Космические и земные страсти-мордасти и Лем

КОСМИЧЕСКИЕ И ЗЕМНЫЕ СТРАСТИ-МОРДАСТИ И СТАНИСЛАВ ЛЕМ

Станислава Лема читал аж в 9 классе.

Начинал — с «Суммы технологий».

Которую наши и тогда все знающие критики благожелательные назвали с сарказмом, цитируя «Кондуит и Швамбранию» Льва Кассиля — каскарой саградой.

Может быть, за сходство с трудами благочестивого Фомы Аквинского. И прочими суммами католической теологии.

За путаницу мыслей, правда, как бы.

А там в ней, в этой его сумме хватало всякого.

Да и сам Лем, будем честными, в сарказме толк знал.

В социальных же вопросах он и в самом деле, изощренный структуралист и феноменолог, мало пожалуй что смылил. Польская мысль всегда бродила около костела и никогда от него далеко не отлучалась. Так уж там, в Речи Посполитой, от века в век велось. А Польска еще не сгинела!.. А скорее всего, хотел всем показать, что не смыслил, смысля при этом, пожалуй, больше всех нас с вами в этом как теперь понятно скользком вопросе.

Лем внешне, убери звездные дали, повторяет в своих работах все трогательные измы польской литературы.

Которая действительно литература великая.

Что говорю без всякой позы. И разом могу выложить десятка два действительно ярких и знаковых имен этой литературы. Начиная с Сенкевича, Ивашкевича и Тадеуша Брезы…

Впрочем, и сам он в своих пророчествах не мал.

Но уж очень его диалектика метафизична.

Конечно, тут, в звездных, а не горних высях, Лему было жить куда как проще, и он в духе польского странника и само собой страдальца (по большому то счету жил то он на обочине космического прогресса), тоже бродил там долго и много и то было просто бегство от реальных забот земных, и в том была и прелесть его блужданий неизбывных.

По Сукеницам, костела у него по моему в его озарениях не так уж и много — он только примета места проживания, фантазий. Ибо места ему на земле было мало, а видел ли он земные проблемы в тех первородных их свойствах, где человек, прежде всего, живет в заботах о хлебе насущном (скажем как тот же его современник Рыбас), и только потом на орбитах далеких планет — это еще большой вопрос.


КРАКОВ


Там где ловят щуки раков

В исторической пучине,

Спит на лавке древний Краков,

Весь в тенетах паутины.


Где у узких его улиц

Напомаженные губы.

Где, сомкнув глаза, уснули,

Все забыв, ночные клубы.


Тут же, школы благочестья.

Не спеша и с чувством меры,

Поднимаются костелы

В небо символами веры,


Потемневшими стенами.

В центре площадь — медной кружкой.

Над Суконными рядами

Руку выкинул Костюшко.


Весь нервически-неспешный,

Ладный, статный и красивый.

И бросает он с усмешкой

Взгляд свой в сторону России.


Пеной шляхту поднимая

На «московского тирана»…

И встает за ним, пылая

Черным пламенем сутана.


ВЫБРАННЫЕ МЕСТА ИЗ ПЕРЕПИСКИ С ИНТЕРНЕТ-ДРУЗЬЯМИ:


Уважаемая Ирина!

Мне интересен здесь не сам Лем.

У каждого из нас свое видение Лема.

И всех прочих лемов.

Отдавая, впрочем, последнему должное во всем, что вы перечислили.

Мне тут, в ленте интересна форма общения пишущих и думающих.

Это хороший повод пообщаться тут что-то о чем-то знающим людям.

И это уже — немало.

…

Что до Лема, то скажу о нем еще раз.

Мне сегодня все творческие люди и пишущие и еще что-то делающие интересны не в понятиях гений – не гений.

А как объект пристального анализа: скажем нравственного, социального, профессионального...

Какого там еще?

Сегодня гениев — брось палку и непременно в пять гениев попадешь.

А интересен писатель как явление в социуме и сам как явление социума.

Вот где удивительная сфера изучения и изумления.

А это куда как интересней знания пристрастий и вкусов.

Что тоже собственно предметом анализа может являться.

Но все же уровень этого знания куда как ниже уровня знания первых

Я тут увидел повод. Повод высказаться именно с этих и никаких иных позиций.

Лем тоже более чем непростое явление, чтобы его рассматривать гением, конфеткой, путеводной ли может быть звездой.

Он тоже соткан и слеплен весь из противоречий своего времени.

И я тут не утерпел — и запальчиво, но пытаясь соблюсти такт, высказаться.

Мало того размышления о нем, дали толчок к развитию мысли в широком плане.

И повод еще раз посмотреть на его творчество.

В чем-то может быть свои взгляды на него уточнить. В чем-то возможно их переоценить.