Мотылёк

Глава 1

Юля с Володей знали друг друга с детства, так как с рождения жили в одном многоквартирном доме большого районного центра, лишь в разных подъездах. Учились они также в одной школе, только Вовка учился на класс старше Юли.
Родители Вовки работали на местной птицефабрике. Пять дней в неделю они ходили на работу с горем пополам, а два – запасались хорошим настроением на предстоящую рабочую неделю, а проще говоря – пили. Вовка с младшей сестрой привыкли к такому образу жизни, да у них и выбора-то другого не было – родители отличались в этом смысле завидным постоянством. Вовке жаль было маленькую сестрёнку Вареньку, которую он любил больше всех на свете, а может, один он и любил-то, да и она отвечала ему тем же.
Скорее всего поэтому, повзрослев, Вовка научился кашеварить исходя из набора продуктов, чудом застрявшего в буфете на кухне, и стирать одежду, когда невозможно было надеть ничего из имеющегося гардероба по причине неопрятного и неприятного вида. Со временем он научился перехватывать у отца с матерью в день получки некоторую сумму денег и покупал необходимую провизию, чтобы ему и Вареньке было чего поесть.
Пьяных родителей мало интересовали дети, они вполне были довольны собой и выпивкой. Варя не отходила от брата ни на шаг и слушалась его беспрекословно во всём, и он таскал её за собой везде и всюду, потому что боялся оставить одну – жилые дома в посёлке были сплошь деревянные, если что – горели, что те спички. И даже когда его привычной компанией стали местные хулиганы, Варя была рядом с ним – сидела тихонечко в сторонке, слушала браваду подражающих взрослым пацанов и готова была даже не дышать, если Вовка запретит.
Юля жила с родителями и старшим братом, правда из родителей всегда была одна мать, работающая медсестрой в местном интернате, а отец вечно пропадал где-то на заработках. Но, судя по всему, заработки действительно того стоили, потому что Юля и одета была, как говорится, с иголочки, и карманные деньги у неё всегда водились, на которые она покупала в ближайшем магазине любимые сладости и всякие, очень нужные девчонкам, безделушки. Старший брат её, Димка, раскатывал по посёлку на новеньком мопеде и свысока смотрел на местную шпану, включая Вовку.
Время шло, подростки мужали и всё больше взрослых сторон жизни привносили в своё ускользающее детство. Компания, в которой Вовка зависал большую часть времени, обрастала псевдокриминальным настроением. Ребята на кураже бравировали друг перед другом своими «подвигами», а по большей части дорисовывали их в своём воображении, чтобы выгородиться перед остальными.
 В компании появились девочки, а как же без подруг – это ведь так по-взрослому. И Вовка впервые в жизни получил урок телячьего восторга от прильнувшей к нему Юльки, когда вечером компания сидела на лавочке и травила анекдоты, иногда очень даже недвусмысленные. Он обнял её за плечи и по телу разлилась тёплая волна, а где-то посредине грудной клетки затрепыхалось что-то лёгкое, но бьющее по этой грудине так, что, казалось, громкий стук разносится по всей округе. С тех пор так и повелось, что Юлька и Вовка – не разлей вода.
Варюшка подросла и пошла в школу. Вовка научил её всему, что сам умел делать по дому, и она теперь тоже могла и кухарничать, и убирать, и стирать. Родители всё чаще уходили в запой и органы опеки, которые в какой-то момент обратили внимание на эту семью, настояли на том, чтобы оформить девочку в интернат. Вовка сначала кричал и почти набрасывался на этих тёток в красивой строгой одежде с кулаками, но потом, поразмыслив, уговорил сестрёнку пойти в этот интернат:
- Понимаешь, Варя, ты там поешь досыта и спать будешь на чистой постели, а если кто посмеет тебя обидеть – ты только скажи, я покажу ему небо в алмазах.
Эту фразу Вовка услышал в каком-то фильме, и она ему страшно нравилась, поэтому он вставлял её везде, где только считал уместной.
Варя расплакалась, когда её забирали в интернат, но Вовка сказал, что он будет к ней приходить и посмотрел на женщину-воспитателя, что приехала за сестрой. Та поспешно согласилась:
- Да-да, конечно, это у нас разрешено – родственники детей могу их навещать, для этого определено специальное время.
Родители были в очередном или, правильнее сказать, в продолжающемся алкогольном угаре и, кажется, даже не поняли, что дочь больше не живёт с ними в одной квартире.
Юля с Вовкой везде появлялись только вдвоём, все пацаны на районе знали, что она - его девушка и относились к ней соответственно. Юлина мама Вера Андреевна, совсем не одобряла такой дружбы и всячески препятствовала ей. Она запирала дочь в квартире, но Юля вылезала через окно и спускалась со второго этажа с помощью Вовки, а перед приходом матери возвращалась таким же образом назад. С Юлей пытался разговаривать «строго и принципиально» отец, когда наезжал со своих «заработков» - она его слушала, кивая головой, а потом опять убегала к своему уличному принцу. Ничего, казалось, не могло разлучить этих двоих. В компании из называли Ромео и Джульетта, а они и не сопротивлялись. Вовка с годами стал злобным и беспощадным к обидчикам, школу нагло прогуливал, а на сетования учителей огрызался. Но с Юлей, как и с Варей, он был необычайно нежен и выполнял любое их желание, чего бы это ему не стоило.
Так и катились дни, собираясь в месяцы и годы, и, скатавшись в десятилетний клубок календаря, остановились на выпускном вечере Вовки. Саму эту школьную тусовку он пропустил, так как не любил мероприятий, где отсутствовала Юлька, а ещё и потому, что не в чем ему было показаться перед расфуфыренными одноклассниками, ну а ловить на себе сочувствующие взгляды этих выскочек, да ещё и их родителей, Вовка ни за что не мог себе позволить.
В этот же год осенью Вовку забрали в армию. Юля, конечно, загрустила поначалу, а потом стряхнула с себя тоскливый сплин и запорхала с вечеринки на тусовку, с пикника на прогулку.  А через год, как только девушка закончила школу, родители вообще отправили её учиться в столицу где уже пятый год грыз гранит высшего образования её старший брат.
Верные друзья пописывали, конечно, Володьке в армию о том, как его любимая метёт хвостом по посёлку, но он никого не желал слушать и заваливал Юльку письмами, в которых с брутальной нежностью описывал все свои чувства, усиливающиеся с каждым днём разлуки.  Юлька время от времени тоже отвечала ему, ссылаясь на загруженность учёбой – сначала выпускной класс, а затем и институт – всё вроде логично.
Возвращение дембеля Вовки отмечали весело и шумно. Друзья действительно соскучились по служивому, поэтому было весело, а шумно – так ведь они на улице во дворе без устали пили и слушали магнитофонные записи, отчаянно фальшивя на подпевках. Весь дом не спал, да и соседним досталось, а под утро чьи-то нервы сдали и приехал дежурный милицейский наряд. Парни расходиться не хотели, а скорее, наоборот, разошлись не на шутку, поэтому всем дружно пришлось проехать в отделение милиции. В общем, праздник встречи армейца закончился несколько минорнее, чем начался.
После этого инцидента к Вовке пришёл участковый. Для него это была не новость, он знаком был со всеми участковыми, инспектировавшими когда-либо этот микрорайон, а теперь представился случай познакомиться с новым сотрудником, совсем недавно приехавшим в посёлок. Они сразу не понравились друг другу и после общения затаили взаимную злобу.


Глава 2

Вскоре на каникулы приехала Юля. Вовка ждал её так, как, наверное, умирающий от жажды в пустыне ожидает благословенного дождя. Увидев, как она выходит из такси вместе с братом и матерью, встретившей детей на железнодорожном вокзале, он чуть не выскочил в окно, но сдержался, решив сделать вид, что не заметил приезда подруги, и дождаться вечера.
Юля вышла во двор только чуть стемнело – она тоже скучала по Володьке. Компания была в сборе, когда она подошла к гаражам, где они обычно собирались. Горел костёр в металлической бочке, возле которого грелись человек десять ребят и девчонок. Все смолкли и приготовились к просмотру сентиментальной сцены, но Вовка громко сказал: «Пошли все вон!» и, взяв Юльку за руку, заглянул ей в глаза и, кажется, даже перестал дышать. Друзья, пожав плечами, пошли вглубь двора, где была детская площадка.
- Привет! – выдохнул Вовка и прижал Юльку к себе что было сил.
- Привет! – ответила она весело и ударила его кулачком по спине: - Отпусти, медведь, ведь задушишь!
- Как же я соскучился по тебе, ты не можешь себе представить! – Володька смотрел на любимое лицо и не знал, что и говорить, а сказать хотелось так много, что казалось, голова лопнет от избытка слов и фраз.
Юлька счастливыми глазами смотрела на парня и улыбалась так искренне, что у Володьки аж скулы сводило от счастья.
Они стояли так довольно долго – обнимались, целовались и не могли оторваться друг от друга. Юля первая пришла в себя:
- Может, ребят позовём, а то неудобно как-то… да и холодно на улице, а здесь всё-таки костёр горит.
- Ладно, позовём, - нехотя сказал Вовка и крикнул в темноту: - Эй, пацаны, где вы? Давайте, подруливайте сюда!
Так и потянулись дни – встречи, тусовки, щедро приправленные объятиями и поцелуями.
Каникулы скоро закончились, и студентка готовилась к отъезду. За день до расставания Юля с Володей встретились, как всегда, у гаражей. Позже подтянулись ребята и один из друзей, Петька Сидорчук, пригласил всех к себе – его родители укатили в соседний посёлок на свадьбу двоюродного брата матери и обещали приехать только через два дня.
- Только бардака не должно быть, а то мать потом запилит.
- Не волнуйся, мы всё уберём, - заверили его девчонки и все отправились в гости к Петюне, предварительно отправив гонца в магазин за пивом.
Попав в более комфортные условия, компания расслабилась и веселье продолжилось с новой силой. Магнитофон орал на весь дом, молодёжь танцевала и подпевала певцам, пиво способствовало всему этому, словом, кутёж обещал быть долгим. Но Вовка с Юлей не замечали никого вокруг - они наслаждались присутствием друг друга.
Время приближалось к полуночи, когда Вовка решил, что праздника на сегодня хватит и велел всем расходиться, пока соседи не вызвали милицию.  Пацаны и девчонки нехотя начали собираться, предварительно собрав пустые бутылки и мусор в ведро, которое Петька должен был вынести утром к бакам во дворе.
- Юль, ты идёшь? – позвала подругу Светка Завьялова, живущая в одном с Юлькой подъезде.
- Я её сам провожу, - ответил за девушку Володька и спорить с этим никто не стал.
Когда все разошлись, Вовка, подмигнув Петьке, увлёк Юлю в одну из комнат. Оставшись с девушкой наедине, Вовка с придыханием произнёс:
- Я так долго мечтал об этом.
- Так чего же медлишь? - неожиданно для него спросила Юля.
Другого приглашения Вовка ждать не стал. Жаркие поцелуи и крепкие объятия выплеснули накопившуюся страсть наружу и молодые люди нежно и головокружительно растворились друг в друге.
Утром всех разбудил настойчивый стук в дверь. Петька подскочил и трясущимися руками долго возился с замком, представляя, что сейчас будет, если это вернулись родители. Но за дверью стояла Светка:
- Привет, Юлька с Вовкой здесь?
Петька переминался с ноги на ногу, нерешительно оглядываясь на дверь в комнату, где провели ночь двое влюблённых, и не знал, что сказать. С одной стороны - не по-пацански сдавать своих, а с другой – Светка так просто не прибежала бы. Пока он соображал, что ему делать, по-рыбьи открывая и закрывая рот, из комнаты вышел Вовка:
- Что случилось?
- Как это, что случилось? Там Юлькина мать в милицию собралась заявлять, что дочь пропала – чуть свет ко мне прибежала, спрашивала! – Света тараторила, не в силах остановиться.
- А ты  что? – перебила её вышедшая к друзьям, сладко потягивающаяся, Юлька.
- Что-что… а ничего – вас искать побежала.
- Молодец! – оценил её поступок Вовка и обнял подошедшую к нему любимую девушку.
- Спасибо, Света, я уже бегу, всё нормально, - и Юлька, надев на себя куртку и сапоги, вышла из квартиры.
- Погоди, - Вовка схватил её за рукав, крепко прижал к себе и с жаром поцеловал, - если что – приходи, я всё разрулю, хорошо?
- Хорошо, хорошо, всё – я побежала, - Юлька нисколько не переживала по поводу встречи с матерью, но всё же решила поторопиться, пока та действительно не обратилась в милицию.
А Володька с Петей попили чайку, поболтали о том о сём, затем Вовка оделся, поблагодарил друга за всё и пошёл к себе домой. Дома его встретил тошнотворный запах пьянки, грязи и нищеты. Родителей не было. «Видимо, где-то на выпивку сшибают», - подумал Вовка и с отвращением осмотрел жильё.
Потом вспомнил прошедшую ночь, Юлю, нежно прижимавшуюся к нему и шептавшую, что хочет остаться с ним навсегда, а не ехать на эту ненавистную ей учёбу. Как же Вовке хотелось, чтобы было так, как сказала Юля, но он понимал, что ей надо уезжать, а ему оставаться в этой привычной круговерти – квартира с пьяными предками, да гараж с пацанами. А Юлька уедет сегодня в свою Москву, где у неё совсем другая жизнь и, ещё чего доброго, забудет и Вовку, и всё, что было сегодня ночью. Эти мысли, одна за другой, одолевали парня и как он не старался избавиться от них - всё было тщетно.
 Оглядев ещё раз убитое состояние и убогое убранство квартиры, Вовка вдруг чётко решил для себя, что он будет делать дальше. Первым делом он устроится на работу – хватит, погулял, отдышался после службы, пора и за дело браться, тем более, что и подъёмные дембельские деньги уже закончились. Затем он оформит опеку над Варюшкой и заберёт её из интерната. Ну и, конечно Юля – больше всего ему хотелось быть с ней. Вовка решил, что к тому времени, как она закончит институт, он крепко встанет на ноги и ему будет, что ей предложить.  Вот с такими позитивными мыслями он приступил к расчистке квартиры от прошлой жизни.
Несколько часов он мыл, чистил, скоблил и драил. Остановился только тогда, когда на пороге появились его родители с собутыльниками:
- Ого, сынок, а чё-эт ты тут делаешь-то? – удивлённо проговорила мать.
- Вот, познакомься, Коль – это наш сын из армии пришёл, щас мы это дело отметим – святой повод! – отец тащил за руку в комнату какого-то замухрышку в грязных ботинках.
- Стоять! – громко крикнул Вовка и все замерли, включая какую-то тётку, в этот момент перешагивающую порог квартиры.
Она кокетливо улыбнулась и поправив на голове красную мохеровую шапку, свалявшуюся от времени и грязи, жеманно произнесла, обращаясь к хозяйке квартиры:
- Ой, Гала, а что это тут у вас происходит, и кто этот симпатичный молодой человек, может познакомите меня?
- Так, хватит кривляться и быстро все на выход! – Володя замахнулся тряпкой, которой только что мыл пол, давая понять, что, ничуть не сомневаясь, огрет ею любого, кто шагнёт в комнату.
Отец посмотрел осоловелыми глазами на сына, не понимая, чего он так шумит и, едва складывая слова, произнёс:
- Сынок, ты… это… ну… чего ты… неудобно перед гостями-то… вот, - и он попытался показать рукой на стоящих сзади и обалдело уставившихся на парня пьянчуг.
- А вы с гостями можете пройтись… на природу – пикник устройте! – Вовка устал ждать, когда закончится перепалка и вытолкал всю компанию за дверь.
Мать завизжала и сердито закричала на сына:
- А ну, открой дверь, паршивец, я тебя сейчас…
- И что будет сейчас? – грозно спросил сын, распахнув внезапно дверь.
Все четверо отшатнулись от такой неожиданности, а отец неуклюже плюхнулся на грязный пол, увлекая за собой субчика по имени Коля.
- Короче, так – домой пущу только в трезвом виде, понятно? – сказал Володька родичам таким убедительным тоном, что сомнений в его словах ни у кого не осталось.
- Что за воспитание, Гала, фи! – скорчила кислую мину тётка в красной шапке.
Галу это, очевидно, подвигло на стремление проявить воспитательную активность и она, уткнув руку в бок, попыталась громко призвать сына к хорошим манерам, но он презрительно ответил ей:
- Не поздновато для воспитания, дорогая мамочка? Ты, например, помнишь, что у тебя ещё дочь есть… и где она… и сколько ей лет?
В подъезд зашла Светка Завьялова и остановилась как вкопанная, увидев весь этот народный театр. Володька сразу понял, что она в качестве посыльного и пригласил её войти, а массовке ещё раз напомнил:
- Дверь на улицу вон там, давайте, не задерживайтесь, а то я за себя не ручаюсь! – и не став слушать вопли пьяного ополчения, закрыл дверь.
- Здорово ты их спровадил, - Светка покачала головой и, увидев свежевымытый пол, восхитилась: - Ого! А ты молодец – порядки наводишь?
- Да вот, завтра попробую Варю отпросить из интерната на выходные, а куда в такой свинарник ребёнка-то приводить. – Володя засмущался от стыда за обстановку своей квартиры, но, спохватившись, спросил: - Ты чего хотела-то?
- А… да, Юлька просила передать, что через полчаса попробует удрать из дома и придёт к гаражам.
- Здорово, - обрадовался парень, - спасибо, Светик! - чмокнул он девушку в щёку, смутив её и заставив покраснеть.
- А предки-то не явятся домой без тебя?
- Надеюсь, что нет, - оглядев плоды своего труда, ответил Вовка, – вряд ли смогут - и так на ногах еле стоят, а если у них что-то ещё есть выпить, то уже точно не дойдут.
 Вовка, наспех одевшись, побежал к гаражам. Через несколько минут пришла Юля.
- Ты как? – целуя её, спросил Володя. – Сильно влетело от матери?
- Да нет, только сказала, что хорошо, что я сегодня уезжаю - подальше от тебя буду.
- А ты тоже думаешь, что это хорошо? – с надеждой спросил Вовка.
- Не знаю, - пожала плечами девушка, - что здесь делать-то?
- А там что?
- Ну… там столица всё-таки, там весело – магазины, театры, ну и всё такое.
- А скучать-то будешь… ну по нашей компании? - Володя замер на секунду и добавил, - и по мне.
Юля смотрела на него и её глаза были скучающе-равнодушными, в них не отражалось ничего из того, что они пережили сегодня ночью. Постояв ещё немного, она сказала:
- Ну, пока, я пойду, а то опять побегут меня искать… да и собираться надо - скоро поезд.
Она повернулась и собралась идти, оставив Володю в полном недоумении. Однако он держал её за руку, и эта помеха не позволила ей быстро покинуть место встречи.
- До свидания, Вов, - Юля подёргала рукой, зажатой его ладонью.
Он как будто бы очнулся и разжал пальцы, освободив девушке путь, но теперь она не уходила, поняв, что он ожидал другого прощания. И вдруг кинулась парню на шею, прильнув к его губам страстным поцелуем. Володя подхватил девушку и оторвал её от земли, закружив на месте. Ещё несколько минут они целовались, а потом Юля всё-таки убежала, так как время поджимало - пора было ехать на вокзал.

Глава 3

Как оказалось, прощались они совсем ненадолго. Через пару месяцев Юля прикатила домой, бросив учёбу. Вовка, конечно, был страшно рад этой новости, хотя и не ожидал увидеть её так скоро, да и в нечастых своих письмах она ничего такого не писала. Юля особо не унывала, но явно чего-то не договаривала. На все вопросы друзей отвечала уклончиво:
- Да не моё это, я поступила туда только из-за родителей - они так хотели. А мне эта учёба была совсем не в радость. Да и вообще, учится же Светка заочно, я тоже поступлю на следующий год и только на сессии буду ездить.
- Да я бы с удовольствием училась так как ты – очно, да ещё и в Москве, но у родаков денег столько нет, чтобы меня тащить, у нас же помимо меня ещё трое спиногрызов, - Света недоумевала, как можно отказаться от возможности жить и учиться в большом городе.
Юлька слонялась от безделья по посёлку от подружки к подружке, но все они были чем-то заняты и не могли тусоваться вместе с ней. Юля быстро загрустила и на вечерних посиделках поговаривала о том, что надо бы, наверное, вернуться в Москву – там и работу найти можно нормальную и развлечений – пруд пруди, не то что здесь. 
Володя всегда с замиранием сердца слушал её капризное нытьё – а вдруг и вправду уедет? Он устроился на работу в ПМК водителем. Здесь ему помогла армия – во время службы он получил профессиональные водительские права и теперь мог работать на грузовом автомобиле. Начав получать зарплату, навёл маломальский порядок в квартире – поклеил обои, покрасил окна, двери и даже поменял сантехнику. Друзья ему в этом очень помогли – по вечерам вместо посиделок у костра занимались ремонтом у него дома.
Опеку над сестрой пока не удалось оформить, так как это оказалось непростым и долгим процессом, но Володя добился того, что её отпускали на выходные домой. Оба были счастливы и довольны этим обстоятельством. Варя училась уже в шестом классе и преподаватели не могли нахвалиться ею, девочка оказалась очень способной, да к тому же усидчивой. Володя был очень рад и горд за сестрёнку и мечтал о большом будущем для неё.
Родители, конечно, по-прежнему прикладывались к бутылке, но делали это гораздо реже и вне дома, так как Володя был строг и устраивал им такую головомойку после пьяного дурмана, что они попросту боялись его гнева. К тому же, хоть и с трудом, но он заставил их устроиться на работу, Уже месяц мать мыла полы на почте, а отец отработал рабочим на птицефабрике. Любителей выпивки нигде не хотели брать, но оплот местного производства – птицефабрика, где работала немалая часть всех поселковых, сейчас расширялась и рабочих рук не хватало, поэтому отца хоть и со скрипом, но взяли на работу, предупредив, правда, что до первого пьяного залёта.   В день первой получки одного и второго Вовка поджидал их сразу у кассы, пресекая все перспективы их зловредного досуга на ближайшее время.
Вот таким Володя встретил момент приезда любимой девушки. Он внедрял в жизнь свой план, принятый им в день отъезда Юли, только её досрочно брошенная учёба не позволила ему дойти до пункта, посвященного непосредственно ей. 
А Юлька день ото дня всё больше надувала свои хорошенькие губки, оглядываясь на местные условия и грустила по столичной жизни. Володя понимал - чтобы её удержать, необходимы средства, никак не умещающиеся в рамки его возможностей. При этом была невыносима сама мысль о том, что Юльки не будет рядом с ним. От этих дум он мрачнел день ото дня и иногда даже срывался на друзьях.
Внезапно решение пришло само собой. Один из приятелей Володи, Колотун - Витька Колотушкин, прозванный так ещё с детства, как–то субботним вечером, когда компания собралась в гаражах, рассказал о том, как можно легко заработать деньжат. Он тоже работал на местной птицефабрике и предложил друзьям вывезти несколько мешков с комбикормом, которые народ у них с руками оторвёт по нормальной цене – многие в посёлке держали скотину, а корм был дорогим.  Нужна была только машина. 
- Сторожа там все старички, если что – не догонят, да и спят большей частью по возрасту-то, – уговаривал Витька пацанов.
Петюня сразу сказал, что он - пас и ушёл домой, сославшись на то, что они с отцом собирались в баню. Остались Вовка, Лёнчик Михайлёв, да Витька-Колотун.  Володя сначала тоже отказался, сказав, что он на такое не подпишется. Но Колотун бредил желанием купить мопед и поэтому всё больше и дольше вещал приятелям о плёвом деле, которое поможет им стать немного при деньгах.
- Там склад – одно название, доски все уже прогнили и их легко можно отогнуть. Подгони машину с задней стены склада - и грузи себе, сколько надо.
Вовка молчал, но в его мыслях всплыл образ недовольной Юльки. Он отчётливо представил, как она обрадуется какому-нибудь подарку, а еще вспомнил её поцелуи и бесстыдные нежные ласки, но, собрав всю волю в кулак, постарался отогнать эти видения прочь. Колотун всё уговаривал и Вовка вспомнил, в каких разваливающихся ботинках с картонной подошвой ходит его сестрёнка, а её кургузое пальтишко, выданное ей в интернате, давно ей мало. Да и самому приодеться тоже не мешало бы, а то рядом с Юлькой он выглядит как бедный родственник.
- Ладно, давай рассказывай весь свой план – наверняка он у тебя уже подготовлен, - Вовка решительно рубанул рукой воздух.
Колотун улыбнулся и рассказал друзьям, что от кого требуется сделать. Работёнка была на первый взгляд и вправду простая, главное подогнать машину по-тихому, чтобы не разбудить сторожа. Витька сказал, что это он берёт на себя – угостит одного из них самогонкой, что отец гонит, и тот будет спать как младенец. А Володя сказал, что машину оставит дома, договорившись с завгаром. Скажет, что перевезти кое-что надо – он мужик понятливый, разрешит. Договорились, когда они это сделают и на том разошлись по домам.
Через неделю троица сработала как надо, и сумела вывезли несколько мешков с комбикормом и зерном с фабрики. Украденное друзья разгрузили в Лёнькин гараж, в котором когда-то стоял мотоцикл отца, но после его смерти мотоцикл продали, а гараж стоял пустой, не считая некоторых запасов на зиму – лука, картошки и банок с соленьями. Сейчас была весна и все стратегические зимние припасы уже закончились, а остатки картошки накануне забрали в квартиру. 
Продали они украденное также неожиданно быстро и поделенные деньги приятно грели карман каждого. Вовка быстро потратил свои капиталы, купив сестрёнке красивую куртку в местном универмаге, а ещё туфли и платье.
- Ты прям шикуешь, - заметила продавщица Марина, хорошо знавшая семью Володи и Вари, - что, нынче в ПМК хорошо платят?
- Да… копил специально, - попытался прекратить разговор Володька, испугавшись, что привлекает внимание своими тратами.
Дома Варя крутилась перед зеркалом в новом платье и то пела, то визжала от восторга. Володька радовался за сестру и не жалел о том, что сделал. Да и про кражу никаких слухов ни на фабрике, ни в посёлке не было слышно, поэтому друзья успокоились и продолжали жить как ни в чём не бывало.
С Юлей тоже всё было по-прежнему.  Их любовь не ослабевала и при первой же возможности они бежали друг к другу, а их поцелуи и ласки говорили сами за себя.  Когда Володе представился случай оказаться по работе в ближайшем городке, он зашёл в магазин и купил Юле в подарок небольшую серебряную подвеску на цепочке – не ахти какую дорогую вещь, но для его бюджета имеющую ощутимую ценность. Девушка обрадовалась подарку и, надев кулончик на шею, завила, что не снимет его никогда. Вовка был на седьмом небе от счастья, что смог угодить любимой, правда его настроение омрачалось мыслью, что по-шальному полученные деньги закончились, а его заплаты не хватит на желания его любимых девчонок.
Да и Колотун с Лёнчиком тоже ещё не достигли желаемого материального положения. Об этом они вели разговор, как обычно собравшись возле гаражей. В этот раз им не надо было долго уговаривать друг друга, и они решили повторить вылазку через два дня, когда будет дежурство сторожа, уже с привычно знакомыми им слабостями.
Но в этот раз всё пошло не по плану. Когда машина подъехала к складу и горе-похитители начали выламывать доски, они услышали лай приближающегося к ним со всей собачьей скоростью пса и вынуждены были   запрыгнуть в машину, чтобы не встретиться с его острыми клыками. Оскалившийся пёс бросался на дверь кабины и все трое понимали, что сейчас покажется из-за угла сторож и заметит машину, поэтому им пришлось по-быстрому убираться восвояси, не достигнув цели своего визита.
На следующий день в местные дома наведался участковый. Он беседовал с жителями, расспрашивая их о неблагополучных семьях, о подростках, пропадающих целыми днями на улице, о неработающих взрослых гражданах, обо всех, у кого были в распоряжении автомобили, словом его интересовали все подробности жизни микрорайона.  Парни поняли, что что-то стало известно, но, поскольку ни взлома, ни чего-то ещё на птицефабрике не произошло, участковый интересуется издалека.
Но самое неприятное для Володи было впереди, когда он увидел, что участковый мило беседует во дворе с Юлькой. Нет, надо же какая наглость - беседует с его девушкой и улыбается ещё, гад! У Вовки аж скулы свело от такой картины, он собрался уже выйти и разобраться, в чём там дело, но в этот момент они разошлись, при этом Юлька кокетливо помахала ему ручкой. Вовка чуть не потерял сознание – его Юля флиртует…  и с кем – с участковым, с которым Вовка не раз «напряжённо беседовал», и Юлька-то об этом знала – уж ей-то не знать!
У Вовки помутнело в глазах, он готов был крушить и ломать и если понадобиться, то настучать по башке любому, кто встанет у него на пути. Но сначала надо поговорить с Юлей… да, непременно… срочно…поговорить!
Была суббота и Варюшка была дома, поэтому брат попросил её сгонять к Юльке и попросить её прийти к гаражам, как обычно. Варя всё выполнила и влюблённые встретились.
- Ну и о чём ты там ворковала с участковым, - Володя уже остыл немного, поэтому начал он очень спокойно.
- Да так, ни о чём, ты же знаешь, что он всё время ходит, спрашивает о чём-нибудь или о ком-нибудь. Кстати, его Руслан зовут, – как ни в чём не бывало заявила девушка.
- Да ты что! – начал заводиться Вовка.
- Ну ты чего… я же просто так сказала… - Юля поняла, что палку-то она всё-таки перегнуть успела и, чтобы успокоить парня, налетела на него с поцелуями.
- Давай так – чтобы я больше тебя рядом с ним не видел, поняла? – Вовка остановил ласки девушки, держа её за плечи.
- А то что? – опять полезла в бутылку Юля.
- А то – всё! Я тебя предупредил!
- А по какому праву ты командуешь? Я, между прочим, свободная девушка, с кем хочу с тем и общаюсь. И вообще – заведи себе жену и ей запрещай, а мне не смей, меня даже мать не ограничивает ни в чём! – Юлю уже было не остановить.
Володя понял, что она, в сущности, права – кто он ей? Ну и что, что они с детства знают друг друга, тут все знакомы с пелёнок, так что теперь – права заявлять друг на друга.
- Юль, а давай поженимся! – огорошил он разошедшуюся не на шутку девушку.
Она резко замолчала и несколько секунд удивлённо смотрела на Володю.
- Чччто? Поженимся? Ну не смеши меня!
- А что тут такого смешного-то? – обиделся парень, а потом уже совсем нежным тоном, обнимая и притягивая Юлю к себе, сказал: - Я хочу, чтобы ты всегда была рядом, понимаешь – всё время со мной! Я всё-всё сделаю, чтобы ты была счастлива!
Володя ей наговорил ещё много ласковых слов и клятвенных обещаний, но Юля уже взяла себя в руки и прекратила всю эту нелепую с её точки зрения болтовню:
- Ну, хватит, пошутили и ладно! Какая женитьба, мне ещё учиться надо, а у тебя сестра вон выросла, которую и одеть, и накормить надо - где уж тут о семье-то думать… да и родители ни за что не согласятся на свадьбу, мать и так ругается, когда я к тебе бегаю.
Юля ушла домой, а Володя ещё долго стоял, глядя на звёзды, и думал о том, что же ему сделать, чтобы Юля была с ним. Кулаки его при этом сжались так, что ногти больно впились в ладони, но он не замечал этого - его мысли, как и чувства, были очень далеко.

Глава 4

Лето пролетело, как один миг. Осень напомнила о себе мелким холодным дождичком и быстро теряющими листву деревьями. Последнее время Володя часто бывал в командировках, его отправляли в город за пятьдесят километров - там шла большая стройка и все их водители по очереди работали там по неделе, а то и по две. Володя не спорил, если его направляли туда и вне очереди – заработки в командировке немного увеличивались, а для него каждая копейка была на счету. Правда, он переживал, что Варю с Юлей подолгу не видит, да тревожился, что мать с отцом в запой уйдут. 
Родители, конечно же, не собирались изменять своим привычкам, и в очередной свой приезд он обнаружил дома отца, спящего на диване вокруг пустых бутылок и прочего мусора.  Оказалось, что его выгнали с работы, и он заливает своё горе. Так он сказал, когда Вовке удалось его растормошить. Он едва сдержался, чтобы не поколотить родителя – ожидался приход комиссии, которая должна была обследовать жилищные условия и разрешить опеку над Варей, а тут такое. Володя был вне себя от злости и гнева на папашу. Мать, вернувшись с работы, увидела дома сына и приуныла, поняв, что праздника не будет.
Вечером, выйдя, как обычно, к друзьям Володя напрасно ждал Юлю, она не пришла.  Вовка всё оглядывался на тропинку, ведущую к гаражам, но Лёнчик попросту прекратил ожидание парня, сказав:
- Да не жди ты её, с участковым она мутит.
- Что ты сказал? - ринулся к нему Володя, но вовремя перехватил взгляд Петюни и всё понял.
- Это правда? – спросил он Петьку.
- Нууу, видел я их пару раз вместе, - ответил друг.
Володя постоял немного, собираясь с мыслями, а потом, резко развернувшись, отправился домой. Ночью, ворочаясь в кровати, он подумал, что друзья ошибаются и участковый опять приходил к ней со своими вопросами. Только ему было непонятно, почему Юлька вечером не пришла, ведь она знала, что он должен приехать. Так в сомнениях он и уснул, а проснувшись утром, решил, что не будет искать с ней встреч, а подождёт, пока сама придёт.
Была суббота и Вовка решил устроить родителям сеанс трудотерапии. С раннего утра они под его присмотром и руководством мыли, чистили, убирали мусор, словом, осваивали совершенно новые для себя навыки. Приходили их друзья по пьяному счастью, но один только вид встречающего их на пороге Вовки заставлял их на всякий случай благоразумно ретироваться.
Ближе к вечеру прибежала из интерната Варюшка и они с Володей приготовили ужин, как обычно делали это по выходным. Сидя за столом, отец попросил налить с устатку, но встретив стальной взгляд сына, замолчал, поняв, что сморозил что-то лишнее.
На следующий день, проводив сестрёнку в интернат, Володя возвращался домой. Проходя через двор, он услышал, как его окликнули и сердце предательски забилось в груди так сильно, что того и гляди выпорхнет наружу.  Обернувшись, он увидел у подъезда Юлю и Свету, возвращавшихся откуда-то домой. Они были весёлыми и, пока подходили к Володе, всё время щебетали о чём-то, шепчась и хихикая.
- Привет, - Юлька потянулась к Вовкиной щеке и чмокнула его, обдав облаком духов, сигарет и спиртного, - а мы в кафе были, там тааак весело!
- Ага, - подтвердила её подруга и, переглянувшись, девушки рассмеялись, видимо вспомнив что-то из того, что произошло сегодня вечером.
- Замечательно, а что празднуем? – спросил холодно Володя.
- Да так, в общем… нас пригласили. – Юля, не придумав подходящего повода для посещения кафе, решила сказать, как есть.
- Да что ты! И кто же? – Вовка уже начал заводиться, понимая наверняка, что ответ ему не понравиться.
- Руслан! – с вызовом ответила Юля, уверенно глядя ему в глаза, и добавила, - они там звёздочку обмывали. Он «старлея» получил.
- А ты тут причём? – Володя уже не скрывал своего гнева и почти кричал на девушку.
Юля ощутила себя загнанной в ловушку и поняла, что необходимо уже поведать парню о своих отношениях с участковым, но в её манере было затаивать, недосказывать и всяческими способами увиливать от прямого ответа, что она и попыталась сделать в очередной раз.
Володя слушал её бессвязные слова оправдания и понимал, что из любимых губ горохом сыплются одни лживые слова и ничего больше. Он остановил её жестом руки и, горько усмехнувшись, сказал:
- Не юли! О! У тебя даже имя соответствует - Юля! – и ушел, не поворачиваясь, в сторону гаражей.
Присоединившись к друзьям, расположившимся в Лёнькином гараже, Вовка спросил:
- Выпить есть?
Лёнчик кивнул на начатую полуторалитровую бутылку с самогоном и, пошарив на полке, достал ещё один стакан. Колотун быстро наполнил его и Вовка, не раздумывая, опрокинул в себя обжигающую жидкость. Посидел несколько секунд, прижав тыльную сторону ладони ко рту, затем поставил стакан на сколоченный из ящиков стол и жестом попросил повторить. Друзья переглянулись и Колотун опять налил в стакан самогон. Володя выпил и опустил голову, нервно приглаживая рукой волосы. Друзья молча ожидали, когда парень придёт в себя и сможет нормально общаться. Володя оглядел компанию и неожиданно сказал:
- Убью гада!
Парни испуганно переглянулись и начали наперебой его уговаривать:
- Ты с ума сошёл, Вов!
- Она не стоит того, чтобы из-за неё садиться в тюрьму!
- Выбрось ты её из головы, что других что ли нету?!
Вовка сидел, опустив голову, и пьяный хмель забирал его в свой плен всё больше и больше. Почувствовав некоторое облегчение, он сказал Витьке:
- А ну, плесни ещё!
- Ты уверен? – Колотун понимал, что организм Вовчика легко выдержит такую дозу, но выдержит ли его разум – вот тут вопрос, но стакан всё-таки наполнил, правда только до половины.
Видя, что Володя успокоился и не собирается сейчас ни с кем сводить счёты, ребята расслабились. Вскоре бутылка опустела, а изрядно подвыпившие друзья завели обычные разговоры, принятые в нетрезвой компании. Петюня вдруг вспомнил, почему Юлька бросила институт и решил рассказать об этом Вовке.
Ему поведала об этом лучшая Юлина подруга Светка, которой Юля поплакалась по приезду. Оказывается, Юленька закрутила роман с преподавателем, причём связь оказалась настолько сильной, что прорвалась наружу и дошла до жены препода и декана. Жена, встретив девушку возле учебного корпуса, убедительно поговорила с ней на глазах у сокурсников, оставив себе на память клок Юлиных волос. Дальше встал вопрос о том, что кто-то должен покинуть учебное заведение и этим «кто-то» оказалась Юля.
Петька хотел своим рассказом показать другу, что за дрянь его девушка и не стоит жалеть об её уходе, а может быть даже радоваться надо, но в итоге сделал только хуже. Вовка сжал кулаки, глаза его превратились в узкие щёлочки, он тяжело дышал и весь покрылся испариной, в общем, вид у него был устрашающий. Парни перепугались не на шутку и сами готовы были наброситься с кулаками на Петюню, но он уже и так понимал, что его повествование было лишним.
Что-то передвинув в своей пьяной голове, схожее с движением мысли, Вовчик обратился к ребятам:
- Выпить ещё есть?
- Нет всё закончилось, - Витька показал пустую бутылку, состроив гримасу сожаления и развёл руками.
- Поехали за выпивкой, - предложил друзьям Володя.

- Уже поздно, да и на чём ехать-то - мы ведь без колёс, - Петюня пытался выправить ситуацию, но Вовчика было уже не переубедить.
- Колёса сейчас подгоним – мы же в гаражах! – и Вовка, совсем слетев с катушек, пошёл к соседнему гаражу, принадлежащему его соседям Смирновым, и начал сбивать навесной замок. За дверью находился автомобиль «Жигули» седьмой модели, который являлся гордостью и радостью хозяина – пенсионера Семёна Ивановича, бывшего учителя математики.
Убрав препятствие в виде замка и войдя в гараж, Вовка открыл дверцу автомобиля, соединил провода на рулевой колонке, и машина завелась.  Выгнав её на улицу, он закрыл гаражные ворота и прибрал замок.
- Прыгайте! Сейчас сгоняем за выпивкой и сделаем всё как было.
Парни стояли в нерешительности, сомневаясь в разумности поступка, но алкогольный дурман настойчиво приглашал их прокатиться, и все трое быстро заняли места в жигулёнке, предвкушая приключения.
Володя поехал по улице, проехал несколько кварталов и выехал на трассу. В паре километров от посёлка находилась придорожная забегаловка, где можно было раздобыть спиртное в любое время суток, туда-то и направились пьяные герои. В машине было шумно и весело, парни подначивали водителя, сами побуждаемые алкогольным азартом и бесшабашной удалью. 
Жигулёнок летел на скользкой от мелкого холодного дождя дороге, а Володя всё давил педаль газа в пол, ощущая себя гонщиком Формулы–1. Впереди был резкий поворот, а за ним гружёный лесовоз, но он этого не видел. Когда заметил, попытался уйти от столкновения, и машина улетела в кювет, перевернувшись несколько раз.

Глава 5

Больше всех пострадал Лёня Михайлёв. Он был без сознания, когда его увозила машина скорой помощи. Все остальные, с ушибами и переломами, но в сознании, также были госпитализированы.  Вовка лежал на носилках, корчась от боли и держась за голову, вполне осознавая, что он натворил. Он вмиг протрезвел, хотя медицинский анализ говорил совершенно об обратном. Ребята молча терпели боль, со страхом ожидая что будет дальше и беспокоясь за Лёнчика.  Вскоре прибежала его мать, разбуженная ночным телефонным звонком. Врач пригласила её в кабинет для разговора и подписания согласия на операцию. Выйдя оттуда, тётя Лена, плача и заламывая руки, принялась мерять шагами коридор районной больницы. Володю тоже подготовили к операции – у него был перелом бедра, Колотун сломал руку, а Петюня отделался лёгкими ушибами. Эти двое после того, как им обработали раны и Витьке наложили гипс, отправились домой.
Вовка, очнувшись после операции, сразу же встретился со следователем, который подробно расспросил его об угоне автомобиля, поездке, аварии и, уходя, сказал: «Попал ты, парень!». Вовка и сам понимал ужас всей этой ситуации. Он не находил себе места от переживаний за Лёню. Медсестра сказала, что он в коме и неизвестно выживет или нет. В палату к Вовке пришла тётя Лена и кричала на него, а он не мог поднять глаза, чтобы посмотреть в лицо несчастной женщины.
На следующий день к Володе заявилась Юлька. Она была испуганная и заплаканная.
- Вов, прости меня, – проговорила девушка, подойдя к его кровати.
В палате, кроме него было ещё три человека и все лежачие, поэтому всё, что происходило у его постели, с удовольствием наблюдали остальные.
- Ты зачем пришла? – Вовка не намерен был общаться с ней.
- Вова, я люблю тебя, прости меня, пожалуйста, ну прости!
- Уходи, я ни видеть, ни слышать тебя не желаю.
- Хорошо, я сейчас уйду, только я опять приду… завтра. – Юлька умоляюще смотрела на парня.
- Нет, уходи и не появляйся никогда на моём пути, поняла? Всё из-за тебя, - уже кричал в голос Володя, заставив прибежать дежурную медсестру.
- Что вы тут устроили? Здесь всё-таки больница. Нашли, где выяснять отношения.
Девушка выпроводила Юлю из палаты, а Володе пригрозила, что пожалуется его лечащему врачу.
Володя пролежал в больнице больше месяца, всё это время находясь под пристальным вниманием милиции, но это не мешало Юле пробираться к нему в палату. Она опять и опять рассказывала ему про свою любовь, в итоге Володя не выдержал и снова поверил ей. Он не мог ничего с собой поделать, хотя прекрасно понимал, что ближайшее будущее он проведёт в местах не столь отдалённых. Жаль было Варю, и он попросил Юлю навещать её в интернате, чтобы она не чувствовала себя одинокой, так как на родителей надежды совсем не было. Юля обещала.
Лёня пришёл в себя только через две недели в краевой больнице, куда его перевезли, как только это стало возможным. Домой он приехал только через четыре месяца, как раз к тому времени, когда состоялся суд. 
Володя вернулся домой через долгих девять лет. К тому времени здесь всё изменилось до неузнаваемости – и двор, и дом, и люди.
Его друзья, получившие условный срок за угон автомобиля, женились, остепенились и завели детей.
Варюшка, закончив школу, поступила на исторический факультет краевого университета. Она, как иногородняя, жила в общежитии, а после занятий подрабатывала в городской прачечной, чтобы было на что жить, так как помощи в отсутствие брата, ей ждать было неоткуда.
Сначала она училась очно, а потом, когда мать осталась одна и сильно заболев, слегла, перевелась на заочное отделение и приехала домой, чтобы ухаживать за родительницей, которая когда-то променяла её на выпивку. Варя устроилась на работу – помощником воспитателя в интернат, где сама провела десять лет своей жизни. Работала она посменно – одну неделю с утра, а другую – с обеда. Её это устраивало, так как было время для домашних дел.
Варя встретила брата на пороге квартиры, увидев из окна, как он выходит из такси. Бросившись к нему на шею, она плакала и обнимала его, радуясь тому, что, наконец-то, видит его родное и самое доброе на свете лицо.
- Проходи, братик, проходи в комнату, я стол накрою – иди мой руки, - Варя суетилась, не зная, что бы такое сделать, чтобы брат почувствовал себя уютно и комфортно.
Когда он вышел из ванной, Варя спросила его, указывая рукой на дверь самой большой в квартире комнаты:
- К матери зайдёшь?
- Позже. Расскажи, как ты живёшь, сестрёнка.
И Варя рассказывала и рассказывала, что и как делала все эти годы, а он всё слушал и слушал, не перебивая её. Больше всего он сейчас был рад встрече с этим самым родным на свете человечком – его любимой сестрой.
Они допоздна засиделись за столом и Варя поведала ему обо всех друзьях и знакомых. Витька и Петя, получившие условный срок за угон автомобиля, женились, остепенились и завели детей, живут все здесь. Лёня так до конца и не оправился после той аварии и почти не выходит из дома. Он стал сапожничать на дому и все бегают к нему со своими ботинками и туфлями.
Юлька вышла замуж за Руслана и у них родились две дочери.  За это время милиция стала полицией, а Руслан поднялся по карьерной лестнице – к его погонам добавились положенные звёздочки, он стал майором и каким-то полицейским начальником. Они живут в центре посёлка, в служебной квартире, ездят на новенькой машине, по большей части за рулём – Юлька. Теперь она – Юлия Калмыкова, Варя её часто видит, так как она работает секретарём в интернате – мать пристроила её туда ещё до того, как она вышла замуж.
- Ну вот, вроде и все новости! – весело сказала сестра и пошла к матери – покормить, дать лекарство и прибраться.
Несколько дней Володя не выходил из квартиры. Сидел, смотрел в окно, видя знакомых и незнакомых людей, а к приходу сестры готовил еду. К матери он не заходил, кроме самого первого дня, когда приехал. Она для него была просто посторонней женщиной. И вообще, в этой жизни у него осталась одна только Варя, а остальные для него были как нарисованные на картине лица и фигуры.
В один из дней раздался звонок в дверь. Володя никого не хотел видеть, но звонок всё звонил и звонил. Распахнув дверь, он чуть не вскрикнул от неожиданности: на пороге стояла Юля. Первая мысль была захлопнуть дверь, но почему-то он не сделал этого.
- Я войду? – спросила Юля – немного располневшая и с излишне нанесённым макияжем, она выглядела изменившейся и нельзя сказать, что в лучшую сторону.
- Ну попробуй, - равнодушно пригласил её Володя.
Перешагнув порог, Юля кинулась ему на шею и принялась целовать – щёки, нос, губы, лоб, опять щёки, опять губы...  Володя стоял как статуя и не шевелился.
- Вов, как же я соскучилась по тебе, ты даже не представляешь.
- Я точно не представляю, - лениво пробормотал Володя, отстраняясь от неё.
- Я люблю тебя, Вов, люблю до сих пор. Я ничего не могу сделать с этим, - Юля горячо и быстро говорила все эти слова, словно боялась, что сейчас Володя перестанет её слушать, и она не успеет ему рассказать, что чувствует.
- Любишь… ну-ну, ты хоть знаешь что-нибудь о любви-то, о которой так часто говоришь? – Володя сжал кулаки, аж костяшки побелели.
- Володя, я знаю – всё что ты сейчас скажешь, как меня не назовёшь - это справедливо… Но я говорю, как есть. Ты мне почти каждую ночь снишься, я боюсь мужа назвать твоим именем.
Володя смотрел на это когда-то до безумства любимое лицо. Он ухмыльнулся - нечего врать себе, и сейчас любимое. Володя гнал от себя мысли о Юле, но она была сейчас так близко, и он готов был опять всё сделать для неё. «Что же это за наваждение такое, зачем она пришла», - Володя едва сдерживался, чтобы не поцеловать Юлю… или не выгнать.
- Если бы я могла всё вернуть – я бы с тобой на край света убежала… куда угодно, лишь бы с тобой. – Юля неожиданно для Володи расплакалась.
- Юля, давай, ты сейчас пойдёшь домой, к мужу, а я останусь со своей жизнью, а? – тихо и очень спокойно проговорил Вова.
Юля повернулась к выходу, но потом, словно задумавшись о чём-то, застыла и, обернувшись, подняла на него заплаканное лицо. В этот момент налетел ураган, шальной и неистовый, который подхватил этих двоих и закружил в безумном танце природы, опустошая и вытягивая их силы, а затем ослабевших и изнурённых выбросил на осколки сочинённой ими судьбы, как надоевшие игрушки.
Юля ушла, а Вовка ещё долго сидел в сумраке комнаты и думал о своей судьбе, о несбывшейся любви, которая никуда не исчезла. Он только не хотел думать о том, что будет дальше, потому что ничего хорошего в этом «дальше» он придумать не мог, а плохого и так хватало.



Глава 6


Время от времени Володя ходил на железнодорожную станцию, где всегда была работа по разгрузке вагонов. Работу в посёлке он не искал, больше из-за того, что ему не хотелось ни с кем встречаться. Поэтому он приходил сюда и до изнеможения таскал мешки, ящики, коробки, словом, всё, что надо было поднять и переместить, ни с кем не общаясь. Получив в конце работы обговоренную сумму, он молча уходил домой. Там он отдавал Варе деньги со словами «на продукты», затем ужинал и ложился спать.
Варя очень переживала за брата, видя, как он живёт – без вкуса к жизни, без радости, вообще без каких-либо эмоций. Она предлагала ему разные варианты трудоустройства, но он всегда отвечал одно и то же: «Поживём-увидим». Видя его состояние, сестра решила не настаивать, а подождать какое-то время. «Всё образуется, всё обязательно наладится, и не с таким справлялись», - думала Варя, зная сильный характер брата и безоговорочно веря в их будущее счастье.
Варя зашла в приёмную директора интерната - по просьбе старшего воспитателя принесла на согласование графики дежурств на предстоящие праздничные дни.
- Варя, здравствуй! – радушно, как родную сестру, поприветствовала её Юля, поливающая в это момент цветы на подоконнике.
- Добрый день! – вежливо, но сухо ответила ей девушка.
- Как ты, как мать… брат? – Юля запнулась немного, но упустить возможность узнать из первых уст, как дела у Володи, не могла.
- А тебе-то что, – неожиданно громко и сердито бросила Варя, - что ты лезешь-то опять, не надоело? Все беды от тебя, проклятой, всё плохое случилось только из-за тебя!
Варя уже не могла остановиться, всё больше распалялась и резала воздух обвинениями в адрес Юли, пока в приёмную не выглянул из своего кабинета директор:
- Что здесь происходит? Вы не забыли, где находитесь?
- Извините, Юрий Петрович, это Варя, она принесла документы… и…
- Юлия Александровна, наведите порядок и увольте меня от ненужных объяснений.
Юля кивнула, затравленно глядя на Варю, но та, презрительно оглядев с ног до головы объект своей ненависти, гордо вышла за дверь. Придя в свой корпус, Варя плакала навзрыд, и Майя Филипповна, воспитатель, которая помнила Варю ещё воспитанницей этого интерната, никак не могла взять в толк, что случилось. Ей пришлось даже дать девушке успокоительное, чтобы она пришла в себя.
Юля тоже не находила себе места после сцены с Варей. Она понимала, что гневом девушки управляет боль за судьбу брата... Юля опять вспомнила последнюю их встречу с Вовой, которую уже несколько дней она прокручивала в своей голове, раскладывая на составляющие и радуясь каждой секунде, проведённой в той квартире.
Юля вышла с работы пораньше, так как директор в конце дня уехал на совещание в управление образования и сказал, что назад не вернётся, а ей хотелось бежать куда-то из этих стен, которые для неё до сих пор эхом отражали звук Вариного крика.
Она ехала по дороге и вдруг увидела Володю. Он шёл по тротуару, держа руки в карманах и надвинув кепку на глаза - такой родной и притягательный. Юля остановилась возле него и открыла дверь:
- Привет, садись, подвезу.
- Спасибо, не надо, - сказал мужчина, пропуская приветствие, и пошёл дальше своей дорогой.
Юля не сдавалась, тихо двигаясь вдоль тротуара и бормоча нелестные слова о сегодняшнем дне. Открыв окно, она опять предложила ему сесть в машину, но он упрямо покачал головой и вдруг резко повернувшись к ней, открыл дверцу и практически запрыгнул внутрь. Всё произошло так быстро, что Юля едва успела затормозить.
- Быстрее можешь ехать? – попросил Вова.
Юля нажала на газ и повернула на ближайшем перекрёстке, успев заметить идущего по тротуару Витьку Колотушкина с женой, которые внимательно разглядывали сидящих в автомобиле.
- Не хочу встречаться … пока, - объяснил Володя свой внезапный порыв.
- Ты ни с кем не виделся? – спросила Юля, ведя автомобиль по улицам посёлка.
- К Лёнчику сходил, пообщался.
- И как он? Говорят, сапожничает.
- Да, он молодец, не унывает, стучит молоточком по подошве и в окно поглядывает – кто пришёл, кто ушёл, кто подъехал, в общем живёт, как может.
- А почему с остальными не хочешь увидеться? – не понимала Юля.
- Знаешь, у них всё хорошо – пусть так и будет. Я не хочу, чтобы их жёны напрягались от того, что к ним в дом пришёл бывший зек, и пилили потом своих благоверных. Ко мне-то ведь никто из них так и не пришёл… Вот поэтому.
Они выехали за посёлок и Юля свернула в сторону от трассы на дорогу, ведущую в лес.
- Ты куда поехала, сейчас застрянешь - не выедешь.
- А ты мне поможешь, - Юля кокетливо посмотрела на сидящего рядом мужчину, который уже совсем не против был застрять с ней в этом лесу…
Так и повелось – они встречались то дома у Вовки, то ездили на дачу Юлькиных родителей, не задумываясь ни о том, что они делают, ни о том, что ждёт их в дальнейшем. А оно - это самое «дальнейшее» - не заставило себя долго ждать.
Один из местных гаишников, встретив Руслана Вадимовича на очередной планёрке, пошутил о том, как лихо, на скорости, его жена подрезала его автомобиль на трассе.
- На трассе? Ты ничего не путаешь? – удивлённо спросил его Калмыков.
- Да нет, не путаю - перед поворотом в сады, знаешь… после заправки?
- Ааа, знаю, знаю, там дача у родителей, наверное, тёщу возила, - успокоился Руслан, подумав при этом, почему жена ничего не сказала ему о поездке.
- Тёщу… да вроде мужик какой-то с ней был.
Вечером дома муж устроил Юле допрос о её поездке и, увидев, что она путается в своих ответах, прекратил расспросы, просто попросив жену в следующий раз предупреждать его о поездке и всё. Юля успокоилась и, довольная собой, занялась домашними делами.
Но Руслан совсем не успокоился. Он подъехал на заправку и посмотрел записи с камер наблюдения. Увидев несколько раз мелькнувшую знакомую машину, он разглядел, что Юля каждый раз была в ней не одна, а с пассажиром – мужчиной. Дальнейшее было делом техники. Прослушивание телефона, доклады «своего» гаишника - и вся необходимая информация очень скоро оказалась у него в руках.
Он не стал заморачиваться и выяснять отношения с женой. Руслан Вадимович, взяв табельное оружие, с двумя приятелями из числа коллег, подъехали к товарной базе, где шла разгрузка вагона и дождались, когда герой адюльтера освободится. Владимира пригласили в служебный автомобиль, где на него надели наручники. Они выехали сначала за пределы посёлка, а затем свернули в лес.
Володя всё понял сразу, как только увидел бывшего участкового возле товарняка. «Ну и пусть уже это случится, потому что жизни всё равно нет, - подумалось ему. «Варя уже крепко стоит на ногах, она справится. Юлька забудет меня очень быстро, тут тоже всё нормально, а умереть в любви – это ли не удовольствие», - саркастически думал Володя, пока они ехали.
 - Выходи, - сказал ему Руслан, когда машина остановилась.
- Давай, стреляй уже и заканчивай это кино, - Володя смотрел прямо в глаза Юлькиного мужа, налитые кровью от гнева и злости.
- Молчи, гад, - Руслан брызгал слюной и сжимал кулаки.
Один из его товарищей спросил:
- Ты его что, действительно мочить будешь?
Обманутый муж ударил соперника, вложив в удар всю силу своей ненависти, унижения и позора. Володя едва устоял на ногах. Руслан уже не владел собой, он бил Вовку отчаянно и жестоко, а тот даже н е думал защищаться.  Сделав то, для чего они сюда приехали, все трое сели в машину и уехали, спокойно занявшись своими служебными делами.
Варя не находила себе места от беспокойства – брата не было дома двое суток. Утром она не выдержала и пошла в полицию. У неё долго не хотели принимать заявление, ссылаясь на то, что её брат не маленький ребёнок и, очевидно, где-то загулял, но девушка не соглашалась с этим, требовала начальство и всё-таки добилась того, что его объявили в розыск.  Варя обошла всех знакомых Володи, но никто ничего о нём не знал. Она даже к Юле ходила, но та и сама была обеспокоена его исчезновением и почему-то дрожала при разговоре с Варей то ли от страха то ли от холода.
Всё раскрылось самым банальным образом. Один из тех, с кем Руслан был в тот день в лесу, не выдержал мук совести и по пьянке проговорился своему другу, ну а там по цепочке дошло до начальства и раскрутился весь клубок преступления. Дело было громким и ошеломительным, учитывая, что фигуранты были многим известны.  Руслан получил большой срок, его подельники поменьше, хотя для сестры Владимира любое наказание для того, кто отнял жизнь её брата, казалось ничтожно малым. 
Юля погоревала немного об одном и о другом, но траур держала не долго – спустя совсем немного времени она уже порхала от кафе к ресторану, не пропуская баров, дискотек и других мест, утоляющих тоску. Что с неё взять – мотылёк он и есть мотылёк.
Существует теория хаоса, согласно которой даже такая малость, как взмах крыла бабочки может повлиять на непредсказуемые явления в дальнейшем. А когда беспечный мотылёк беспорядочно порхает с одного цветка на другой, он запросто побуждает множество невероятных событий, не всегда принося окружающим радость своей весёлой танцевальной левитацией.