А теперь, милая, не дышать

Её не удивило ничуть, что народу здесь тьма.
И у одного кабинета.  Сезон же!

Не задаваясь любопытством о крайнем, девушка тоже присела.
Мягко улыбнулась соседке.
И бегло заглянула в пакетик.
Выудила из него яркую косметичку и, не мешкая, погрузилась в процесс.
Кисточки, щипчики, пробники, щётки… 

Публика позитивно заёрзала.

Споро и блестяще улучшившись, девушка оторвалась от сиденья.

Публика перестала дышать.

Не перебирая на паузе, дева вынула из пакета нечто воздушное-светлое  и накинула его на себя.   
 
Ладошками прошлась по своим безумным изгибчикам и, прежде чем ступить за порог и створки приличий, загадочно шепнула болезным: "Есть у меня пара слов этому..." 

Публика задышала неровно.

– Интерн, - предположила недавняя соседка по-доброму.
- Раз-во-од! – тыковку почесали продвинутые.
 

А чуть погодя из кабинета разлилось сугубо медицинское трепетное: "А, теперь, милая, ещё не ды-ша-ать."
   
Публика напряглась до упора.
 
***


Потом она проявилась на выходе.
Очаровательная, смущенная, свежая!. 

Публика изготовилась швырять в эту свежесть всё, что до того накопила.

А девушка - попытаться сохранить ну хотя бы чуток этой бсжественной свежести.

Но, во всё ещё приоткрытую створку, выпорхнула ей вдогонку сестричка:

"Барышня! 
Вы блузочку свою нам оставили!?"

И тут публика себя так повела!?
Где она только этих слов нахваталась?!

-Так я же его только спросила, а он - раздевайтесь, послушаем..