Глава 1. О жителях Темной Крепости

Вокруг было тихо. Так тихо, что в ушах слегка звенело от пустоты. Маленькая, промерзшая комнатушка была залита лунным светом, он растекался по черным каменным плитам, проникая в застекленное окно. Вместе со светом приходил и ночной холод, и маг поежилась, пытаясь поудобнее свернуться под тоненьким, старым одеяльцем, но сон не шел. Тревога царапала сердце, смутные ощущения заполонили сознание неосязаемыми голосками. Тяжело вздохнув, маг села, потерла виски длинными, безвольными пальцами и глубоко задумалась.
Ей не было и двадцати лет, но под глазами залегли глубокие, никогда не проходящие синяки. Вытянутое истощенное тело выглядело нелепо и походило на древнюю мумию, которую вдруг подняли из гроба и отправили шляться по миру. В ней, казалось, вовсе не было мяса - только кости и связки с сухожилиями. Под бледной, полупрозрачной кожей виднелись все жилки, волосы, грязные, были убраны в две небрежные, замусоленные косички.
Лицо мага, покрытое сетью мимических морщинок, все осунулось, и на нем застыло одно единственное выражение отупелой усталости и безразличия. Только высокие скулы чуть подрагивали от неснятого напряжения. Было в ней что-то змеиное, хитрое, и зеленые глаза, похожие на два изумруда, могли бы глянуть внимательно и чутко, но от усталости были почти закрыты. Маг бесконечно хотела спать, но не могла провалиться в спасительный сон.
Бескровные губы шепнули заклинание, и над протянутой ладонью повис едва заметный огонек - иначе было не согреться этой ночью, хоть огонь и был запрещен здесь, в этом странном месте, которое звали Темной Крепостью или попросту Домом. Поговаривали, что огонь запретили после Второй Атаки, когда Братья-Близнецы - семеро невозможно могущественных безумцев - попытались свернуть Дому шею, приведя за собой армию драконов. И сколько тысяч лет прошло с тех пор…? В мире со бездушным именем Зетта уже давно не велось никаких войн, да и про магию порядком забыли все… кроме тех, кто жил в Доме.
Их звали по-простому - магами. Их боялись больше, чем тварей, выползающих по ночам, ведь каждый мирный житель знал, что ничего хорошего не приходит из Мертвых пустошей, из Темной Крепости, из проклятого Дома.
Маг натянула сапоги, поднялась, кутаясь в одеяло и стараясь не стучать зубами от холода, подошла к окну, глянув на нерадостный пейзаж. Насколько хватало глаз расстилалась мертвая, черная пустыня, в которой не росло ничего, даже мелких, колючих растений. Только далеко на горизонте виднелись вершины Пограничных гор - они делили мир Зетта на две неравные части: Мертвые пустоши и, собственно, все остальное. В Мертвых пустошах стоял Дом, который уже много веков считался только лишь страшной сказкой, но мирные все равно не приближались к горам, побаиваясь старых легенд и магии, которой это место полнилось. Здесь были древние, великие сражения. Здесь погибали армии и свершались великие подвиги, но теперь это место умирало, и жизнь в нем едва-едва теплилась. Да и жизнью-то это назвать было сложно - выживание, не более.
На небе горела ущербная, рябая луна. Она светила как-то неохотно, но ее света было достаточно, чтобы видеть сквозь ночь. Облака висели кусками грязно-серой ваты, холодная духота опустилась на барханы, и тихо-тихо было вокруг… В холодном, серебристом свете Крепость, возвышающаяся на холме, окруженная древней крепостной стеной, казалось пустой и мертвой. Узенькие окошки щурились недобро, но в них никогда не зажигался свет - все из-за проклятых Близнецов.
Дом был странным местом. Злым, пожалуй, даже к своим жителям. Здесь с самой Последней битвы, после которой, наверное, Зетта и погрузился в беспросветный мрак, жили маги-люди и маги-монстры. И с каждым годом магов-людей становилось все меньше - они умирали от старости, погибали во время миссий, их убивали в своих же стенах. Зло расползалось все сильнее, и некому было остановить его.
Ее звали Хэл. Коротенькое, злое имя, которое она редко слышала в последнее время. Неприметная, откровенно слабая, так и не сумевшая выбрать для себя основную Стихию, она была Медиком - страшная, неблагодарная участь. Сшивай, латай, чтобы маги посильнее могли продолжать дело Дома. Дело, которое давным-давно стало насмешкой над былыми идеалами. Хэл не жаловалась. Сшивала, латала, ходила по миру, ища пострадавших товарищей и помогая им добраться обратно в Дом, чтобы там снова лечить, оперировать, восстанавливать… и так до самого конца жизни, пока тело не откажет и не умрет. И сегодня, вернувшись с очередной выматывающей смены, Хэл хотела хотя бы поспать, но не сумела.
Доктор задумалась, мутными глазами глядя в окно. Что-то не давало ей уснуть, неясная, смутная тревога. Но ощущения всегда оказывались весомее разума - таковы были законы магического мира, к которому Хэл невольно принадлежала, поэтому она не спешила отмахнуться от тревоги. Постояла, вслушиваясь в тишину, закрыла глаза, вздохнула глубже и на выдохе прошептала:
-Покажи… покажи мне…
По задубевшему телу прошла волна тепла, покрыла от самых пяток до макушки, подхватила под руки, словно покачивая в медленном танце. Магия наполнила физическую оболочку, согревая своим присутствием изнутри, доктор качнулась от усталости и прислонилась к подоконнику, чтобы выстоять на худых, шатких ногах.
 Поначалу было только темно, не более, но вот, чуть дрогнув, стала проявляться смутная картинка: коридор - безликий, как и все в Крепости. Их было не отличить один от другого, и мрак был повсюду. Маг нахмурилась, магическим, ментальным зрением вглядываясь в ровные стены - должна была быть еще подсказка.
-Покажи… Дай мне увидеть… - бормотали губы сами собой, не позволяя разрушиться тонкой паутинке колдовства. И в безликом коридоре появилась тень. Неясная, похожая на дым, клубящаяся, темная. По камням за ней оставался охровый след.
-Сильная тварь, - сама себе шепнула Хэл, внимательно следя за идущим. -За ним тянется достаточно темный след, магический потенциал… позволяет многое. Тень размыта - как дым. Это тень убийцы. Он идет убивать.
Маг-убийца остановился, словно бы почувствовал что-то, и Хэл резко открыла глаза: она видела достаточно, чтобы попасться. Оставалось только надеяться, что убийца не успел понять, кто следил за ним среди ночи.
Смерть в Доме - событие обычное. Медики частенько находили под дверями в операционные свежие трупы - чаще всего людские, конечно, о телах монстров никто не заботился. Маги убивали друг друга, в Доме шла бесконечная, подковерная война.
-Что бы мне с того? - доктор закусила щеку, задумалась. 
К двадцати годам она похоронила троих своих учителей - людей, заменивших ей семью и попытавшихся, насколько они вообще могли, обучить ее приемам и заклинаниям. У них мало что вышло, конечно, по они искренне старались хоть чему-то ее научить. Последний из ее Мастеров, Анери Таежный - беспомощный, полуглухой старик-калека - все еще был жив, хоть по состоянию здоровья его уже давно отстранили от всякой деятельности. И он был человеком, поэтому этой тихой, холодной ночью находился в опасности.
Хэл сжала зубы, швырнула одеяло на кровать, накинула плащ и, сунув под широкие рукава пару коротких метательных клинков, выскользнула из комнаты, обезличенной тенью побежав по темным, пустым коридорам.
Пальцы касались холодной, покрытой плесенью стены. Дом разделялся на две половины по Стихиям: маги Воды и Земли на одной части, маги Воздуха и Огня - на другой. На половине Воды и Земли всегда было сыро и плесень разъедала каменную кладку. Не везде, но на верхних этажах, где жила Хэл, стены были осклизкими и мокрыми.
Деление на половины считалось залогом безопасности, хоть в “гости” друг ко другу маги заглядывали. Другой вопрос, что на чужой половине хозяева могли беспрепятственно атаковать нежданных гостей, но если слиться с тенями, если научиться скрывать свой след и свое присутствие на ментальном уровне, если научиться ходить, не тревожа сам воздух - почему бы ни заявиться в гости?
И Хэл умела - таков удел всех слабых магов, коим доктор и являлась. Два черных провала в стене, поворот налево. Затем снова считать. Дом был огромен внутри - Древние его обитатели любили всякие шутки и эксперименты с Пространством, поэтому заблудиться в Крепости было проще простого. Юные ученики изредка пропадали вовсе, заплутав в лабиринте одинаковых, темных коридоров. Даже тел не находили порой, поэтому надо было считать. Ментальное зрение тоже мало чем помогало - уж больно каждый следующий проход походил на другой. Что смотри - что нет, все одно.
Хэл замерла, вслушиваясь: впереди кто-то едва слышно шел. Доктор скорее почувствовала присутствие, чем услышала: от идущего разило страхом, а страх - самое яркое чувство, его ни с чем не спутать. Маг взмахнула рукой, выстраивая защитный барьев вокруг себя, шагнула в центр коридора, пропуская идущего мимо. Незачем было кому-то знать, что многие по ночам не спят спокойно в своих кроватях.
Маг торопливо пробежал, едва не задев доктора краем своего плаща, но так и не увидел ее. Хэл глянула ему вслед, но не стала задерживаться. Тревога, не давшая ей уснуть, становилась все отчетливее и звенела все громче в сознании. Беда пришла, приползла откуда-то из темных подземелий, но Смертью еще не запахло. Еще можно было успеть, хоть предположение, куда направился убийца с каждой минутой становилось все более и более осязаемым.
Оставалось совсем недолго - Мастер Анери, маг Земли, жил совсем близко к своей бывшей ученице. Витая лесенка повела вниз, сначала на этаж, затем еще на шесть. Старым Мастерам выделяли помещения пониже, где те медленно умирали, забытые, никому не нужные. С каждым пройденным этажом становилось все теплее и душнее, замерзшие пальцы начали потихоньку оттаивать. Еще два поворота налево - если бы Хэл не знала, куда идти, давно бы заблудилась и сгинула бы, но она знала.
Сердце кольнуло резкой болью. От нахлынувшей тревоги зазвенело в голове, и перед глазами поплыли разноцветные круги. Доктор тяжело оперлась о стену и замотала головой, вытрясая себя из колдовства. Несколько долгих секунд постояла, вдыхая спертый воздух и открытыми глазищами вглядываясь в беспросветный мрак. Не видать было ни зги, но и закрыть глаза было нельзя - голова лопнет от звона и боли. Чувства не подводили. Торопиться было некуда больше.
Хэл вздохнула, осаждая чувства: не время было даже печалиться. След Анери остывал все больше, становясь мертвенно бесцветным. След тянулся за каждым живым существом Зетта, имел свой цвет, по которому умеющие существа могли вычислить магический потенциал существа. В Древние времена и раньше существовала даже система распределения по цветам: красный-желтый-синий-зеленый-черный. Маги с черным потенциалом переворачивали историю с ног на голову, и, если верить полустертым, рассыпающимся книгам, могли и города стирать одним Словом. Но сейчас, во времена великого упадка, больше синего не встречался никто. Сильные маги вымерли. Осталась только магическая шелуха. А такой бесцветный, словно лишенный радости - след мертвеца. Он еще погорит немного и исчезнет с концами, как и его хозяин.
Медленно-медленно, доктор пошла вперед, бормоча заклятье, скрывающее ее присутствие. Поворот. Небольшая лесенка еще вниз, и маг замерла у раскрытой, сорванной с петель двери. Магистр Анери последнее время сильно боялся. Запирался на все замки, чертил защитные руны, но это не спасло ему жизнь. Двери не остановят того, кто пришел убить, тем более, если это маг с охровым, почти синим потенциалом.
Убийца был монстром, в этом не было сомнений. В гробовой тишине замершего Дома отчетливо слышалось плотоядное урчание, чавканье и звук разрываемой плоти. И картина, открывшаяся глазам Хэл, не представляла ничего приятного. Сутулая, костлявая тварь, едва прикрывшая наготу изорванным плащом, сидела прямо на теле, пожирая еще теплые внутренности. Уродливые, острые колени торчали в разные стороны, на загривке, видном из-под свалившегося капюшона, виднелись острые шипы, и пахло от твари отвратительно. Не то оборотень, не то другая тварь, которую толком не опознать ни по одному пособию.
Монстр, не чуя угрозы, трапезничал своим товарищем, напевая что-то несвязное набитым ртом. Он разбирал внутренности уродливыми лапами, лишь отдаленно напоминающими человеческие ладони с длинными, острыми когтями на пальцах. Хэл прикрыла глаза, ориентируясь ментальным зрением, выронила в ладонь кинжал, намереваясь прикончить убийцу и хоть так отомстить за смерть единственного человека, который был у нее в Доме, но тварь почувствовала неладное. Повернулась, прислушиваясь, и в темноте загорелись фосфоресцирующие глаза.
-Ты… - от зловонного шепота мурашки побежали по спине, но Хэл не дрогнула. - Ты высматривала меня в коридоре.
Тварь говорила с трудом: не всем монстрам давался язык Крепости. Некоторые так и продолжали пользоваться рыком или же вообще молчали.  Доктор ничего не ответила - с темными тварями не было смысла разговаривать, так гласил древний Кодекс, найденный ею в пыли заброшенной библиотеки. Клинок со свистом сорвался из ладони, но тварь была быстрее. Из сидячего положения монстр выпрыгнул, подлетел до потолка и буквально приклеился к нему - без магии такое вряд ли бы было возможно, но чудовище было магом. И стать таким ему помогла Крепость.
Когтистые лапы впились в камень, и желтые глазищи неотрывно уставились на доктора, но уже из-под потолка. Клинок ударился о стену и со злобным звоном рухнул вниз. Сталь не получила обещанной крови и озлобилась на весь мир.
-Промахнулась, девочка, - довольной скороговоркой шикнул монстр. -Чем еще удивишь?
Хэл молчала, не торопилась, выжидая. Самое дрянное - эмоции и суета, так ее учили в детстве, и она не торопилась. Сосредотачивалась, выжидая, напряженная, обманчиво медлительная. Когти клацнули по камню, когда чудовище по-паучьи поползло к своей жертве. Желтые точки глаз приближались. От запаха в горле поднимался спазм.
-Ты его ученица, да? - шелестел зыбкий, утробный голос. Некоторые слова угадывались с трудом, что пугало до дрожи в коленях, но Хэл лишь щурилась сильнее. - Вами, людишками, так сильно пахнет, не могу остановиться, вы вкусные… - он зашипел, перепрыгнул на стену и пополз вниз головой. -Ты пахнешь по-другому. Иначе. Ты не человек?
Второй кинжал свистнул, сорвавшись, но монстр снова увернулся, вернувшись на потолок - там было безопаснее.
-Снова не попала, - он ощерился, подобрался весь и прыгнул, сбивая Хэл с ног.
Та упала, маленькая, худая - ей было не выстоять против тяжелого, сытого чудовища. Получеловеческое-полузвериное не то лицо, не то морда нависли над ней, капая слюной и кровью, когтистые лапы насквозь пронзили худые запястья, но доктор даже не вскрикнула.
-Что ты есть, девочка? - довольный донельзя, запел монстр, вглядываясь в поверженую жертву. Он пришел за одним телом, а получил два. Его буквально распирало от радости, если это чувство вообще было ему подвластно.
И вдруг Хэл засмеялась. Монстр отдернулся от неожиданности, и голос раздался откуда-то сзади. Низкий, спокойный голос, совсем не походящий на вопли плененного существа:
-Я твоя смерть.
Тело под лапами монстра дрогнуло и лопнуло, как пузырь, тварь ухнула на пол, а в следующее мгновение тяжелый, ребристый меч прошел поджарое тело насквозь. Тварь захрипела, попыталась было взвыть, но доктор переместилась и перерезала глотку. Голова обвалилась на пол, хлынула черная, липкая кровь, и Хэл брезгливо поморщилась, отступая в сторону. Тело твари дернулось в агонии и замерло, а охровый след стал стремительно блекнуть - дело было сделано.
В Доме было четыре основных направления: Магия Огня, Воды, Земли и Воздуха. Четыре факультета, которые многие тысячелетия растили магов. Но было еще одно, неофициальное, и давалось оно далеко не всем. Этому не обучали, это либо было, либо нет. Не было ни научных трудов, ни места в библиотеке, но каждый знал, где найти толмуты с техниками магии Лжи. И Мастеров Обмана боялись сильнее самых могущественных в любой другой Стихии. Игры разума, недоговорки, иллюзии, влияние на сознание, внушение - не было силы изворотливее и опаснее.
Хэл не смогла освоить боевую магию ни одной из Стихий, да и оружием владела плоховато. Потенциала у нее едва ли было, чтобы зваться магом - бледно-красный цвет, граничащий с фиолетовым, почти как у мирного жителя. Но Стихия Обмана была ей соприродна, поэтому доктора побаивались в стенах Крепости. Никогда не узнаешь - она сама перед тобой, марионетка ли, иллюзия? И где ходит она? Что слышит? Где лжет? Монстр зазнался в своей силе, за что и поплатился.
Хэл с усилием втащила труп в комнату, выстроила на месте сорванной двери барьер и, шепнув заклинание, позвала белый, едва дающий свет магический огонек. Тот взвился, освещая скудную комнатку, где из мебели была только жесткая кровать, стол и небольшой, покосившийся шкаф в углу, где жили нехитрые пожитки умершего мага.
Тело на кровати было разворочено, только лицо осталось нетронутым, остальные внутренности монстр растащил в разные стороны и частично успел пожрать. Доктор сжала зубы, давя в зародыше желание разрыдаться, принялась собирать остатки тела и складывать их внутрь переломанных ребер, в тщетной, несбыточной надежде, что утром тело найдут и унесут на вечное упокоение в кислотные озера глубоко-глубоко под землей. Древняя традиция предписывала не хоронить героев, но отпускать их в последнее плавание в глубине и темноте - так хоронили испокону веков в Крепости, вокруг которой не было ничего, кроме черных пустошей. И Анери вполне бы заслужил подобный конец, но кто станет марать руки…
Анери заменил Хэл семью. Вырастил ее, был рядом, когда она сдавала выпускные экзамены. Когда проваливала их и отправлялась на повторные года обучения. Он был последним и, в общем-то, единственным, кто был у доктора в Крепости. Последние года он уже с трудом узнавал свою ученицу, но все равно он хотя бы просто был.
Доктор посмотрела в мертвое лицо, сжала зубы: плакать было бессмысленно. Злиться тоже. Все, что она могла, она сделала. Провела рукой, закрывая глаза, сложила руки, уже начавшие деревенеть, на груди, вложила в них меч - тот самый, которым она прибила монстра. У нее самой подобного оружия в жизни не было - она и пользоваться им особо не умела, но про Анери поговаривали, что он был могучим мечником в молодости. Пока ему не сломали позвоночник, повредив спинной мозг. Хэл сама его тогда буквально по частям собирала, после чего и стала магом. Но Анери было уже не вернуть ни былой ловкости, ни силы, ни даже мобильности, и он потух, превратившись буквально за несколько лет в старика без памяти. Крепость порой уродовала своих же, поэтому ее и прозвали Темной.
Хэл накрыла тело одеялом, как саваном, расправила складки. Она не могла уйти, хоть делать здесь было нечего больше, да и опасно было оставаться. У убитого монстра могли быть сообщники, но доктор все медлила, не отрываясь, глядела на покрытое тело. В голове не было ни одной мысли, только отупляющая усталость, будто бы все происходящее было всего лишь дурным сном. Сознание путалось от зловонья, глаза сами собой закрывались от усталости.
Маг мотнула головой, пытаясь проснуться. Присела на корточки, провела рукой по полу, залитому кровью. Зажмурилась, прошептала беззвучно:
-Слышишь меня, Дом?
Она была живой, Темная Крепость, замершая посреди черных барханов на самом краю мира. Она видела многих, многих помнила. Ее камни хранили в себе и слезы, и радость, и бесконечную боль. Дом всегда был на стороне своих детей. Построенный в незапамятные времена, он всегда стоял на защите Зетта от темных тварей, приходящих извне, и только в последнее время монстры пробрались и в его намоленные стены.
Глубоко внутри что-то как будто бы шевельнулось, и слуха коснулся едва слышимый звон: Дом слышал.
-Мне нужно убрать тело монстра, иначе они выйдут на меня. Только я могла оказаться здесь и убить его, это ясно, как свет. Ты можешь помочь?
Крепость молчала несколько мгновений, затем с едва ощутимым дрожанием пол задвигался, стал все более и более зыбким, а потом и вовсе промялся, как вода, покрытая упругой пленкой. Плиты с хлюпаньем поглотили труп чудовища и встали на место, постепенно затвердевая. Древняя магия в действии - медлительная, но надежная. Теперь труп не найдут, даже если будут искать, а следов Белой магии было днем с огнем не сыскать, на то оно и колдовство первых времен.
-Спасибо, - шепнула Хэлвердан, поднялась и пошла прочь, не заботясь больше ни о чем. Пошла, не оглядываясь, зная, что не вернется больше, не поглядит. Плакать было нельзя, но тело на кровати ломало стальную защиту, резало похуже ножа. Он давно был наполовину мертв, Анери Таежный, но потерять его совсем…
Ноги сами несли ее назад, наверх, в ее не менее жалкую комнатку, где из привелегий был только лунный свет. Утро должно было вскоре прийти - ночи летом стояли короткие. Надо будет вставать и снова выходить и латать, сшивать, лечить до самой ночи, пока на вечернюю смену не выйдут такие же замученные, едва живые доктора. Мысли уносились далеко, за пределы Дома, в ту часть, что лежала за пограничными горами.
Там жили разные народы - люди, разбросанные торговыми городами по всему Зетта; эльфы в Зачарованном лесу; гномы - южнее, в подгорных королевствах Таарона и еще многие-многие другие создания, но здесь были только монстры. На много-много километров вокруг - только враги, желающие пожрать душу и тело.
“Дом был опорой раньше, - думалось магу, - защитой от мрака, ползущего извне. Кто-то рушит свои миры непримиримой злобой, и тогда, лишившись дома, попадает в пространство между мирами - в Космос. Там страшно, одиноко и голодно, вот они и лезут сюда, в живые миры, вроде нашего Зетта. Так ведь пишут в старинных книгах? И мы, Дом, раньше сражались с ними, защищая мирных. Были, правда, и войны с безумцами, считавшими Крепость Темной, но так ведь было далеко не всегда. И только во времена упадка, времена, когда не осталось ни героев, ни защитников, когда весь мир наполнился мелкой скверной, эти твари поселились и здесь…”
Мысль вилась, вилась, неподвластная магу. Мозг еще не осознавал всего произошедшего, от усталости подкашивались ноги. Хэл задумалась настолько глубоко, что пропустила поворот и остановилась, пытаясь из спутанного сознания вытащить весь свой путь. На мгновение сердце кольнул страх, но доктор вспомнила дорогу и, чуть вернувшись, нашарила пальцами знакомый выступ на стене. Выдохнула, кляня себя за невнимательности, как вдруг слева раздался коротенький, сухой смешок.
Хэл вздрогнула, как от удара: в Доме НЕЛЬЗЯ было шуметь. Просто НЕЛЬЗЯ и все. Об этом не говорили вслух, но Крепость не любила звуки. Слишком древние силы дремали во мраке, будить которые не стоило вовсе. Были места, где магам позволялось говорить вслух, смеяться, кричать - тренировочные залы, Пограничная зала между двумя половинами Дома, комнаты, библиотека, лаборатории - где угодно, но только не в коридорах. Тут, на нечейной территории шлялись старые легенды, что видели стены. По теням спали силы, которые не следовало тревожить, поэтому даже ходить старались потише - так, на всякий случай. А тут - наглый, мерзкий смешок.
Доктор очнулась, резко приходя в себя, ее будто ножом полоснули. Руки мелко задрожали, уши навострились, вслушиваясь в повисшую тишину. Дом как будто бы проигнорировал звук, и маг уже надеялась, что обойдется, когда смех раздался снова.
“Надо уходить, - резко подумала Хэл. -От греха подальше. Не мое это дело.”
Она не боялась монстров - их можно было обмануть, запутать, победить, но древние силы… Кто-то во мраке хохотнул еще раз, и доктор, сама не осознавая, зачем, двинулась за звук. Не в обратную сторону, как велел разум, а ближе к Беде, и сердце тревожно забилось, осознавая опасность, но не имея силы сбежать. Рука оторвалась от стены, и ноги сами понесли ее туда, откуда она не знала дороги.