Граф Марчелло, да и графиня, не увидели в глазах этих людей ни алчности, ни гнева, смирение было во взгляде этих простых людей. Это поразило графа и его мать до глубины души.
     - Я преклоняюсь перед Вашим благородством, синьор Барталамео. И всё- таки, прошу Вас, не отказывайтесь, поверьте, для нас это будет благом от Господа нашего! - присев на кровати, сказал граф Марчелло.
     Мужчина посмотрел на графиню, та, улыбаясь, кивнула головой.
     - Ну что тут скажешь... если и вы глубоко верующие люди и считаете, что делаете благо... Мария? Возьми деньги и убери их в ящик комода, - сказал мужчина, подходя к кровати и протягивая руку графу Марчелло.
     Он тут же пожал мужественную руку синьора Барталамео.
     - Пусть Господь не оставит Вас. Я никогда не забуду, что Вы сделали для нас. В Риме, замок графа Франческо Сантини, Вам любой укажет на наш замок. Приезжайте, для меня будет честью принять Вас у себя дома, - сказал граф Марчелло Сантини.
     - Ваша светлость, пусть мой сын поможет Вам, он перенесёт Вас в машину. Я видел, во дворе стоит автомобиль, махнув сыну рукой, сказал хозяин дома.
     - Я приехала с парнями, это работники нашего дома, они помогут, - возразила графиня.
     Но сын хозяев, крепкий, рослый парень, тут же подошёл к кровати и с лёгкостью поднял графа Марчелло на руки, несмотря на то, что граф был высок и крепок телом. Только, более месяца в постели, многочисленные ушибы и быть может, переломы, ведь рентгена не делали, ослабили графа это было видно.   
     Наконец, попрощавшись, машина медленно поехала наверх, по дороге, ведущей к выезду из села. На местном аэродроме их ждал частный самолёт семьи графа Марчелло Сантини, его осторожно перенесли в салон самолёта, рядом с сыном села и графиня Екатерина Николаевна, парни прошли в хвост и самолёт взлетел.   
     В Риме, графа Марчелло повезли в клинику, где уже с инсультом лежал его отец. Правда, графиня не стала рассказывать сыну о том, что произошло буквально накануне с его отцом. Графа Марчелло тут же обследовали, сделали рентген, следом операцию и наложили на ногу гипс, так как при падении с высоты в реку, кость сломалась, но как оказалось, за прошедший месяц, неправильно срослась. Граф уснул спокойным, глубоким сном.
     Даша зашла в университет, но шла последняя пара, поэтому в аудиторию она заходить не стала, решив дождаться Тоню в фойе. Пришлось ждать более часа и когда та вышла, Даша пошла ей навстречу.
     - Даша? Значит из больницы тебя выписали? -радостно спросила Тоня.
     - Да нет, я сама ушла, надоело. Пошли в кафе, пообедаем. И рассказывай, что нового произошло за эти два дня? Марчелло не приезжал? - спросила Даша с грустью.
     - Марчелло не приезжал, Даша. А может с ним что-то случилось? Ну не мог же он не приехать, после всего, что между вами произошло! - воскликнула Тоня, видя настроение подруги.
     - Ну и пусть! Значит не нужна я ему. А... пошли обедать, а то меня с утра тошнит, - ответила Даша, махнув рукой.
     - Да? И с чего это вдруг тебя тошнит? -насторожившись, спросила  Тоня.
     - Хм... ещё солёного огурца хочется... а я их терпеть не могла! - засмеялась Даша.
     - Очень интересно... - пробормотала Тоня, забыв о том, что хотела рассказать Даше всё, что произошло ночью между ней и Пашей.