Дневники 17

ОБЪЯТИЯ ЦИКУТЫ.

То, бродя по туманным улицам души, в минуты внимания Нико испытывал сложное чувство умственного возбуждения и душевной придавленности. Хотелось ударить со всей силой, разбить вдребезги это застывшее духовное очарование неблагонамеренных переулков рассудка. Их мрачные домики с тёмными окнами, с неуютными и нерадостными дворами, с особой пронзительно-коротенькой худощавой высотой, с одинокими бедными лодочками, сонно ныряющими в тьму воды и её полуночную прохладу.. Странный ли Нико, до сих пор желавший заглядывать в каждое лицо прохожего – озабоченные и аристократически бледные, с глазами, как городская муть… Видя и внимая всему этому, он очередной раз не решался позволить себе тоже вместе с ними плыть по течению призрачных мотивов собственной души. Всё, что для этого нужно – это заранее запланировать, какую поступь вы будете выражать завтра, и «замочить» её с вечера, как семена, к утру становящиеся более готовыми к употреблению.. Всю остальную работу за вас сделает время, ночь выслушает его и спящего человека.. Возможно всё. На невозможное просто требуется больше времени.. сон так похож на маленькую безобидную смерть, к утру растворяющуюся, или тоже уходящую во владения гипноса задремать, чтобы добыть свой внутренний ресурс, потраченный на самого опасного «Зверя»… Вся эта душевная сутолока видимо и есть – спасательный круг, увеличивающий тоску по исчезнувшей жизни в собственном подсознании, куда способно проваливаться даже всея…
всея…

Нико, не добрав нового образа после последнего слова, вышел из иллюзорного ступора, почувствовав, что на него спустилось словно какое-то табу – на собственный священный внутренний иллюзорный бред.. «Умел бы писать картины, даже тогда не стал их продавать. Как в книге «скажи волкам, что я дома» хранились бы они в месте – для души, напоминая о собственных же сноведениях. Такой сюрреализм нарошно и не придумаешь». Образы – штука сильная, в особенности если ты вдобавок судмедэксперт и растущие до самого неба галлюцигенные грибы над городом эллюзии творят извращенские чудеса. Тьму снов или мысли ведь можно бесконечно разбавлять чем угодно, и если ты чувствуешь образы, то они, оживая, выходят прямо в тебя из неузнанного никем пространства, вызванного только тобой.. Хороший, плотный абсурд. Он, словно невероятно милый сериал. Восторг собственного странного ступора выдаивает такую, казалось бы, маленькую тему досуха, регулярно находя какие-то новые нотки и краски. Порой собственная усталость выдаёт натуральные живые спецэффекты, когда ты смотришь себе в глаза и видишь в них Лес, равнины, пустынные поверхности суши, дно морей или и океанов, для которых характерны Природные пейзажи.. Это целые этюды: Равнин, они, как и Горы, испытывают тектонические движения, после каждого моргания весь пейзаж немного видоизменяется, наливаясь ещё более тяжело-изумрудными или и бронзово-бардовыми галлюцинациями природной психоделики. Вогнутыми, волнистыми, холмистыми мирами, Марсианскими краторами, без обязательного глубокого смысла, порой выступающими даже атмосферными явлениями, искусственными: ветер, туман, дождь, снег или и звенящая Тишина.. «и трудно уверить даже самого себя в том, что вся эта столь простая Красота присуща усталым глазам и рассудку.. необыкновение, Перекрёсток Миров.. но я оставлю себе на память свой дивно перевёрнутый мир».















(муз. композиция Quallm - Solitude.)










Фрагменты чьих-то жизней, реальных и не очень, иногда – это несколько минут, иногда часов, а иногда и дней. Но для тех, кто их пережил – это важно.
Это Состояние, Сила, Развилка, Судьба. Имена заменены.