12

.12.


"Ибо Ты возжигаешь светильник мой, Господь Бог мой озаряет тьму мою."
Теиллим, 18:29


Ночами лежу я, придавленная тяжестью, от которой не в силах пошевелить пальцем. И только глаза мои – живут. Они всверливаются в темноту и тянут нить мысли, пока не вытянут привязанный к её концу солнечный луч откровения.
И тогда – ликует всё.
Оживает, поёт и благодарит Бога каждая клетка.
Мне предлагают учиться и в книгах находить ответы.
Меня не поняли.
Я никому не уступлю своё право на ответ. На поиски его в самой себе. Мой ответ, как моего ребёнка, рождаю я.
Когда ребёнок в книгах ищет ответа – это признак ума. Когда взрослый в книгах ищет ответа – признак ума ограниченного. Ограниченного грехом. Он не знает, что ищет, и не знает, где искать.
Вне себя человек должен искать не ответ, а вопрос. Ответ же человек должен рождать в себе.
Я не знаю ничего более интимного, личного, моего, чем ответ. За
меня мне никто не даст ответа. От другого может быть только вопрос,
ответ – только мой.
Это – как есть и расправляться со съеденным. Накормить может тебя другой, расправиться со съеденным – только тебе.
Это – как зачать ребёнка и родить его. Зачинают ребёнка – с другим, рождать его – только тебе.
Теперь я понимаю, что в пасхальном седере чуждо мне: сыновья, задающие отцу вопросы. Кто мне нравится в этой сцене? Дочери, которые отсутствуют. Они знают, что вопрос не задают, а ищут, ответ же – рождать самой.
Вопрос человек ищет всем существом своим, всеми своими чувствами. Вопрос – не всегда в слове.
Бог не словом задал Адаму вопрос. Он всех животных земли привёл к человеку, чтобы увидеть, как он назовёт их. И Адам назвал. Свою же плоть Адам не видел, она не прошла пред глазами его, поэтому себе Адам имени не нарёк, себя не познал. Для этого – Ева.
Адам задал вопрос Еве не словом – видом своим, плотью своей, которой был бессилен дать имя. Плотью, подобной плоти животных, которых Бог дал ему во владение. Адам удовлетворился именем, которое дал ему Бог, Ева же ищет свой ответ и находит его.
Книга может быть у меня под рукой, и мудрец может быть в моих пределах. Но не сокращу поиски ответа визитом к ним. Они даны мне для отдыха в пути... и для вопроса. Человек не может быть один.
И тогда остаётся одно – идти за ответом к Богу.
Мой ответ – не в книге и не в мудреце, его я получаю на той грани – стене, за которой в великой любви ко мне Он прячет Своё лицо. Когда жгучая жажда ответа приведёт меня на эту грань и будет сильнее страха преступить её, тогда я увижу ответ, данный за страсть и веру в Него. Ответ увижу сама, своими глазами, и узнаю, каково наслаждение человека.
Бог приводит к тебе вопрос.
Тебе же – идти к Нему за ответом.
Искать ответ – учиться разговаривать с Богом.
Искать ответ – жить жизнь, никто за меня этого делать не будет.
У каждого – своя жизнь, свой путь. И все пути ведут от Тех, Кто нас родил: Отца-Бога и Матери-Земли. И все ответы – приводят к Ним. И сходятся пути всех на Земле только в одном месте – в Торе, данной человеку Богом. Она – путеводитель для всех, кто идёт своим путём к истине. К истине ведёт только свой путь, верстовые столбы которого обозначены в Торе. Это – опознавательные дорожные знаки.
Чужой путь – всегда тупик.
Бог посылает знаки всем. Среди всех посланных Им людям знаков надо научиться различать свои. Это – не только слова. Это – всё, что видят твои глаза, когда они хотят видеть.
Первородный грех исказил суть вопроса и ответа. Вопрос и ответ – не такие, какими мы их себе представляем. Не всё, о чём спрашивают, – вопрос, не всё, что я отвечаю, – ответ. Подобно тому, как не все зерна прорастают, не все вопросы рождают ответ. Вопрос – только тот, что пророс в тебе, превратился в твою жизненную потребность, в плод, который зреет в тебе и, не родив его, не выживешь. Вопрос и ответ – явление, органически, неразрывно связанное с личностью.
Нельзя удовлетвориться чужим ответом, как нельзя попросить другую родить за тебя. Твои ответы – это тобой рождённые дети, которые никогда тебя не покинут.
Как женщина чувствует развитие жизни в себе, так человек, познающий негрешно, чувствует первое биение, развитие и превращение вопроса в ответ – рождение ответа. И только родив его, ответ, человек восстанавливает и прослеживает обратный путь от ответа к вопросу: как ответ был зачат, когда и при каких обстоятельствах, какой вопрос заключён в его зародыше.
Познание естественное, негрешное подобно любви.
Любовь – это зримое подобие незримого процесса познания.
В любви участвуют двое – познавать не может один.
Любовь отбирает тебе одного из множества, и он ведёт тебя за собой. Процесс познания из тьмы бьющихся вокруг тебя вопросов вдруг один из них приближает к тебе и он – твой. Он овладевает тобой, ты это чувствуешь, незримый, он бросает тебя в жар, рождает чувство постоянного его присутствия в тебе. И когда в суете дня это чувство покидает тебя, ты замираешь от страха, что уже нет его, и собираешь силы, чтобы прислушаться к себе в полной тишине и вновь услышать
его биение. И чем ближе рождение ответа, тем больше беспокойства и страха.
Вопрос – зачатие.
Ответ – рождение.
Неуловимое, непостижимое зачатие и ощутимое, зримое рождение.
Сознание, как акушерка, принимает ребёнка-слово из глубин подсознания. Сознанию еще неизвестен ребёнок: кто он? Одно лишь доступно сознанию: сознавать муки родов мысли ещё неведомой, потому что нет ещё слов. И сразу же после родов слова – покой. И ничто так не доказывает тебе верность мысли, как этот покой, который наступает вслед за рождением слова. Удовлетворена и отдыхает каждая клетка.
Вся жизнь человека на земле – ритуал, в котором Бог скрыл Свои тайны. И человеку их раскрыть.