Адалинда

Он звал её. Адалинда смотрела на приближающиеся пирамиды из кузова внедорожника, несущего их экспедицию на место раскопок. Предполагаемых лишь. Но этот факт известен только Адалинде. Им же она пока не собиралась делится с остальными. Момент истины, тем не менее, близок, всего несколько сотен метров отделяют исследователей от пирамид. В команде она — единственная женщина, но несмотря на свою внешнюю хрупкость и то, что Адалинда — «девушка с тонкими запястьями», как говорит её бывший парень, она совершенно привычна к полевым условиям. Сочетание хрупкости и боевого духа придаёт Адалинде огромный шарм, золотые локоны развеваются на жарком ветру под палящим солнцем, выбиваясь при этом из походной пробковой каски на голове археолога, песочный цвет одежды, с широким поясом на тонкой талии, контрастирует с гетерохромией глаз Адалинды, один из которых морской, а другой практически зелёный. «Египетская
колдунья» — так прозвали девушку ещё со времён учебы в археологическом институте. Только волосы бы ей для такого прозвища потемнее.

Адалинда Вернер — египтолог, специалист по иероглифической письменности. Пирамиды она впервые увидела ещё в подростковом возрасте и с тех пор они не отпускают её. Адалинда была в Египте в составе нескольких экспедиций. На этот раз в их команду из шести человек вместе с ней входят этнограф, антрополог, ботаник, художник и ещё один археолог.

Наконец внедорожник остановился у места предполагаемых раскопок. Экспедиция была снаряжена по инициативе Адалинды, она же является её научным руководителем, и почти тайком от администрации института.

Всё началось с того, что несколько месяцев назад...

Окна в спальне Адалинды были раскрыты. В городе стояло жаркое лето. И хоть немного прохладный ночной воздух просто необходим при такой погоде для небольшой передышки. Ветерок парусами поднимал тюлевые прозрачные занавески на окнах. Адалинда мирно спала в своей постели. Но внезапно её разбудил чей-то настойчивый голос во тьме. Спросонья Адалинда не сразу вспомнила, что сегодня, как и целых несколько прошедших недель, ночует одна, с Ноланом, её парнем, они расстались, и никого рядом нет. Когда девушка поняла это, то не на шутку испугалась. Огляделась по сторонам. Но с ней в комнате никого не было. Голос снова позвал.

— Кто здесь?!
— Адалинда, с тобой говорит дух египетского фараона, ты должна слушать меня.
— О, с какой это стати? — решив, что не в себе, Вернер стала с иронией отвечать.
— Ты же хочешь знать разгадку плиты на гробнице Аир?

Адалинда, увлечённая именно этой тайной, сразу забыла о невероятности происходящего и стала внимательно слушать потусторонний шёпот. Впоследствии он привёл её на место новой экспедиции.

Ночная прохлада комнаты. Развевающиеся занавески. Запах эфирных масел. И манящий одурманивающий голос. Всё это наполняло Адалинду каким-то волнующим трепетом. Томные грёзы обволакивали её постепенно всё сильней.

***

Когда археологи во главе с Адалиндой Вернер прибыли на место, где разбили лагерь, она объяснила им истинную причину их пребывания здесь, ну, конечно, без рассказов о таинственном духе фараона. Тайна надписи на плите Аир манила многих, и шум в подобных изысканниях привлёк бы лишнее внимание. Поэтому никто из участников экспедиции особенно не был шокирован. Тем не менее, дополнительные исследования никогда не бывают лишними, и каждый приступил к своим обязанностям.

Адалинда же испытывала небывалое ощущение предвкушения. Пески говорили с ней. Шептали и увлекали в древние тайны пустыни.

Оказавшись на месте, где захоронен фараон, а Адалинда точно знала, что это именно так, ведь рассказы его совпадали с теми знаниями, которые она почерпнула в древних манускриптах, Вернер испытывала небывалое волнение.

В течение нескольких дней экспедиция вела тщательные исследования. Адалинда ждала скорейшей разгадки. Изучение стены наводило на недоступные прежде факты. И однажды ночью голос снова заговорил с ней пока все археологи спали. Адалинда поднялась и вышла из палатки. Она шла за голосом, который остановил Вернер перед самой пирамидой. Фигуры почти светились в лучах полнолуния. Наконец фараон сообщил Адалинде необходимые шифры, соединив которые, она смогла войти внутрь. Через мгновение, как только Адалинда Вернер вошла в огромный каменный зал, стена сама неожиданно затворилась. Испугавшись, девушка попыталась её самостоятельно открыть. Но ничего не вышло. Адалинда стала кричать. Но от этого не было толку.

С утра археологи поняли, что ночью их настигла песчаная буря, едва не засыпавшая все палатки. Они выбрались. Но обнаружили, что Адалинды нигде нет. Поиски не дали результатов. Решив, что девушку забрали с собой пески, исследователи с сожалением констатировали её гибель.

***

Месяц спустя в городе, где расположен археологический институт, сотрудником которого была Адалинда Вернер, признал египтолога без вести пропавшей. Осенние дни шептали листвой о наступлении холодов. На столике в уличном кафе одиноко лежал свежий шелестящий тонкими страницами экземпляр газеты — «Знаменитый египтолог, специалист по иероглифической письменности, Адалинда Вернер, пропала в экспедиции к Аир; в память о выдающемся учёном учеучредили стипендию».