Олл и Титуроль

Олл и Титуроль


Что бы вы сделали, если бы увидели на скамейке бульвара ребёнка шести лет?
Скорей всего, ничего.
Больший интерес могло бы привлечь объявление «Куплю вулкан в хорошем состоянии», чем сидящий на скамейке ребёнок.
Это Олл. Он совсем один. У него умный, осознанный взгляд. Он смотрит в сторону переулка, откуда должна появиться его няня миссис Ну и Ладно.
Господин Или-Или считает, что няня должна просто не потерять ребёнка. Остальное неважно. Ну и Ладно берёт Олла за руку и ведёт домой обедать.
Так могла бы начаться эта история. Но она началась совсем по-другому.
Хотя ребёнка зовут Олл. Ему шесть лет. У него есть няня. И её имя действительно Ну и Ладно. Только родители Олла очень далеко. Совсем неизвестно где. И он очень, очень хочет вернуться домой к маме и папе.
А господин Или-Или – подозрительная личность и точно не его папа.
На Олле  джинсы синего цвета, рубашка с длинными рукавами, коричневые кеды и рюкзак, в котором что-то шевелится.
Олл не может позвонить папе и маме. У него нет телефона, да и номера, по которому надо звонить, он не знает. А сейчас Олл делает всё возможное, чтобы потеряться.
- О, какой хороший малыш, - говорит, останавливаясь, Софи.
Ей уже 10 лет и она мечтает стать археологом, как дедушка. На Софи короткие зелёные брюки, порванные на коленях, полукеды на голую ногу и надетая поверх футболки рубашка. Волосы Софи удерживает ободок, украшенный белыми и голубыми бусинами.
Оллу нравится Софи, и он ей улыбается.
- Чего в нём хорошего? – притормаживает на скейте Данила. – Он как все.
Олл переводит взгляд на Данилу и тот замолкает.
Через минуту Данила встаёт на скейт и, крикнув, «Покатили», едет в сторону шумного проспекта.
Над бульваром поднимается ветер. Резкий, порывистый, он совсем не холодный, только раздражает взметающейся пылью и песком.
- Фу, - отворачиваются люди.
- Маша, Игорь, домой, - говорят взрослые детям, собирая их игрушки. - Пора обедать.
Олл снова смотрит в проулок. Ему точно нужно знать, что няня Ну и Ладно не появится. Не появится никогда.
- Пока, малыш, - улыбается Софи, и бежит догонять Данилу и Глеба. – Увидимся!
Олл оборачивается ей вслед.
В рюкзаке снова кто-то шевелится. Наконец, верёвка развязывается и из темноты рюкзака доносится голос.
- Ну что, ушли?
- Ушли, - отвечает Олл.
- Хорошо. Ждём ещё несколько минут и идём.
- Куда? – спрашивает Олл того, кто сидит в рюкзаке.
- Для начала надо скрыться. Ты маленький, а маленьких тут не замечают. Главное быть, как все. Ходить, как все, есть, как все, говорить, как все. Тут есть метро. Там много людей с рюкзаками. Только тебя вряд ли пустят одного, привлечёшь ненужное внимание.
- Я пристроюсь к кому-нибудь.
Олл знает, что говорит. И Титуроль прав: главное скрыться. От господина Или-Или, от ищеек Боба и Бони, от миссис Ну и Ладно и от пана Тумана, у которого всегда липкие ладони. Это потому что он всегда делает гадости, знает об этом и волнуется. И самое главное, нужно скрыться от мистера Жуть.
- Здесь сыр продают? – спрашивает Титуроль. Это он сидит в рюкзаке и разговаривает с Оллом. – Я хочу сыр.
- Потерпи, - отвечает Олл, направляясь в сторону главного гастронома города с простой аббревиатурой «ГГГ».
Со стороны кажется, что ребёнок просто идёт по бульвару. Он пристраивается позади чужой семьи, чтобы не вызвать ни у кого подозрения.

***

- Что значит пропал?! – громко шепчет мистер Жуть.
От этого шёпота у всех присутствующих подкашиваются колени. Люди в кабинете переглядываются и желают поскорей прекратить разговор.
- Найти! – кричит мистер Жуть, выходя из себя, что делает крайне редко.
- Найдём, - обещает Или-Или. – «Или не найдём», - думает он, боясь произносить вслух сомнения. – Вернём, - говорит он. – «Или не вернём», - рассуждает мысленно человек.
Или-Или высок, худощав. У него нависшие от бессонницы веки. Крупные уши он прячет под шляпой итальянского покроя. Волнуясь, Или-Или поправляет рукой галстук на шее. Он поправляет его почти всегда.
Тут же стоит няня Олла. Она прижала обе руки к груди и теперь, не отрываясь, глядит в окно. «Ну и ладно, - думает она, тихо вздыхая. – Убежал, так убежал».
Няня Олла миссис Ну и Ладно дама заботливая и пугливая. Как она оказалась в этой компании – загадка.
Сегодня все подозрительные личности говорят об Олле и Титуроле из Киттехела.
Самая подозрительная из всех личностей – мистер Жуть. Выглядит он совсем неплохо, можно сказать, элегантно, но мало ли элегантного ходит по свету с жутким характером и жуткими желаниями.
О пане Тумане все уже знают. У него липкие ладони и такие же липкие мысли. Он всегда закатывает глаза и качает головой, словно один понимает, что делать надо было не так. Неважно, как, но не так.
А Боб и Бони похожи на сторожевых псов. Преданны до несуразности и любят, когда их хвалят.
Вот мы и познакомились с подозрительными личностями, а почему они украли Олла с Титуролем, и почему родители ребёнка до сих пор его не нашли, расскажет сам Олл и очень скоро.

***

Олл входит в зал главного гастронома, что расположился на самом оживлённом проспекте города. На витринах, в ярких огнях сверкающей люстры лежат сыры всех сортов всех стран.
- Тебе какой? – тихо спрашивает Олл, разглядывая голландские сыры.
По мнению Титуроля, именно они являются образцом сыроварения. С ореховым вкусом и с корочкой, которая по вкусу похожа на рождественскую свечку.
- С трюфелем, конечно. И с орехами, - тихо отвечают из рюкзака.
Если присмотреться, в рюкзаке есть два небольших полиэтиленовых окошка, через одно из которых виднеется жёлтый глаз Титуроля.
- Вон тот, - вращает глазом существо, - с самого края. Полкило хочу.
- Много, - хмурится Олл. Ему же нести рюкзак дальше. – Триста грамм этого сыра, - обращается Олл к продавщице и показывает на сыр. – В нарезке.
- А деньги-то у тебя есть? – спрашивает, оглядываясь в поисках родителей, продавец.
- Конечно. Я же тут с папой, - врёт Олл. – Он в мясном отделе. Во-он, - Олл заранее выбирает подходящего мужчину.
Продавщица верит и отдаёт сыр ребёнку.
- Деньги давай, - обращается Олл к Титуролю. – Без них будут проблемы.
- Да и с ними проблемы, - замечает существо. Тем-не-менее, протягивает Оллу монету. Рука Титуроля покрыта плазменной жидкостью, а пальцы у существа длинные-предлинные, как у пианиста.
Олл подходит к кассе, кладёт на ленту сыр и протягивает на ладони монету, словно кормит голубей.
- Это что? – спрашивает кассир у ребёнка.
- Монета.
- Это монета? Нет. Я такой не знаю. Деньги нужны, мальчик. Это – не деньги. Наши, наши нужны. Тебе родители забыли дать, а в магазин послали?
Олл стоит растерянный. Глаз у Титуроля в полиэтиленовом окне быстро моргает жёлтым цветом.
- Да ты что, глупая! Это самые лучшие деньги в мире. Единственные настоящие! – грохочет из рюкзака Титуроль.
- Что ты сказал?! - Кассир выходит из себя. Глупой её называет только заведующий рыбным отделом.
- Вы извините его. Это брат так шутит. Вот деньги. Пробейте нам, пожалуйста, сыр. Нас папа с мамой ждут.
Олл поднимает голову и видит рядом с собой Софи. Та кладёт бумажные купюры, забирая монету Титуроля.
- Воспитывать надо детей, а не по магазинам их посылать, - ворчит кассир, пробивая товар.
Олл отходит от кассы. Сыр отправляется в рюкзак.
- Ну что, малыш, ты понял, что этой нумизматикой никого не убедишь? – говорит Софи, протягивая Оллу его монету.
Но вот её брови поднимаются вверх. Она удивлена и даже рот от удивления приоткрылся.
- А ну, пойдём отсюда, – Софи берёт Олла за руку. – Откуда у тебя эта монета? Как она к тебе попала? Кто ты такой?
- Много вопросов, - отвечает Олл.
Софи не уходит и терпеливо ждёт.
- Хорошо, - произносит Олл, понимая, что им с Титуролем всё равно нужна помощь. И если уж она нужна, пусть будет красивой и доброй. Такой, как Софи.
- Это тайна. И ты должна её сохранить. И ещё мне понадобится сыр.
У Софи куча свободного времени. Летние каникулы позволяют забыть на время об учёбе, а хорошая погода тянет к приключениям.
О том, что малыш не так прост Софи догадалась ещё при первой встрече. Слишком он отличается от остальных. Теперь подозрения подтверждаются.
- Так ты обещаешь, что не будешь болтать направо и налево о том, что я тебе расскажу?
- Обещаю.
- И сыр купишь?
- Ещё?
- Да. Я тебе отдам за это монету. Обмен.
- Договорились, - соглашается Софи. Она оглядывается по сторонам и берёт монету, сунув её в карман. Ни Глеба, ни Данилы поблизости нет.
Люди ходят мимо, мимо проносятся машины, и ничто не предвещает ни хлопот, ни тревог.
- Нам нужно спрятаться, - начинает рассказ Олл. – Мне и Титуролю. Он живёт в рюкзаке.
- Да, я живу в рюкзаке, - подтверждает Титуроль, чем пугает Софи.
- Говорить буду я, - Олл смотрит на рюкзак и тот шевелится медленней, словно кто-то в нём жуёт.
- Итак, - продолжает Олл, немного помолчав. – Мой папа что-то открыл.
Софи невольно хихикает.
- Поверь, малыш, не он один.
- Не мешай, а то мы уйдём и найдём кого-нибудь не болтливого.
- Всё, всё, - Софи прикладывает палец к губам, при этом её глаза явно смеются.
Олл продолжает.
- Титуроль сейчас отключил все камеры слежения вокруг нас.
У Софи снова от удивления приоткрывается рот и она непроизвольно оглядывается.
- Это продолжится недолго. Эффект непродолжителен.
- Я над этим работаю, - доносится из рюкзака.
- Поэтому будет лучше, если ты придумаешь, где нам спрятаться, а по дороге я всё объясню, - Олл с надеждой смотрит на Софи.
- Сколько у нас времени? – спрашивает она.
- Десять минут.
- Тогда к дедушке. Пошли, - Софи соскакивает со скамейки. – Успеем.
- Олл! Нам повезло с другом! – восторженно говорит Титуроль.
Софи и Олл идут дворами. Со стороны никто не догадывается, что в городе начинают происходить удивительные вещи.
- Мой папа что-то открыл, - продолжает Олл. – Прямо на концерте самых больших учёных.
- Точно на концерте? Может, на конгрессе? – спрашивает Софи.
- Может, и на нём. Не знаю.
- Там рояль был?
- Нет.
- Тогда на конгрессе, - кивает Софи.
Это почему-то для неё важно. Наверное, чтобы объяснить дедушке. Ведь он археолог, а значит внимательный и умный. А внимательные люди очень не любят противоречий. Такой у Софи дедушка.
- Так вот. Мой папа – профессор Ах – написал статью в журнале перед этим самым кон…
- грессом, - добавляет Софи.
- Да. И что-то стал доказывать другим учёным. Он писал свои формулы на доске мелом.
- Так уже никто не делает, - замечает Софи. – Мелом на доске.
- Настоящие математики делают. Они знают, как писать мелом на досках.
- Так он математик? А-а-а, ну тогда другое дело, - Софи не знакома ни с одним профессором математики и потому верит. – И что дальше?
- Дальше было так. Папа сделал открытие. Прямо при всех, там, у доски.
- Меня открыл, - не сдерживается Титуроль. – Я минусовый фотон. Минус фотон, то есть.
- Кто?
- Ты не поймёшь, вернее, поймёшь, но потом. Не об этом сейчас.
- Как не об этом! Открытие же!
- Не кричи, - оглядывается Олл. – Мы поэтому и прячемся, чтобы не закрыли открытие.
- А разве так бывает? Открытие уже не станет закрытием. Никогда.
- Да что ты! Ты вот дверь открываешь? А потом закрываешь. И ничего.
Софи на минуту задумывается.
- Ты меня всё время отвлекаешь, - говорит Олл сосредоточенно. – Так мы придём к дедушке, и что ты скажешь? Вот на улице нашла? Пусть поживёт здесь? Нет уж. Я не могу так рисковать твоим дедушкой.
- Мы не будет рисковать. Он у меня очень хороший, хоть и не математик. Он тебе обязательно поможет. Вот увидишь.
- Ладно. Нам ещё далеко?
- Уже камеры слежения включили?
- Нет. Десять минут только если мы стоим на месте. А мы передвигаемся. Так вот. Как только папа дошёл с формулами до правого нижнего угла доски, так и ахнул. Это он сам изумился, до чего дошёл. – Надо же, - сказал он, - какой титуроль получился. И тут Титуроль свалился с доски на пол. Он сперва начал стекать, как мёд, а потом свалился.
- И вовсе не свалился, а выскочил, - обиделись в рюкзаке. – Я соскочил.
- Ну да, и тут же заполз в мой рюкзак.
- Там было безопасно, - говорит Титуроль и его жёлтый глаз прячется от полиэтиленового окна в глубину рюкзака.
- Неважно, - отмахивается Олл. – Главное, что почти никто не заметил.
- Открытие никто не заметил? Не может быть! – восклицает Софи.
- Титуроля. Открытие, как раз, заметили все. Одни математики прямо столы царапать стали.
- Как царапать?
- Ногтями. От зависти. Другие папу стали поздравлять: «Ах, профессор Ах, какой вы великий учёный. Поздравляем. Вы такое открытие открыли, что ещё раз ах!» «Надо ещё всё проверить, прежде чем поздравлять, - говорили другие. Это всё теория», - и давай опять столы царапать.
- А дальше?
- А дальше, - вздыхает Олл. – Папа был очень занят своим открытием. Ему мама Облачко, - её так зовут, - сказала: не потеряй Олла. Ты такой у нас рассеянный. Формулы никуда не убегут.
- Не соглашусь, - заметил Титуроль, но его не услышали.
- А где твоя мама?
- В небе, - ведёт плечом Олл. Он останавливается и смотрит на небо. По нему голубому медленно плывут белые в кудряшках облака.
- Прости, я не знала, - извиняется Софи.
- За что? Мама стюардесса. У неё работа такая, в небе. Она много работает, а со мной сидеть некому. Вот я и езжу с папой. То к нему на работу, то на кон…
- грессы, - добавляет Софи.
- Да. На них.
- А как ты тут-то оказался? Без папы.
- Так обманули же! – от досады Олл сжимает кулаки. – Пока папу все поздравляли, ко мне подошёл человек – пан Туман. Это я потом узнал, что его так зовут, - и говорит: «Видишь, Олл, какой у тебя папа молодец, такое открытие сделал. И ты можешь ему помочь сделать ещё одно. Делать, так делать, правда? День сегодня для открытий самый лучший. А папа ведь радуется, когда у него получается что-нибудь открыть».
Я хотел его порадовать. А пан Туман и говорит: «Пойдём, принесём твоему папе ещё кусок мела, он у него кончился. А без мела, какие могут быть открытия? Тем более в математике», - и поднял указательный палец. Я поверил, взял рюкзак и пошёл за мелом. Когда понял, что меня обманули, было уже поздно. Похитители увезли меня из города сюда.
- А кто похитил?
- Мистер Жуть. Он там главный. А пан Туман обманщик, каких свет не видел.
Олл идёт и вспоминает, вспоминает и рассказывает.
Про господина Или-Или, про миссис Ну и Ладно, про Боба и Бони.
- А теперь мне надо вернуться к папе. Чтобы мама его не ругала – где Олл, что с Оллом?
- А куда надо вернуться?
- В город Жёлтых Пеликанов, конечно.
- Куда? – Софи останавливается.
- Ну, там же проходит кон…
- гресс, - заканчивает Софи слово и задумывается. С такой задачей ей одной точно не справиться. Софи это понимает.
- Но почему похитили? Зачем?
- Не знаю. Я только слышал, как мистер Жуть говорит по телефону: «Или продам, или дороже продам. А если это существо такое, каким его открыли – ха-ха-ха! – (это не я смеюсь, это мистер Жуть смеётся жутко), - я загоню всех в точку. Сожму и разожму. Жутко любопытно».
- Ничего не поняла.
- А что тут не понять? – доносится из рюкзака. – Если соединить энергию, сознание и пространство в одной точке, время уже не важно. Оно отменяется.
- Как отменяется?
- Просто. Есть время, бах и нет времени. Свернулось, развернулось. Волновые пространственные завихрения при наличии минус фотона не нуждаются во времени. Оно только мешает.
- Время мешает?! – цепенеет Софи. – А что же вместо него будет?
- Не думай об этом. Просто спрячь нас. Папа подумает и придумает, как открытие поможет людям, или не будет им мешать.
- А похитители хотят использовать Титуроля в своих целях?
- Выходит, так. Я впервые стал стабильным. Отрицательно стабильным. Правда, здорово? Я не пропадаю, как раньше. Я могу видеть себя во всех местах сразу. И вы меня можете видеть периодически целиком, - Титуроль доволен произведённым эффектом.
Софи больше ни о чём не спрашивает.
- Ну, вот мы и пришли, - говорит она. – Теперь как-то надо всё объяснить дедушке.
- Ты же сказала, он умный, - Олл смотрит на Софи с молчаливым укором.
- Да. Заходите.

***

- Деда, я пришла. И я не одна.
Софи входит в квартиру и кладёт ключи на стол. Олл топчется в прихожей, не решаясь разуться.
- Наконец-то, Стрекоза. Так дедушка зовёт Софи, свою единственную любимую внучку. – Что у тебя нового? А интересного? Небось, надоело на роликах гонять?
- Деда, тут такое дело, - Софи не решается начать и оглядывается на Олла. – В общем, у меня к тебе серьёзный разговор. Я тут гуляла с Глебом и Данилой, ну, ты знаешь, и теперь… Вот, - Софи берёт за руку Олла и вводит его в гостиную, где в кресле сидит взволнованный дедушка.
Он молчит. Он просто смотрит на Олла, на Софи и ничего не понимает.
- Ты можешь меня выслушать? Деда, нам нужна твоя помощь.
Через полчаса дедушка разглядывает монету Титуроля.
- Как археолог, я заявляю, что такой страны не было и нет. И такого сплава не существует. Но как человек любознательный, я допускаю, что у этой вещицы есть неизвестные мне характеристики.
Олл и Титуроль понимают, что дедушка Софи и правда умный, а значит шанс вернуться домой, есть.
- Я вот что думаю, - говорит дедушка, - надо пойти простым путём. Найти дом Олла и отвезти его к папе.
- Так папа в городе Жёлтых Пеликанов! - восклицает Софи.
- Нужно папу предупредить и он сам приедет. Где ты живёшь, Олл?
- В Киттехеле.
Дедушка сдвигает брови, думает, садится за стол и пытается в интернете найти город Киттехел.
- Его там нет, - предупреждает Софи. Его совсем нет. Наверное, он особенный.
- Хорошо. Но о папе-то сведения должны быть. Тем более, об открытии, как вы тут говорите. Ну вот. Есть же! – дедушка радуется, но недолго.
- Что там? – спрашивает Олл, вставая на носки, чтобы дотянуться до края стола и взглянуть на экран.
- Профессор Ах сделал великое открытие и сразу исчез. Его нигде нет,  читает дедушка и поворачивается к Оллу и Софи.
- Теперь надо искать папу, - подаёт голос Титуроль. - Только в посольство и полицию не обращайтесь. Там у мистера Жуть везде свои люди. Нас тут же найдут. А у вас сыр есть?
- Сыр! – Софи бежит на кухню и достаёт из холодильника кусок сыра. Она совсем забыла, что обещала покормить гостей.
Титуроль ест и позволяет себя рассмотреть. Он постоянно меняет внешность, и только пальцы остаются неизменно длинными – как у пианиста.
Олл грустно глядит на улицу.
- Хочешь, покажу, как может выглядеть твой мир? Без времени? – шепчет Титуроль.
И сразу за окном, куда смотрят Олл, Софи и дедушка начинается движение всего, что видит взгляд. Дома, машины, мосты, антенны, деревья, лавки, дороги – всё становится подвижным, тягучим, гуттаперчевым. Всё начинает перетекать одно в другое, образуя новые формы.
- Это какой-то хаос, - говорит Софи, пытаясь задержать взгляд хоть на чём-то, что относительно устойчиво.
- Никакого хаоса. Просто я показал отсутствие времени. Все остальные величины сохранены.
- Так не бывает, - твердит Софи. – Не бывает.
- Бывает, - Титуроль, снова став видимым, прячется в рюкзак. Монета, которой Олл хотел расплатиться в магазине, вытягивается, превращаясь в мелкие магнитные шарики, закрученные серпантином в ленту и тоже исчезает в рюкзаке.

***

А в это время мистер Жуть ходит по комнате, переходя от окна к окну. Он ходит и думает, как вернуть Олла, унесшего такое важное существо.
- Ищите. За что я вам плачу деньги?
Мистер Жуть никогда не доволен подчинёнными и считает их всех дармоедами.
- Мы проникли во все наблюдательные пункты. У нас везде свои люди. Подозрительные люди, - уточняет пан Туман. – Как Вы любите. Они сразу нас известят, если только заметят ребёнка с рюкзаком.
- Какие вы тупицы, - ругается мистер Жуть. – Я заполучил открытие. И не просто открытие, а открытие тысячелетий. Я в кулаке мог бы держать вселенную.
«Или не мог бы», - тихо думает господин Или-Или.
- А вы мне всё испортили. Нужен обычный проверенный метод. Опрос населения. Кто видел, что видел, где видел? Так просто. Обойти и спросить. Так просто всех подкупить. Ничего не умеете.
«Ну и ладно, - думает миссис Ну и Ладно. – Так надоело выслушивать вечное недовольство жуткого человека. Нужно искать новую работу, - продолжает рассуждать она. – Хорошо, что дети ещё существуют».
Словно услышав её мысли, мистер Жуть гневается.
- Терпеть не могу детей! От них одни неприятности. Все должны рождаться взрослыми. Это так просто.
У мистера Жуть всё просто. Во всяком случае, в его жутких мыслях.
Тут вбегают Боб и Бони.
- Нашли, нашли, - наперебой тараторят они. – Их видели. На бульваре.
- Кого? На каком бульваре?
- Здесь недалеко. Один квартал от дома. Около детской площадки. Ребёнок сидел один, с рюкзаком.
- Дай мне сказать, - оттесняет Бони Боба. – А Вы возьмёте меня в свои самые жуткие планы? – и, не дожидаясь ответа, продолжает. – К нему никто не подходил вначале, а потом подошла девочка. Ненадолго. Потом он снова остался один. 
- А после его видели в магазине. Он сыр покупал.
- Вот видите, мистер Жуть, мы уже кое-что узнали, - встревает Боб.
Бони и Боб толкают друг друга и хотят отличиться.
- Дальше, - нетерпеливо командует мистер Жуть.
- Дальше?
- Дальше, - повторяют, вспоминая, Боб и Бони.
- Их видели на скамейке. Олла и ту же девочку. У неё ещё дырки на коленях. По ним легко можно найти любого. У каждого человека свои дырки. Не похожие на другие. Правда, Боб?
- Наверно, - задумывается тот.
- Хоть что-то, - подводит итог мистер Жуть.
Господин Или-Или с миссис Ну и Ладно переглядываются, а пан Туман жалеет, что не он почти нашёл ребёнка с открытием. Да и что не сделал открытие сам, тоже воспринимает, как личную трагедию.
«Сперва надо найти существо, - думает он, - а уж там посмотрим, чьим оно станет».
Эта мысль так нравится пану Туману, что на его лице появляется липкая улыбка.

***

Тем временем, Очень Важный Борт летит высоко над землёй. Под ним проплывают страны и облака. На высоте пятнадцать тысяч километров в салоне у Важного Человека заканчивается томатный сок. Он любит именно томатный, когда летит, поэтому стюардесса - мама Олла по имени Облачко, торопится принести в салон новую порцию этого высокополётного сока.
Работа сделана, и Облачко возвращается обратно. Её взгляд падает на иллюминатор. Там, в голубом звенящем небе, ей машет рукой профессор Ах.
Облачко подбегает к иллюминатору и вглядывается в пролетающие облака, среди них она только что увидела своего мужа.
«Наверное, показалось, - думает Облачко. Переработала. Самолёт, усталость, высота…»
Облачко отводит взгляд и тут же решает ещё раз проверить подозрение.
Нет же! Вот он – её любимый, единственный муж. Прямо перед иллюминатором. И невероятно, как он перемещается со скоростью самолёта, стоя. А ведь это не простой самолёт, это Очень Важный Борт.
- Что ты тут делаешь? – спрашивает Облачко.
Ей везёт, потому что все на борту заняты и никому нет дела до того, что стюардесса разговаривает, глядя в иллюминатор.
- Где Олл? Почему он не с тобой? – спрашивает она. – Хотя, может, и лучше, что не с тобой.
Облачко от ужасной догадки закрывает рот ладонью.
- Ах, мой милый Ах! Как же так? Что с нашим ребёнком? Что с тобой? У тебя всё в порядке?
- Не волнуйся, дорогая. Всё хорошо, - читает по губам Облачко. – Я сделал великое открытие. И все видели, как я его сделал.
- Ты поэтому здесь? – не понимает Облачко. – Ты хотя бы жив?
- Конечно, дорогая. Я сам не ожидал. Работал, работал… Всё, как обычно. Я даже никого не видел вокруг.
- Вот в это верю, - качает головой Облачко. – Ты редко кого видишь, когда думаешь об открытиях. Где наш Олл? Скажи, что с ним? И что ты делаешь здесь? Один?
- Я же тебе говорю, - торопится профессор Ах. – Я работал и вдруг доска закончилась, а он вывалился.
- Олл? – пугается Облачко и её лоб упирается в иллюминатор, словно из салона самолёта можно разглядеть, куда подевался сын.
- Ты только не волнуйся, - говорит профессор Ах. – С Оллом всё в порядке. Наверное.
И вот уже Облачко не может разглядеть мужа в массе облаков, что нагромождением уходят далеко-далеко к горизонту, превращаясь в грозные тучи. Но тут профессор Ах снова появляется. Он стоит у иллюминатора напротив Облачка и посылает ей воздушный поцелуй.
В этот момент высокий человек в фуражке, которого зовут Марк, докладывает Важному Человеку о непредвиденной ситуации.
- Наш полёт проходит на высоте пятнадцать тысяч километров. Температура за бортом минус семьдесят два градуса, но есть одно Но, - Марк запинается и, подумав, добавляет. – Вернее, один Но. Неопознанный объект.
Это профессора Аха всё-таки заметили. Кроме Облачка его видит весь экипаж Очень Важного Борта.
- НЛО? – спрашивает Важный Человек.
- Я бы так не сказал.
- Марк, говорите яснее.
- Конечно, - кивает тот. – Докладываю. Слева по борту находится неопознанный объект. Так как он просто стоит перед иллюминатором и не машет крыльями или чем-то подобным, нельзя назвать его летающим. Объект похож на человека. В другой ситуации я бы сказал «человек за бортом» и предложил бы его спасти. Но поскольку мы не в море и морские законы не распространяются на воздушные суда, я предлагаю его сбить. Но, конечно, аккуратно, чтобы наш Очень Важный Борт при этом не пострадал.
- Что вы! Что вы! – машет руками Облачко. – Его нельзя сбивать. Это мой муж. Он математик.
- И что? – спрашивает Марк. – Если математик, может летать, где ни попадя?
- Но он очень талантливый математик. Он сделал открытие.
- Вполне возможно. Но сейчас он угрожает Очень Важному Борту. Возле него нельзя находиться. Даже математикам и даже талантливым. Если Ваш муж не уйдёт от самолёта, мы вынуждены будем принять меры.
- Он уйдёт, - отвечает Облачко.
Она просит мужа ждать её дома и проследить, чтобы Олл не ел на ночь сладкого.
Профессор Ах обещает и машет Облачку рукой. Уже через секунду он исчезает вдалеке среди дождевых туч.
Под шуршание утренних газет в салоне продолжается неторопливая беседа.
- А почему он вообще летает? То есть стоит в небе напротив нашего самолёта. Вас не смущает наша скорость, Марк? И может ли он так стоять возле любых самолётов? – рассуждает Важный Человек. – И почему он не замёрз? Какая, вы говорите, за бортом температура?
- Минус семьдесят два градуса. На тот момент.
- А сейчас?
- Уточню.
Марк возвращается через две минуты, докладывает.
- Минус семьдесят один градус по Цельсию.
- Ну да, это существенно. И всё-таки, почему он здесь появился? Один, в рубашке. На нём ведь даже пиджака не было, Марк?
- Никак нет, - Марк начинает волноваться. Он находит себе оправдание одновременно предлагая план действий.
- Мы всё равно не смогли бы его впустить. Это привело бы к авиакатастрофе. А я, как ответственный за безопасность, не допускаю такого развития событий. У меня есть предложение. Чтобы окончательно выяснить, не было ли появление математика за бортом случайным стечением обстоятельств или массовой оптической иллюзией, мы приземлимся и займёмся поисками этого профессора математики, тем более, наша стюардесса Облачко утверждает, что он её муж.
- Конечно, - кивает Важный Человек и берёт бокал с бурбоном. Томатный сок всё-таки закончился, а лететь ещё целый час.
Аромат курицы проходит по салону самолёта, обволакивая запахом подливки из белых грибов. Накрахмаленные салфетки готовятся услужить Важному Человеку, а блеск ножа и вилки окончательно его успокаивает.
Важный Человек охотно верит в оптический обман. В него же верит и Марк. Потому что если в это не верить, нужно отвечать на множество вопросов, а это неудобно, находясь на высоте пятнадцать тысяч километров над землёй.

***

Мы снова в городе, где Бони и Боб сбиваются с ног, пытаясь найти Олла и Титуроля.
А между тем, мистер Жуть предпринимает самые жуткие ухищрения, на которые способен его холодный расчётливый ум. Он обращается к подозрительным людям на телевидении и в тот же день на всех каналах появляется новость о бедном пропавшем мальчике.
- Единственный родственник, добрейший дядюшка очень переживает о судьбе своего пропавшего племянника и его зверушки, - говорят с экранов во всех новостных программах.
- Это кто зверушка? Это я зверушка? – возмущается Титуроль. Он очень сердит и не собирается это скрывать.
А с экрана продолжают призывать добропорядочных граждан проявить милосердие и сообщить всё, что известно о племяннике его обезумевшему от горя дядюшке за весьма внушительное вознаграждение.
Номер телефона, по которому нужно звонить, ярко горит призывным алым цветом.
Но Бони и Боб ещё об этом не знают. Они останавливают прохожих и задают им одни и те же вопросы.
- Вы видели мальчика лет шести с рюкзаком на спине?
- Вы видели рядом с ним девочку лет десяти с дырками на коленях?
- Куда они направились? В какую сторону?
Боб останавливает велосипедиста и пытается выяснить, что тому известно.
- Вы, я вижу, обеспеченный человек, - начинает разговор Боб. – У вас новый велосипед. И быстрый, наверное. Может быть, вы видели здесь двух детей с рюкзаком и дырками на коленках?
Велосипедист не очень рад, что его остановили.
- Я тороплюсь, и мне нет никакого дела до чужих рюкзаков и дырок. Если только…, - он замолкает и выжидательно смотрит на Боба.
- Да, - соображает Боб. – Конечно. Информация стоит денег. Иначе как бы существовал этот мир.
- Вот именно, - соглашается велосипедист.
Он берёт деньги у Боба и уезжает.
- А информация?! – кричит Боб, удивлённый, что его обманули.
Но догнать велосипедиста уже не может, у того новый велосипед, а у Боба только две ноги.
Бони везёт несколько больше. Он преграждает путь пешеходу. Тот идёт не торопясь и Бони, подстраиваясь под его шаг, пытается вступить в диалог.
- Добрый день, - говорит он.
Пешеход перекладывает зонт-трость в другую руку подальше от Бони.
- Если вас не затруднит, не могли бы вы ответить на вопрос. Я тут впервые в вашем ошеломительном городе.
Пешеход проявляет интерес. Ему самому очень нравится его шумливый, суетливый, огромный, жизнерадостный город.
- Столько людей и все такие отзывчивые, - продолжает втираться в доверие Бони. – Как вы. Мне так повезло, что я вас встретил. Подскажите, где здесь самое красивое место, чтобы я смог показать его своим детям? У меня мальчик шести лет и девочка десяти.
- Я рекомендую Песочницу Лунных Обелисков, - советует пешеход, останавливаясь. Его зонт упирается в сторону дороги. – Проедете шесть остановок, выходите. Затем идёте вдоль аллеи, переходите на другую сторону, садитесь в любой трамвай, вам всё равно ехать одну остановку, снова выходите. Будет ещё одна дорога, её строят, не обращайте внимание, идите прямо, и через километр-два будет удивительное по красоте место – сплошной песок.
- Это точно красиво? – спрашивает Бони, плохо представляя изумительность места.
- Вам же нужно удивить своих детей? Или нет? Что вы мне голову морочите? – готов возмутиться пешеход. – Что за гости у нас приезжают? Ни выдумки, ни фантазии. Подавай им фонтан и всё. И где вообще ваши дети? Я их тут вокруг не вижу. Вы лгун? Вы хотите меня обокрасть? У вас поблизости подельник? – пешеход оборачивается и начинает звать людей в свидетели. - Вы только посмотрите, у нас в городе появились прохвосты!
Люди, отдыхающие в сквере на лавке, начинают оглядываться. Пешеход показывает тростью-зонтом на Бони и водит кругом, пытаясь найти сообщника.
- Мало того, что к нам приезжает множество порядочных людей, так ещё и подозрительные личности ходят средь бела дня!
- Вот правильно, - подхватывает слова пешехода дама в жёлтом с лопухами платье. Её шляпа с большим оранжевым цветком качается в знак согласия. – Столько подозрительных личностей. Тут ещё один ходит, всё про детей расспрашивает. Это, наверняка, нарушители закона. нужно вызвать полицию.
Бони и Боб быстро идут в сторону ближайшего проходного двора. Им совсем не нужно внимание горожан. У них другие планы. Еле унеся ноги от бдительных людей, подручные мистера Жуть садятся на лавку.
Так случается даже в реальных историях, а не только в сказках – они слышат разговор известных друзей Софи – Глеба и Данилы.
- Я тебе говорю, его ищут. Похож! Шесть лет, рюкзак.
- Мало ли у кого рюкзак в шесть лет, - отвечает Глеб. – Вон их пруд пруди.
- Но такой один. Сколько за него дают?
Бони и Боб прислушиваются, останавливая друг друга, чтобы не закричать от радости. Удача на их стороне.
- Пошли ещё покатаемся, - предлагает Данила. – Скоро домой, я идти не хочу. У меня там отец. Снова заставит чего-нибудь делать.
- А я есть хочу.
- Ну и пошли, - уговаривает Данила. - Позвоним, заработаем. Я поторгуюсь ещё.
Боб и Бони еле сдерживают смех.
Торговаться с мистером Жуть очень наивно. Они-то знают.
- Пошли за Софи зайдём. Она ребёнка тоже видела. Назвала его хорошим. Только чего в нём хорошего?
- Это Олл. Точно, - шепчет Бони Бобу.
- Повезло, - отвечает Боб. – Только бы не потерять их из виду.
- Глеб! – кричит из окна мама Глеба. – Иди домой. Обедать пора.
- Не успели. Говорил тебе, поехали кататься, - ворчит Данила.
- Да ладно, выйду через час. Сгоняем на Соломенную Горку.
- Иди. Я тут буду, - Данила знает, что если придёт домой на пять минут, останется до вечера. А ему очень не хочется помогать родителям. Это скучно.
Глеб убегает в подъезд, а Данила усаживается на карусель. У всех обед и во дворе кроме него и нескольких взрослых, включая Боба и Бони да соседской собаки, никого нет. Карусель скрипит и медленно крутится. Данила лениво отталкивается от земли ногой.
- Говорю же, я видел этого ребёнка. Да. Шесть лет и рюкзак у него был, - разыгрывают сцену Боб и Бони.
Они затеяли обманом вытянуть информацию, надеясь, что Данила тут же побежит звонить по телефону из новостей.
- Я позвоню и нам дадут много-много денег, - продолжает Бони, как бы не замечая Данилу. Но говорит так, чтобы мальчик всё слышал. Каждое слово.
- А что ты купишь на эти деньги? – спрашивает Боб.
- Сперва нужно подумать о дядюшке, обезумевшему от горя. У него же пропал любимый и единственный племянник. А уж потом думать о вознаграждении.
- Да-да, - соглашается Боб. – Так что ты купишь на эти деньги? На свою долю? Мы же вместе нашли ребёнка с рюкзаком. Значит вознаграждение поровну. Вот если бы ты один его нашёл, тогда, да, все деньги тебе. Это справедливо.
- Поровну, поровну, - притворно ворчит Бони, делая вид недовольного человека.
- Ты всё-таки жадный, Боб. Я же его первым увидел.
- Я не жадный, а справедливый. Ты увидел ребёнка, а я увидел, куда он пошёл, и, возможно, где он сейчас. Надо звонить. Иначе ещё кто-нибудь его увидит и нас опередит. И все деньги достанутся не нам. А я уже лодку присмотрел и водолазный костюм. А ещё я хочу заняться дайвингом.
Бони и Боб достают мобильный телефон, делая вид, что собираются звонить.
- Погоди, давай сперва поедим, - предлагает Боб. – У меня желудок ноет. Успеем позвонить.
Данила слушает очень внимательно. Ему не терпится первому рассказать о том, что знает. Он торопливо направляется в тень, на ходу доставая телефон.
- Попался? – ухмыляется Боб.
- А то, - кивает Бони.
Они заворачивают за угол. Но не для того, чтобы идти обедать. Они наблюдают за Данилой.
Тот, не колеблясь ни минуты, набирает «алый» номер.
- Алло! – говорят на другом конце холодным голосом. – Страдающий дядюшка вас слушает.

***

- Надо уходить. Нельзя подвергать опасности Софи и её дедушку, - совещаются Олл и Титуроль.
- О какой опасности речь? Что с нами случиться?
- Мы не думали, что нас будут искать через телевизор, - говорит Олл.
- Перестаньте, мы что-нибудь придумаем. Даже если кто-то и видел ребёнка шести лет с рюкзаком одного без родителей, не каждый догадается, что у него в рюкзаке, это раз, и где он сейчас, это два.
Титуроль молчит. Только его жёлтый глаз мигает в полиэтиленовом окне рюкзака.
- Если рассудить, Титуроля никто никогда не видел, кроме нескольких людей. Это уже неплохо. Жители города будут сообщать о каждом ребёнке. Может, похитители оставят идею найти вас на какой-то срок. А мы выиграем время. Хотя бы найдём родителей Олла.
Внезапно звонят в дверь. Звонок разливается соловьиной трелью, но от неожиданности Олл вздрагивает.
Софи смотрит в дверной глазок.
- Это Глеб, - успокаивает она. – Заходи. Мы тут Олла спасаем.
- Кого? – не понимает Глеб. Он видит Олла, дедушку и рюкзак, который шевелится на диване в гостиной.
- А-а, пацан, привет. Тебя же ищут.
- Вот именно, - шепчет Софи. – Не кричи. Напугаешь его, а он и так напуган.
- Не, ну вообще я позвать тебя зашёл. Там Данила ждёт. Мы на Соломенную Горку собрались. А Данила хочет позвонить по телефону дяде вот этого мелкого, - Глеб показывает в сторону Олла.
- Зачем?! – одновременно восклицают дедушка и Софи.
- Оллу грозит опасность. У него нет никакого дяди. Это преступник. Он украл ребёнка. Украл. Олл от него сбежал, - Софи пытается короткими фразами объяснить Глебу череду событий.
- Ну, мы не знали. В телевизоре сказали «любящий дядя скорбит, тоскует».
- И вознаграждение хорошее, да? – смотрит Софи с укором.
- Да-а-а-а, - протягивают с дивана.
- Кто это? – отступает Глеб, не ожидая, что ползущий в его сторону рюкзак умеет разговаривать.
- Титуроль. Папино открытие, - отвечает Олл, и в отчаянии смотрит на дедушку.
Тот берёт ситуацию в свои руки. Они у него, как у археолога, большие и сильные.
- Так, - говорит дедушка. – Для начала нужно убедиться, что наши гости в безопасности, значит надо узнать, успел ли Данила позвонить дяде-не дяде.
- Понял, - отвечает Глеб и тут же набирает номер телефона Данилы. – Занято, - Глеб рассеянно глядит на Софи. – Я быстро! – Он выскакивает из подъезда и бежит во двор.
- Будем держать оборону, - дедушка обдумывает все возможные варианты и идёт к холодильнику.

***

В это время в доме мистера Жуть от тишины расползаются даже пауки. Можно слышать, как звенит их паутина.
Тяжёлые серо-голубые портьеры похожи на кулисы театра, а на обитом бледно-зелёном с высокой спинкой диване восседает пан Туман.
Боб и Бони не могут сдержать радость. Они хихикают и уверены, что хозяин будет ими доволен. А значит, награда вот-вот настигнет их и повышение по службе обеспечено.
Наконец, мистер Жуть появляется из дальней комнаты.
- Что? – спрашивает он Боба и Бони.
- Всё сделано, - рапортует Боб. – Ребёнок найден. Мы знаем, кто знает, где он.
- Яснее, - пресекает веселье мистер Жуть.
- Вам звонили по телефону. Мы всё подстроили. Мы обманули мальчишку, и он при нас стал Вам звонить.
Долгое молчание уносит радужное настроение Бони и он решается уточнить.
- Вам же звонили по поводу ребёнка?
- Звонок был. Но никто ничего не сказал. Вы – болваны. Почему не позвонили сами?
Боб и Бони пятятся к стене. Они чувствуют, что их великолепный план терпит фиаско, а почему, пока не ясно. Им совсем не понятно, что случилось, и почему Данила отказался от идеально подстроенной интриги.
- Мне нужно найти звонившего мне полчаса назад человека, - между тем говорит в трубку мистер Жуть. Его голос спокоен и холоден, как лёд Антарктиды. – Мне всё равно, как вы это сделаете и какие для этого нужны разрешения. Я не спрашиваю, для чего вы носите по ночам цилиндр, а вы его носите и мне это известно. Надеюсь, вы понимаете последствия? Я поставил перед вами задачу. Выполняйте.
Мистер Жуть смотрит в сторону Боба и Бони.
- Где этот дом?
- Мы можем показать
- Пан Туман, выйдите уже, наконец, - говорит мистер Жуть раздражённо. – Мне нужна карта.
- Сию минут, - накланяется пан Туман, обходя неудачников.
Карта города ложится на стол.
- Вот, - показывает Бони.
- Тут, - подтверждает Боб.
- Запоминайте, пан Туман. Эти двое – отработанный материал.
- Материал, - оседает в кресло Боб.
- Отработанный, - подкашиваются колени Бони.
- Мы всё исправим, честно-честно, - просят они мистера Жуть. – Мы всё отследим. Мы кого угодно найдём. Дайте нам шанс. Пусть он будет самым жутким, пусть он будет самым последним, но пусть он будет.
Боб и Бони не оставляют надежду, а мы их пока оставим.

***

- Вот чуял, что эти двое неспроста пели, - Данила хлопает ладонью по скамейке.
- Так ты звонил? – допытывается Глеб, пока они идут к подъезду.
Уже в квартире, где собрались все, кто вольно или невольно оказался втянут в эту историю, Данила рассказывает, как было дело.
Оказалось, что холодный голос мистера Жуть (а это был он) никак не совпадал с описанием горюющего и отчаявшегося дядюшки. Это и остановило Данилу от дальнейшего разговора.
- Интуиция, - говорит дедушка.- Это хорошо. Но я чувствую, дело не закончено и скоро стоит ждать гостей.
- Может, позвонить родителям? – спрашивает Софи. – Они вывезут Олла на дачу. Там будет безопасно.
- Нет, - дедушка качает головой. – Пока мы будем объяснять всё твоим родителям, упустим время. – Как зовут твою маму? – спрашивает он Олла.
- Облачко. Она стюардесса. И должна вернуться уже. А меня нет.
Олл не выдерживает и начинает плакать. Он плачет очень тихо, без всхлипов. Просто из глаз текут слёзы, и он вытирает их рукавом.
- Ты чего, мелкий? – Глеб закрывает Олла собой. – Ты же пацан. Не плач. Мы тебя не дадим в обиду.
- Точно, - говорит Данила. – Ты же герой. Сумел сбежать. Это главное. Мы найдём твоих родителей. Обещаю.
- Всё будет хорошо, Олл, - поддерживает дедушка. – Мы сделаем всё возможное, чтобы ты вернулся домой.
- А вот и гости, - говорит Софи, выглядывая из окна пятого этажа.
Во двор дома стягивается много подозрительных людей в одинаковой одежде. На выезде из двора стоит большая машина, похожая на автобус с тонированными окнами.
- Дети, - обращается дедушка к собравшимся. – Вы голодные? Думаю, вам стоит подкрепиться. Что мы и сделаем. А сперва вам нужно успокоить своих родителей. Не люблю вводить людей в заблуждение, но иногда это лучший способ избежать больших неприятностей. Данила, Глеб, звоните своим мамам. Скажите, что у вас всё хорошо. Где вы бываете часто?
- На Соломенной Горке. Мы там катаемся.
- Прекрасно. Что вы на Соломенной Горке и будете вечером. Вы уже поели. О Софи ни слова. Понятно?
- Да.
- Действуйте.
Пока Глеб и Данила созваниваются с родителями, Титуроль доедает сыр.
- Перед таким важным событием нужно обязательно быть сытым. Потому что штурм может оказаться продолжительным, - рассуждает он. – Любая осада оканчивалась поражением только в одном случае – по причине отсутствия запаса продуктов. Дедушка не даст соврать. Не дадите? – жёлтый глаз поблёскивает в темноте рюкзака.
- Это самое популярное объяснение, - соглашается дедушка. -  Есть ещё ряд факторов, но этот считается основным.
- Деда, - Софи нетерпеливо тормошит того за рукав. – Потом про осады поговоришь. – Нам что делать? Сейчас.
- Ждать, - дедушка идёт к приоткрытому окну и тоже вглядывается в происходящее во дворе. Приготовление к штурму идёт полным ходом.

***
Мистер Жуть любит свой тенистый сад. Там он летом обедает, ужинает, а на широкой террасе прячется от солнца. Сад выходит в переулок, куда ещё совсем недавно с Оллом выходила для прогулок миссис Ну и Ладно.
- Мне нужны данные по всем жильцам этих домов, - отдаёт распоряжение мистер Жуть.
- Но это как бы незаконно, - поправляет его господин Или-Или.
- Я что, консультируюсь у вас по вопросам законности? – мистер Жуть возмущён. Он поднимается со своего кресла на террасе и нависает над столом, облокотившись об него руками.
Или-Или вжимается в стул. Учитывая, что человек и так сидит на краешке, так чуть не падает от страха.
- Да-да, - говорит он. – Я всё найду, всё добуду. У нас же есть интернет, есть специальные программы для узнавания данных обо все живущих во всём мире в любом доме: о людях, о собаках, о кошках, о мышках, о попугаях…
- Хватит! – злится мистер Жуть.
Или-Или падает со стула.
«Или умру сейчас, - думает он. - Или потом. Лучше всё-таки потом».
Или-Или молча уговаривает себя исполнить волю мистера Жуть и понимает, что всему приходит конец. Он не хочет, не может, не желает больше работать у этого жуткого человека.
«Жизнь у каждого одна, - думает он. – Или, так сказать, или».
- Я сделаю всё, что смогу, - говорит упавший вслух, обращаясь к хозяину кабинета.
Мистер Жуть показывает пальцем на дверь. Он уверен, что Или-Или выполнит его волю и в этот раз.
Или-Или принимает решение. Буквально за пять неприятных минут. Он сбегает от мистера Жуть. И куда направляется? Конечно, во двор, в котором должны развернуться почти боевые действия по изъятию ребёнка для передачи его страдающему дядюшке.
«Никогда не поздно исправить ошибки, - считает господин Или-Или. – как жутко, как страшно должно быть Оллу. Маленькому мальчику, обманутому подозрительными личностями».
- Вот именно, - поддерживает коллегу миссис Ну и Ладно. Она тоже оказывается сбежавшей из странного особняка, который находится в проулке у бульвара.
- Как много людей ходят мимо, и ничего не знают, - говорит Или-Или.
- Да-да, - соглашается миссис Ну и Ладно. – Но если бы люди знали, что в таком снаружи прекрасном доме творятся такие жуткие вещи, думаете, они стали бы счастливее? Нет. Они бы нисколечко не обрадовались. Давайте лучше поможем Оллу. Он совсем один. И ему, наверняка, очень страшно.
- А что делать? – Или-Или совсем теряется. Он никогда ещё не уходил с работы. И даже никогда на неё не опаздывал.
- Я вот что предлагаю.
Миссис Ну и Ладно знакомит Или-Или со своим планом.
- А что, - отвечает тот. – Может быть, Вы и правы. – Я, конечно, не герой. У меня на героизм особая серпантинная аллергия.
- А такая есть? – удивляется миссис Ну и Ладно.
- Конечно, - закидывает голову Или-Или. – Именно серпантинная. У меня она с детства. Как только возникает рядом героический поступок, так бах – аллергия. И никаких тебе геройств.
- Надо же, - качает головой миссис Ну и Ладно, поправляя очки. – Тогда нам тем более нужно быть осторожными, чтобы Ваше здоровье не пострадало.
- Да-да, я страдать совсем не люблю. А в последнее время только этим и занимаюсь. Но мы отклонились. Вы идёте направо, я – вперёд. И будь, что будет. Или победим, или… Даже не хочется об этом думать.
- Ну и не думайте. А то ещё что-нибудь неприятное надумаете. А неприятное обязательно сбывается.
Миссис Ну и Ладно отключает телефон и выбрасывает его в реку. Вслед за ней свой телефон выбрасывает Или-Или, но забывает его отключить.
Впервые за последние полгода Или-Или улыбается. По-детски безмятежно и светло.

***

В дверь к дедушке Софи снова звонят. Все переглядываются и замирают.
- Откройте, - громко шепчет миссис Ну и Ладно. – Я продукты принесла. И сыр.
- Сыр! – радуется Титуроль.
- Кто это? – спрашивает Софи.
Олл залезает на табурет и смотрит в дверной глазок.
- Это моя няня.
- Нас нашли. Они решили выманить Олла продуктами. Молчим, - предлагает Глеб. – Нас не купишь какими-то там сырами.
На эти слова Титуроль обижается и, ворча, снова исчезает в рюкзаке.
- Не бойся, Олл, - говорит в замочную скважину миссис Ну и Ладно. - Никто не знает, что я тут. Мы с Или-Или убежали от мистера Жуть. Мы хотим тебе помочь.
- Она была хорошей, - говорит Олл, слезая с табурета.
- Какая же она хорошая, если работала у жуткого человека? – Данила считает, что дверь открывать ни в коем случае нельзя.
- Пустите меня скорей. Молоко портится, творог скисает, - просится миссис Ну и Ладно.
У неё такой жалостливый вид, что дедушкино сердце таит. К тому же он разглядел три пакета продуктов. Ими можно заполнить весь холодильник и продержаться до прихода помощи. А помощь, как считает дедушка, непременно подоспеет.
- Будем рисковать, - говорит он и решается открыть дверь.
- Ой, не надо, - закрывает глаза Данила, уверенный, что всё плохо кончится.
Но нет. Миссис Ну и Ладно входит в квартиру с пакетами, наполненными продуктами. Она рассказывает обо всём, что ей известно, при этом по-хозяйски раскладывая морковь, творог, яблоки, муку, всякую мелочь вроде яиц.
- Ты же совсем голодный, Олл, да? А твоё существо?
- То-о-оже, - тянет Титуроль из рюкзака. – Существо хочет сы-ы-ы-р. Существо не ело  с самого утра.
- Не ври, - говорит ему Олл. – Ты слопал сыр полчаса назад.
- Это не считается.
- Очень даже считается.
- Не спорьте, - пресекает дедушка возникшую перепалку. – Нужно придумать, как из всего этого выбираться. Говорите, мистер Жуть не отступит?
- Нет, - миссис Ну и Ладно серьёзна, как никогда. – Он задумал что-то очень жуткое. И главное, ему все верят. Что он и вправду дядюшка Олла и потерял своего племянника – «единственную опору приближающейся старости», - цитирует она слова мистера Жуть. – Он даже пресс-конференцию собрал. И ещё призвал общественность защитить его от произвола похитителей племянников.
- Как же нам найти твоих родителей, мальчик? – рассуждает вслух дедушка. – Глеб, Софи, что там в новостях, приземлился самолёт? У нас не так много Очень Важных Бортов.
- Вы ищите, а я приготовлю всем что-нибудь вкусное, - предлагает миссис Ну и Ладно. Она очень волнуется и чтобы не подавать вида, начинает готовить.
Тут с улицы раздаётся протяжный вой, после которого в громкоговоритель всех жителей четырёх многоэтажных домов призывают выглянуть в окна.
- А что происходит? – спрашивают люди друг друга.
- Это какие-то ученья? – интересуются прохожие. – Почему они должны глядеть в окна? Это игра какая-то? А какой приз?
- Проходите мимо, граждане, - торопится главный племянниколов.
Ему поручено выяснить, где скрывается Олл. И ему же поручено привести ребёнка  к дяде, не забыв рюкзак, который дядюшке также дорог, как и любимый племянник.
- Граждане, не слушайте никого, не выглядывайте в окна, - призывает житель двести семнадцатой квартиры. – Призов не будет!
- Как вам не стыдно, гражданин? Вы становитесь на сторону воров, которые среди бела дня крадут племянников у добропорядочных дядей. Все знают, как жутко страдает мистер Жуть. Уйдите с балкона, не смущайте людей.

***

- Где этот проклятый Или-Или? Ничего поручить нельзя, - сокрушается в это время мистер Жуть.
Он ждёт новостей от подчинённого. Ему нужен точный адрес Данилы. Будет он – будет и Олл. С самым важным и самым дорогим открытием. А оно необходимо для жутких планов.
- Я слушаю, - наконец говорят в ответ на телефонный звонок. Но голос приглушён и отвечает невнятно. – Слушаю, алло!
- Где ты торчишь? Я когда дал задание? – мистер Жуть начинает злиться не на шутку.
- Вы ошиблись номером, - продолжает всё тот же голос.
- Или-Или? – уточняет мистер Жуть.
- Или чего? – не понимают на другой стороне.
- Ты где взял телефон, дурак? – срывается мистер Жуть.
- Сам дурак. Телефон мой, - кричат в ответ. – Я его нашёл. Значит мой.
- Где нашёл?
Но на это ему уже никто не отвечает. Впервые мистеру Жуть никто не отвечает на его вопрос.
- Это что сейчас было? Что происходит? – Мистер Жуть на секунду шокирован.
Его лицо бледнеет, сникает, как печёное яблоко, глаза наливаются красным, а рука, сжавшая до побелевших костяшек пальцев стакан в водой, тихо опускается на стол.
- Спокойно, Жуть, спокойно. Всё под контролем. Кроме этого момента, всё под полным, безоговорочным контролем, - он делает вдох, выдох, снова вдох и, посмотрев на потолок, приходит в своё обычное жуткое расположение. – Пан Туман.
- Сию минут, - возникает тот в дверном проёме.
- Какие известия?
- Самые благоприятные для нас. Место найдено. Почти обездвижено. Осталось только найти квартиру, в которой скрывается ребёнок. Это дело времени.
- Вы должны взять под контроль происходящее. Кругом тупицы. Все тупицы.
- А я? – пан Туман никак не относит себя ко всем остальным.
Но мистер Жуть игнорирует вопрос. Он задаёт свой.
- Что говорят в новостях?
- Только то, что Вы разрешили. А почему нельзя было сделать всё…, - пан Туман запинается на минуту, - сделать всё тихо? Нанять специалистов, так сказать.
- Узнаю вас, - усмехается мистер Жуть своей жуткой улыбкой четвёртого номера.
У него их восемь. Отрепетированных, жутких улыбок. Четвёртую он использует не так часто, поэтому она всегда выглядит ломаной и оттого особенно жуткой. – Вам всегда удаётся напустить тумана.
Пан Туман довольно хихикает.
- Нам нужно убедить людей в том, что украли у нас, а не мы, тогда люди с удовольствием встанут на наше сторону и беззаконие великолепным образом превратиться в законность. В данном случае желание многих и есть закон. Всё просто. Страдающий дядя. Масса верящих ему людей. Они призывают отдать ребёнка во имя милосердия, сострадания и справедливости. Разве это не прекрасно?
- Жуть, как прекрасно, - пан Туман восхищён. - А что делать с журналистами не из новостей?
- Откуда они?
- Говорят, из передачи. Какой-то передачи про семью.
- Следить. И ничего пока не предпринимать. Посмотрим по ситуации.

***

- Над домами кружат вертолёты, один из которых пожарный. Хотя ничего не горит и не собирается гореть. Мы видим, что город Нетто-Брутто переживает какое-то драматическое событие. Пожелаем его жителям терпения и выдержки.
- Куда не переключишь, везде одно и тоже, - заключает дедушка и выключает телевизор. – Что там с Очень Важным Бортом? Он здесь?
- Можно сказать, да, - отзывается Софи, продолжая искать информацию в интернете. – Важный Человек будет в нашем городе проездом. В Нетто-Брутто он встретится вместе с другими Важными Людьми. Они посетят зоопарк.
- Почему зоопарк? – дедушка удивлён.
- Может там им никто не мешает?
- Хватит предполагать, - прерывает беседу миссис Ну и Ладно. – Дети, садитесь за стол. Всё готово.
Вкусный запах еды давно не даёт покоя, поэтому просить дважды не нужно. Олл, Глеб, Софи и Данила усаживаются за большой стол.
- А вы, дедушка? – запинается миссис Ну и Ладно, краснея.
- Для Вас, Птах. Просто Птах. Хотя коллеги добавляют к моему имени слово «археолог».
- Птах? Какое имя…, - миссис Ну и Ладно прижимает поварёшку к груди.
- Это имя – символ Древнего Египта, видите ли. Птах – покровитель ремесленников.
- А мы есть будем? – напоминает Титуроль. – Где мой сыр? Мне нужен сыр. Самый настоящий. Вкусный. Вот недавно пан Туман оставил один на столе, так его есть невозможно. Словно пластмассовый поднос жуёшь.
- Он, наверное, испорченный был.
За столом завязывается беседа.
Титуроль продолжает рассуждать, наблюдая как миссис Ну и Ладно несёт ему из холодильника нарезанный кусок сыра.
- Хорошие сыровары готовят хороший сыр. Вот и всё, - подводит итог Титуроль. Лучшее молоко свёртывают особым сычужным ферментом.
- Каким ферментом? – оборачивается Софи.
- Сычужным. Потом прессуют сгусток и дают сырам созреть. И это вам не три дня. Это не пакет полиэтилена выдуть. Сыр должен зреть год. А лучше - три.
- Пока я ем, я глух и нем, - командует миссис Ну и Ладно.
Дедушка довольно смотрит на детей. Сегодня их не нужно заставлять что-нибудь съесть.
- Так, - говорит миссис Ну и Ладно. – Сегодня у нас салат из огурцов, перловый суп с грибами, тефтели из телятины под молочным соусом с картофельным пюре и компот с изюмом. Он очень полезный и вкусный. Чуть позже будут готовы блинчики с вишнёвым вареньем. Это если кто-то не наестся.
Всё звучит волшебно, и, несмотря ни на какие громкоговорители и призывы выглянуть в окна, в доме дедушки Софи начинается обед.
- Всем подойти и выглянуть в окна, - уставшим голосом говорит рупор. Его мало кто слушает, а если и выглядывают, то исключительно из любопытства.
- Надо сделать паузу, - советует один из одинаковых людей. Он стоит ближе всех к громкоговорителю и у него уши устали слушать призывы к жителям домов. – У всех сейчас обед, - добавляет он.
- Что значит обед? – главный племянниколов не желает мириться с человеческими слабостями. – В то время, когда мы почти нашли воров, люди вздумали обедать? Возмутительно.

***

А в это время на другом краю города на аэродроме, стюардесса Облачко звонит своему мужу. Она очень волнуется за сына. Профессор Ах так и не сказал, что произошло на конгрессе и почему открытие, пусть даже очень важное, привело Аха на облака.
И именно в этот момент, когда Ах должен был вот-вот откликнуться, в раздавленной тишине громко произносят.
- Вы едете с нами.
- Куда? – спрашивает Облачко. – И кто вы такой?
- Вас приглашает к себе мистер Жуть. Он жутко переживает, что Ваш муж, профессор Ах, потерял вашего ребёнка. А мистер Жуть, конечно, его нашёл. Олл был такой несчастный, совсем один в чужом городе. Он так хотел есть и так хотел спать. Он ходил по улицам среди машин по проезжей части, и только внимательность мистера Жуть предотвратила катастрофу. Так что собирайтесь поскорей и едем к вашему ребёнку.
- Олл был один?
- Абсолютно.
- И был голодным?
- Безусловно.
- И отказывался от сладкого на ночь?
- Вне всех сомнений.
- Мой бедный мальчик, - сокрушённо говорит Облачко, теребя пуговицу пиджака. – А как же зовут Вас, добрый человек?
- Перед Вами пан Туман. Я - поверенный мистера Жуть. Его самое доверенное лицо. И как самое доверенное, призываю Вас к выполнению своих материнских обязанностей. Мальчик так скучает по маме, -  тянет пан Туман. Его вид и его голос напоминают Облачку попрошайку в городе Миуле, что стоит посреди площади и клянчит деньги, и очень обижается, если видит в руках  подающего мелочь.
- Что же ты не звонишь? – раздаётся голос рядом с Облачком.
- Ах! – радуется Облачко. – Как ты вовремя. – А меня тут хотят обмануть. Олл никогда не отказывается от сладкого на ночь.
- Полетели скорей к нашему малышу, - зовёт жену Ах. – Он нас ждёт.
Пан Туман пытается схватить Облачко за руку, но не успевает. Профессор Ах подхватывает жену и они взмывают в воздух.
- Велю вам опуститься на землю. Немедленно! – пан Туман подпрыгивает и пытается ухватить Облачко за подол юбки. – Не пущу. Ну-ка приземлиться. На землю! Вы оба. Сейчас же!
Но профессор Ах смотрит сверху вниз на попытки пана Тумана задержать их.
- Скорей, - говорит он. - Нашему малышу точно нужна помощь.
Они исчезают, а пан Туман достаёт из кармана телефон, чтобы срочно информировать о случившемся своего начальника.
Мистер Жуть после сбивчивой речи подчинённого приказывает пану Туману не расслабляться, а срочно отправиться в город.
- Ваша цель – не допустить встречи ребёнка с его родителями. Иначе…
- Вас обвинят, разоблачат и привлекут к ответственности? Зло ответит за своё злодейство?  И я вместе с Вами? Ой, - приседает пан Туман.
- Перестаньте говорить чушь, - мистер Жуть уже абсолютно пришёл в себя от недавней минутной неудачи. – Никто ни за что отвечать не будет. Связи и деньги решают всё. И не нужно убеждать меня в обратном. Вас, кажется, звать Туман, если я не ошибаюсь?
- Да, - робко отвечает пан Туман.
- Вот и займитесь своей туманной работой со всей отдачей.
- Прямо легче стало, - машет рукой пан Туман. – Я так не люблю отвечать за свои поступки. Ну вот ни чуточки.
- Меньше слов.
- Конечно, мистер Жуть. Как прикажите, мистер Жуть. Так я полетел?
Пан Туман слышит ответ, он рад. Настолько, что теперь его ничто не останавливает.
И вот в четвёртом часу дня со стороны аэродрома на город надвигается невиданный молочно-малиновый туман. Плотный, вязкий, он вползает в переулки и опускается в овраги, он захватывает скверы и поднимается к фонарям, окутывая их своим бледным мороком. Всем, кто видит пришедшее из ниоткуда явление, становится не по себе. Такого раньше никто никогда не наблюдал.

***

Не сумев выманить жителей из домов или хотя бы заставить их объединиться против скрывающих Олла людей, главный за операцию по поимке ребёнка и его рюкзака отдаёт новый приказ: обойти все квартиры всех четырёх домов.
- Кто не откроет двери, будет взят под контроль, - снова говорит громкоговоритель, захлёбываясь торопливыми интонациями. Поэтому люди, слыша раскатистый звук, совсем не слышат речь.
- Кто от… д… бу… зят… на …троль.
- Чего? – Глеб выглядывает в окно.
Там группы одинаковых людей собираются входить в подъезды домов.
- Кажется, они хотят ломать двери.
- А на каком основании? – удивляется дедушка.
- Спешу огорчить, уважаемый Птах, для мистера Жуть не нужны основания. У него достаточно связей и без этого. Придумают какой-нибудь предлог. Ну, например, санитарная обработка. Скажут: поступила жалоба – в доме грызуны, нужно посмотреть, выявить и добавят «а вы не видели ничего подозрительного?»
Миссис Ну и Ладно варит какао и печёт полдничные коврижки.
- Я нашла, - доносится из комнаты голос Софи. – Вот. Очень Важный Борт приземлился в аэропорту Мишель. Это же у нас. За городом! Мама Олла здесь. Олл, твоя мама здесь! Можно поехать к ней, - Софи радуется и кружится по комнате.
- Это классно, но как мы выберемся?
- Пока есть возможность выйти через вторую дверь. У нас подъезд проходной, - говорит дедушка. - Глеб, выгляни, за домом всё спокойно?
Глеб выглядывает.
- Они только двор перекрыли. Всё в порядке. Надо уходить.
- Да-да, - соглашается дедушка. - Идём.
- Деда, спасибо тебе, но мы справимся. У нас быстрей получится, -  Софи надевает полукеды.
- Дети без сопровождения взрослых привлекают повышенное внимание. Так что нет, я иду с вами. Метро недалеко, а там аэроэскпрессом доберёмся.
- Идите, идите, - отвечает Ну и Ладно. А я буду ждать вас тут. И отвлеку внимание, если вдруг квартиру найдут. А они найдут. Я ведь нашла.
Через несколько минут в квартире остаётся только миссис Ну и Ладно. Она уже доварила какао, испекла коврижки и, чтобы не начать волноваться, стала думать о хорошем. Что тревоги закончатся, она найдёт себе работу в школе для маленьких детей, будет учить их рисовать и считать до ста, а мистер Жуть и пан Туман больше не появятся никогда.
«Туман, - думает Ну и Ладно. – Сегодня он очень странный. Молочно-малиновый. Разве так бывает?»
Ну и Ладно идёт к балконной двери, чтобы её прикрыть. Туман от земли уже поднялся до уровня пятого этажа. Он заползает в щели и открытые окна домов. Он поднимается этаж за этажом, заполняя все углы.
Вдруг дверь балкона распахивается и из тумана сперва очертанием, а потом наяву появляется сам пан Туман.
- Что, не ждали меня, миссис Ну и Ладно? – говорит он так вкрадчиво, что становится не по себе. – Куда же вы исчезли? И что вы тут делаете?
- Варю какао, пеку коврижки, - отвечает Ну и Ладно, отходя к столу.
- Коврижки, значит?
- Да, как обычно. С кусочками шоколада и цукатами.
- Дайте-ка я попробую, - и, не спрашивая разрешения, пан Туман тянет руку к подносу с коврижками.
- Вы не в своём доме, пан Туман, - миссис Ну и Ладно пытается защититься от непрошенного гостя.
От такой негостеприимности пан Туман звереет.
- Это вы помогли мальчишке сбежать! Вы скрываете его тут. Где он?!
- Уходите немедленно. Вы врун и неряха. Вы липкий субъект серой наружности. И шутки у вас мутные.
- Где ребёнок? – идёт на миссис Ну и Ладно пан Туман, одновременно достав телефон.
- Я его нашёл, мистер Жуть. Как мы и думали, мистер Жуть. Конечно. Рад. Спасибо. Оправдаю, - коротко говорит пан Туман в трубку, не отрывая взгляд от Ну и Ладно.
- Его всё равно найдут. А вас посадят в тюрьму.
- Это по вам тюрьма тоскует. Это вы – обманщик и похититель Олла. Вы обманули доверчивого ребёнка и держали его взаперти. И Титуроля вы украли. А зря.
- Ха-ха-ха, - смеётся пан Туман. – Никто вам не поверит.
- Посмотрим, - миссис Ну и Ладно отступает спиной и упирается в дверь. Она хочет убежать, ей совсем не доставляет удовольствие разговаривать с липким субъектом.
- Куда?! – вопит пан Туман и бросается на миссис Ну и Ладно, пытаясь её удержать.
Тут входная дверь распахивается и в проёме возникает господин Или-Или. Он пришёл вовремя.
- А ну-ка, - Или-Или хватает пана Тумана и зажимает ему нос дверью.
- Ой-ой! - кричит пан Туман. – Так нечестно! Мне больно! Отпустите нос!
Тут же туман, накрывший город почти полностью, начинает исчезать. Он внезапно устремляется вверх, отчего кажется, будто город спросонья открыл глаза. Всё стало видно отчётливо. Солнечные лучи высвечивают последние капли, осевшие на траве и те теперь поблёскивают, отражая свет и преломляя предметы.
- Убирайся, и чтоб ноги твоей больше здесь не было, - Или-Или брезгливо вышвыривает пана Тумана на лестничную клетку.
Тот, отскочив, пролетает вниз на две ступени.
- Ещё посмотрим, чьим будет Титуроль. Думаете, вы одни умеете втираться в доверие? Дудки. Я умею лучше.
- Что? – миссис Ну и Ладно, зная пана Тумана, всё же шокирована его мышлением.
Или-Или делает шаг в сторону пана Тумана. Тот тут же растворяется в воздухе, не дожидаясь, когда ему ещё раз прищемят нос.
- Как я Вам благодарна, господин Или-Или. Вы спасли меня. Вы настоящий герой. А говорили, что у Вас аллергия на героизм. Серпантинная.
- Не мог же я Вас подвергнуть опасности, - Или-Или смущён. Его ещё никогда не называли героем.
- Какой он гадкий, правда? Он решил, что мы такие же лгуны и подлецы, как он. - Ну и Ладно качает головой. Она угощает господина Или-Или какао и коврижками. Оба надеются, что Облачко найдёт своего сына и у мистера Жуть не получится совершить очередное жуткое злодейство.
- Смотрите, - вдруг говорит господин Или-Или, подходя к окну. – Невероятно, к нам ещё гости.
Миссис Ну и Ладно выходит на балкон.
- Или это родители Олла, или ко мне снова вернулись галлюцинации.
- Откуда такие мысли? Может, эти люди просто пролетают мимо. Я их тоже вижу.
- А коврижки были с апельсиновой цедрой?
- И с лимонной, - отвечает Ну и Ладно, задумываясь. – Да, с лимонной тоже. Так вкуснее. Ещё я добавила кусочки натурального шоколада.
Или-Или с Ну и Ладно смотрят с балкона в небо. И чем дольше они смотрят, тем ближе к ним становятся люди в небе. Это, конечно, профессор Ах и его жена Облачко. Профессор чуть наклоняет туловище, когда летит, а Облачко держится за его рукав и тоже перемещается с ним рядом, как если бы они просто шли по пешеходной улице.
- Сюда, сюда, - машет рукой Или-Или.
Профессор Ах устремляется к окнам пятого этажа.
- Профессор, Облачко, вы ищите Олла?
- Неужели я промахнулся? – не верит Ах. – Как же?
- Ничего, дорогой, бывает, - поддерживает его Облачко.
- Нет, нет, вы правильно летите.
Ах и Облачко зависают напротив балкона. Со стороны кажется, что к одним людям в гости залетели другие люди, и они мило беседуют.
- Олл здесь был полчаса назад. А после поехал на аэродром, к вам. Он не один, с ним ребята и дедушка Птах. Но поторопитесь. Его ищет мистер Жуть. Он хочет присвоить себе Ваше открытие.
- Моё открытие?! – поражён Ах. – Но это ведь я его открыл!
- Вы не знаете мистера Жуть. Он жуткий человек. Жадный и завистливый. А ещё у него подозрительные жуткие связи.
- Наш малыш! – пугается Облачко. – Его срочно нужно спасать. – Полетели.
- Да-да, спешите. Мистер Жуть выдаёт Олла за своего племянника. Коварная жуткая ложь. Только вы можете доказать, что Олл ваш сын.
Ах и Облачко взмывают в воздух.
- Мы его найдём, дорогая. Я обещаю тебе. Олл умный мальчик. И смелый. Помнишь, ты как-то сказала, что он не общительный. А теперь у него есть друзья. И даже взрослые посторонние люди его защищают.
- Лучше бы ты не делал никаких открытий, - грустно говорит Облачко. Ей просто страшно.

***

А тем временем, мистер Жуть выслушивает доклад пана Тумана.
- Жаль, что мерзавцы не с нами.
Это он о господине Или-Или и миссис Ну и Ладно.
Пан Туман топчется и то и дело дотрагивается до носа. Тот распух как груша и посинел, как слива.
- Соглашаюсь полностью, разделяю в частности. Вы правы, но обстоятельства не позволяют, - говорит он гнусаво.
- Пан Туман, вы мешаете мне думать.
- Молчу.
Мистер Жуть сидит в кресле и смотрит в окно. Он закрывает глаза и субъекту с распухшим носом кажется, что хозяин кабинета уснул.
Пан Туман хочет уйти и делает шаг назад, не поворачиваясь спиной к мистеру Жуть. Он никогда не поворачивается спиной.
- Тру-ля-ля, - открывает глаза мистер Жуть. - Я хочу, чтобы все рюкзаки были запрещены к ношению.
Пан Туман смотрит на мистера Жуть. Тот, кажется, не шутит.
- Что смотрите? Выполняйте.
- Но, но, - топчется серая личность. – Это невозможно. Сейчас всё население земного шара ходит с рюкзаками. Люди не поймут.
- Меня не волнуют люди. Я генерирую идеи, ваша задача воплотить их в жизнь. Мне уже не нужен ребёнок, мне нужен его рюкзак. Для этого он должен его оставить.
- Ну, оставит. А существо куда-нибудь ещё переселится. В сумку там, в чемодан. Хотя в чемодан маловероятно, - начинает рассуждать пан Туман.
- Хватит, - останавливает поток мысли мистер Жуть. – Неужели не понятно, что для того, чтобы совершить что-то грандиозно жуткое, нужно отвлечь внимание обывателя чем-то жутко возмутительным. Внимание всех любителей рюкзаков будет поглощено сохранением привилегии его носить. Пусть барахтаются со своим барахлом. Открытие должно быть у меня. Профессор Ах должен работать на меня. Остальные – лишние.
Пан Туман тут же представил, что он вдруг вошёл в число лишних. И ему это не нравится.
Мистер Жуть угадывает его мысль.
- Вы мне нужны. В другом качестве.
О каком именно качестве идёт речь пан Туман решает не выяснять.
Через три часа весь мир по мановению невидимой руки начинает обсуждать новость – полный запрет на ношение рюкзаков с тридцатого июля.
- А сегодня какое? – спрашивает гражданин в метро.
- Тридцатое.
- Значит, уже сегодня?
- Я вот слышала, - замечает дама в автобусе, которой уступили место, - что рюкзаки вредны для здоровья. Они плечи оттягивают, на позвоночник нагрузка возрастает и вообще он выглядит неаккуратно.
- Он же рюкзак, - возмущается студент.
- А что случилось?
- Вы не смотрите новости?
Мир гудит, а город Нетто-Брутто приобретает известность благодаря всё новым событиям.

***

Дедушка с Софи и её друзьями входят в метро. Им нужно проехать четыре станции и пересесть на кольцевой.
- Деда, надо было ехать на машине, - говорит Софи.
- На машине нельзя. Пробки. Застрянем, - отвечает он. – Дети со мной, - предупреждает вопрос сотрудника метро дедушка.
Уже на площади, когда казалось бы цель близка, раздаётся громкий голос.
- Птах! Археолог Птах!
Дедушка оборачивается и не верит глазам. Перед ним его коллега и давний друг, которого он не видел два года.
- Какими судьбами?! – восклицает друг.
- Да вот, ребятам помогаю. Нам надо попасть в…, - дедушка делает заминку, придумывая продолжение ответа.
- В зоопарк, деда, - выручает Софи. – Ты обещал сводить нас в зоопарк.
- Точно. Из головы вылетело. Зоопарк.
- Сто лет там не был. Может, с вами рвануть? За компанию.
Олл напрягается. Он смотрит на Софи и говорит только ей одной понятное словосочетание.
- Десять минут.
Софи помнит. Десять минут камеры слежения отключены. Они с дедушкой стоят, а не идут, поэтому десять минут вот-вот кончатся. И вся компания может быть обнаружена.
- Деда, нам пора идти. Правда. Пойдём.
- Так зоопарк в другой стороне, - подсказывает друг.
Дедушка и его друг наперебой делятся воспоминаниями, говорят беспорядочно, одно слово напоминает давнее событие, другое вызывает новые подробности.
И пока встреча продолжается, мистер Жуть уже знает, где находится Олл и Титуроль.
- Наконец-то, - радуется мистер Жуть, – подготовьте вертолёт.
И вот уже мистер Жуть летит на вертолёте над городом. Внизу, словно слайды, меняется мозаика кварталов и дворов. Дороги набросаны серыми линиями, пересекающимися под разными углами и перекрёстки, «зебрами» выделяясь из разрозненной массы архитектуры, на время притормаживают буйное движение транспорта.
- Мы не успеем, деда, - дёргает за рукав Софи. – Идём.
- Да-да, - говорит дедушка, спохватываясь. – Времени мало. Жду вечером. Непременно.
- Смотрите-ка, ветер поднялся.
Шум от вертолёта заглушает слова, и люди запрокидывают головы к небу, желая понять, что происходит.
Одновременно с этим, со всех сторон к дедушке, Софи и ребятам сбегаются люди в одинаковой одежде.
- Проходите, проходите, - говорят прохожим, из интереса остановившимся.
Люди не слышат и продолжают смотреть, считая, что снимают очередное кино.
Вертолёт совершает посадку на площади перед железнодорожным вокзалом. Когда двигатели замолкают, отчётливо становится слышен голос пана Тумана.
- Они здесь, мистер Жуть. – Мы их нашли.
Мистер Жуть в хорошем расположении духа. Уже нет никакой причины скрывать свои намерения.
- Рад, очень рад, Олл, снова тебя видеть. Что же ты ушёл? Ни спасибо, ни до свидания, - мистер Жуть останавливается.
Софи, Данила и Глеб встают рядом с Оллом.
- Я бы вас попросил оставить ребёнка в покое, - вмешивается дедушка. – Я тебе потом всё объясню, - обращается он к своему ничего не понимающему другу.
- Да уж, объясните, как вы крадёте чужие вещи.
- Что?! – дедушка удивлён хамством и наглостью жуткого субъекта.
- Крадёте, крадёте. У меня масса свидетелей и показания в суде.
- В каком суде? – усмехается дедушка.
- В таком суде, - отвечает похититель Олла, ничуть не смущаясь. – В котором признают свершившиеся факты. А факт вещь упрямая. Со мной Олла нет. А с вами Олл есть.
- Ещё раз повторяю, отстаньте от ребёнка.
- Да, пожалуйста, - отмахивается мистер Жуть. – Забирайте его себе. Только верните то, что принадлежит мне. Рюкзак, вон тот, - мистер Жуть показывает на рюкзак Олла, - принадлежит мне.
- С чего это?
- Как с чего? – мистер Жуть призывает окружающих его подчинённых стать свидетелями происходящего. – Вы ведёте видеозапись, пан Туман?
- Веду.
- Камера работает?
- Да.
- Прекрасно, - мистер Жуть поправляет запонки на манжетах и пафосно произносит. – Минуту внимания. Вот этот мелкий воришка, непослушный ребёнок, сбежавший от своего отца, которого, на минуточку отвлекусь, здесь нет, украл у меня вещь и положил в свой рюкзак. Я вполне могу забыть всю эту неприятную историю, если вы отдадите мне рюкзак с моей вещью. Право собственности, хвала небу, у нас ещё никто не отменял. Ну, а если у вас не хватит ума подчиниться закону, значит, мои люди просто возьмут принадлежащее мне. Я сильный, богатый, у меня хорошие коммуникативные способности.
- Чего? – не поняла Софи.
- Связи, - уточняет мистер Жуть. – Не представляешь, детка, как это приятно. Так и быть, можете посоветоваться друг с другом. У вас есть две минуты. Ах, уже нет двух минут, я вас обманул.
Мистер Жуть хохочет. Он доволен своей шуткой. Пан Туман решает подыграть своему хозяину и тоже пытается выглядеть весёлым.
В кругу людей в одинаковой одежде мистер Жуть чувствует себя раскованно и защищённо. Он собой доволен и уже строит планы, в которых места Оллу, его друзьям, городу Нетто-Брутто, Китехелу с их обычными жителями, не существует.
- Ну, достаточно, - делает шаг мистер Жуть. – Давай сюда рюкзак.
- Это мой рюкзак. И Титуроль останется со мной. Это папино открытие, - Олл сжимает кулаки.
- Да мне всё равно, как это называется. Титуроль, Ролетут, какая разница. Оно мне нужно и я его получу. А упрямство свойственно ослам. Ты же не осёл, Олл?
Олл хмурится.
- Будешь и дальше упираться, я посажу тебя в тюрьму. Вас это тоже касается, Птах, - предупреждает мистер Жуть, видя, как археолог решается на защиту Олла. – И всех вас будут долго ждать родители.
- А детей в тюрьму не сажают.
- Очень даже сажают, - мистер Жуть достаёт телефон, набирает номер и включает громкую связь.
- Тюрьма Ож. Глава тюремного департамента вас слушает. Говорите.
- Приветствую, - мистер Жуть уверен, что его голос знают. – Тут возник вопрос у одной девочки. А сажают ли в тюрьму детей?
- Сколько ей лет?
- Лет десять.
- Ага, - говорят на другом конце провода. – Зависит от тяжести преступления.
Лицо мистера Жуть озаряется самой ужасной улыбкой.
- Вы не смеете пугать детей! Вам не сойдёт с рук акция устрашения, – дедушка прячет детей за свою спину.
- Может, я уже выйду? – спрашивает Титуроль.
- Сиди, - отвечает Олл, намереваясь защищать папино открытие до конца.
- Старый человек, вы бы посторонились, ведь зашибут ненароком. Люди у меня отчаянные. Так двинут, что не оклемаетесь. Последний раз предупреждаю.
Круг людей в одинаковой одежде начинает сжиматься. Подступающая масса подозрительных личностей сливается в одно пятно.
И тут происходит событие, полностью меняющее происходящее.
- Мама, папа! – кричит со всей силы Олл.
- Что ты орёшь, - морщится пан Туман. Он совершенно не переносит громкие звуки. Он любит тишину и ночь. – Тебе сказано, отдавай рюкзак.
- А почему мой сын должен кому-то что-то отдавать? Вы кто такой? Что вам нужно от моего ребёнка? – грозно спрашивает профессор Ах.
Все головы оборачиваются на голос, который звучит с неба.
- Ну-ка, расступитесь, - приказывает мама Олла. Она всегда очень решительная, когда речь идёт о её сыне.
Родители приземляются в центре круга, где стоит их ребёнок.
- Папа, этот человек меня обманул и держал у себя в доме. Я сбежал. Титуроль со мной. Я так его назвал, он не против. А вот этот, - Олл показывает на мистера Жуть. – И этот, - пан Туман вздрагивает, когда показывают на него, - хотят присвоить твоё открытие. Ребята и дедушка Птах помогли нам спрятаться. А теперь нас всех нашли и пугают тюрьмой.
- А ну, отвали от моего ребёнка, - выступает вперёд Облачко.
- Дорогая, не повреди его, - только и успевает сказать своей жене профессор Ах.
- Ой-ой, - кричит пан Туман. – Вы наступили мне на ногу! Это возмутительно!
- Так тебе и надо.
- А у меня связи, - на шаг отступает мистер Жуть. – У меня своя тюрьма. У меня везде свои люди. Самые жуткие, самые подозрительные. Вперёд, пан Туман. Ничего не бойтесь. Командуйте. Я заранее беру на себя расходы за все разрушения и причинённые неудобства.
- Мне отдавили ногу, - хнычет пан Туман. Липкая улыбка сползла с его лица. Нос, похожий на грушу становится не просто синим, а фиолетовым.
- Починим вашу ногу, не хнычьте.
Мистер Жуть понимает, что надежда отобрать открытие обманом таит с каждой минутой.
- Мои верные бескорыстные люди, - призывает мистер Жуть толпу в одинаковой одежде. – Кто отберёт рюкзак у этих неудачников, того я награжу. Он будет очень богатым человеком. И не просто богатым. Его ждёт вознаграждение: молодость, бессмертие, деньги.
Толпа приходит в возбуждение. Кольцо начинает сжиматься.
- Молодость.
- Бессмертие.
- Деньги, - гудит толпа.
Одинаковые люди бегут к Оллу, чтобы отобрать рюкзак.
- А ну-ка, все хватайтесь за меня. Скорей, - говорит Ах.
Тут же Олл, Софи, дедушка, Облачко, Глеб, Данила и даже дедушкин друг, который во всём уже разобрался, хватаются за профессора. Кто за рукав, кто за пуговицу, кто за воротник. Все вместе они взмывают в воздух.
Толпа, мистер Жуть и пан Туман остаются на земле и подпрыгивают, пытаясь достать Олла.
- Не уйдёте, не улетите, - грозит кулаком мистер Жуть. – Всё равно отберу. Стреляйте, пан Туман! Стреляйте!
- Как?
- Как угодно.
- Во всех?
- В Аха. Без него они свалятся.
- Какое увлекательное кино, - говорит дама, поудобнее усаживаясь перед телевизором.
Все позабыли, что видеокамера продолжает работать и люди во всём мире смотрят происходящее в прямом эфире.
- Вы не знаете, как называется этот фильм? – спрашивают друг у друга Важные Люди, собравшиеся в зоопарке для обсуждения новых проблем.
- Нет, но выглядит эффектно, - отвечает один из них, любитель томатного сока. – Марк, - обращается он к своему помощнику, - так наша стюардесса актриса?
- Облачко? – недоумевает Марк. – Вроде, нет.
- Вы же служба безопасности. Выясните. Почему актриса оказалась у нас на борту. И, вижу, её муж опять в воздухе. Он что, никогда не ходит по земле? Или у него такая роль?
Марк не знает ответ и потому злится.
- А я этого субъекта узнаю, - говорит второй Важный Человек. – Это мистер Жуть. Позвольте, ну да, и пан Туман с ним.
- Мы все их знаем, - кивают головами остальные Важные Люди. Они расположились у вольера со слонами и теперь глядят на экран.
- Я их не знаю, - признаётся любитель томатного сока.
Остальные сдержано молчат.
- А не кажется ли вам, что это всё же не кино? – выражает сомнение один из присутствующих.
- А что же это? Хм. Как люди могут висеть в воздухе, цепляясь за пуговицы и воротник? Нет, этого не может быть. Это определённо хороший трюк.
- Разрешите доложить, - Марк наклоняется к своему начальнику. – Я всё узнал. Облачко – наша стюардесса, Ах – профессор, Олл – их сын. Он прячет в рюкзаке открытие тысячелетий, Птах – археолог, Софи – его внучка, мальчишки – её друзья, ещё один человек в воздухе – ни при чём, он случайно там оказался. А мистер Жуть, - Марк что-то шепчет начальнику на ухо, потом выпрямляется. – Пан Туман его подручный. Толпа собирается стрелять, чтобы получить молодость, бессмертие и деньги.
- Они же их не получат.
- Да, но им это пока неизвестно.
- Вот как? – оборачиваются Важные Люди к Марку. – Нам это чем-нибудь грозит? Неприятности будут?
- Сложно сказать, - отвечает Марк.
- А что это за открытие?
Все замолкают и сразу находят повод закончить встречу в зоопарке.
- Марк, надеюсь, вы понимаете, что открытие должно быть нашим?
- Конечно, - кивает Марк. – Уже предпринимаются все меры. – Оно будет нашим.

***

А тем временем мистер Жуть отдаёт распоряжение.
- Приготовиться. Целься. По рюкзаку не стрелять. Он мне нужен без дыр.
Толпа наводит на профессора Аха и его друзей рогатки, пистолеты, у кого что есть.
- Как жаль, что мы не можем лететь, - извиняется профессор Ах, обращаясь к друзьям. – Я ещё не умею управлять такой массой и объёмом.
Облачко и Софи закрывают глаза.
- Ну всё, - говорит Титуроль. – Ребята, выворачивайте рюкзак. Пора вас спасать.
Глеба и Данилу не надо просить дважды. Держась за Аха, они развязывают рюкзак и выворачивают его наизнанку.
В один момент всё преображается до неузнаваемости.
Мир теряет звуки. Наступает оглушающая тишина. На горизонте Нетто-Брутто возникает фата-моргана, которая приближается с огромной скоростью. Словно в зеркале, можно видеть город перевёрнутым, наползающим и грозным. Вытягиваются вверх части зданий, и становится ощутимым жуткое величие небоскрёбов. Взору открыт невообразимый хаос лабиринтов, улиц и бездонных пропастей, уходящих в небо. Даже самая маленькая кочка или камень вырастают до гигантских размеров. Только узкая пульсирующая полоса горизонта позволяет отличить небо от земли.
Движение масс, какое Олл, Софи и ребята наблюдали из окна дедушкиной квартиры, гутаперчивость домов и мостов вернулась. Она стала засасываться в воронку фата-морганы. Ни одного звука не слышится вокруг, хотя кажется, что люди кричат от ужаса.
Титуроль невероятно растёт в размере. Его глаза становятся похожи на девятиэтажные дома, а пальцы – на пассажирские поезда дальнего следования.
Даже профессор Ах прикрывает глаза.
- Я вот это открыл? – беззвучно спрашивает он.
Мистер Жуть стоит заворожённо. В самых жутких своих мечтах он не мог представить всей грандиозности происходящего. И когда он протягивает руку, чтобы попытаться схватить рюкзак, исчезает в пасти фата-морганы.
Последнее, что он видит – свои кожаные ботинки, постепенно пропадающие, как если бы они тонули в зыбучем песке.
Пан Туман начинает метаться. Он наблюдает приближение неуправляемой силы и ему страшно.
Толпа одинаковых людей бежит в сторону от опасности, наплывающей на город, который и городом быть перестал.
Вокруг профессора Аха всё преображается, выходит из границ, образует новые формы и уже эти новые реальности начинают перетекать друг в друга.
Пальцы Титуроля то исчезают, то появляются и он сам возникает во всех сторонах света одновременно.
Телевизоры в домах людей гаснут.
- На самом интересном месте, - ругается каждый зритель.
- Я боюсь, - шепчет Софи.
Но её никто не слышит.
Всё, что было понятно и объяснимо, проваливается в никуда.

***

- Наверное, скажу я, - говорит профессор Ах, глядя на Титуроля. – Спасибо тебе, моё самое главное в жизни открытие.
- Да чего уж там, - отвечает Титуроль, смущаясь. – Мне бы сыр.
Софи приносит Титуролю его любимый сыр.
- Нет-нет, - продолжает Ах. – Если бы не ты, наверное, мы бы все погибли. А может, и все люди. Кто знает, какие жуткие мысли могут жить в жуткой голове и таком же сердце.
- А что теперь будет? – спрашивает миссис Ну и Ладно – Вдруг кто-то ещё захочет украсть открытие?
Миссис Ну и Ладно ставит на стол свои фирменные коврижки с лимонной и апельсиновой цедрой. Мама Олла наливает чай.
Все сидят за большим столом и разговаривают о прошедших и возможных событиях.
- Не знаю, как быть, - грустно говорит Ах.
- Титуроля можно спрятать.
- Я не согласен.
- Правда, папа. Открытие не закрывают.
- Я буду жить с вами, - говорит Титуроль.
- Конечно, с нами. Только больше не пугай так.
- Пока у меня есть сыр и вы, не буду, - Титуроль залезает в свой рюкзак.
- Мы пойдём домой, - говорит миссис Ну и Ладно, глядя на господина Или-Или.
- Да, нам пора, - соглашается тот.
- Подождите. Миссис Ну и Ладно, а Вы не могли бы присматривать за Оллом? Облачко летает, да и я часто в разъездах.
- Соглашайтесь, миссис Ну и Ладно. Я буду послушным, - говорит Олл.
- Я тоже, - доносится из рюкзака.
Ну и Ладно соглашается.
Теперь её часто можно видеть на бульваре в центре города.
Они идут с Оллом и разговаривают, а потом заходят в адвокатскую контору с названием «Или-Или».
И так почти каждый день. Одна история заканчивается, а другая начинается.