Гл. 14. Дед Кирилл

Всего пять гривен
(Повесть-притча)
 
Глава 14. Дед Кирилл.

К счастью, дид Кирило оказался дома. Это  был  ещё  крепкий  мужчина  лет  шестидесяти  пяти.  Долго объяснять ему не пришлось: он с двух слов понял, что случилось.
 - Добре, що це сьогодні сталося, - сказал дид Кирило, - бо завтра я їду до Чернігова. СТО тут ніде поблизу нема. До мене приїздять з усієї округи. Ну, почекай, хлопче, Зараз виїду на свому мерсі.
 Он выехал за ворота буквально через две минуты. Мэрсом оказался старый советский газик - его ещё называли "бобиком". На таких раньше ездили милиция, военные и председатели колхозов. Дед Кирило распахнул дверцу газика, предлагая Серёге занять место рядом с ним. Тот не замедлил это сделать, и они поехали по той же дороге, по которой Серёга шёл с титочкой, только в обратном направлении. Уже совсем стемнело. Луны и звёзд не было видно, и Серёга ужаснулся, подумав, как бы он возвращался в лес, если бы не нашёл подмоги.

Газик домчался до просеки за считанные минуты. Дид Кирило был довольно разговорчивым. Сразу спросил у Серёги, как его зовут. Тот ответил, но дид Кирило тотчас спросил, как зовут Серёгиного друга, который остался в лесу. Серёга хотел, было, ответить, но тут же прикусил язык: он не знал, как себя будет представлять в этих условиях Моня, и боялся взболтнуть лишнего.
 - Да он сам вам скажет, - ответил Серёга.
 - Ви що, з міліції? - удивлённо поинтересовался дид Кирило.
 - Нет, диду, вы что! - ответил Серёга. - Просто мой друг сам любит знакомиться и рассказывать о своих подвигах.
 Ответ даже и самому Серёге показался каким-то бестолковым, но дид Кирило, видно, решил больше о Моне не расспрашивать, а спросил у Серёги:
 - А ти сам чий будешь?
 - Я, дедушка, живу далеко. Я учёный, а едем мы по делу.
 - Ну, добре, добре, - сказал дид Кирило, - це не моє діло. Так питаю, щоб разговор підтримати. Як же вас затягло у ту просіку?
 - Да, видим на карте просеку, по которой можно проехать на ту дорогу, с которой мы только что свернули. Вот и решили сократить путь.
 - Ой, це лихо нещодавно тут з’явилось, - сказал дед, - прямо біда яка. Ви вже п’яті, хто туди потрапив. Усіх я витягав.
   Яркий свет фар газика выхватил из темноты их несчастную "Волгу", которая так сегодня потрудилась, но, в конце концов, оказалась в столь постыдном положении.
 - Де ж твій друг? - удивлённо и как-то настороженно спросил дид Кирило. Его удивление было законно, потому что сквозь лобовое стекло "Волги" - оно единственное не было тонированным - было видно, что в машине никого нет.
 - Может, отошёл в сторону по нужде или прикемарил на заднем сиденье, - ответил Серёга, понимая, что дид Кирило может принять его за какого-то злодея.
 - Ты где, Мо...? - прокричал Серёга, выскакивая из газика и тут же прикусывая язык, чуть не назвав Моню привычным прозвищем.
 - Да тут я, тут, - спокойно отозвался Моня, выходя из леса на просеку. Только отошёл и присел, а ты - тут как тут, на какомто броневике.
 - Это дид Кирило, - сказал Серёга, указывая на вышедшего из газика деда. - Ты сам себя ему отрекомендуй, а то я сказал ему, что ты любишь сам всем рассказывать о своих подвигах.
 Моня удивлённо взглянул на друга, а потом всё понял и сказал делано-безразличным тоном:
 - Да рассказал бы и ты, прямо делаешь из меня, не знаю, кого. Меня зовут Игорь, а официально - капитан Суворов, но вы, дедушка, называйте меня просто Игорем.
 - Та ви все ж з міліції? - опять вернулся дид Кирило к прежнему вопросу, глядя на Серёгу.
 - Да нет, дедушка, какая милиция? Я военный, - отозвался Моня, - бывший военный, если говорить точнее. Я служил в миротворческих войсках, и уже, кажется, дослужился. Хирурги после ранения половину внутренностей повыбрасывали.
 - Ну, добре, хлопці, давайте будемо вас витягати, а потім все розкажете.
 Он развернул газик на сто восемьдесят градусов, что на этой узкой просеке оказалось не очень просто, и сдал задом почти к самому болоту. Моня тем временем приготовил трос и прицепил его концы к обеим машинам.
 - Ты так и не смог её завести? - поинтересовался Серёга.
 - Нет, друже, она без сознания. Похоже, там что-то серьёзное.
 - Дид Кирило посмотрит, он, говорят, хороший автослесарь.
 - Посмотрім, посмотрім, тільки потім, - сказал дид Кирило, который вышел из газика и хорошенько осмотрел, трос и то, как Моня его закрепил.
 Похоже, он оказался доволен, так как сказал:
 - Ну що, поїхали? Ти, Їгор, сідай за кермо, а ти, Сергію, зі мною.
 Газик справился с задачей легко. Они медленно поехали по просеке.
 - Хорошая у вас машина, - сказал Серёга. - Только, наверное, много бензина жрёт?
 - Та це так. Але просто щоб їздить у мене є "жигуль". "Бобіка" держу для таких випадків, як тепер.
 - И давно он у вас? - спросил Серёга.
 - Раніше на ньому їздив голова колгоспу. Потім колгосп розвалився, а машину хотіли викинуть на металлолом. Я купив її за двісті гривнів. Усе переробив, і вона їздить краще, ніж в колгоспні роки. І бензин трохі економніше потребляє.
 Так за разговорами они и не заметили, как добрались до двора дида Кирила. "Волгу" затянули во двор, и дид Кирило закрыл ворота.
 - Ну що, хлопці, заходьте у хату, будемо вечерять, - сказал он негаданным гостям.
 - Да мы немного тут во дворе почистимся, - ответил Серёга, - вроде грязь на одежде уже подсохла, можно её оттереть.
 И они с Моней стали чистить свою замызганную одежду. Дид Кирило зашёл в дом и тут же вынес им щётку. Через несколько минут они имели более или менее сносный вид, и дед опять пригласил их к ужину. Они искренне поблагодарили деда и решили принять его приглашение, поскольку оба были голодны.

Зашли в домик, состоявший из двух комнат и кухни. Там их встретила радушная старушка. Это была жена дида Кирила баба Ганя. В кухне в углу висели три иконы. Перед едой дед перекрестился на эти иконы и поклонился. Это же сделала и баба Ганя.

Еда была обычная, сельская, но очень вкусная. Жареная картошка с яичницей, копчёности, маринованные грибы и кислая капуста. Дед достал из старомодного серванта бутылочку вина и налил всем по гранёному стограммовому стаканчику. Потом они пили чай с пирожками. Серёге на миг показалось, что он попал в детство, когда они с родителями приезжали в село к дяде Саше, и его жена тётя Катя подавала на стол точно такой же ужин. Серёга не удержался и рассказал всем об этом.
 - А ви їжте, їжте, хлопці, - раз за разом приговаривала баба Ганя, - їжте, щоб не були голодні.
 Они благодарили и ели ещё и ещё. За ужином дед рассказал им немного о себе.
 Оказалось, что он тридцать лет проработал на МТС механиком. Ремонтировал трактора, комбайны, грузовики, сеялки, веялки, дождевалки, да и любой транспорт, который только оказывался у односельчан. Сейчас МТС приказала долго жить, полностью развалилась. Дед выкупил нужные ему станки по цене металлолома и открыл у себя во дворе что-то вроде мастерской. Пришлось пожертвовать куском огорода. Дед соорудил большой бокс и пристроил к уже имеющемуся гаражу ещё один гараж для газика. Без работы он не сидел: весь транспорт в округе ремонтировался исключительно у него. Он за работу берёт по-божески и делает её хорошо. К нему стали привозить машины даже из ближайших городов. Те детали, которые нельзя достать, дед вытачивает сам, благо, токарный и фрезерный станки у него есть. Да даже те детали, которые сейчас есть на рынке, далеко не всегда качественные, делаются из плохого металла. Вылетают такие запчасти очень быстро. Поэтому, если дед не уверен в качестве предлагаемых ему деталей, то предпочитает делать их сам. Ему доставляет удовольствие, что отремонтированные им машины, иномарки ли или отечественные, и ездят более мягко, и бензин зря не жгут, и ломаются гораздо реже. У него образовалась целая очередь клиентов, смиренно ожидающих своего часа. Крутэлыки, порой, пытаются дополнительными деньгами завоевать его расположение и отремонтировать свою машину без очереди, но дед этого не любит. Они быстро понимают, что лучше к нему с такими предложениями не соваться. Деньги у него стоят далеко не на первом месте. Людям хочется помогать, чтобы то, что он делает, приносило другим радость. Вот односельчан он всегда обслуживает без очереди.  Это  свои. А  особо  крутые,  если  не  терпится, пусть идут в сервис-центр. Да те иномарки, что поновее, к нему и не привозят. Те и на гарантиях, и застрахованы. Их ремонтируют только в сервис-центрах. Вот когда ресурс машины выработался, тогда наступает время дида Кирила.
 - Вы, дедушка, прямо на корню подрываете своим рассказом наши надежды, - разочарованно проговорил Моня.
 - Які надежди? - удивлённо спросил дед.
 - Я о нашей "Волге". Раз у вас очередь, то её счастливый час наступит не скоро.
 - Ні, хлопці, ви інше діло. Ви в біду потрапили. Вашу машину я подивлюсь зараз, як повечеряємо. Якщо її можна швидко починити, то нема проблем. От як щось серйозне, то доведеться почекать. Але все одно я вами займусь скоро, якщо, звичайно, ви захочете й не підете кудись на СТО.
 - Нет, диду, мы на СТО не хотим, - сказал Моня, - но за что нам такая честь, ведь мы не ваши односельчане?
 - Я же сказав, що ви у біду потрапили.
 - Но ведь другие ваши клиенты тоже попали в беду, если машина у них не работает. Многие сейчас без машины, как без рук.
 - То інше діло, а ще, хлопці, вами займусь, тому що ви мені сподобались. Якісь не нахабні, як зараз молодь буває. І ти, Їгорьок, як я зрозумів, в армії здоровьє своє залишив, можна сказать, за Родіну кров пролив. Для теперешньої молодьожі це порожні слова, а для нас вони завжди будуть щось значить. Так чи не так?
 - Оно, дедушка, конечно, так, да не так, - улыбнулся Моня. - Я всё не могу разобраться, за какую Родину свою кровь пролил. За Объединённые Нации, что ли? Я вот только не знаю, где они эти Нации находятся. Но, слава Богу, пенсию хорошую дали.
 - Та ти що, такий молодий, а вже на пенсії? - удивилась баба Ганя.
 - Він, матінко, поранений був в армії, - ответил за Моню дид Кирило, - Офіцер він, капітан.
 - Ой, синку мій біднесенький! - запричитала баба Ганя. – Куди ж тебе поранили?
 - Осколочное ранение в область живота, - ответил Моня, показывая рукой себе на живот, - но самое страшное уже позади. И силы ко мне, вроде, вернулись. Чувствую себя здоровым, но врачи говорят, что нужна спокойная жизнь на свежем воздухе. Вот я и еду к Серёгиному дяде. Он лесником работает не так далеко отсюда. Поживу в лесу несколько месяцев, а то и год.
 - Це ти вірно надумав, - одобрил дид Кирило, - в городі гази вонючі й життя нервове. Для хворого гибле діло. Ну що, наїлися, хлопці?
 - Да, спасибо вам большое, - отозвались друзья почти в один голос.
 - Ну, тоді пішли до вашої машини.
 Дид Кирило и баба Ганя встали и опять перекрестились на образа, и дед пробормотал какую-то благодарственную молитву. Моня тоже, чуть замявшись, перекрестился, что не ускользнуло от глаз дида Кирила.
 Баба Ганя стала убирать со стола, а мужчины, набросив куртки, вышли во двор.
 - Хочу вас, диду, предупредить, что это не совсем обычная "Волга", - сказал Моня, поднося к дедовой папироске огонёк зажигалки и закуривая сам.
 - Та це всі вважають, що їх машина якась необичная, - отозвался дид Кирило, улыбаясь и включая яркий свет на столбе возле дома. - А я вже скільки роблю, стільки бачу, що усі машини однакові: всі з желіза, а колеса круглі.
 Моня засмеялся немудрёной дедовой шутке и заметил, что многие теперешние машины делают почти целиком из пластмассы, а потом снова продолжил ту же тему:
 - Эта машина, диду, тоже с железа, но она внутри не "Волга".
 - Ну, зараз побачимо, - проговорил дед, открывая капот "Волги".
 - Вот видите? - сказал Моня, стоявший рядом.
 - Ото да! - удивился дид Кирило, - Такого я правда ще не бачив.
 Он склонился ниже над двигателем и стал внимательно его рассматривать. Потом не удержался и опять выказал своё удивление:
 - Що ж це за машина така? Воєная, чи що? Я й не чув, щоб такий "ГАЗ-24" випускався колись. Тут же кубів більше, ніж на моєму "бобіку"!
 - Нет, диду, - объяснил Моня, - это не военная машина и никогда на Горьковском заводе такую не выпускали. Просто наши друзья переделали её. Поставили другой двигатель, укрепили кузов. Так что машина вышла отличная, мы в этом убедились на все сто. А то, что в болоте застряла, то и с джипом такое случилось бы. Ломаются и самые лучшие машины.
 - Та то так, - согласился дид Кирило, - а те болото в лісі, Їгорьок, дуже погане.
 И дид Кирило стал более внимательно осматривать "Волгу". Быстро что-то открутил, что-то снял и через какое-то время вынес вердикт:
 - Погані  справи.  Поломка  не  дуже  проста.  Ось  цю деталь треба замінити, а може й ще щось. Зразу скажу, що треба на неї пару днів потратить, саме меньше. Деталь треба точити. Купити таку нову, може й можна, але де - не знаю. Вона не з совєтського мотору. Та як й купишь - не знаєш, яка вона буде. Треба точить.
 - Да, диду, - согласился Моня, - конечно, лучше точить. Но это значит будет не раньше, чем послезавтра вечером?
 - Ні, післязавтра ніяк не буде. Звиняйте, хлопці. Завтра я їду до Чернігова за запчастями та заготовками. Повернусь тільки увечері. Потім в мене ще дві машини, які треба швидко закінчити. А ось інші вже почекають, займусь вами. Так що тиждень – найменьше. Це, як рідним, як моїм друзям, бо дуже ви мені приглянулися.
 - Да, дедушка, я понимаю, - согласился Моня. Для нас это всё равно лучше, чем на СТО. Да они там, наверное, с такой задачей и не справятся. Спасибо вам, что и так берёте без очереди. Не понятно, чем мы вам понравились?
 - Но нам, наверное, Мо... Игорь, не стоит здесь неделю прохлаждаться, - заметил Серёга. - Мы пока можем к дяде Саше съездить, а потом ты через недельку вернёшься за машиной.
 - Да я её вообще не хотел у себя оставлять, думал со временем её как-то к тебе отправить. Хотел попробовать подучить тебя немножечко вождению, и, может, ты бы и сам на ней уехал. Не в этот, так в следующий раз. Послушайте, диду? А нельзя эту машину у вас оставить на какое-то время? Ну, может, на месяц или на два? Тогда вам и спешить с ней не нужно. Всё равно завтра до места доберёмся. А мы вам за хранение машины заплатим.
 Дед задумался, а потом согласно кивнул:
 - Чому не можна, хай залишається. У мене лишнього місця, правда, нема, але у Галі, сусідки нашої, є порожній гараж. Чоловік її колись машину мав, теж "Волгу". Я у Галі, буває, машини клієнтів ставлю, коли у дворі їх дуже багато збирається. Сам б з вас за це гроші не взяв, а Галі якусь копійку заплатіть, бо вона не дуже роскошує.
 - Это, дедушка, без слов. Я даже бесплатно и не оставил бы, - сказал Моня. - А вот у меня ещё один вопрос. Где бы мне прикупить какую-то машинку крепкую? Чтобы она по здешним дорогам ездила без проблем. Я бы взял по доверенности и заплатил, сколько нужно.  Специально  для  этого  денег  приготовил.  А  то "Волга" Серёгина, хоть он на ней и ездить не умеет.
 - Про машину - це треба подумать, - сказал дид Кирило, и замолчал на несколько секунд. - Для наших доріг краще мого "бобіка" нема, але я тобі його не продам, хоч ти мені й сподобався.
 - Нет, дедушка, конечно, не надо. Он вам нужнее, - сказал Моня, - но, может, знаете какой-нибудь джип старенький или "Ниву".
 - О, точно, "Нива" є. Максим Грицюк продає, але його зараз у селі нема. Машина гарна, це точно. Сам її доводив до розуму. І нічого іншого, наче, згадати не можу, щоб хтось продавав, що ти хочеш. А джип треба у Чернігові шукати. Там взагалі вибір більший.
 - Нет, диду, мне бы подошла "Нива". А когда ваш Грицько приедет?
 - Не Грицько, а Грицюк. Це його фамілія, а звуть Максимом. Коли приїде, не знаю. Може днів через десять, а може через двадцять. Він будівельник. Кудись на заробітки їздить і іноді вертається додому, коли нема роботи.
 - Так вы ему скажите, когда приедет, что я хочу купить его "Ниву".
 - Та ти ж ще й ціну не спитав, - заулыбался дед. - Купець машин, бачу, з тебе ніякий. І машину не бачив.
 - Да за машину ваша рекомендация для меня больше значит, чем мой беглый взгляд, а за деньги, думаю, договоримся. Или он крахобор какой?
 - Був колись хлопець непоганий, а зараз, хто його знає? Час людей міняє. Але зторгуємось з ним нормально, я допоможу. А тепер, хлопці, давайте закотимо вашу "Волгу" у бокс та гайда до хати чай пити.
 В хате баба Ганя уже прибрала со стола и сидела в углу с вязанием. Она смотрела телевизор, в котором только что закончился телесериал, и пошла реклама.
 - Матінко, давай чаю поп’ємо, - обратился к ней дид Кирило, выключая телевизор.
 - Так, поп’ємо. Я вже заварила, - отозвалась баба Ганя, подхватываясь с места. -А ви, діти, сідайте, сідайте на свої місця. Старий телевізор виключив, не любить рекламу, а ви, може б, дивились?
 - Мы бы хотели с ночлегом решить вопрос, - сказал Моня.
 - Та що тут рішати, - отозвался дид Кирило, - будете спати в нас у великій хаті. Там є кровать, удвох на ній вміститесь. Там, правда, не дуже тепло: печі там нема, а парове отоплєніє я не робив. Газ до нашого села ще не довели, а котьол на вугіллі не робив - нам з бабою й так добре. В кухні літом балонний газ, а зараз плиту палимо на дровах та вугіллі. Тут з бабою і проводимо вечора. А в кімнаті у нас пічка тепла. Та вам вже включили електрообогрєватель, підігріти трохи велику хату.
 - Спасибо большое за заботу, но мы и так бы обошлись, - сказал Серёга, - зачем такие хлопоты.
 - Та які клопоти? - отозвалась баба Ганя, - Нема ніяких клопотів. Я вам ще й баньку напалю зараз. І дід попариться перед завтрашньою дорогою.
 - Нет-нет, не надо баньку, - встрепенулся Серёга. - мы очень устали. Попаримся уже завтра у дяди.
 - Ну, не хочете, то як хочете, - покладисто согласился дид Кирило, - і я не буду. Теж завтра увечері попарюсь, як з Чернігова повернусь. А зараз чай поп’ємо та можна спати лягати.
 - А вы, я вижу, диду, в Бога верите? - полюбопытствовал Моня.
 - Як же в Нього не вірити? - ответил дед. - Вся ж біда наша від того, що люди в Нього не вірять. Я коли був молодий, теж не вірив. І що в нас з Ганею було за життя? Соромно згадувати. Я, коли в емтеесі робив, був час, пив горілку, як колодязну воду. Ганя зі мною наплакалась, настраждалась. Дітей в нас не було. Два рази чекали, але Ганя так й не змогла виносити. Дуже горювала зі мною. А мама моя, як помирала, сказала мені: "Кирилку, синку, звернись до Бога та покидай ту горілку! Тільки Він, Милосердий, тебе врятує".
 - И что, диду? - заинтересованно спросил Моня.
 - І я звернувся. Прямо на могилі рідної матінки, як її ховали. Батюшка був тут, старий ще, і люди добрі. Упав я на коліна і сказав: "Господи, Боже мій, прости мене грішного! Ганусю, і ти прости! І ви, люди добрі, кого колись обідив!" І вірите, хлопці, Господь мене простив. Я навіть на поминках не брав ані краплі до рота, і потім не пив. Зараз, бачили, трохи вина, буває, можу випити, але п’яним ніколи вже не був. У церкву стали з Ганечкою ходити, молитися. Та мене зразу стали в партком викликати та випитувати, чого я у мракобєсіє вдарився. Тоді ще комуністи останні роки правили. А я їм сказав, що буду краще у мракобєсії тверезим жити, ніж у атеїзмі помирати від горілки. От, вони мене більше і не чіпали. А ось вже три роки, як в нас Біблія з’явилась. Микола нам дав.
 Дед поднялся с места и взял со столика в углу, на котором стоял телевизор, большую книгу с крестом на обложке и вернулся на место.
 - А кто это, Мыкола? - спросил Моня.
 - Це ягова один, чи хто він, - ответила баба Ганя, - він з жінкою приїхали до нашого села та живуть тут, працюють.
 - Та не ягова він, матінко, а баптист. Він сам казав, що від них, ягов, треба далі триматися.
 - Але, все одно, він єретик. Це казав наш батюшка, - уточнила баба Ганя.
 - Та, може, він і єретик, штунда, як на нього кажуть, але хлопець добрий. Їх, баптістів, у Пилипивському багато, там в них дім молитви. У нас теж були раніше якісь штунди, та поїхали до Америки. А Микола з жінкою навпаки до нас приїхали. Він землю взяв, працює фермером, свині мають, двох корів. Хтось з наших їх любить, а хтось навпаки, аж захлинається від люті. Кричать, що штунда багатіє на чужій землі та народ православний від батьківської віри відважує. Я якось Миколі трактор починив, він заплатив, скількі треба було, та подарував мені Біблію. Сказав: "Читайте, диду Кирило, в этой книге глаголы вечной жизни". Я тоді пішов до батюшки та питаю: "Отець Михаїл, це Біблія наша, християнська, чи якіхось ягов? Можна її читати?" Він тільки миттю глянув на Книгу та сказав, що вона наша. Тоді я йому кажу, що мені цю Книгу дав Микола, якого батюшка називає єретиком. Як же єретик може давати справжню християнську Біблію? Тоді батюшка каже: "А ты Библию читай, но еретика не слушай, чтобы он и тебя не смутил и в ересь не ввёл". От ми і стали тоді з бабою кожен вечір цю Книгу читати.
 - И что, интересно? - спросил Моня.
 - Інтересно то інтересно, але ми мало в ній розуміємо. То читали якісь Ветхий Завєт, а воно все про євреїв та про євреїв. Підходив до батюшки, щось питав, а він мені мало що казав. Сердився навіть. "Всё, что нужно, я рассказываю вам в воскресенье после службы. А чтение ваше, - казав, - вас до добра не доведёт". А я так розумію: Як це християнська Біблія, то я маю її читати. От ми потихеньку її читаємо, але нікого вже не розпитуємо. До Миколи не йду, бо він єретик, батюшка заборонив, а до самого батюшки теж вже не ходжу, бо толку нема. Прочитали вже більше половини. Почався Новий Завєт. Там про Христа пішло. Якось цікавіше і зрозуміліше, та теж не все. Ми же з Ганею тільки семілітку закінчили, не дуже грамотні. З технікою я якось розібрався: схеми, чертежи  та інструкції читати вмію, а тут, мабуть, розуму не хватає.
 - Я также, диду, когда-то пытался читать эту книгу, - сказал Моня, - но тоже ничего не понял. Хотя у меня высшее образование. Так что, видно, это такая книга не очень понятная. А сегодня вы уже её читали?
 - Та ще ні, - ответила баба Ганя, - Думали почитати, коли ви спати підете.
 - Так, может, и мы послушаем? - спросил Моня. - Вы не возражаете? Хочешь, Серёга?
 Серёга неопределённо пожал плечами, а дид Кирило даже обрадовался такой просьбе:
 - Так-так, Їгорьок. Й ви послухайте. А то і сам візьми почитай, щоб я окуляри не одягав.
 Они уже допили чай всё с теми же пирожками, что были на ужин, и дед, открыв на нужной странице Книгу, протянул её Моне и сказал:
 - От тут ми вчора закінчили. Прочитай цей кінець глави ще раз. Може ви нам ростлумачите, про що тут написано.
 Моня с некоторым даже благоговением взял Библию в руки и стал читать чуть дрожащим голосом:
 "Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? Потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам. Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём: довольно для каждого дня своей заботы".
 Моня остановился на конце главы и вопросительно посмотрел на дида Кирила, а тот с каким-то интересом в глазах спросил:
 - От скажіть, хлопці, хто такі ці язичники? Скільки читаємо Біблію, там усе язичников та язичников згадують. Це що, мусульмани якісь?
 - Нет, дедушка, - ответил Серёга, - мусульмане не язычники. Они тоже верят в единого бога Алаха.
 - А я, дид Кирило, знаете, что думаю по этому поводу? – отозвался Моня. - Я думаю, что язычники - это такие, как мы с Серёгой и многие-многие другие. Вот смотрите, тут как раз и объясняется, кто такие язычники. Мы вот только что прочли. Это те, кто в первую очередь ищет что поесть, что попить и во что одеться. Наверное, этот список можно и продолжить.
 - Але, Їгорьок, усі же люди шукають поїсти! - возразил дид Кирило. - Й одежу носять усі, крім, може, дикарів яких у Африці. Правда, зараз така одежа пішла, що іноді чи вона є, чи її нема - усе одне. але ж нема ані одної людини, яка б не їла та не пила.
 - Наверное, диду, тут ещё важно знать, что такое "искать есть и пить". Вот недавно я искал выход из очень сложного положения, так скажу вам, что каждая клеточка моего мозга искала этот выход. Вот так мы, язычники и ищем, что нам есть, или что пить, или на чём ездить. Если у нас нету хлеба, то мы ищем, где бы его взять. Нашли хлеба, ищем, чем его помазать. Нашли массло, и сразу понимаем, что нам не хватает икры, а жаба давит, что у кого-то она есть. И будет у меня "Нива", диду, скажу вам точно, что мне тогда будет вместо неё не хватать джипа. Вон Серёга – бескорыстная душа, аскет. Но он тоже ищет. Хлеба ему не давай, но дай научные открытия делать. Может, он на меня и обиделся бы, если бы я сказал, что он в первую очередь ищет славы, но хотел бы я на него посмотреть, если бы его научное открытие присвоил какой-нибудь доцент из Симферопольского университета!
 Серёга понимающе хмыкнул, а Моня продолжал:
 - Так что, диду, весь мир делится на язычников, как мы, и на неязычников, как вы с бабой Ганей, которые прежде всего ищут царства Божия и правды Его. А всё, что нужно для жизни, они тоже получают. Вы вон говорили, что деньги не считаете самым главным, но ведь голодными же не сидите?
 - Ти знаєшь, Їгорьок, - сказал дид Кирило, - ти он за славу кажеш, а я тобі скажу, що теж до неї падок. Часто відчуваю, що солодко мені похвалиться. І погано якось на душі, що хвалюсь, але все одне хвалюсь. Ось й вам розхвалився, що такого майстра, як я в усій окрузі нема. І скажу вам без брехні: якби ви від мене захотіли на СТО піти, мені б це дуже не сподобалось. От я, виходить, за твоїми думками, теж язичник.
 - Наверное, диду, если будете и дальше искать царства Божия и правды Его, то не будете язычником, а как перестанете искать, то начнёте искать что-то другое. Об этом, скорее всего, и говорил Христос. Но вам это сейчас гораздо проще, чем нам. Вы честно живёте, трудитесь, и главное, знаете, где искать это царство Божие и правду. А мне до этого так далеко! Я столько делаю неправды и обмана, что сам уже не могу разобраться, где правда, а где ложь. Но думаю, диду, что сейчас мне, хоть на маленькую капочку, но что-то прояснилось. Это хорошая Книга. Читайте её и дальше. И когда будете молиться, то помолитесь, пожалуйста, и за меня-грешника.
 - Помолюсь, Їгорьок, помолюсь. І баба Ганя за тебе теж помолиться. Й за Сергія ми помолимось. І мені сьогодні теж щось зрозуміло стало, хоч ми зовсім трохи прочитали. Але більше не треба читати, треба подумать про те все, бо дуже не хочу бути язичником. Сам Христос, бачиш, не хоче, щоб ми їми були. А ви йдіть та лягайте вже спати. Ми з бабою помолимось та теж підем. Завжди телевізор перед сном дивлюсь, але зараз не хочу.
 - Диду, - заговорил Моня, - я вот ещё что хочу выяснить. Сколько мы вам должны будем за ремонт "Волги" и за ночлег?
 - Ти що таке кажеш, за ночлег? - возмутился дед, - у мене не гостініца і за постой ми з гостів грошей не беремо! А за машину потім розрахуємось, коли дєло зробимо. От тільки сусідці Галі залишіть гривнів п’ятдесят, а якщо що, потім добавите.
 - Хорошо, - сказал Моня, доставая из кармана стогривенную купюру. - Передайте, диду, вдове вот это. И здесь даже разговоров быть не может, меньше я не дам. Не захотите, сейчас же потолкаем "Волгу" на СТО.
 Последние слова Моня сказал в шутливом тоне, и все засмеялись.
 - Ну, як так, то я змушений підкоритись, - поддержал его шутливый тон дед, принимая купюру. - Я зараз у твоїх руках, бо відкрив тобі свою таємницю.
 
(Продолжение следует).