Мамочка, ты, мамочка...

Размышления в день матери

У каждого из нас, рождённых на белый свет, непременно есть или была мама. Так уж устроено природой. Отец не всегда бывает опознан, но мать обязательно присутствует при рождении новой жизни. Больше того, она — непосредственный участник этого процесса. Без неё — никуда. Пока не придумано иначе. И слава Богу.

О ком мы вспоминаем чаще всего? О ней, родимой.
Когда беда постучалась в дверь: мамочка, что делать?
Когда надо принять трудное решение: мамочка, помоги, вразуми своё дитятко…
Когда испытываешь счастье: мамочка, порадуйся со мной!
Когда сама становишься матерью: мамочка, малыш такой хрупкий, мне страшно к нему прикасаться…
Какие слова чаще всего слышат матери? — Помоги, пойми, дай совет, научи, присмотри, поделись, сделай…
И они сделают всё, что только возможно, для своего ребёнка. Да и для чужого тоже. Потому что они матери.

Вот и у меня была мамочка, о которой вспоминаю с запоздалой нежностью. Папа звал её Шурой или Саней, а по паспорту она была Александрой Александровной. Четвёртый ребёнок в крестьянской семье с шестью детьми: три девочки и три мальчика. Не в её привычках было ласкать дочек, в войну не до того было. Она много и тяжело работала, чтобы вырастить нас с сестрой, пока папа был на фронте. Я благодарна маме за подаренную жизнь, за то, что у меня есть старшая сестра, за то, что у нас был любящий папа, за то, что помогала растить наших детей, за то, что всегда и во всём поддерживала нас и заботилась о нашем здоровье, за то, что была тем человеком, который всегда думал о нас.

Может быть, это и есть самое главное: чтобы ты была нужна кому-то, кто-то думал о тебе, интересовался  тобой и  твоей жизнью, был всегда готов прийти на помощь, оказать поддержку, согреть своим теплом и утешить твою страдающую душу.

Мамы давно нет, но мы с сестрой помним её и частенько вспоминаем проведённое вместе время, особенно на даче, куда привозили на лето наших с ней детей, которые обожали свою бабулю. Она их не баловала, учила труду и рукоделию. И сейчас её внуки с нежностью вспоминают её. Не знаю уж, как это получается, но все мы чувствуем  её присутствие в нашей жизни и считаем, что она наш ангел-хранитель.

Мне очень редко снятся сны, а если и случается, то чаще  тревожные. От знакомых часто слышу, что они даже цветные сны видят. И я хочу такие. Иногда даже, поймав себя на мысли о ком-то из ушедших или тех, кого давно не видела, задаю себе на ночь программу : увидеться во сне. 

Как-то мне очень захотелось увидеть маму. И однажды я все-таки её увидела. Не в деталях, а в ощущениях.  Не скажу, как она выглядела, но я знала почему-то, что это моя мама. Мы  с ней оказались во дворе нашего дома, куда переехали из родного Крылатского. Того нашего трёхэтажного дома нет уже несколько лет — его снесли, чтобы построить на его месте многоэтажный. Но во сне я его увидела прежним. Мама стояла на балконе нашего третьего этажа, а я летала по двору, потом к ней, и мы разговаривали.

О чём мы говорили, неважно. Главное — это ощущение блаженства, которое я испытывала от полёта и от того, что рядом мама. Потом и она сошла с балкона и тоже полетела… Жаль, что сон оказался коротким.

Сегодня хочется вспомнить и о маме моего мужа Надежде Степановне. Она была учителем русского языка и литературы, много лет проработала в школе. А когда вышла на пенсию, занялась дачей. Свекровь занималась огородом и цветами.
Каждый год, открывая новый сезон, мы получаем привет от нее в виде цветущих тюльпанов и нарциссов, чуть позже — сирени, жасмина и пионов. Все это было посажено ею. А какие помидоры она выращивала! У нее всегда удавалась морковка, и мои дети грызли ее все лето. Не помню точно, когда у нас в саду появилась плетистая роза. Сначала она радовала глаз своей яркой зеленью, потом появились мелкие цветочки очень сочного ярко-малинового оттенка. Еще позже их стало так много, они собирались в такие пушистые и мощные соцветия, что не стало видно листьев, были только цветы. Это было так красиво, что не отвести глаз. Роза вошла в силу и теперь это самое любимое украшение нашего сада. Спасибо за это Надежде Степановне, моей второй маме.


Рецензии