Розовый фламинго

Он проснулся оттого, что кричала соседка по коммунальной квартире Светка. Кричала громко и свирепо. Андрей   приподнял голову и посмотрел на будильник. Можно было поспать еще десять минут, но треклятая Светка своим криком подняла уже всех обитателей квартиры. Андрей помедлил и все же  выбрался из-под одеяла. Он не спешил выйти в коридор к умывальнику, не хотелось быть участником или хотя бы слушателем очередного дерьма, связанного либо с  кастрюлей,либо с  куском туалетной бумаги. Мрак и грязь в общем коридоре навевали тоску и безысходность.
Андрей умылся над ведром у себя в комнате, побрился, быстро оделся, поправил перед зеркалом галстук и вышел в общий коридор. Он хотел пройти тихо и незаметно, но это ему не удалось. Алкаш из комнаты напротив изрек:
—Энтелегенция пошла, здороваться не желают с народом.
 Андрей повернулся и сказал:
—Извините, вы были заняты. Доброе утро.
—Какое на х.., доброе? —заверещала опять Светка. —Эта кобыла опять мое мыло упёрла...
Андрей пошел к выходу. Он успел выйти до того, как Светка закончила свою тираду.
На работу он добрался на метро, на станции «Сокол» купил свежие газеты и пока добирался до проходной, успел ознакомиться с новостями столицы. Опять кого-то взорвали, кого-то в подъезде пристрелили,   кого-то поймали...
Где-то к обеду по селектору Андрея пригласили в кабинет генерального директора. Андрей утряс вопрос по эскизам и пошел «на ковёр». В приёмной сидела перепуганная секретарша и не могла произнести ни слова.
Андрей вошел в кабинет генерального. В кабинете находилось человек восемь. Все, кроме генерального, были людьми незнакомыми.
—Присядьте, Андрей Викторович, —попросил генеральный, —с вами поговорить хотят.
Директор посмотрел на сидящего рядом лысого, похожего на жабу, субъекта. Лысый лениво улыбнулся  и изрёк:
—Начался второй этап приватизации, молодой человек. Я решил скупить акции вашего завода. У вас их довольно много, так как здесь работали еще ваши папа и мама.
—Я не собираюсь продавать свои акции, —возразил Андрей.
—Вы хорошенько подумайте, —продолжал лысый. —Вот ваш директор и целый ряд заводчан с радостью продали свои акции. А главный инженер категорически отказался. Так представляете — выпал бедолага из окна 9-го этажа. А вы же хотите выбраться из своей комнатушки?
Вот и всё, теперь всё, дальше - бездна. Проклятая страна, проклятое время...
В коридоре матерился алкаш, ему поддакивала Светка. Андрей лёг одетым на постель и заснул. Он всегда засыпал, когда было плохо.
Спал до позднего вечера. Потом встал, как назло, не оказалось спичек — хотелось курить. Пришлось идти на кухню. Там копошились две старушки и курила Светка. Бегали наглые тараканы.
—Покурим? —предложила Светка.
—Покурим, —согласился Андрей и прижался к окну.
—Что, наехали? —спросила Светка.
—Наехали.
—Скажи спасибо, что не прибили.
Андрей осмотрел Светку с ног до головы и неожиданно спросил:
—Светка, у тебя есть приличное платье и можешь ты пару предложений сказать без мата?
Светка подумала и ответила:
—Можно попробовать.
—Тогда помоги!
    Татьяна работала на Российском телевидении уже третий год. Вела программу «Контуры театра», была замужем, по работе все получалось.
Сегодня, когда она сидела в операторской и готовилась к эфиру, вбежал вы-пускающий Сергей Белов и с порога замахал руками:
—Танцуй, Татьяна, танцуй! Звонили из Московской ассоциации независимых предпринимателей, у них там конкурс был по ведущим, так за тобой второй приз —поездка на Карибское море, остров Ямайка. Вот везуха!
- Такое везение! — веселился Сергей.   – Получаешь путёвку и на Ямайке, всё, что хочешь, делаешь,  бесплатно, такое правило. Капиталистический коммунизм! К четырём часам приедет их представитель, вручит путевку.
—Но я же не дала согласие. Что скажет мой муж?
—Дура, прости, Господи! —возмутился Сергей. —Ты знаешь, сколько стоит путевка на Ямайку? Это бывает раз в жизни. Мужу надо быть крокодилом, чтобы не отпустить.
    К четырем часам в студии появилась по-деловому одетая дама, немного грубоватым голосом объявившая решение ассоциации независимых предпринимателей, вручила Татьяне путёвку и билет на самолет, добавила букет шикарных цветов и, не попрощавшись, исчезла.
    Коллеги группировались вокруг Татьяны, появилось шампанское... В общем, когда Татьяна весело сообщила мужу, что летит на пять дней на Ямайку, тот чуть не подавился макаронами.
—Но если ты скажешь «нет», то я никуда не поеду,— закончила Татьяна голосом, каким женщины подразумевают обратное.
Муж посопел, посопел и согласился. На студии отпустили. Так что через три дня Татьяна Савельева, признанная ассоциацией независимых предпринимателей самым обаятельным ведущим телеэкрана, стояла у трапа мощного «Боинга», и ее провожали сослуживцы и муж.
В салоне самолёта рядом находился молодой мужчина, смотревший в иллюминатор. Когда Татьяна разместилась, он повернулся и спросил:
—В Америку?
—В Америку, на Ямайку, — засмеялась Татьяна. —А вы?
—Туда же.
Татьяна не удивилась.
—Извините, меня зовут Андрей.
—А меня...
—Татьяна Савельева. Об этом знает вся Россия.
    Великолепное Татьянино настроение передалось Андрею, и между прочим выяснилось, что Андрей тоже отмечен ассоциацией независимых предпринимателей путёвкой на Ямайку. Но самое неожиданное произошло в аэропорту прибытия. Встретивший их огромный негр вежливо пояснил на ломаном английском и жестами, что согласно путёвкам у Татьяны и Андрея общие апартаменты.
    Татьяна настолько растерялась, что собралась срочно возвращаться в Россию. Андрей отвел негра в сторону и они долго о чем- то спорили. Наконец негр согласно закивал, и Андрей, подойдя к Татьяне, сообщил:
—Не переживайте, у нас будет только общий вход и отдельные закрываемые комнаты.
 Татьяна подозрительно обошла номер люкс фешенебельного отеля. Люкс состоял из трёх спален, общего зала и лоджии с видом на пляж и Карибское море. Коридорный, доставивший в номер вещи, сообщил, что все вопросы решаются через него. Андрей с Татьяной согласились. Они разместились на лоджии, и Татьяна, рассматривая Андрея, уточнила:
—Я надеюсь, что вы джентльмен и недоразумение с общим номером не дает вам  никакого повода.
Андрей немного покраснел и ответил:
—Таня, давайте просто отдыхать. У меня это впервые в жизни и скорее всего никогда больше не повторится. Я не позволю ни себе, ни кому-либо другому обидеть вас в этом земном раю.
Появились прохладительные напитки, в бокалах постукивал лед.
Отдохнув с дороги, они переоделись и спустились в вечерний ресторан. Официанты в белых смокингах бесшумно перемещались среди великолепно обставленных столов, на которых стояли высокие громоздкие подсвечники со свечами. Элегантные пары со всего мира двигались в розовой дымке среди белого великолепия. И надо сказать, что Татьяна и Андрей, одетые в модное, гармонично вливались в этот праздник жизни.
На сцене запел популярнейший певец Латинской Америки Мик Сонас, песня пронизывала зал, словно шпага тореадора, безжалостно говорила о муке любви.
Андрей пригласил Татьяну танцевать, и они, оба высокие и обаятельные, привлекли внимание присутствующих.
Когда танец закончился и все вернулись к столикам, перед Андреем неожиданно появился... тот самый лысый, похожий на жабу, он бесцеремонно оглядел Татьяну и, вытащив зубочистку, изрёк:
—Ба, богиня телеэкрана в обществе российского безработного. Как вы сюда попали, девушка?
Татьяна растерялась, но ответила:
—Меня наградила путёвкой ассоциация независимых предпринимателей...
—А он? — лысый ткнул пальцем в Андрея.
—И его.
Лысый стал неприлично хохотать, чем обратил на себя внимание всего зала, у него потекли слюни, лицо стало еще омерзительнее.
— Какая ассоциация?! — брюзжал лысый. — Этот ваш кавалер проматывает свои последние гроши. Нет никакой ассоциации. Кстати, я же тебя уволил. Так что ты еще и безработный...
Андрей взял Татьяну за руку и повёл из зала. Они вышли прямо к ночному пляжу. Волны ласково напоминали о себе тихим шелестом о песок. Они шли молча, наконец, Андрей произнес:
—Прости меня. Я не замышлял ничего плохого. Просто я решил раз в жизни испытать счастье побыть хоть мгновение с любимой женщиной...
—С любимой?
—С любимой. Я влюбился в тебя. Я смотрю любые передачи с твоим участием, я знаю каждое твоё движение, я знаю, что ты говорила и помню всё наизусть. Хочешь, проверь меня. Впрочем, это неважно. Важно, что впервые в жизни произошло то, о чём я мечтал в детстве, в юношестве, исполнились розовые мечты моего детства.
Они остановились у пальм. Ветер с моря разбросал Татьянины волосы, и Андрей их поправил на Татьянином плече.
    Она опустила голову и сказала:
—Я люблю своего мужа и...
—Прошу, не говори ничего, —перебил Андрей.— Я не претендую ни на что, побудь эти пять дней рядом.
—Хорошо, будем рядом.
...На следующий день пляжи Ямайки ждали их. К вечеру Андрей заказал в пальмовой аллее столик. Скрипач ненавязчиво играл невдалеке. Андрей и Татьяна сидели, залитые лунным светом. В начале аллеи появилась фигура мужчины в белом. Когда он приблизился, Андрей с сожалением узнал лысого.
Лысый бесцеремонно подошел к их столику и спросил:
—Что же ты сбежал вчера, сынок?
Андрей взглянул на Татьяну. Она сидела, опустив голову.
—Я не сбежал, мы ушли.
    Лысый, сыто икнув, заявил:
—Иди, сынок, отсюда. Мне с богиней телеэкрана пообщаться надо.
Андрей   встал  из-за столика и подошел к лысому.
—Поскольку ты, жирная свинья, оставил своих пацанов в России, я прошу тебя встать на колени и извиниться перед этой девушкой.
—Чт-о-о?1 — взревел лысый.
—На колени!—вновь потребовал Андрей.
Лысый был в шоке, он полез своими толстыми руками в лицо Андрея. Андрей отклонился и ударил лысого под дых, тот застонал и сел на землю.
—Я сказал —на колени, — Андрей взял лысого за голову и повернул лицом к Татьяне.
— Не надо, Андрей, умоляю тебя! — воскликнула Татьяна.
—Нет, эта мразь будет просить прощения. На колени, быстро!
Лысый завозился и встал на колени.
—Простите меня, —прохрипел он.
—Вот так, —Андрей перевел дыхание. —А теперь пошёл вон отсюда.
Лысый сначала пополз, потом привстал и потрусил к отелю. Отбежав на приличное расстояние, он закричал:
—Ты покойник, падла!
    Андрей подозвал скрипача   и   попросил сыграть «Лунную сонату».
Татьяна вздохнула, взяла Андрея за руку и предложила:
—Потанцуем.
   Они тесно прижались, и их унесло в мир скрипки.
Позже они пришли в номер и, попрощавшись, каждый ушёл к себе.
Еще три дня отдыха слились в единую цепь наслаждения и фантастичеких ощущений —подводная экскурсия в аквалангах, сауна и массажные кабинеты с лучшими массажистами мира, пляжи, переходящие в изумрудные бассейны, концерты звёзд Латинской Америки, мировая кухня — французские, китайские, индийские, немецкие и русские повара.
Но всё это исчезло ровно через пять дней. Они возвращались в Россию.
—Тебя  встречают в аэропорту, поэтому выйдем порознь, - предложил Андрей, откинувшись в кресле «Боинга».
—Хорошо, —согласилась Татьяна.
- У меня просьба, —Андрей положил свою руку на руку Татьяны.— У тебя сегодня вечером уже эфир. Надень, пожалуйста, брошь, которую я подарил, и в конце передачи прикоснись к ней. Это будет означать, что ты запомнила Ямайку и не сразу позабыла обо мне.
—Я сделаю так, —Татьяна сжала руку Андрея.— И спасибо тебе за всё. Эти шесть дней я запомню навсегда.
...Они расстались в аэропорту, и Андрей через два часа зашел в свою коммуналку. С кухни воняло прокисшим борщом, Светка дралась с алкашом. Увидев Андрея, Светка бросила свое занятие.
—Андрюха, сматывайся, - сообщила  Светка. - Нагрянут вечером.
Андрей пожал плечами:
— Мне уже всё равно. Пусть будет так, как будет.
    Он закрылся у себя в комнате. Переоделся, помылся. Сел писать письмо матери и отцу в далекую Читинскую область. К вечеру Андрей включил телевизор к моменту выхода передачи «Контуры театра» и увидел на экране Татьяну Савельеву, она казалась строгой и далекой, на левой стороне была брошь, подаренная им.
    В это время в общем коридоре послышался шум, кого-то били, что-то      
 переворачивалось и гремело. Затем раздался сильнейший удар в дверь комнаты Андрея, и звериный голос заорал:
—  Открывай, покойник!
    Дверь трещала и разваливалась. Андрей наклонился к телевизору и поцеловал Татьяну в губы.
—Прощай, красивая моя.
      Он повернулся к двери и, став сбоку, резко ударил по ручке двери, створка грохнула, и в комнату влетели три дебила. Они пролетели в конец комнаты, этого было достаточно, чтобы Андрей выскочил и закрыл дверь уже снаружи.
За дверью раздался вой, ее выбивали теперь изнут¬ри. Андрей пошёл по коридору, жильцы в ужасе попрятались по комнатам.
На входе появились люди в масках:
— ОМОН, всем лечь на пол!
Андрей предостерегающе поднял руку и показал на свою дверь:
   — Ваши клиенты там.
Омоновцы принялись за дело.
...Он всё же успел к концу передачи «Контуры театра». Татьяна говорила прощальные  слова и элегантно прикоснулась к броши Карибского моря -значит, она помнила о нем... Андрей счастливо улыбнулся.
    В комнату бесцеремонно ввалилась Светка. Она держала в руках сигарету и никак не могла прикурить, поскольку губы и пальцы дрожали.
- Откуда ОМОН? - спросил отрешённо Андрей.
- Я вызвала. Кричала в трубку — убивают!
Андрей оглядел Светку с ног до головы и неожиданно предложил:
- Светка, а ты когда в парике, ничего смотришься. Давай фирму организуем.
- С тобой можно, ты отчаянный, - согласилась Светка, но сигарету так и не могла прикурить, по-прежнему дрожали губы и пальцы. - Давай для начала алкаша из унитаза вытащим, эти дебилы его туда затолкали.
- Пошли! —  Андрей встал, и компаньоны пошли на своё первое дело.