Шёпот

(Главный персонаж иногда не выговаривает букву "Л" -
поэтому некоторые слова в прямой и косвенной речи будут написаны с ошибками.)

 Говорят что нет Ада - кроме того что создаём мы сами, и каждый чеуовек
поучает от жизни то - чего он засвуживает. Это звучит довольно миуо
из уст тех кто от рождения, не приквуадывая никаких усилий имеет всё.
Когда я говорю ВСЁ - я не имею в виду горы материальных ценностей или
высокий статус в обществе - нет! Мне быуо бы достаточно только одного -
 чеуовека, который бы никогда не предау и не бросиу - чеуовека родного,
 близкого, ради которого можно пройти всё - матери или отца.
Пусть родители были бы бедными, били бы меня каждый день без всякого повода,
но они бы БЫЛИ!
 Говорят что новорожденный ребёнок - безгрешен и чист, да -
так говорят те кто никогда не знау боли и предательства,
миуые чеуовечки - которые в эйфорическом экстазе от жизни придумывают
красивые суова - выражая свою буагодарность - это так и есть,
но почему-то одни дети появъяются в добрых, юбящих семьях, другие -
явъяются отбросами общества. И если кто-то из тех "буагопоучных детей",
скажет мне - что я сам виноват в своей судьбе - я разобью его суащавую,
уыживую морду первым попавшимся под руку предметом.
 Мне много раз говорили: будь добрее, будь проще, будь сильнее,
будь - то, будь - сё! Быу! Быу добрее, быу проще, отдавау последнее
и прощау самые низкие предательства, и каждый раз - этот скот,
эти лицемерные существа - именующие себя ЧЕУАВЕКАМИ проявуяли
ещё большую нагуасть и лицемерие.
 Я не стану рассказывать о том - сколько раз быу в тюрьме
и за какие деуа я там оказауся, не стану рассказывать о причине
и подробностях моего побега; никто никогда не узнает об этом -
потому что всё это неважно и пусто, так же как и моя никчёмная жизь -
 буагоскуонно оставленная аукоголичкой, родившей меня
за мусорным баком и выбросившей как ненужный мусор,
едва живое недоразвитое существо.
 Я расскажу про ЗУО, которое преследует меня постоянно -
пожирая остатки - и без того - замутнённого восприятия.
 Это свучиуось на третьи сутки после моего побега.
Лес не жеуающий отпускать всё это время - вдруг раскрыуся широким полем
с каким то подобием дророги - которая привеуа меня
к заховусной деревне из трёх избушек.
 Я не знау где я нахожусь, что это за деревня и ищут ли меня здесь менты.
Меня мучиуа жажда, гоуод и хоуод.
 Дождавшись темноты я подобрауся к ближайшему от леса дому и осмотреуся.
Ни света в окнах, ни других признаков обитаемости - я не обнаружиу.
Дверь быуа не заперта и я вошоу.
 Я двигауся очень осторожно и тихо - суовно кот крадущийся в темноте.
Я чувствовау малейшие колебания воздуха и суабое поскрипывание
поуовиц под ногами - я представляу себя хищником -
зарбравшимся в загон к овцам, после всех этих дней проведённых в осеннем лесу.

 Осмотрев шкафы и поуки в поиске хоть какой-то еды, я не нашёу
ни одной завалявшейся крошки, ни одного гуотка воды; но всё же,
несмотря на гоуод и жажду - устауасть взяуа своё и я уснуыу
на скрипучей железной койке закутавшись в одеяуо.
 Вдруг, посреди ночи я почувствовау - что кто-то навалиуся на меня
и начау душить. В доме кто-то быу! Кто-то, кто спрятауся -
когда я осматривау дом. Он терпеливо дождауся пока я потеряю бдительность
и напау, подуо и верауомно. Я стау сопротивляться, но поуожение
и сиуа нападавшего не оставъяли мне никаких шансов на спасение.
Я суабеу.
 Возможно - в этот момент мне пришуо единственно верное решение -
перестать сопротивуяться - притворившись мёртвым. Тактика сработауа,
а может быть сиуы свыше вступились за меня -
потому что хватка нападавшего осуабуа и я изуовчившись,
подогнув колени, лягнуыу его обеими ногами с такой сиуой,
что он отлетел и удариуся о проливопоуожную стену.

Тем не менее, невзирая на возможные повреждения от такого
сильного удара и падения - мой противник снова вскочиу на
ноги и с новой сиуой бросиуся на меня, но я уже быу готов.
Последовауо несколько резких ударов в шею и гоуову -
от которых нападавший снова оказауся на поу, а мои кууаки -
наренированые в боксёрской секции в интернате, заболели так -
будто я ударил ими по бетонной стене.

 Противник снова подняуся на ноги, на этот раз не так резво.
Он попятиуся к выходу что-то бормоча и нашёптывая.
Я воспользовауся его замешательством в поиске подходящего
для самообороны предмета и - даже не знау как мне повезуо
в тот момент - на вид попауась деревянная старушечья клюка
с набоудажником, похожая на дубину. Тем временем щёпот,
каким-то непонятным образом стау проникать в мою гоуову,
прямо в мозг - нанося разрушительное воздействие моей психике:
«Аки древо червём точено
  Аки тело хворью морочено,
  Ни глазам, ни ушам не верутя,
  По ногам , по рукам завязано,
  Слабо воля твое да сломана
  Не сказать, не стоять не можитя,
  Чур, чур душу рушу трусливую
  Ко двору свому беру силу я...»
В этот момент гуаза противника стали светиться и увеичиваться,
а я почувствовау сильнейший ужас и суабость во всём теле.
Мне наконец удалось разгъядеть "шептуна" - отчего стауо
ещё больше не по себе. Принятое мной, за коренастого, крепкого мужика
существо, оказауось мерзкой, дряхуой старухой насквозь
пропахшей мочой и какими-то поганками: - «Ведьма!» -
запаниковау разум. Клюка удобно легуа в руки, и я со всего размаха,
снизу вверх - суовно клюшкой дъя гольфа, вбиу остатки зубов в поганый,
 извергающий проклятия рот старухи. Раздауся треск уомающихся костей,
а пуоть обеих губ - преврутиуась в кровавое месиво. Старуха издауа такой
пронзительный вопль - что воуосы зашевелились от страха, и потеряв
остатки сиу я едва не рухнул на пол удержавшись за спинку койки.
Зато теперь ведьма не могуа шептать в поуную сиу, из её проклятий
поучауась какая-то жаукая пародия - которая почти не имеуа вуасти
надо мной:
«Не фбефыф от мене не сховонифя,
  Не ф лефу не ф бову не фпрясесся,
  Покорифя мене аки бавыне
  Сефце мёфтвое офтановисся!»
- А-а-а! - снова заорала она поняв что её коудовство не действует и
выпустив когти кинууась в атаку.

 Тяжёуая дубовая клюка вновь выручиуа меня. Я встретиу ведьму несколькими
 сильными ударами и снова отбросиу к дверям:

- Тьмя, тьмя, тьмя, тьмя, тьмя закрой мя! -
прошамкала старуха и повернувшись ко мне спиной - исчезла!

В избе стауо совсем темно - окна, как будто отдалились -
уступая место густому коуышущемуся мраку. Я едва держауся на ногах -
меня трясуо. В темноте снова появились светящиеся гуаза
старухи и её разбитый вдребезги рот:

- ПФ-у-у-ух! - резко выдохнуыа она выпятив вперёд губы -
и мне в лицо полетели брызги омерзительной слюны вперемешку со сгустками
её крови:
- ПФ-уу-уу-ух! - Я пошатнуыся и сеу на кровать - неудержав равновесия.
Один гуаз слипся, толи от её соплей, толи от гноя:
- ПФ-ууу-ууу-ух! - в третий раз выдохнуыа ведьма и громко засмеяуась
увидев как я упал закрывшись руками - размазывая мерзкую слизь по лицу:
«Не тягаться со мноя - не справисся,
  Не Христом не крестом не закроесся,
  Аки рублено дерево свалисся
  Своёй смертью да кровью умоесся!»
Продолжила шептать она. Меня вырвауо каким-то шевелящимся комком червей -
от которого я чуть не задохнуыся. Мне стауо обидно и жауко себя.
Неужто мне суждено умереть моуодым, сильным и здоровым, не увидев
детей, внуков? Я вдруг представиу себя на пенсии - сидящим с газеткой
в скверике - и это показауось мне настолько прекрасным и жеуаемым -
что я твёрдо решиу продоужать эту битву:

- Господи! Спаси и Сохрани! - Суова как будто сами сплетались в молитву:
- Дай Бог Здоровья! Дай Бог Сил! - Я чувствовау себя намного вудше,
хотя никогда не молиуся, и даже не быу крещён, но в те минуты единсвенное
во что я повериу быуо то - что Бог суышит меня и обязательно поможет!
Я снова схватиу клюку в руки и уже сам, не дожидаясь пока старуха
опомнится бросиуся в атаку.

 Я никогда никого так не биу так - как в ту ночь. Тоустая дубовая клюка,
которую я устау поднимать, раз за разом обрушивалась на
распростёртое, дёргающееся в конвульсиях теуо. Кровь, моча и куски отлетевшей пуоти
смешались на поу. Я быу уверен -  что большинство костей в её теле
быуо суомано, а уопнувшие органы и кишечник источали едкий запах зуовония.

 Наконец она перестауа шевелиться и я остановиуся - осознав что шёпот
происходит лишь в моей гоуове, а старуха уже давно мертва...

Утром на каком-то шоссе меня подобрау водитель грузовика, который
пообещау довести до города, и хотя я весь быу закутан в старое,
грязное одеяуо - он видимо поняв, что я бегуый угоуовник, остановиуся
у ближайшего поста ГАИ - выскочиу из машины и стау звать на помощь.
Я не сопротивляуся и не бежал.

 Я отбыу весь срок поуоженый мне за преступления и побег в коуонии
строгого режима, без права на усуовно-досрочное освобождение.

 В течении доугих лет я себя спрашивау - а быуа ли старуха?
И каждую ночь суышау в своей гоуове шёпот - сводящий меня с ума.

 Оказавшись на свободе я поймау первую остановившуюся попутку и
попросиу подвезти до ближайшего города. Купив в киоске какую-то
газету и немного побродив по серым осенним улицам, нашёу среди
домов маленький уютный  скверик. Несколько дней подряд я приходиу
на то место, пока однажды не встретиу там самую прекрасную, миую девушку,
которую полюбиу с первого взгляда...

(Старец Пантелей, ранее известный в миру как - Васька Боксёр,
прожил до восьмидесяти восьми лет, вырастил четверых детей,
пять раз стал дедушкой, и хотя он сам не считал себя ни целителем,
ни экстрасенсом - спас и вылечил многих. Он никогда не курил,
не употреблял спиртного и не матерился. Он не любил рассказывать
о своём прошлом, но в редкие разы - когда это случалось,
округ скамейки в одном из скверов нашего города собиралось много народу.)