Едоки картофеля Ван Гога

«Едоки картофеля» Ван Гога

          В качестве эпиграфа: «"Едоки картофеля" - фу!» (Мнение одного из авторов прозы.ру)

                Введение

В книге Михаила Гольдентула "Ван Гог как Иисус Христос" я нашёл для себя самую точную  оценку этой картины : «"Едоки картофеля"  - великая картина. Великое сокровище человеческого духа, как это не патетически звучит. Она  недостаточно оценена даже сегодня. <...> Она не впечатляет, она темна, она грустна и печальна, она  не захватывает наше воображение, она требует внимания и проникновения, соучастия и сострадания. То,  чего человечеству всегда нехватало и продолжает нехватать, и картина квинтэссенция  этого явления. » (Михаил Гольдентул).

В этой мысли проницательного исследователя я уловил скрытый парадокс. Картина "Едоки картофеля" будучи  гениальной «квинтэссенцией» «внимания и проникновения, соучастия и сострадания» самого художника, не нашла соответствующего отклика в восприятии культурного общества, более того,  отношение  к этой картине благородной публики стало  «квинтэссенцией» нехватки у неё этих самых драгоценных качеств. Поэтому я вернулся к этой картине спустя много лет и постарался развить этот парадокс дальше в смысловом ключе автора этой удивительной книги о Ван Гоге.

  1. «Едоки картофеля» (1885) - это первая проповедь Ван Гога художественными средствами.

Трудно найти более мрачную и унылую картину чем «Едоки картофеля». Какой-то подвальный интерьер, в котором глаз не находит никакой отрады. Безнадёжная бедность. Удручённые лица. Землистые тона. Запах варёного картофеля и керосиновой лампы... Свет тусклый. Никакого светотеневого волшебства Рембрандта, которым так восхищался Ван Гог. Одним словом, социальное дно без прикрас. Живопись, опустившись на это дно словно бы потеряла свои крылья, стала такой же убогой, как это дно, слилась с ним в одно целое... Вот как объясняет это сам художник: «Изображать крестьян нужно так, как если бы ты сам был одним из них, как если бы ты думал и чувствовал как они.» (цитирую по памяти)

Художник нисходит с высот возвышенного искусства в эту юдоль скорби, неосознанно подражая Христу,  воплощается в эту нищету, становится подобным ей во всём кроме греха. (Этим он отличается от Гойи.) И всё это он делает из любви и сострадания к этим беднякам. В этом его добровольный крест живописца. Ван Гог как художник, а вместе с ним и всё искусство живописи страдает и "умирает"*  в "Едоках картофеля". И "воскресает" в ярких полотнах этого гения. Так я прочитываю для себя идею, положенную в название книги Михаила Гольдентула "Ван Гог как Христос". (Здесь приходит на память то, что этот художник сам в конце своей жизни изображает себя в "Пиете" умершим Христом.)

Что хочет донести до нас художник  этим самоотверженным шагом, не имевшим аналога в итории живописи? Попытаемся найти ответ на этот вопрос, внимательно рассмотрев картину. Двое, муж и жена,  едят картофель вилками. Жена при этом не столько ест сколько настороженно смотрит на единственного кормильца всей семьи, который явно не в духе. То ли устал, то ли чем-то расстроен. Он ест молча, в фуражке, как на работе строго.  Вся семья держится на нём. Жена ловит каждый его взгляд  понимая, что всецело зависит от него. Справа тихо сидят родители этого работника (трудно не заметить их внешнее сходство с сыном). Мать разливает дешёвый кофе по чашкам, а отец держа чашку в руке,  дует на горячий напиток.

 У стола спиной к нам стоит девочка, скорее всего дочь. Почему она стоит? Такая бедность, что для неё не нашлось стула? Нет, здесь что-то другое. Вероятно, она в чём-то провинилась. Посмотрите, как она немного опустила голову. Отец, недовольный её проступком, не спешит её отчитывать, вероятно ждёт оправданий, косясь на неё. Бабушка, опустив глаза, не вмешивается, дедушка тоже занял нейтральную позицию. Они знают своё место. Ведь сын полностью их содержит. Теперь он в доме Хозяин.

Долго не можешь сообразить, что же хотел выразить в этом молчаливом диалоге художник. Вдруг неожиданно приходит догадка: в лице этой "виноватой" девочки Ван Гог подводит к этой скудной трапезе всё современное ему общество, как бы намекая ему: Посмотрите на своего усталого кормильца, за счёт которого все вы живёте (он изображён в профиль, хоть бери и чекань на монетах вместо короля). Неужели вы не осознаёте своей вины перед ним? Посмотрите, до какой нищеты вы довели  его семью. Если вы уже не способны видеть в ближнем Христа, то научитесь хотя бы  уважать его. Вместо того, чтобы брезгливо отворачиваться от него,  научитесь  у него честно жить, питаясь от трудов рук своих.

В подтверждение своей трактовки приведу слова самого Ван Гога из его письма: «Вы видите, я действительно хотел сделать  так, чтобы  было понятно, что эти люди, которые едят свой   картофель при свете их небольшой лампы, который они вырастили своими  руками и  положили на тарелку, и таким образом  честно заработали свою  пищу своими руками. Я хотел, выразить  идею, что у них совершенно отличная от нас цивилизованных людей жизнь. Таким образом, я не хочу , чтобы кто-то восхитился или одобрял это, не понимая почему».

    2. Картина вышедшая из глубины сердца.

Подведём итог. Во-первых, сцена, изображённая на картине, благодаря её психологичности раскрывает иерархическую роль каждого в семье. Благодаря этой иерархии художник показывает  истинного кормильца современного общества.
 
Во вторых, она указывает на важнейшую социальную проблему: катастрофическую нищету труженников, на плечах которых держится благосостояние всей страны. Об этом было сказано выше.
 
В-третьих, она пытается хоть чему-то научить это общество, считающее себя христианским. На стене, над "главным героем" мы видим подобие маленькой иконы с крестом и двумя фигурами, стоящими у его подножия. Эта деталь подчёркивает, что первая проповедь  Ван Гога развивается в евангельском ключе. Художник взывает к истинному, а не показному милосердию и состраданию и даёт в этом пример не только как художник, но и как человек.

Его сердце было переполнено этими чувствами в течение многих месяцев, которые он провёл в Боринаже среди нищих шахтёров, когда он отдавал нуждающимся горнякам свои последние деньги, спускался с ними в шахту и ухаживал за рабочими, получившими травмы. Эта картина вышла из глубины его поистине христианского сердца. Но "христианское" общество отвергло её... «В список великих картин Ван Гог попадает некоторыми своими полотнами, но «Едоков» там нет» (Михаил Гольдентул). Проповедь Ван Гога была отвергнута, как и прововедь Христа. А "красивые" моменты были восторженно приняты как у Учителя так и у ученика.

Поэтому эта картина до сих пор продолжает оставаться «квинтэссенцией» отсутствия в обществе «внимания и проникновения, соучастия и сострадания», чёрной меткой, оставленной Ван Гогом в холёной руке "благородного" общества, чумным пятном на  совести  ценителей высокого искусства, живущих за чужой счёт и покупающих картины Ван Гога за миллионы долларов. Вечным укором всем не накормившим  голодных.  Вплоть до Страшного Суда. В этом смысле эта картина   поразительно   гениальна.


     3. Пшеничное зерно Ван Гога.

Более того, я думаю, что если бы Ван Гог в этой картине  не "умер"  как художник для всех эстетствующих тенденций своего времени,  то не "воскрес" бы так вдохновенно в своих картинах "Подсолнухи" (1887), "Звездная ночь над Роной" (1888), "Ирисы" (1889), "Звездная ночь" (1889), "Пейзаж с оливами" (1889), "Натюрморт с тарелкой лука" (1889) «Дорога с кипарисом и звездой» (1890), "Пшеничное поле с воронами" (1890), "Цветущие ветки миндаля" (1890),  "Церковь в Овере" (1890)...

Так необычайно ярко  в его творчестве выразилась истина Святого Евангелия: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесет много плода.» ( Ин 12:24)

Посмотрите, как щедро взошло это "умершее" зерно в "Пшеничном поле...". Так что никакие вороны не смогли ему помешать!

--------------
*  Художественной манифестацией этой "смерти" стала картина "Череп с горящей сигаретой" (1885), выполненная почти в тех же тонах, что и "Едоки картофеля".