Пипл хавает

Дойти от моего дома до «Парка Горького» ничего не стоит. Минут двадцать — не больше. Здесь всё связано с моей молодостью. Не сам парк, который напоминает мне прежде всего детство, как «Дом Художника» на Крымском валу. Сейчас он ассоциируется у меня только как филиал Третьяковки, где собрана живопись 20-го века. А парк скульптур вокруг него — прекрасное место для эстетического времяпрепровождения. Но я сейчас не об этом...

Вспоминается начало 90-х. Лафа для художников. Сначала «Битца», потом «Измайлово» и «Октябрьская». Это места, где художники могли продавать свои картины. Сняты все запреты – приходи и торгуй. «Измайлово» было открыто только по выходным дням. «Октябрьская», это по названию метро, расположенного рядом, работала каждый день. Художники стояли непосредственно у входа на территорию выставочного зала. «Музеона» как такового ещё не было.

Тогда это всё было в новинку. Совсем недавно была разогнана «Бульдозерная выставка», а сейчас пожалуйста: стой, где хочешь, предлагай, что вздумается – никто слово не скажет. Иностранцы толпой валили. Некоторые художники сетовали, что за субботу у них раскупают все работы. В воскресение уже не с чем приходить.

Что-либо «творить» бросились все. У меня в друзьях ходили: бывший электрик, клерк из министерства, педагоги. Сразу и не поймёшь, ху из ху? В общем, все, кто только мог держать в руках кисти и копировать с картинок. Конъюнктура диктовала спрос, и художники старались изо всех сил.

Один мастер-акварелист преуспевал с храмом Василия Блаженного. Сколько он их произвёл и продал, никто не знает. Он доводил изображение до фотографического сходства. Я помню, как одни дотошные японцы заставили его снимать стекло. Им нужны были доказательства ручной работы. Они чуть ли не под лупой выискивали следы карандаша. Что должно было указывать на подлинность.

В 93-ем, после расстрела «Белого дома», иностранцы схлынули. Остались только «наши». Но ушли нищие интеллигенты, голод и разруха заставили их подтянуть пояса. Они ещё хоть в чём-то разбирались и могли, пускай не за дорого, но купить приличную вещь. Пришло время торгашей. За полчаса до открытия, мог пройти скупщик и за бросовую цену купить у тебя всё подчистую. Они стали диктовать: что надо, как надо и, что продаётся. И ты из художника превращался в машину по выделки ширпотреба. Теперь пошли одни торгаши – «купи-продай». Вот с того времени всё и началось. Яркие цветастые натюрморты, такие же пейзажи с синюшным небом и зеленящей травой. Какие-то портреты с выпученными глазами. И теперь только они могли иметь успех у «разборчивого» покупателя.

Но, что меня больше всего поражает, что начиналось это в 90-х, а продолжается и по сей день. Только всё стало цивильно. У тех, кто торгует этим… «искусством», оборудованы места в длинном подземном переходе под Садовым кольцом. Шикарные павильоны на набережной, с видом на Петра. Но наполнение их прежнее. Прошло 30 лет, а воз и ныне там. Что же получается, что вкусы публики не изменились за эти годы. Как я понимаю, торговля идёт. Торговцы за аренду платят немалые деньги, а их надо выручать. Значит люди покупают «это»?!..

Прогуливаясь, стараюсь не подходить к этим «культурным» точкам, чтобы не портить себе настроение. При этом, хорошо понимая, что художник не виноват. Всё дело в другом – пипл хавает…

                               14 мая 2021г.)"