В перелесках Синявинских болот

В самом начале восьмидесятых, малым ребенком, Сашке не раз доводилось бывать в перелесках Синявинских высот. Изрытая траншеями, избитая воронками, влажная осенняя земля несла в себе тяжелую память; была щедро заправлена некогда терзавшим ее тело ржавым железом и истлевшими, глухо хрустевшими под ногами, посеревшими и позеленевшими от времени костями павших в боях бойцов.
Наших ли кости?.. Или враг?.. Здесь всё вперемешку. И диск ППД, ДП, и лента MG.
Здесь была бойня. Здесь разрывало людей.
Здесь наши выстояли.
Запах умирающей природы, запах тишины, густой и свежий аромат плачущего, скорбящего осеннего леса наполнил его сознание, стал частью существа.
Родина.
Он навсегда запомнил её такой: холодной, обреченной, напитанной липкой изморосью и человеческим прахом прелой землей.
Потом его Родину убили (свои, не чужие), а он остался жить. В трезвом уме и с хорошей памятью.
И тот кусок свода черепа, зелёный, плесневелый и ломкий, на который Сашка нечаянно наступил, этот глухой хруст, он помнит отчётливо.