Пятёрочный сплавщик

В 1994 году на байдарочный сплав по Сылве к нам попросился парень грек по национальности, его родители во время путча чёрных полковников в Греции сбежали в Советский Союз. Здесь он родился и вырос и по-русски говорил в отличии от родителей без всякого акцента. Узнав от ребят что без определённого опыта ему будет сложно плыть на байдарке он тут же объявил что ходил в пятёрочные сплавы по рекам Алтая и что вся нужная снаряга у него имеется. О какой он снаряге говорил так никто тогда и неузнал потому что на сплав он собрался "голый". Наш руководитель зная его по учёбе в СИНХе раньше, тем не менее удивился его опыту но поверил на слово, а как оказалось зря. Чувак блефовал!

Лёшка сказал что он очень положительный и что очень важно не пьющий но я ему сразу не поверил, видали мы таких непьющих сплавщиков! Взяли и пожалели, в основном я. Парень оказался в первые дни не в меру ленив и только суровый взгляд начальника побудил его собраться и не гонять армейского шланга. К примеру когда надо было принести из леса дрова, он видя что более молодые ребята без понуканий резво взялись за это дело ложился возле дерева типа решая вздремнуть. Наши девушки к нему с вопросом, а чего это он тут разлёгся когда все работают?

- А я вам кто молодой что ли? - удивлённо ответил Лёшка.

Я отвёл его в сторону и объяснил что сплав это прежде всего работа, а курить бамбук он будет дома! И пусть выбирает или сплав или автобус. Лёшка всё понял и выбрав сплав включился в творческий процесс добывания дров для кухни и его порыв оценили по достоинству.

Далее он ещё больше нас удивил появившись из кустов в образе горбуна Квазимодо из французского завершающего Средневековья. На мой немой вопрос что это с ним такое он ответил.

- Это такой спец спас жилет с перетекающим воздухом во время оверкиля.

- А как он работает? - спросил с любопытством я.

- Это последняя разработка военных водолазов, потом в процессе покажу, - ответил бывалый сплавщик.

Князев, судя по Лёшкиному опыту пятёрочных походов (и как центрального корефана по учёбе)  тут же  определил его в мой экипаж капитаном. Но я, осмотрев его тощую фигуру, сказал, что капитаном всё же буду я, поскольку байдарка «Таймень 3» моя и мне как наиболее сильному и надо быть рулевым, а не матросом. На что Лёшка с облегчением согласился и уселся на переднее место в байдарку.

- Так ты что же так и поедешь по суху? - спросил я у него.
- А что не так? - спросил удивлённо он.

Я показал ему что для начала надо байдарку спустить на воду, а потом уже садиться и ждать команды на отход. Видя как он пытается неумело сесть на место матроса я понял что парень валяет дурака и что никакой он не пятёрочный сплавщик, а большой болтун. Пришлось тайком от других кое-что объяснить ему и показать несколько приёмов гребли вёслами.

- Главное не торопись и смотри как делают другие, все с этого начинали, - сказал я ему.

Лёшка понял как погружать лопасти вводу и делать вращение зажатого цевья правой рукой для свободного раскручивания вперёд и назад в левой ладони. Всё это показывалось для слаломной гребли ведь лопасти были развёрнуты одна к другой на 90  градусов и для уменьшения  сопротивляемости к ветру. Приобретя навык гребли вёслом я крутил цевьё как левой так и правой рукой в зависимости от усталости рук. И мог уже без особой подготовки сразу включаться в работу даже после зимнего перерыва, хотя тренировка нужна чтобы не устать посередине реки.

- Если будешь макать вёслами вместо гребли получишь порцию воды за шиворот, - предупредил я своего матроса.

Не дожидаясь команды на отчаливание мы отошли от берега и спустившись вниз немного погребли вёслами. Лёшка как я его учил грёб без напряжения с навалом лопасти на воду чтобы опираясь на неё делать длинные и короткие проводки вдоль борта. Потом он разучил делать более короткие гребки и приставание к берегу. Потренировался и я, после длинного зимнего застоя навык несколько пропадал. Ещё накануне сплава я занимался в нашем клубном спортзале с гантелями стараясь растянуть мышцы плеч чтобы они после длительной гребли не болели. Ведь когда нетренированный гребец после дня работы веслом ложился спать утром у него всё болело и он практически "выбывал" на три дня пока не входил в ритм. Но всё равно его мышцы болели и ждали вечернего отдыха как маны небесной.

Позже после кошмарного оверкиля на реке когда Лёшку протащило в притопленной байдарке под лежащей на воде елью, он сознался ребятам, что ни в каких категорийных походах он не был и что вообще он чайник.  Только зачем было врать было непонятно, его бы и так поняли, почему нет. С нами ходили  и школьники и студенты так что опасался он зря. Конечно если бы он сразу сказал что не имеет опыта и со снарягой у него не важно ему бы всё это предоставили без проблем. Тем более что он был другом нашего руководителя Володи который по своей отзывчивой натуре разбился бы в лепёшку, а достал всё необходимое.

Когда река начала сильно петлять мы оторвались от наших вперёд чтобы не столкнутся своей кормой с чужим носом и на крутом повороте вылетели к лежащему поперёк русла упавшему дереву. Лёшка вместо того чтобы отвести нос байдарки правой лопастью влево и обойти верхушку перегородившую реку ели как его учили, повернулся ко мне и стал тараторить — «шеф, всё пропало» передай остальным что впереди дерево!

И я купившись оглянулся назад но никого не увидел, а когда повернулся было уже поздно!
На крутом повороте я один развернуть длинную байдарку (5.7 м) не смог и нас понесло на дерево. В общем, нам хватило несколько секунд, чтобы влететь в еловые лапы перегородившей реку ели. Мгновенно оценив обстановку я выскочил из байдарки и течение перебросило меня на другую сторону дерева, благо берег был рядом и я быстро вскарабкался наверх по его крутому склону.

Лёшка вместо того чтобы выбираться из байдарки стал паниковать что вода холодная и вылезать не стал. Байдарку вместе с Лёшкой под страшным напором воды так и затолкало под мохнатые лапы ели, протащив под ней на другую сторону чуть не оторвав ему его дурью голову, но зато он примерил на всю физиономию пиратские царапины!

Наша байдарка вопреки всему не утонула благодаря двум аптекарским кислородным подушкам, ёмкостью по 100 л, только это и спасло её от утопления. После того как байдарку затащило под дерево из-за поворота вылетели наши друзья и отгребаясь левыми лопастями из-под носа обвели мастерски лодки вокруг верхушки полоскавшейся еловой верхушки и догнали Лёшку которого выбросило на поверхность надувным горбом вверх, после чего он стал хлебать воду.

Тут все и узнали про его супер пуперовский «спец спас жилет военных водолазов». Всё оказалось проще пареной репы, Лёшка вместо спас жилета засунул под куртку со спины камеру от волейбольного мяча, о чём мы по началу даже и не догадывались. Ну, и естественно она стала его задавливать под воду поднимаясь над ним дыбом, когда он пытался поднять голову чтобы не захлебнуться. Напился он студёной сылвенской водички предостаточно аж до першения в горле.

Лёшку подняли за ворот куртки головой вверх да так и протащили до самого берега где его принял я.

- Да не тебя дурака жалко, - смеялись потом ребята над его конфузом. - А две утонувших бутылки водки!
 
Дело в том Лёшка по своей неопытности почему-то положил мои и свои кроссовки не в рюкзак в прорезиненный мешок, а в капроновую сумку с водкой и засунул в нос лодки даже непривязав к стрингерам. И после оверкиля сумка где была наша обувь и две бутылки водки каким-то чудом  всплыла и плыла какое-то время пока воздушный пузырь в ней не уменьшился.

Когда я хотел прыгнуть за ней в реку младший сын Анатолия Двойнишникова Андрей, сидя впереди «Тайменя 3» крикнул мне, что они успеют её догнать. Но как только рука младшего потянулась к плывущей сумке она сделала тихий глюк и ушла на дно... После этого похода Лёшка примерил кличку Горбатый, окончательно признавшись, что дальше городского Верх-Исетского пруда не плавал. Сейчас всё это пересказывается более длинно и обстоятельно чем на момент свершившегося, а ведь на все эти действия ушли секунды. В общем, всё было сделано, как учили. Поймали, доставили к берегу, налили водки, отогрели у жаркого костра и одели вовсё сухое.

Днём позже Лёшка опять отличился. Когда мы пристали к берегу на обед, я прикололся веслом слева, а Лёшка должен был выйти и придерживать борт лодки у берега пока я её не покину. Но мой матрос решил иначе видя что я ставлю правую ногу на берег отпустил борт и пошёл не оглядываясь к ребятам, а я видя как быстро расходятся байдарка и берег рухнул меж ними в реку.

-  А я смотрю, ты выходишь, ну думаю всё, - оправдывался Лёшка.

В этот же день я назначил его капитаном объяснив ему что надо уже начинать учится командовать. Когда пришло время отчаливать он поставил левую ногу в байдарку, а я резко оторвался от борта и отошёл в сторону. Всё повторилось, как и со мной. Лёшка видя что его ноги расходятся в шпагате разные стороны с матерным воплем свалился в воду и барахтался там пока я не протянул ему весло. Зато в другой раз он вцеплялся в борт как клещ, и всё проходило как по маслу. После этого сплава он уже крепко стоял на ногах и учил уму разуму других чайников перешагнув в ранг начищенного самовара.
.
Фото: клуб водников "Волна". Автор в красном спасике и голубых штанах лежит впереди своих товарищей