Спаси.. Бо

               

                Решив некоторое время поработать Б-гом, я стал детально подбирать многочисленный контингент для выполнения важной роли управляемых народов. Для этой  миссии , как я считал, в свои, без пяти минут, три года, подходили только красные солдатики. Мои сокирянские друзья, зачастую, называли их москалями.

                Чтобы вдоволь насладить  и сделать их по-настоящему счастливыми, я придумал для них массу разнообразных удовольствий. Это была, и посадка целых семейств на маленькие щепки, выполнявших роль прогулочных океанских лайнеров, и групповые  восхождения на крупные камешки, служившие высокими непроходимыми горами.

                Первое время, народы были, казалось, вполне счастливы и очень даже довольны. Они беспечно резвились на своих кораблях, радостно носились по горам, смело преодолевали джунгли, состоявшие из густой зеленой травы, обгоревших спичек и палочек.
   
                Однако, к большому сожалению, минут эдак через десять, я стал неожиданно замечать, что никакой благодарности  эти, казалось, полностью осчастливленные существа, ко мне уже не испытывают.

                Это было, во-первых, очень даже обидно. Во-вторых, было унизительно и несправедливо. Я к ним со всей душой, а они, они.

                Солдатики совсем меня не замечали. МЕНЯ, от которого всецело зависело не только их благосостояние, но и вся дальнейшая жизнь. В таком случае, я мог стать для них  не только божеством добрым, не только справедливым, но и довольно сердитым, мстительным и жестоким.
       
                От моих многочисленных камешков вся водная поверхность морей и океанов внезапно забурлила и немедленно покрылась гигантскими волнами, залившими бедные корабли и лодочки. Неблагодарные экипажи, один за другим, смывались в бездонную пучину.
 
                - Так будет с каждым, кто не испытывает ко мне - высшему божественному источнику счастья, достаточных почтения, признательности и смирения

                Вскоре, однако, мой праведный гнев начал постепенно сменяться на милость. Выбирая наиболее достойных, я протягивал им спасительные веточки, помогал выбираться  и бережно доставлял их из воды на солнечную лужайку.
 
                Спасенные, казалось, благодарно улыбались и бесконечно славили своего Благодетеля. Но это, опять, продолжалось недолго. Через минут пять, они, вновь, подсохнув, совершенно позабыли, как ещё совсем недавно, молили о пощаде. Ну что ж, снова, пришлось самых наглых, самых безалаберных и непонятливых, в назидание оставшимся, подвергнуть высшей мере наказания.

                Вдруг, совсем поблизости, буквально перед самыми глазами, громко жужжа, пронеслась веселая стрекоза. Она покружилась-покружилась передо мною  и толпой строго воспитуемых народов, присев вплотную к трупам казненных неблагодарных солдатиков, выставленных для всеобщего обозрения и устрашения.

                Грешным делом , мне показалось , что стрекозе просто захотелось подкормиться грубыми нарушителями общественной дисциплины . Я щедро пододвинул к ней угощение, для верности придавив ее хвост увесистой каменюкой, - чтоб ела, ела себе, но никуда не улетела. Насекомое, тут же, пододвинуло к себе первого солдатика, покопалось-покопалось в нем своими длинными лапками, несколько раз перевернуло и отодвинуло.
               
                Постепенно, очередь дошла до второго, третьего, четвёртого.

                - Но, что? Что это?,- Отодвинутые в сторону мертвые солдатики, вдруг, стали постепенно вставать на свои лапки, и пошли, пошли

                От изумления я остолбенел. Затем стал понимать, что происходит нечто, из ряда вон выходящее. Ведь предо мною происходило невероятное. Еще не веря своим глазам, я вновь убил воскрешенного, было, солдатика.

                Сильным ударом камня  я  расплющил его и кинул Стрекозе обратно. На этот раз, упершись взглядом в упор, я гораздо внимательнее разглядывал, как удивительное Существо, часто-часто шевеля волшебными лапками, буквально собрало несчастного солдатика. Собрало по частям.

                И вновь,- О Чудо!-  на вытянутых лапках, ЖИВОЙ, солдатик медленно поплёлся восвояси. Так повторялось, ещё и ещё раз, многократно.

                Мой золоченый трон великого божества и неограниченной власти крепко зашатался и грозил рухнуть. Простая Стрекоза, на глазах подчиненных народов, расправлялась со всем моим, как оказалось ничтожным, Могуществом.

                При этом, она никому не причиняла никакого вреда, ничего не требовала и никого не убивала. Она, только, раз за разом, воскрешала, лечила и терпеливо восстанавливала варварски разрушаемое мною совершенство Жизни.

                Мне стало очень некомфортно и стыдно. Устав от переживаний, я обессилено присел на край песочницы и тупо продолжал рассматривать Стрекозу. Ее нижняя половина была придавлена и раздавлена большим камнем, а верхняя, неустанно перебирая лапками, беспрерывно совершала Таинство Воскрешения - возвращала и возвращала к жизни  очередных солдатиков, которые, вытянувшись в цепочку, медленно уходили по деревянному краю песочницы.

                Вдруг, я почувствовал как она страдает, как ей больно быть придавленной этим куском скалы. Я снял с неё камень и увидел, что ее тело безнадежно раздавлено.

                Ужаснувшись, я ее прибил. Прибил от зависти, страха, от сожаления, невыносимого стыда, от осознания собственной ничтожности и  непоправимости содеянного. В отличие от этого Существа, я не мог его вылечить. А может, просто, не попробовал.
       
                Немного успокоившись и прийдя в себя, я устроил Стрекозе пышное погребение. Похоронил ее в самом центре нашей детсадовской песочницы, водрузив небольшой скромный крест из двух расщепленных палочек.

                Прошло более полувека. Много, очень много раз, я видел то событие в повторявшихся снах. Иногда мне казалось, что я убил самого Б-га или, в крайнем случае, светлого Ангела. Каждый раз , возвращаясь памятью назад, к тому Событию, и вспоминая урок, настоящее Чудо, адресованное Небесами лично мне - шалопаю, проявившему эгоизм, жестокость, наслаждение, от неограниченной власти над более слабыми существами, я каюсь, благодарю и молю,-

                -  Прости меня Господи. Прости и Спаси.
               
                СПАСИ БО...


Рецензии