Жизнь продолжается Часть 22

Где-то через часик пришла Ирина. Она зашла в кухню и, взглянув на дочь, заметила ей:
- Да чё ты с самоваром-то стала возиться? Однако ж, чайник могла поставить на плиту, всё равно же стала её топить! Я ведь не королева тебе!
- Мне, мам, не в тягость, чего уж тут, - возразила Дуся матери.
Ирина прошла к столу и уселась на лавку, посмотрев в окно. Вдруг она увидела Зинку, идущую домой с работы. Усмехнулась тут же дочери, язвительно сказав:
- Вон… «прокурорша» наша идёт домой! Интересно вот… уже ли ей Филимонова Райка рассказала про ваш поцелуй с Марко и про то, что ты у пристани ревела «белугой», когда он на катер взошёл?
- Да ладно уже мам, ты, что, Зинку не знаешь?! Конечно же, она у Райки всё выпытала… Да и  Бог с ними! - неся самовар на стол, проворчала Дуся.
Ей было стыдно перед матерью, что расплакалась на пристани, не сдержала своих чувств на глазах у всех провожающих.
Ирина вздохнула и ответила:
- Да кто ж её-то не знает? Завтра в магазин надо идти, а ведь от неё очень трудно отвертеться! Замучает ведь вопросами!
Дуся поставила пироги на тарелке на стол, а сама села рядом с матерью.
Чай сначала пили молча. Но потом Дуся сказала, что заходила к Полине, тоже почаёвничали малость.
Ирина опустила блюдечко с чаем на стол и осторожно спросила дочку:
- Так ты Полине-то открылась? Я же, дочка, вижу, маешься ты очень, любишь ты ещё Марко! А с Федей… ты вот поспешила связаться! Что он там теперь в море думает про вас?
- Мам, о чём ты говоришь?! Да откуда же я могла знать, что Марко вот так неожиданно заявится?! - вспыхнула сердито на неё Дуся.
- А Полина… так она сразу всё поняла, когда ко мне приходила…
Дуся всерьёз разволновалась, сказав вдруг матери с горечью в голосе:
- Ты вот осуждаешь, думаешь - мне легко всё это теперь Феде выложить?! Ведь та же Зинка растрезвонит ему все догадки насчёт нас с Марко, если он в магазин с пристани зайдёт. Мне надо первой, самой честно всё рассказать Феде! Может, он поймёт меня, мою боль? Ну, а, если нет, то так тому и быть! Мы же ещё не женаты с ним.
Дуся отхлебнула чай с блюдечка и поставила его на стол. Обе женщины замолчали. Каждая была в мыслях о своём. Ирина жалела дочку, что такое испытание женской доли выпало ей в жизни. А Евдокия думала о предстоящем серьёзном разговоре при встрече с Фёдором.
Дуся, допив чай, отложила чашку с блюдцем в сторону и сказала матери:
- Я так думаю, мама, что Марко теперь будет добиваться возвращения на родину. Он мне шепнул на ухо у пристани, чтобы я ждала от него письма, - с надеждой в голосе проговорила Дуся.
- Ой, дочка, с его возвращением будет столько волокиты…! Сколько же лет ещё на это уйдёт?! Ведь не всё так просто, органы всё будут перепроверять заново, и поди знай, что они решат там-то, в верхах?! Как бы не осудили его за невозвращение после войны?! Он же сюда-то приехал под другим именем!
- Ладно, мама, поживём - увидем, чего сейчас-то об этом горевать?! - Дуся встала из-за стола и собрала чашки с блюдцами, чтобы унести для мытья после чаепития.
Ирина, вздохнув, стала собираться домой, сказав, что Захар, поди, уже заждался. У порога она сказала, что завтра начнут копать картошку, пока погода не заненастила.
Дуся, провожая мать на крыльцо, пожав плечами, ответила ей:
- А я уж и не знаю, придётся теперь, наверное, мне одной картошку копать…
Ирина, медленно спускаясь с крыльца, промолвила:
- Так Гришка мог бы прийти…
- Гришка собирался Гале помочь… А Федя… кто его знает, когда ещё с моря придёт? - неуверенно произнесла Дуся.

Ирина пошла домой по-матерински обеспокоенной в отношении дочери. Она знала, что Захар будет расспрашивать, о чём они с дочкой вели разговор. А ей никак не хотелось пока говорить обо всём этом с мужем. Её душа чувствовала что-то очень неприятное… Ирина, всплакнув, наспех вытерла слёзы уголком платка, чтобы никто из дома Зинаиды это не увидел. Она только что, идя по тропинке, миновала их калитку.

Всю дорогу - от пристани до дома, Галя молчала. Лишь изредка она кивала головой Танюшке в знак ответа на её вопросы. Гришка, видя, что Галя в плохом настроении, не стал её докучать своими разговорами. Он шагал рядом и тоже поддакивал девчушке. Придя домой, Галя вдруг вспыхнула, как спичка, сказав Гришке неприятные слова о его матери:
- Это же надо, какую змею отец пригрел у себя на груди?! Права была мама, что он ещё с ней намается! Любви ему - старому, захотелось!
Гришка не ожидал такого поворота дел… Отправив Танюшку в комнату играть с куклами, он подошёл к Гале и пытался её обнять. Но она, обиженно отошла от него и села за стол. Почти плача, она пролепетала Гришке:
- И как ей только не совестно - двум мужикам семьи разбила?! Марко же теперь женат, пусть даже у них нет детей! Да и Мария… она же ему спасла жизнь!
Гришка, всё ещё пытаясь успокоить Галю, подошёл к столу и сел на лавку. Он всё же обнял её и вполголоса сказал:
- Галь, ну успокойся ты! Мать с Фёдором сами решат, как им теперь быть. Фёдор придёт с моря, они, наверняка, поговорят об их отношениях… Мы-то здесь совсем ни при чём! Не плачь ты, всё ещё образуется! Успокойся.
- Гриша, ну стыдно же! Марко знает, что Дуся с моим отцом сошлась, так зачем же целовать-то её надо было при всех провожающих?! Люди-то что подумают?! Ведь это деревня, не город, все друг друга знают!
- Да, что нам - люди, Галь?! Пусть думают, что им хочется… И в нашей деревне всяких любовных историй было, вспомни! Да взять хоть саму Зинаиду, ведь с пузом приехала домой обратно! А кто отец Толика? В деревне говорят, что какой-то солдат, мол, отказался её брать… А как там на самом деле было, кто знает? Только сама Зинаида всё это может знать.
Галина, всхлипнув, обняла Гришку за шею и прошептала ему на ухо:
- А ты-то… меня не бросишь?
Гришка прижал к себе Галю и поцеловал. Вытерев ей слёзы рукой, ответил:
- Вот ты, моя дурочка! Да как же я тебя могу бросить?! Я же без тебя совсем пропаду! И потом… люблю я тебя крепко, и ты об этом знаешь!
Галя успокоилась в объятиях Гришки и, уже улыбаясь, сказала, что пора им  что-то к ужину приготовить, скоро вечерняя дойка.
Гришка напомнил, что завтра с утра надо начинать копать картошку, а то скоро ему уходить в море. Он предположил, что Фёдор, может, только через пару-тройку дней заявится…