Птицы

Птицы

 
Моя  соседка  по  грядкам,  миниатюрная  семидесятилетняя  финская  пенсионерка,  имеет  самый  красивый  и  уютный  участок.  Участок  огорожен  невысокой  зеленой  сеткой.  Посреди  него  возвышается  размашистый  куст  красной  смородины,  от  которого  расходятся  глубокие,  посыпанные  песком  дорожки,  обнесенные  красивыми  округлыми  камнями.  Земля  вокруг  куста  хорошо  утрамбована,  на  ней  стоят  два  пня.  Высокий  и  толстый  служит  столом,  другой,  поменьше,  заменяет  стул.  На  высоких  грядках  растут  цветы,  радующие  глаз  с  ранней  весны  до  конца  осени. 
Соседка  каждое  утро,  в  сопровождении  двух  старых  терьеров,  приходит  в  свой  сад  пить  кофе.  Она  нежно  накрывает  большой  пень  кружевной  салфеткой,  ставит  на  него  термос,  бутерброды,  пачку  сигарет.  Затем  меняет  воду  в  миске  для  собак  на  свежую,  в  соседнюю  миску  насыпает  сухой  корм  и  спускает  терьеров  с  поводка.  Те,  поев,  растягиваются  на  прохладной  земле  в  тени  куста  отдыхать. 
Соседка  садится  на  невысокий  пень,  наливает  кофе.  Неспешно  закуривает  сигарету.  Затянувшись,  долго  сидит  прикрыв  глаза.  Глоток.  Затяжка.  Глоток.  Затяжка.  Докурив  сигарету  она  разворачивает  бутерброды  и  неспешно  начинает  есть.  Наслаждаясь  завтраком  и  пеньем  птиц,  она  может  сидеть  так  час  или  два.
Постепенно  к  ее  утренней  трапезе  слетаются  воробьи.  Приземлившись  меж  посадок  и  громко  чирикая,  они  высматривают  крошки.  Женщины  воробьи  совсем  не  боятся,  но  от  собачек,  на  всякий  случай,  держатся  подальше.  Когда  птицы  подходят  совсем  близко,  соседка  вытаскивает  пакет  с  хлебом  и  крошит  его  на  землю. 
-  Я  здесь  двенадцать  лет.  У  меня  кроме  клубники  и  старого  куста  смородины  ничего  съедобного  не  растёт.  Только  цветы.  Люблю  этот  райский  уголок.  Особенно  весной,  когда  поют  птицы.  Собачки  мои  тут  без  привязи  бегают.
Терьеры,  лежа  у  ног  хозяйки,  лениво  наблюдали  за  происходящим.  Я  же,  наблюдая  за  птичьей  возней,  совсем  обзавидовалась  такому  доверительному  отношению  и  тоже  решила  подружиться  с  воробьями.  Стала  ставить  чистую  питьевую  воду  и  приносить  хлеб.  Любопытный  факт,  если  соседка  приходила  раньше  и  птицы  были  сытые,  ко  мне  они  уже  не  прилетали,  а  продолжали  копошиться  на  соседских  клумбах. 

У  птиц  была  своя  иерархия.
Сначала  прилетали  воробьи.  Они  скакали  по  дорожкам  и  грядкам,  неугомонно  чирикая.  На  шум  прилетали  местные  вороны.  Садиться  сразу  на  участок  они  не  решались,  а  усевшись  на  заборе,  наблюдали  за  суетой  внизу.  Иногда  вороны  важно  вышагивали  по  дорожке  за  забором,  косо  поглядывая  на  меня  и  прикидывая  опасность.  Наконец,  осмелев,  они,  смешно  подпрыгивая  и  неуклюже  переваливаясь  на  ходу,  приближались  к  кормежке  и  недовольно  покрикивая  на  воробьев,  хватали  самые  крупные  куски  хлеба.  Набив  клюв  до  отказа,  каркать  больше  не  могли,  куски  вываливались  из  клюва,  вороны  начинали  теснить  мелких  птах  своей  массой.  Практичность  не  позволяла  им  улететь  от  сытного  стола  и  они  всё  клевали  и  клевали  хлеб,  который  вываливался  при  очередном  раскрытии  клюва.
Незаметно  тихо  появлялись  сороки.  Усевшись  на  высокие  заборы  неподалеку,  они  внимательно  наблюдали  за  сородичами.  Сороки  никогда  не  подлетали  близко  к  еде.  Когда  воронья  пара  с  набитыми  клювами  улетала  в  сторону  леса,  сороки,  выждав  немного,  следовали  за  ними. 
Вороны  возвращались  минут  через  десять  обратно  и  усевшись  на  забор,  высматривали,  осталась  ли  еда.  Если  крошек  было  много,  они  слетали  вниз,  набирали  полный  клюв  хлеба  и  опять  улетали  к  своему  тайнику. 
Сороки  никогда  не  возвращались.  Я  подозреваю,  что  вороны  прятали  хлеб  в  лесу,  а  сороки  выслеживали  их  тайники  и  воровали  добычу.
Их  поведение  напоминало  жизнь  людей  в  миниатюре. 
Одни  счастливо  чирикают,  довольствуясь  малым.  Другие  хапают  и  хапают,  никак  не  насыщаясь.  А  третьи,  самые  наглые,  а  может  и  умные,  обирают  всех  вместе  взятых.

15.05.2021
Хельсинки