Море

   Вы хотите знать, как засыпает море? Я расскажу вам. Море засыпает очень поздно, когда солнце уходит за горизонт и, быстро сгущающиеся, сумерки превращаются в непроглядную тьму – море начинает засыпать. Это бывает в то время, когда наступает Час Быка, когда на берегу, всё ещё, шумят курортники и береговые огни, такие яркие на набережной, с трудом пробиваясь сквозь тьму в море, лишь убаюкивают его.      
   Это очень заметно, если смотреть за борт судна – вода всё тише и тише плещет о борт и, наконец, совсем останавливается, а швартов, который ранее покачивался в такт волне, замер как неподвижная струна. Даже, все те, кто на судне в это время, берут полтона ниже и разговаривают вполголоса, а редкая, запоздалая волна, прошуршав камешками на берегу, создаёт впечатление, что море похрапывает.      
   Вы хотите узнать, какое море на самом деле? Я расскажу вам. Для этого нужно подкрасться к нему в тот момент, когда оно ещё крепко спит, то есть, в то самое время, когда, обычно, все крепко спят – это в утренние, предрассветные часы. Это тогда, когда уже довольно светло, но солнце ещё не коснулось своими лучами поверхности моря. Именно в эти часы, море бывает настолько безмятежно-спокойным, что, даже, его вода у берега – абсолютно неподвижна.      
   В это время она настолько неподвижна и прозрачна, что не сразу и поймёшь – где граница, между водой и песком пляжа. Заходить в воду, в этот момент, кажется чем-то кощунственным, на это нужно, только, смотреть. Сколько угодно, можно смотреть вдаль – везде ровная, как стекло, гладь воды. И если кинуть камешек, то круги от него, будут долго и далеко расходиться, точно так же, как в тишайшем озере.      
   Только, по, матово-светящимся как жемчуг, мелким, белым камешкам, можно догадаться, где кончается песок пляжа и начинается вода – на воздухе, эти камешки, так не светятся. Если опустить палец в воду, то не сразу почувствуешь прикосновение к воде, настолько она нежна и первозданна. Вот, она – Природа, ловите момент – вы соприкасаетесь с Вечностью. Здесь, в бухте, солнце всегда запаздывает, из-за того, что Ай-Георгий не даёт ему заглянуть в бухту до тех пор, пока оно не поднимется выше самой горы и только тогда уже, первые лучики, блеснув из-за Георгия, чиркнут по поверхности моря.      
   Море, от этого, как бы, проснувшись и потягиваясь, начинает шаловливо играть кромкой воды у берега. А солнце спешит – вот, уже пол-диска, а вот, оно, уже – полностью выскочило на утреннее небо. Его, по утреннему тёплые, лучи, начинают припекать спину и, собственно, всё. Пора уже уходить – волшебство закончилось, начинается обычный, «рабочий день» для «дикарей».      
   А вот и они – первые энтузиасты утреннего загара, бренча и тарахтя пляжной утварью, уже спешат мне навстречу; и чем дальше я ухожу от моря – тем их всё больше и больше. Не беда, что к вечеру всю воду взмутят и загадят – к утру, море опять будет блистать первозданной чистотой. Ничего – морю это не впервой, оно выдержит, уж я-то – знаю.