Разноцветное варенье настроение

Клубничное варенье: путешествие в окошке

Однажды в кладовке жили банки с вареньем. Они стояли в ряд на многочисленных полочках. Здесь была вся палитра летних красок — настоящая радуга в банках.

Кто-то, возможно, засомневается и спросит:
— Хорошо, красный, оранжевый и жёлтый — вполне подходящие цвета для варенья. Но, позвольте, разве бывает варенье зелёное, голубое, синее и фиолетовое?

Некоторые баночки с вареньем переглянулись, улыбнулись и, по очереди поклонившись, ответили:
— Бывают! Мы же здесь!
— Варенье из киви! — представилась зелёная баночка.
— Варенье из голубики! — кивнула голубая.
— А я из черники! — весело выкрикнула баночка синего оттенка.
— Ежевичное! — томно проговорила фиолетовая баночка и даже сделала изящный реверанс.

Всё лето в доме варили варенье из всевозможных ягод, фруктов и даже овощей. Здесь на полочке жило варенье из тыквы — в круглой пузатой баночке, совсем как сама когда-то тыква. Кладовая была хоть и небольшая, но место нашлось для всех.

— В тесноте, да не в обиде! — улыбались баночки.

В кладовке было тепло, уютно, но темно. Свет включали редко — лишь когда доставали что-то из запасов. Но этого короткого мига хватало, чтобы баночки успели осмотреться вокруг.

Настоящим волшебством был утренний солнечный лучик, который заглядывал в приоткрытую дверь. В эти мгновения содержимое банок переливалось всеми цветами радуги.

Особенно радовался апельсиновый джем. Он весь светился и вдохновенно рассказывал очередную историю о далёких тёплых странах. Говорил он с приятным акцентом, всё время улыбался и будто сам пах солнцем.

Клубничное варенье внимательно слушало, а потом сладко засыпало. Ему снились яркие сны: апельсиновые плантации, горы с белыми шапочками на макушках и синее море. Море что-то шептало на ушко, ветер трепал ажурную салфеточку на верхушке банки, а завязанные верёвочки колыхались, как ленточки на бескозырке моряка.

У клубничного варенья появилась мечта: оно страстно захотело путешествовать и увидеть море не во сне, а наяву.

— Наивное… — подтрунивало над ним старое малиновое варенье, содержимое которого давно засахарилось. — Где мы, а где далёкие страны. Видишь на миг кусок квартиры через приоткрытую дверь — вот и всё твоё путешествие.

Клубничное варенье печально опустило этикетку:
— Наверное, ты права, старушка. Но я всё равно верю, что когда-нибудь увижу море. Хоть краешком глаза.

Апельсиновый джем тут же встрепенулся, будто внутри него пузырьки заиграли:
— А знаешь, что самое главное в путешествиях? — спросил он, чуть наклоняясь к клубничному. — Не расстояние, а то, что ты замечаешь. Можно проехать тысячу километров и ничего не увидеть, а можно выглянуть в окно и увидеть целый мир.

— Как это? — не поняла Клубничка.

— Смотри: вот ты видишь этот солнечный лучик? Он ведь прилетел издалека. Он был на апельсиновых рощах, скользил по крышам домов, отражался в воде… Он — путешественник. И теперь он здесь, с нами. Значит, и ты уже немножко путешествуешь.

Клубничное варенье приподняло крышку:
— Получается, я уже путешествую?

— Конечно! — уверенно кивнул Апельсиновый. — Ты видишь лучик, чувствуешь, как он греет стекло, замечаешь, как переливается твоя этикетка. Это и есть приключение.

На вопрос «Почему море пахнет арбузом?» апельсиновый джем снова пожал «плечиками» крышки:
— Не знаю. Рядом их не видел, но аромат такой… будто лето решило стать ещё слаще. Если когда-нибудь ты увидишь море, обязательно принюхайся. И если почувствуешь арбузную свежесть — значит, это знак, что мечта сбылась.

И вот однажды к хозяйке приехала племянница из Крыма — загорелая, высокая девушка. Возвращаясь домой в Евпаторию, она получила в подарок баночку клубничного варенья.

В поезде девушка поставила сумочку на верхнюю полку, прямо напротив окна. Сумочка стояла чуть приоткрытой, и баночка с клубничным вареньем, словно высунув голову, с восхищением смотрела на мелькающие за окошком города, деревни, леса, поля.

Тук-тук… тук-тук… — стучали колёса, и этот ритм был как песня дороги.

Мечта сбылась! Оно путешествует и видит мир. Пусть через окошко поезда, но этого было достаточно для баночки, всю жизнь простоявшей в тесной кладовке.

Варенье блаженно улыбалось и шептало:
— Какой же разнообразный и красивый мир! Ничего, что не увидело море вблизи, — зато столько впечатлений!

И вдруг за окошком, после золотого поля с подсолнухами, что-то огромное и просторное засверкало и засеребрилось на солнце. Множество искрящихся бликов весело бегали по синему полотну.

— Море… — восторженно протянуло клубничное варенье. Оно сразу его узнало. Сладкая ягодная душа ликовала.

Баночка долго находилась под впечатлением и не заметила, как они проехали море, как поезд встал на конечной станции и как девушка закрыла сумочку и вышла на перрон.

Сумочка качалась в руках девушки, а варенью казалось, что оно лежит на ласковых волнах. Они медленно перекатываются, приятно убаюкивая. А воздух вокруг пропитан арбузным ароматом — они как раз проходили мимо рынка, где горой лежали большие полосатые арбузы.

Очнулось варенье только дома, когда сумочку поставили на пол. Оно печально вздохнуло: жаль, что путешествие закончилось. Сейчас его снова поставят в какое-нибудь тёмное место, откуда уже ничего интересного не увидишь.

Но баночку отнесли на кухню и поставили в шкаф со стеклянными дверцами. Отсюда было отлично видно всю кухню… и, о радость, за окном блестело и сверкало в солнечных лучах море!

Клубничное варенье тихо рассмеялось:
— Значит, моё путешествие не закончилось. Просто теперь мой вид — на море.

А вечером, когда на кухню пришла хозяйка, она открыла шкаф, улыбнулась и сказала:
— Какое чудесное варенье. И вид из окна такой красивый. Прямо настроение становится слаще.

С тех пор клубничное варенье знало точно: счастье — это когда мечта не обязательно уносит далеко, а просто делает твой уголок светлее. И каждый раз, когда за окном сверкало море, оно вспоминало слова Апельсинового джема: «Главное — то, что ты замечаешь».