Новое завтра

Завтра ничем не будет отличаться от сегодня. Над всей планетой властвует самая неизведанная и непобедимая сила – время. Каждый подчиняется ему: кто-то осознанно, а кто-то невзначай. Всё перемещается по замкнутому кругу, совершенно ничего не меняется: день за днём мы совершаем одни и те же действия, произносим одни и те же слова, видим одни и те же лица. Чтобы хоть как-то разрушить банальную трату бытия, что, как уже доказали учёные, не вечно, человечество стало придумывать себе различные хобби и развлечения. Это мало изменяло времяпрепровождение, но так создавалась иллюзия, что каждый сам вершит своё время и судьбу – свою жизнь. Кто-то играл по утрам на флейте, кто-то ловил лазуревых бабочек, а кто-то занимался благотворительностью.

Я же пишу письма. Пишу никому и отправляю в никуда. Как это возможно? Элементарно: каждый вечер я пишу письмо (информация, эмоциональность и объём  которого зависит от моего настроения, полученных за день впечатлений и, конечно же, времени) и с утра опускаю в почтовый ящик, не подписывая адреса. Или оставляю его где-нибудь, скажем, на скамейке Сэлайского парка. В этом занятии нет ничего противозаконного или банального, и это очень помогает забыть о повседневных проблемах. К тому же, это довольно оригинально и небезынтересно. Как правило, в письмах я излагаю всё, что в данный момент мне показалось любопытным, я никогда не подписываюсь и порой меняю почерк. Бывает, что я пишу там стихи, но это случается довольно редко – всё-таки не хотелось бы увидеть своё сочинение под чужим именем в какой-нибудь, к примеру, газете. В этом увлечении очень помогает моя наблюдательность и проницательность – бывает, даже удаётся предугадать чьи-либо действия и даже судьбы. Одним словом, я практически всегда оказываюсь права в своих размышлениях. Но об этом не знает никто, кроме, конечно же, писем.

Вот и написано очередное письмо. Запечатав его в голубоватый конверт, я вышла на улицу и пошла прогуляться до парка. Весеннее утро наполняет это время своими прелестями: радостное пение птиц, довольное мурлыканье соседского кота… Я была настолько увлечена своими мыслями, что не заметила на своем пути фотографа. Молодой человек получил нехилый удар экс-каратистки в живот – старая привычка.
 
- Ох… - только и смог выдавить ошарашенный таким поворотом событий парень.
- Извините, я не хотела, я Вас не заметила…
- Да уж, - усмехнулся он, - зато может теперь будешь смотреть по сторонам, - он с досадой посмотрел на толстенного кота, того самого, который, испугавшись моего удара, решил переменить место своего сна в лучах солнца, - а такой кадр был…Ты на почту?

Я вспомнила, что сжимаю в руках конверт. Вчера я написала огромное письмо, поэтому и голубоватая вешица имела внушительные размеры.

- Нет, после минутного молчания произнесла я, - это… так, документы.
- Документы? Ну что ж, не смею задерживать тебя, наверняка это важно, - он с усмешкой глянул на конверт, явно мне не поверив, - и да, смотри по сторонам, - добавил молодой человек, подмигнув мне, и снова уткнулся в объектив камеры.
- Да, спасибо, буду.

Дойдя до последней скамейки, я, как обычно, положила туда конверт и отправилась домой. Тучи стали сгущаться над головой, и люди заторопились по своим делам, а я же замедлила шаг. Как бы это странно ни звучало, я обожала гулять под дождём. Шлепать по лужам, сидеть под крышей остановки с промокшими голубями и кошками, ощущать, как холодные капли разбиваются о твоё лицо, будто резвятся и веселятся детишки. Вот прогремел гром, и… ливануло. Визжащие девочки, укрывая головы своими сумками понеслись по домам, взрослые достали зонты и угрюмо перешагивали ручейки на мостовой. А я бегала по лужам, кружилась, напевала песенки и качалась на качелях. Одним словом, изменяла привычный ход  дня. Но кто бы мог подумать, что продрогшая, но в приподнятом настроении, позже я обнаружу, что простыла.

Какие же это скучные дни – дни болезни. Лежишь целый день дома, спишь, читаешь книгу, принимаешь лекарство и снова спишь. Писать письма мне не удавалось, так как приходилось всё время проводить в постели. Температура не снижалась несколько дней, из-за чего таким образом  я провела дома больше недели.

Выздоровев и вырвавшись, наконец, на свободу, я сразу же побежала в Сэлайский парк, на любимую скамейку, где никто не отвлекал и не мешал наслаждаться природой и пением птиц. Но сегодня здесь было что-то странное… На жёлтых деревяшках лежал конверт. Я не могла поверить своим глазам! Конверт! Я ничего не писала неделю, так что это точно не моё. Должно быть, кто-то забыл его тут, надо будет взять и отправить на почту. Перевернув конверт, чтобы увидеть адресата, я выронила письмо. Золотистыми буквами было выведено: «Девушке, пишущей письма скамейке». Что за вздор?! Я не общалась со скамейкой! Однако письмо было явно написано для меня. Подняв таинственный коверт, я долго не решалась открыть его. Но любопытство всё-таки взяло верх. Аккуратно распечатав, я достала лиловый листок, на котором красовался аккуратный, с завитушками почерк. Переведя дух, я начала читать:

«Здравствуйте, незнакомка. Надеюсь, что именно Вы откроете и прочитаете это письмо, но какие могут быть гарантии, когда оставляешь письмо вот так, на скамейке. Скажите, почему Вы не указываете свой адрес? У меня даже нет возможности связаться с Вами. Я не получал от Вас письма уже неделю, и это обеспокоило меня. Вы отбросили эту идею? Или, может быть, что-то у Вас случилось? Да, какое же странное у нас выходит общение…  Я ведь даже Вашего имени  не знаю… Что ж, наверное, мне следует представиться: меня зовут Джоуи… И…

Однажды я решил прогуляться по парку и наткнулся на этой скамейке, на которой Вы наверняка сейчас сидите, на голубой конверт без адреса и каких-либо пометок.  Сначала я хотел оставить его на месте, а потом всё-таки решил взять его и отнести на почту – может, кто-то бы пришёл за ним. Сложив письмо в карман, я продолжил прогулку и совсем забыл о находке. И только вернувшись домой, я снова на него наткнулся. Долго думая о возможных вариантах этого письма, я всё-таки вскрыл конверт и прочел его. Думаю, это было первое Ваше письмо. Там Вы писали о замечательной погоде и о том, что пишите здесь просто так. С тех пор я каждый день ходил в этот парк и на этой скамейке находил письмо. Но сегодня этого не случилось. И только сегодня я понял, что без этих писем не могу существовать. Это звучит странно, но…»

Я оторвалась от письма. Сердце бешено колотилось, и я не могла понять своих чувств. Никогда у меня не возникало даже предположений, что мои письма кто-то читает и уж тем более, что когда-нибудь я получу на них ответ. Перелистнув страницу, я продолжила чтение:

«… но Ваши письма… Благодаря им, каждый день стал отличаться от предыдущего. Это как бы явилось моим способом противостояния будничнему времени.
И вот, Вы не писали уже неделю. Позвольте просить Вашего ответа на мое нелепое письмо. Никогда бы и не подумал, что буду о таком просить, но как Вы смотрите на то, чтобы переписываться?
С уважением,  Джоуи.»

Несколько раз перечитав послание, я побежала домой. Всё-таки, я скорее была счастлива, чем огорчена ответом, ведь будни приобретали новые краски. Скорее хотелось написать ответ, поэтому я… снова не заметила фотографа.

 - Эй, это снова ты? – усмехнувшись, произнёс парень, - так и камеру мне сломать можно.
- Извините, я…
- Да, снова меня не заметила, - перебил он меня, поправив лямку фотоаппарата, - Постарайся всё же смотреть по сторонам.
 - Да, спасибо. Извините.

Я не стала дожидаться, пока он что-нибудь ответит, да и ответа не требовалось, поэтому побежала скорее домой. Запыхавшись, я быстро села за стол, взяла любимую ручку со стрекозой на колпачке и… не знала что написать. Покрутившись на стуле, я ещё раз перечитала полученное письмо и, сделав глубокий вдох, повторила попытку:

« Дорогой Джоуи…» Нет, какой он мне «дорогой»?! Так не пойдет, надо что-нибудь типа…
«Здравствуйте, Джоуи!» Нет, это слишком официально! Разозлившись на себя, я бросила ручку и решила прогуляться.

Во время прогулки я долго размышляла о том, что же можно написать человеку, который знает обо мне практически всеё, кроме моего внешнего вида, ведь в письмах я писала о том, что чувствую, как вижу мир, о людях, которые встречаются на моём пути, даже о том коте, которого пытался заснять фотограф, о…  В общем, о своей жизни, обо всём. Остановившись, я посмотрела на свои любимые босоножки (которые, кстати, давно пора бы выкинуть, не говоря уже о том, что я до сих пор их ношу) и чуть не рассмеялась: хорошо, что я не писала о своём внешнем виде!

Прошатавшись по переулкам несколько часов, я так и не пришла ни к чему, так что вернулась к написанию письма «с пустыми руками». Снова сев за стол, снова взяв ручку, я решила сосредоточиться на выведении букв и писать то, что вздумается, как я это делала обычно.

«Привет, Джоуи! Или лучше сказать «здравствуйте»… Не знаю, ведь мне никогда не приходилось писать письма кому-то. Вы когда-нибудь сталкивались с тем, что Ваше хобби кажется окружающим странным и ненужным? Вот у меня с этим так. Поэтому, наверное, я ни с кем и не переписывалась…  до сих пор. Ваше письмо было для меня приятной находкой, спасибо.

Я не писала, потому что до этого гуляла под дождём, вымокла и заболела – пришлось отложить это дело. Но теперь всё в порядке, спасибо за беспокойство.
Скажите, Джоуи, у вас есть все-все мои письма? С самого первого? Это удивительно! Я думала, их выбрасывает дворник по вечерам, или что-нибудь такое. И именно по той же причине не указывала адрес – зачем?

Ах да, меня зовут Клэр. Мне 16 и я неприметной внешности, если это Вас интересует.  Можно ли узнать Ваш возраст? Думаю, Вы старше меня и уж точно не глупы. Если что, сразу извиняюсь за мою бестактность…

Да, Джоуи, поверьте, я не общаюсь со скамейкой! Этой фразой Вы меня так насмешили! Я, может, и маленькая глупая девочка, но пока ещё не имею привычки представлять лавочки своими собеседниками.

На Ваш вопрос отвечаю положительно. То есть, мне было бы очень приятно… Вернее, я бы с удовольствием… Короче, давайте попробуем переписываться.
Извините за столь идиотское письмо.
С уважением, Клэр.»

Закончив писанину, первым моим желанием было разорвать листок и выкинуть, но я решила перечитать – вдруг неплохо вышло? Второе желание было аналогичным – ну что за бред  я понаписала?! Но делать нечего, человек ждал моего ответа… Вздохнув, я упаковала письмо в конверт и отнесла его на «мою старую знакомую».

Прошла пара дней, а на скамейке не было ни моего письма, ни ответа. Я уже начала думать, что это просто чья-то шутка, и никто не собирается мне отвечать, как заметила, что фотограф, которого я уже видела здесь не раз, направил свой объектив на ту самую скамейку, где сегодня лежало письмо! Мне не терпелось взять его, но я не могла сделать этого при фотографе. Переминаясь с ноги на ногу, я решила поздороваться:

-Здравствуйте, а что это Вы делаете?

Переведя взгляд со скамейки, на меня, он улыбнулся и сказал:

- Здравствуй. Очевидно, это твои «документы»? – я промолчала, - Меня просто вдохновил этот сюжет, вот я и решил… Смотри!

Он протянул мне свою камеру и показал только что сделанные кадры. Это было потрясающе! Не знала, что просто конверт на какой-то лавке может выглядеть так красиво!

- У Вас талант… Определённо! – добавила я.

Он снова улыбнулся и ответил:
- Спасибо. Пойду проявлять свои работы, пока! – и, помахав мне рукой, пошёл по аллее.
- До свидания, - чуть слышно сказала я.

Теперь письмо в моих руках, и, понимая, что до дома я не дотерплю, я села на скамейку и распечатала конверт. Уже знакомый почерк заставил меня радоваться теперь необычному дню.

«Привет, маленькая Клэр!..»

Ага, значит я была права, посчитав его старше себя.

«… Весьма благодарен тебе за ответ на моё письмо, я был очень рад. Но почему ты снова не написала адрес? Мой написан на конверте, посылай письма туда, буду ждать.
Кстати, ничего, если мы перейдём на «ты»? А то получается какое-то официальное письмо…

Ты права, я немного старше тебя, мне 21...»

Я прервала чтение. И это он называет «немного»?! Целых 5 лет разницы! Проверив, нет ли кого поблизости, я вернулась к письму:

«… Надеюсь, тебя это не смутит, и мы продолжим общение.
Да, все твои письма у меня, хранятся в кладовке. Иногда я их перечитываю, что очень поднимает настроение. Но общение с тобой гораздо приятнее, ещё раз спасибо, что ответила.

Клэр, твоё письмо совсем не было идиотским! Оно очень милое…»

Угу, «милое письмо от смазливой девчонки».

«…и мне кажется, что так, благодаря тебе,  я могу вырваться из обыденности и времени. Знаю, звучит очень странно, но твои письма никогда не повторяются, в них всегда вложены разные ощущения, эмоции, мысли. И это удивительно!

Клэр, мне не хочется спугнуть тебя или что-нибудь подобное, но… Как ты смотришь на то, чтобы встретиться и пообщаться вживую?..»

Я чуть не выронила письмо. Встретиться? Со мной?!

«… Я понимаю, что это наверняка слишком быстрый поворот событий, но мне кажется, что я уже знаю тебя и ты меня тоже. Сегодня я решился на очень глупый поступок и захотел проверить свою теорию. Мне хотелось удостовериться, что я не ошибаюсь и это действительно ты… Ведь ты так похожа на ту, что писала письма скамейке…»

- Да не писала я письма скамейке! – засмеявшись, вслух сказала я.

«… Если моя теория окажется верной, то завтра ты поймешь, кто я, если придёшь к этой самой скамейке. Я не могу сказать, как ты меня узнаешь, но этот план я продумывал уже много раз, всё должно сработать.

Правда, я не заставляю тебя приходить: если ты не хочешь видеть меня, то напиши об этом. Может быть, ты вообще не захочешь общаться со мной из-за моей резкости…»
- Ну конечно, не захочу? Да ещё как хочу! – всё шире улыбаясь, снова случайно вслух сказала я.

«… В таком случае, просто напиши об этом.
Твой Джоуи.»

Мой Джоуи? Он написал «мой Джоуи»?! От этой мысли почему-то захотелось радостно закричать на весь парк и запрыгать на месте. Я спрятала письмо в рюкзачок и побежала домой. Мне так хочется увидеть этого Джоуи! И плевать мне, что он на 5 лет меня старше… Погоди-ка! А зачем ему 16ти-летняя девушка?! На мгновение вернулся разум, но сердце тут же взяло своё. Интересно, как я его узнаю? Что он сделает для этого? Широко улыбаясь и скача по улице, я уже думала о завтрашнем дне.

Всё утро я не знала, куда себя девать. Так хотелось этой странной встречи, и в то же время я очень боялась! Уже стало вечереть, и я пошла к той самой скамейке…
На мне было лиловое платье, волосы распущены, старые босоножки заменены на белые туфельки, а в сумочке, под цвет им, лежало письмо от Джоуи – с этим конвертиком мне почему-то было спокойнее. Почти дойдя уже до места встречи, мне вдруг стало так страшно, что я развернулась и хотела рвануть обратно, но, пробежав пару шагов, посмеялась над собственной глупостью, сделала глубокий вдох и пошла к лавочке.
В конце парка на деревьях висели новогодние гирлянды и разноцветные шарики. Прохожие удивленно проходили эту часть парка, а я остановилась, любуясь этим маленьким чудом, совершенно забыв о страхе и напряжённости.  И только тогда я заметила, что из шариков в небе получалось моё имя. Нет, наверное, мне это кажется, кто будет делать такую красоту ради… Джоуи? Не может быть! Просияв, я побежала до скамейки, на которой лежала белая роза и конверт. Как это волшебно! Просто глазам своим не верила! В письме было всего три слова:

«Посмотри наверх, Клэр».

Я  с опаской подняла голову и ахнула! На деревьях были развешаны фотографии! На одной я бегу, в руках держа письмо, на следующей сонный кот на асфальте… Джоуи – это тот фотограф?! Тут я заметила еще одну фотографию: на ней была эта самая скамейка с письмом, которое я с нетерпением хотела незаметно забрать. Хотелось прыгать и кружиться, но прежде всего, я хотела встретиться с Джоуи. Я оглянулась по сторонам – ни души. Как же его найти? Как? Ну где же он?? Стоп… Я знала способ! Зажмурившись, я резко развернулась на своих каблучках и рванула вперёд! Я бежала, бежала и… врезалась в кого-то. Открыв глаза, я увидела фотографа, который потрепал меня по голове с доброй, такой взрослой, улыбкой.

- Джоуи!


- Вот так я познакомилась с твоим дедушкой, Хлои, - сказала я, поглаживая девочку по голове, - с этого самого момента, в нашем городе каждый день стал особенным, а фотографии, сделанные Джоуи, до сих пор висят в Сэлайском парке. Я настояла на том, чтобы мой муж сделал там импровизированную выставку, благодаря которой, как тебе известно, моя девочка, Джоуи стал известным профессиональным фотографом.

- Ба, а где все ваше письма? Ты сохранила их?
- О, да, конечно, милая. Когда ты подрастёшь, я обязательно покажу их тебе, думаю, твой дедушка был бы этому очень рад.
- Скажи, бабушка, а ты до сих пор его любишь?
- Конечно, Хлои, очень…  Я очень люблю твоего дедушку. Старина Джоуи был чудесным человеком, - я вздохнула, вороша нахлынувшие воспоминания, - знаешь, когда родился твой дядя Ричард, мой муж принёс ко мне в палату, представляешь, прямо в роддом, твою маму, она тогда была ещё совсем ма-а-а-ленькой, прямо как ты сейчас, а в руках у девочки был браслетик из пластмассовых бусинок и маленьких фотографий. «Мы сделали с папой это для тебя и моего братика» - протянув маленькие ладошки, сказала твоя мама.

Крошка Хлои зевнула и потёрла уставшие глазки. Я положила внучку в кроватку, поцеловала в щёчку и пожелала спокойной ночи.

- Бабуль, я совсем не хочу спать, расскажи мне ещё про дедушку! – борясь со сном, произнесла моя маленькая девочка.
- Засыпай, милая, я расскажу тебе что-нибудь завтра, хорошо?
- Хорошо, - пролепетала малютка и быстро уснула.

Я вышла на балкон, вдохнула свежий ночной воздух и посмотрела на небо.

«Какие у нас замечательные внуки, Джоуи.»

27.02.2010 – 6.04.2010