Short story 5 - Родственные связи

Недавно я задумалась, почему я всегда вспоминаю бабушек и дедушек по маминой линии. Ведь я общалась и с одними и с другими. Со стороны отца в моей памяти живет бабушка Екатерина – дедушка Александр ушел рано, мне было 6 лет, а жили они не близко и я его не помню. Со стороны матери мне досталось больше родственников: прабабушка Татьяна, дедушка Василий Петрович и бабушка Евдокия Павловна.
Прабабушка – это мое все, моя мама. Ведь физиологическая мама – это не обязательно «мама – мама». Это, как в истории у каждого выдающегося деятеля: Шмелева, которого воспитывала бабушка, Пушкина и его няни Арины Родионовны, Толстого и т.д. их всех воспитывали бабушки или прабабушки, или, наконец, няни.
Прабабушка – баба Таня, это «свет в окне» для меня. В день ее смерти, когда я впервые услышала это неприятное известие, я испытала чувство предательства. Внутри меня звучал вопрос: «Почему она мне не сказала? Почему она не предупредила о том, что она умрет!».
Это глупо  так, когда близок с человеком настолько, что даже несмотря на расстояние, ты развиваешься в симбиозе с ней. До сих пор я с ней, или правильнее сказать, она со мной. Она со мной. Она везде, ее руки – такие широкие и шершавые, ее одежда и обязательно, когда нарядиться перед зеркалом спрашивает: «Баско? А?».
Бабушка по маминой линии Евдокия Павловна – всегда занимала высокий пост зав склада в деревне, поэтому и называю ее я так. Все держалась на ней. И даже взрослые дочери, которые укатили жить в город, приезжали в деревню каждый выходной к ней погостить. Каждое утро, когда я просыпалась и выходила из комнаты, на кухне я наблюдала такую картину: бабушка что-то кашеварила, тетка пила чай, а мама полулежа на кровати и они вели беседу. Они обсуждали жизнь, говорили о наболевшем и поддерживали друг друга таким образом. В них самих и в их беседах была сила. Сила внутренняя. Сила, которая называется «родство». Чужой человек не может сказать тебе, что у тебя лямка на бюстгальтере отстегнулась, что ты много стал есть и поправился или что ты совсем часто стал сквернословить, а вот свои родственные души – могут. Могут и скажут.
И это счастье, иметь родственные души.
Мой дедушка – Василий Петрович – так я называю его, потому что так важно называла его бабушка, шуточно, но уважительно. И хоть бабушка – была главой семьи, но дедушка ее очень любил. И когда он выпивал, всегда звал ее: «Дусь, а Дусь, ведь я вот тебя так сильно люблю!».
А по папиной линии была бабушка Екатерина. Она не особо приветствовала прибывание внуков у себя, без родителей, мотивируя это тем, что ей с ними тяжело. Когда мы привозили ей сгущенку или другие консервы, она их сразу убирала в погреб. «Зимой с чаем после бани пить буду». У нее было 5 грядок виктории, но ягоды нам есть запрещалось. Все береглось для варенья. Но мы, дети не унывали, мы воровали эту викторию на чужих огородах. Да простит меня Господь. Но это истина. Эта бабушка привела меня к Богу, она запомнилась мне своим усердием в молитвах, в соблюдении постов.
На сегодняшний день, к сожалению, к большому сожалению, никого из моих бабушек и дедушек, нет в живых. Но в памяти живут всегда. Так вот почему я вспоминаю родственников со стороны матери чаще, чем со стороны отца
Потому что они вкладывали в меня душу, потому что они понимали, что я их часть, потому что они знали, что мы не просто гости друг у друга, мы особенные гости, суперособенные гости. Мы родственники. Мы родственные души и Господу было угодно, чтобы мы родились вместе, близкими людьми, родственниками.
Вот это и есть чувство родства.
Оно есть не у всех, а жаль. Вместо него у человека есть чувство сухости и твердости, а от этого ведь ему самому в первую очередь не сладко. Это как в Рождественских историях Диккенса.
Когда ты болеешь, к тебе никто не придет, если нет родственников, близких с чувством родства к тебе.
А есть моменты, когда ты просто хочешь поддержки. Вот ничего не надо, а надо чтобы просто выслушали.
У меня был такой момент, когда я была заграницей. Отдыхала одна. И вдруг мне стало плохо. Я отравилась. Мне было дурно. Вызывать врача? Какой смысл. Он также скажет промывать желудок, собственно говоря, я этим и занялась. Мне не нужен был врач, но мне было плохо одной. Родителям я не звонила, потому что берегла их нервы. Но, к счастью, у меня есть кому позвонить. И я позвонила мужу. Он, конечно, ничего не смог сделать. А мне и не надо было ничего. Мне надо было просто знать, что я кому-то нужна, что кто-то думает обо мне. И это важно. После этого разговора, я почувствовала себя уверенно. И это круто. Мне как-будто стало лучше. И это действительно так, потому что все наши переживания в моменты болезни уходят от позитивных мыслей.
И, в детстве, когда я жила в деревне у маминых родителей, я видела и немытые сенца, и корову доила, и посуду мыла, и убирала, и поливала огород – я жила, жила с ними, жила с родственниками. И в этой жизни с родственниками, у меня был горячий хлеб и шаньга с кружечкой парного молока прям из ведра, пусть и не процеженного, у меня была поездка на трясущийся телеге с маленькой подстилкой сена и рассказы дедушки о том, как они раньше косили, и паренки из моркови от прабабушки, и посиделки на завалинке по вечерам, и семейные походы к соседям для просмотра сериала: «Просто Мария» - это и есть душевное тепло от общения с родственниками, это и есть родственные чувства.
И я с глубокой благодарностью вспоминаю все эти моменты детства, которые рождали и рождают во мне любовь, доброту и уважение к своему прошлому поколению.
И сейчас, когда я иду в Храм, чтобы заказать поминальную службу по умершим родственникам, мне есть что вспомнить.
И я люблю это вспоминать.
Бабушку по линии отца я тоже записываю в поминальные записки, но воспоминаний меньше. Нет, они есть, но не так глубоко, и не так сердечно. Про дедушку же совсем мало, даже не воспоминаний, а рассказов про него.
Главная наша задача, понимать, что если нам довелось родиться вместе, в одной семье, стать родственными душами, то для чего-то это нужно. А в первую очередь мы должны поддерживать друг друга, ведь нет для нас никого ближе. Конечно, все должно быть в пределах разумного, и если вам достался такой родственник, который продает все ваше имущество и выгоняет вас из дома, то родственные чувства стоит приунять.
В этом плане мне нравятся итальянцы, которые живут кланами. Вот у кого родственные чувства развиты очень – приочень.
Посмотрите на муравьев. Они живут в солидарности. Они вместе и друг за друга горой.
Самое важное, развивать родственные чувства в детях. Тогда они станут добрее, мягче и счастливее. Это понятие как ценность сейчас утерялось. Мы все уезжаем жить в крупные города, забывая родителей и родственников. И теплота, и мягкость исчезают из нас со временем. Более того, это считается слабостью в человеке, мол «нюни распустил». А это не «нюни», это просто настоящие чувства, те, которые зарождают мир и любовь, позитив и все хорошее и доброе, здесь на земле.