Незарифмующимися

Что-то не дает мне уснуть. Что-то уперлось мне в спину, вызывая болезненные ощущения. Я оборачиваюсь назад, и понимаю, что это давит возраст. Он побуждает перейти к решительным действиям, начать кардинально менять свою жизнь. Но вместо этого, я поворачиваюсь на другой бок и пытаюсь дальше уснуть. Вся моя жизнь — на авось. Но не спрятаться в клетчатой авоське, и с нее не убежать.

Дело не в невезучести.
А в том,
Что я совершаю часто глупости.

Проблемы со сном подтолкнули меня научиться странствовать по полубредовым фантазиям. Часами могу пребывать ни здесь, ни там, а где-то между. Эта привычка заимствует мои драгоценные часы, время моего пребывания среди живых. Взамен отдавая иллюзию того, что что-то хорошее случилось у меня в жизни, ведь мозг не видит разницы между воображением и действительностью, в этом заключается принцип ментальной визуализации. Всё до боли беспричинно, весь этот чертов мир, построенный на рандоме. Я слишком много отвлекался серьезными размышлениями, вместо того чтобы просто веселиться и радоваться жизни.

Мои слова - моё спасение: я в них герой, изгой, католик...
Но существует опасение, что смешно это до колик.

В детстве я всегда искренне полагал, что судьбой мне уготована участь, отдельная от остальных. Что я стану кем-то известным, либо выдающимся неким деятелем, либо просто богатым и успешным. Как-то незаметно, как-то слишком плавно перетекла сия уверенность в ощущение, что я плохо кончу. Я вдруг стал видеть себя дышащим максимум до сорока. Тогда я не придавал этому особого значения, ведь до этого возраста оставалось немало лет, а значит еще успею пожить. Но куда подевалось то детское радушие к своей сущности, как могла исчезнуть столь страстная тяга к жизни, познанию? Как жизнь, наполненная такими же по уровню стрессами и переживаниями, могла вдруг вывести меня на такое восприятие негатива? Ответ, уверен, находится там, где и зарождаются вопросы. Всё — во мне.

Я верю в Бога, но не в попа.
Глаголю много, но невпопад.

Раньше я и правда выделялся среди остальных детишек, и тогда можно было даже сказать — выделялся выгодно. Жизнь, однако, подавила всю аутентичность взглядов, превратив такой обширный внутренний мир в кусок посредственности. На портрете со всеми человеками в мире, мое лицо оказалось в кармане какого-то недотепы. Который отвернулся от камеры, чтобы порыгать.

Когда тебя насилуют в задницу — неважно, как это называется.

Люди влюбляются в образы. Мы любим поступки, мы любим чьи-то улыбки. В свою очередь, дабы понравиться, мы притворяемся. Это притворство заходит людишкам, несмотря на то, что это притворство заходит далеко. Это игра в любовь. В масштабе Вселенной, где миллиарды звезд и планет, где теоретически могут находиться тысячи обитающих существ, где время течет иначе, и нет там ни конца ни края, все ваши чувства — это баловство. Сами наполняем себя болью, чтобы потом мучаться о вымышленных проблемах.

Мы красивы, пока мы молоды.

(5 апр 2021)

.

.

.


Пятница, 13-е.

Корона сидит на макушке и вирусом внедрилась в наши головы. Мы все в панике, срочно нужно вводить карантин, без задумок о том, что это — мусульманская Библия молоденьких девчат. Люди на улице заражают других своим естественным дыханием, и их никак не отследить, в отличие от перегарных, хотя там человеки травят сами себя, так что пох.

Зри в корень. И рано или поздно увидишь летящую в тебя семенную жидкость.

Намедни шел по улице, заприметил две особи противоположного пола. Они стояли, скрестив ножки, о чем-то разговаривали. Их по-женски округлые бёдра не могли оставить равнодушным. Всю затем дорогу я шел и восхищался эстетической красотой юных дарований. Даже не вожделея, без сексуальной подоплеки, я просто восторгался сей красочной картиной. А потом пыл угас, и я вдруг осознал, что они просто стоят и греют свои письки.

Всегда дизаю лайкодрочеров, которые в комментариях на Ютубе массово пишут: "Всем здоровья и хорошего дня!"


Трутень — это правдивая shadow. Загробная жизнь — это червяки. Украинский язык решил надеть розовые очки: «весiлля» — это свадьба, «веселка» — радуга; но виселица — вот где настоящее веселье.

Почему бОдибилдинг, но при этом — эврибАди?

Дети маленькие спиногрызы, они впиваются в позвоночник и высасывают хрящи. Их красным светящиеся глаза гипнотизируют тебя, заставляют застыть от ужаса, оцепенеть. Своими когтями впиваются в шею, рвут аорту, из вырванных с корнем глазных яблок получаются бубенцы. Из твоих тщедушных вен изготавливается отменная петля, на которой в следующий момент вешается твой домашний кот. Как жаль, ведь ты его так любил.

Что хруст под ногами детских несформировавшихся костяшек самое сильное успокоительное — не знали в свое время Сухомлинский и Макаренко. Они оба умерли в 51.

Пятница, 13-е.


(13 ноя 2020)