доверчивый народ

ДОВЕРЧИВЫЙ НАРОД
На совещании в разведывательном отделе госдепа США были заслушаны доклады о том, что в СССР сре-ди народа началось брожение, что многие люди разоча-ровались в идеалах коммунизма и хотят социализма с  «человеческим лицом» как, например, в Швеции, раз-ных сортов колбасы до отвала и мало работать. Поды-тоживая, полковник ЦРУ, подтянутый худощавый Майкл, удовлетворенно сказал: «Не надо ослаблять давление на Россию – еще немного и этот великан на глиняных ногах падет. Статьи в советских газетах, ко-торые проплачиваем, – этого мало. Необходимо выйти на телевидение, его смотрят миллионы. Да и веришь увиденному на экране гораздо охотнее». Из–за длинно-го стола поднялся моложавый, но уже лысоватый майор Джон: «У меня хорошие связи с руководителем компар-тии по идеологии, который курирует телевидение. Он надавит на кого надо, следует только немножко запла-тить». – «Прекрасно. Действуйте…»  – сказал Майкл. «Есть мысль показать, как хорошо и богато живут рус-ские при капитализме в Америке. Путь русский народ слюни распустит и не препятствует к приходу к власти реформатора Ельцина», – заявил с ухмылкой Джон. «Есть такие?» – поинтересовался Майкл. «Найдем. Например, некоторые ученые или врачи из бывшего СССР эмигрировавшие. Они неплохо зарабатывают». – «Зарабатывают?.. – Майкл поморщился. – Надо пока-зать, что здесь и работать не надо, как в раю! Все само в рот падает!» Джон сосредоточился: «Можно, к приме-ру, этих…Тех, кто сумел наворовать в СССР и деньги сюда переправить. Много таких во внешней советской торговле работало, а теперь к нам перебралось». Майк хмыкнул: «А зачем им светиться? Они сидят сейчас на своих деньгах и нос не высовывают». – «Кого тогда?» – «Думай, тебе же за это зарплату платят». Джон вооду-шевился: «Может, снять сюжет примерно такой, как мы якобы на Луну летали…»
Присутствующие сразу испуганно и напряженно притихли, приклонили головы, чтоб никто не подумал, что с сослуживцем солидарны, ибо американские фальшивые полеты на Луну – это была тщательно охраняемая тайна, которая сыграла огромную роль в том, что в мире многие люди, что с восторгом и зави-стью смотрели на достижения Советского Союза в кос-монавтике, в науке и технике, и уже сомневались в цен-ностях и возможностях капитализма, предрекали ему скорый проигрыш в «холодной войне», стали понимать, что и капитализм кое–что умеет, что в нем еще много резервов! Об этой тайне знало лишь высшее руковод-ство страны, но многие догадывались и вопрошали, по-чему уже много лет ничего подобного американцам в космосе сделать не удалось… Некоторые ретивые жур-налисты с усмешкой замечали в фильме, где показывали высадку астронавтов на Луну, что американский звезд-но–полосатый флаг, воткнутый в песок, колеблется от ветра, хотя никакого ветра на Луне нет, ибо нет атмо-сферы. Другие отмечали, что размер вездехода, на ко-тором лихо разъезжает по пескам Луны астронавт, го-раздо больше, чем способен вместить грузовой отсек космического корабля, который его доставил якобы на Луну. Третьи удивлялись тому, как бодро прыгают (словно кузнечики по траве) астронавты, если их ко-стюмы с сопутствующим оборудованием и кислород-ными баллонами должны весить 120 килограммов. Да и когда американцы, якобы привезшие на землю чуть ли не полтонны лунной почвы, стали дарить ее музеям ми-ра, то вдруг оказалось, что это обычная земная порода. Было множество и других нестыковок, тем не менее, руководство страны, которое потратило на лунную пиар–одиссею якобы более 20 миллиардов долларов, и не думало оправдываться.
Майкл, гася возникшую неловкость, усмехнулся и бодренько заявил: «Давайте шутки в сторону и займем-ся делом…»
Чтобы замять свое неуклюжее высказывание, оправ-даться перед начальством за длинный язык, за несдер-жанность, и опасаясь, что его уволят с работы, Джон на следующий же день с утра взялся с воодушевлением и большой энергией за порученную работу. Он поехал на Брайтон–бич, где жили несколько тайных агентов ЦРУ советского происхождения. Они доносили Джону, какая царит атмосфера в российской общине, что компактно проживает в Нью–Йорке в одном районе. А то вдруг там заведется шпион из России, заброшенный в Амери-ку под видом сбежавшего от гнета советской диктатуры еврея, и, освоившись, начнет подрывную работу! С их помощью немало было выявлено бывших советских жуликов, которые умудрялись разбавлять на автоза-правках бензин водой, приторговывали наркотиками…
Маленький толстый еврей из Одессы Давид Цукер-ман встретил Джона в уютном кафе на Брайтон–бич широкой улыбкой: «Чем готов служить?» – «Мне необ-ходимы пару русских людей, молодых и здоровых, чтоб снять фильм», – заявил Джон и показал руками, какие большие у них должны быть животы. Давид скуксился: «Обязательно русских? А евреи подойдут?» Джон кив-нул: «Надо только чтоб хорошо на русском говорили». – «А можно родственников? – спросил Давид, загляды-вая подобострастно в глаза Джону. – У  меня сынок есть и племянничек».  – «Язык за зубами будут держать, ес-ли что?» – спросил сухо Джон. «Обижаете! – восклик-нул Давид и спросил: – А  им за это что–нибудь перепа-дет?» – «По тысяче долларов». Давид еще шире сделал улыбку: «А это не мало?» – он намеревался от суммы гонорара отхватить кое–что себе. Джон сердито фырк-нул: «А что, они Сталлоне или Шварцнеггер, чтоб го-норары миллионные получать за пять минут съемки?!! К тому же они там еще нажрутся до отвала и девочек красивых пощупают». – «Ну тогда замечательно, прямо сейчас и возьмем их… – воскликнул Давид и добавил скромно и смущено: – А аванс будет? За посредниче-ство». Джон с брезгливым видом дал ему триста долла-ров тремя бумажками, посадил в свою машину и поехал по улице, куда указывал Давид.
Вскоре они оказались в скромной темноватой квар-тире, где сидели около телевизора на большом продав-ленном диване, заняв весь объемными задницами, два кучерявых, лет по двадцать пять, толстяка – обычно та-кими бывают негры в Америке, живущие на пособие и растолстевшие на фаст–фуде. Толстяки мяли зубами жевательную резинку с таким рвением, что шевелились не только их толстые, похожие на ягодицы щеки, но и жирные уши «Ну–ка скажите что–нибудь на  русском?» – заявил Джон недоверчиво этим несимпатичным лю-дям, опасаясь, что Давид подсунет ему ради своей вы-годы каких–нибудь совсем тупых родственников. «А что сказать–то?» – фыркнул один с заплывшими, слов-но у свиньи, маленькими глазками. Давид ему по–отцовски ласково заявил: «Скажи, Изя, как тебе в самой демократической стране мира живется». У борова на лице не появилось никаких эмоций, и он сказал по–русски, лишь поменяв слова вопроса местами: «Мне очень хорошо живется в демократической стране!». «Ну что?» – заискивающе спросил Давид Джона. Тот кивнул: «Подойдет…»
Джон привез толстяков (каждый по полтора центне-ра весом), которые еле уместились в огромной машине на заднем сиденье (хорошо, что микроавтобус не при-шлось вызывать), и задок которой от их веса шоркал на кочках по асфальту, на двухэтажную виллу на берегу океана. Вилла использовалась для нужд ЦРУ – туда ча-стенько привозили дипломатов из посольств разных стран, чтоб угостить до помутнения рассудка виски, подсунуть в кровать девок, заснять оргии на пленку и потом, используя как компромат, вербовать их. Так что вилла не пустовала…
Машина въехала за высокую каменную ограду, что окружала виллу, чтоб никто посторонний не мог туда заглянуть и узнать, что там делается. Во дворе Джона, под шиферным навесом, что скрывал людей от жаркого полуденного солнца, уже ждала съемочная группа в со-ставе моложавого, с темной бородкой латиноамерикан-ца–оператора, лысоватого потного режиссера с пше-ничными усиками и молоденькой страхулюдной костю-мерши. Недалеко от них в шезлонгах около бассейна загорали две молоденькие проститутки–мулатки, они были на содержании ЦРУ и обслуживали только нуж-ных разведке США людей. Проститутки с интересом, но слегка брезгливо посмотрели на толстяков, которые с трудом выползли из машины на слоновьих коротких ножках. «Все ко мне»! – приказал Джон. Когда съемоч-ная группа, проститутки и негр–повар, что появился из двери подсобного помещения, собрались около него на веранде, он объяснил, что надо делать…
В это время толстяки стояли поодаль и смахивали со лбов ладонями пот. «С ними надо трахаться?» – спро-сила недовольно стройная широкобедрая мулатка. «Обойдутся, – сказал сухо Джон. – Сделайте массаж, на коленях у них посидите…» И приказал режиссеру: «Приступайте…» Наблюдая, как будет проходить съем-ка, чтоб вмешаться и что–либо важное подсказать, Джон уселся под навесом в тени и потягивал из длинно-го стакана оранжевый апельсиновый сок.
На веранду около бассейна, где располагалась клумба цветов и росли пальмы, вынесли два больших кожаных дивана, нарядили толстяков в яркие футболки и шорты (еле нашли таких крупных размеров в гарде-робе). Затем положили толстяков на диваны около сто-ла, где стояли множество разноцветных бутылок с ви-ном, с виски, с кока–колой, лежали апельсины, ананасы, виноград, а также огромные бутерброды, намазанные толстым слоем красной икры. Режиссер дал каждому толстяка по бутерброду в пухлые ручки и заявил: «Бе-седуйте между собой на русском языке…» – «О чем бе-седовать–то?» – спросил глуповато сын Давида Изя. «Об этих красивых девушках, – режиссер показал на проституток. – О том, как вам хорошо живется в шта-тах. И жуйте, жуйте!»
Оператор стал снимать, как толстяки суют в рот огромные (когда булка разрезана на две части вдоль) бутерброды, как девицы с томными улыбками массажи-руют им толстые свинячьи загривки, как садятся им на колени и обнимают за шеи, щекотят животы, постаны-вают, будто сейчас случится у них оргазм от огромного удовольствия. Джон брезгливо поморщился и крикнул: «Ешьте, но не так жадно. А то будто год не ели! Надо показать, что это ваш обычный ежедневный ланч».
Когда съемки были закончены, Джон сказал режис-серу: «Надеюсь, через два дня ролик будет готов. Сни-мите комнаты в доме и скажите в закадровом тексте, что все принадлежит этим двум мужикам и что живут они в таком довольстве со  сладкими девочками на бе-регу океана круглый год…»
***   
Придя со смены, с завода, где отстоял восемь часов у станка, Иван устало сел на кухне за стол. Несмотря на то, что был он худощавый, выносливый и жилистый, тем не менее, гудели руки и ноги – все–таки ему уже пятьдесят. Жена в простеньком сатиновом халате, что обтягивал располневшее с годами тело, поставила пе-ред ним вермишелевый постный супчик, сваренный из пакета китайской лапши, тарелку с пшенной кашей. «Чего–нибудь повкусней нет? – спросил он. – Котлетки, например, из свежей говядины?» Жена виновато развела руками: «Странно, куда–то мясо из магазинов делось – одни мослы. И вообще, на полках магазинов пусто». – «Горбачев сволочь виноват! Помогаем негритосам по всему миру, а самим уже жрать нечего», – хмыкнул сердито Иван и съел то, что дала жена.
Он ушел в зал, сел на диван и включил телевизор – хотел узнать, что в мире делается, какие очередные ре-формы затеял бывший генсек компартии, а с недавнего времени и Президент СССР, Горбачев. Казалось бы, слова он народу правильные говорил и реформы прово-дил нужные, а жизнь в стране становилась все сложнее и хуже…Тем временем на экране появились титры фильма «Русские в Америке». «Ну и как им там живет-ся?» – подумал заинтересованно Иван, полагая, что наверняка не очень хорошо, ибо знал из газет, что в Америке безработица, ну а те, кто работает, вынуждены трудиться очень напряженно, не отлынивая на переку-ры. Что  и отпуск у них очень короткий  и больничных нет... Так, по крайней мере, писалось в советской прес-се… Но стали показывать около бассейна с голубоватой чистой водой на шикарной вилле двух толстяков, что в окружении красивых мулаток с шоколадной кожей по-жирали пухлыми слюнявыми губами бутерброды с ик-рой и довольно улыбались. «Капитализм – это круто!» – говорил один. «Здесь не надо вкалывать, как при социа-лизме, чтоб жить хорошо», – вторил другой. Иван рази-нул от удивления рот и крикнул жене: «Ты посмотри, как русские в Америке живут!» Жена поспешно пришла с кухни, вытирая на ходу мокрые руки полотенцем, и тоже уставилась на экран. Растерянно хмыкнула: «От-куда у этих свинтусов деньги на роскошную жизнь? Ведь они с такими толстыми животами явно работать не могут». – «На пособие, наверное, существуют? Там, наверное, оно больше в три раза, чем моя зарплата?!» – сердито сказал Иван, обижаясь на свою страну, которая не может предоставить ему такой же роскошной и без-заботной жизни. «А может, родители обеспечили?» – заявила жена. Иван перебил: «Да какая разница! При социализме у нас все равно никто так шикарно не жи-вет! – и добавил сердито: – Вот до чего экономику ком-мунисты довели. Когда будут их гнать отовсюду, не пойду защищать! Скорее бы хоть Ельцин к власти при-шел и настоящий капитализм у нас построил».    
Через месяц фильм показали по телевизору снова, а через месяц еще раз. И так до тех пор, пока Ельцин Горбачева не скинул и компартию не запретил, а народ ему в этом не помешал. Народ лишь посматривал с ух-мылкой на то, что делается в Москве, и ждал, когда ему дадут в ручки огромный бутерброд с икрой. Не дождал-ся…