Бескорыстие

Бескорыстие — это добровольное желание отдать другому, не ожидая награды, благодарности или даже признания. Но часто путают бескорыстие с лёгкостью отдачи. Иной говорит: «Бескорыстие — это отдать то, что тебе не жалко и не нужно». Однако это не так. Настоящее бескорыстие начинается там, где тебе что-то нужно, где тебе жалко, но ты всё равно отдаёшь, движимый любовью. Если же человек отдаёт только то, без чего сам легко обойдётся, то это не бескорыстие, а просто разумная щедрость, которая тоже хороша, но не является вершиной добродетели. А когда отдаёшь то, без чего не сможешь обойтись, — это жертва. И жертва может быть как бескорыстной, так и корыстной. Вспомним бедную вдову, положившую в сокровищницу храма две лепты — всё пропитание своё (Мк 12:41–44). Христос похвалил её не за количество, а за то, что она отдала всё, что имела, от нужды своей. Это бескорыстная жертва. А можно принести богатый дар, ожидая почёта, — и тогда жертва будет корыстной.

Трудно быть бескорыстным бедному, потому что самому не хватает необходимого. Но ещё труднее богатому, потому что богатство привязывает сердце, и отдать даже малое от избытка для многих тяжелее, чем бедному отдать последнее. К слову, легко быть бескорыстным за чужой счёт, но это не добродетель, а лицемерие. Остаётся одно: «Когда творишь милостыню, не труби перед собой, как делают лицемеры… Когда творишь милостыню, пусть правая твоя рука не знает, что делает левая» (Мф 6:2–3). Эти слова Христа не запрещают другим узнавать о твоём добром деле, но запрещают самому искать славы. Если о твоём бескорыстии узнали другие — это не отменяет бескорыстия, если в сердце твоём не было желания похвалы. Однако тот, кто хвастается своим бескорыстием, уже не бескорыстен, потому что хочет, чтобы о нём узнали, и его награда — эта похвала, а не награда от Бога.

Но разве благодарность — это плохо? Благодарность — добродетель, и нужно всегда быть благодарным, и не допускать чёрной неблагодарности. Однако бескорыстие как добродетель заключается в том, что  делаешь добро без ожидания благодарности, но если благодарность приходит, принимаешь её без гордости и без притворного отказа. Нельзя говорить, что бескорыстие существует только в тайне и только в материальных вещах, которые самому не нужны. Это слишком узкое понимание. Бескорыстие возможно и в духовных вещах: простить обидчика, не требуя извинений; помолиться за врага, когда никто не видит; уступить место, не ожидая спасибо. И далеко не всегда эти вещи «не нужны» — иногда они стоят большого внутреннего труда.

Очевидно, в мире существует множество добрых дел и подвигов, о которых можно и нужно говорить, и это не отменяет их бескорыстия, если говорят другие, а не сам хвастающийся. Сам же бескорыстный человек не станет трубить о себе, но и не обязан скрывать доброе дело любой ценой, превращая добродетель в театр тайны. Христос сказал: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф 5:16). Значит, добрые дела могут быть видны людям, и это не грех. Грех — делать их напоказ, ради своей славы.

И раньше, и ныне видно, кто жертвует напоказ, и не всегда видно тех, кто жертвует втайне. Но если человек действительно хочет, чтобы никто не знал о его добром деле, то и не хвастается. Однако если о его бескорыстии всё же узнали, это ещё не означает, что бескорыстия не было.  Так можно дойти до абсурда, когда человек будет отказываться от добрых дел только из страха, что о них узнают, а это уже не добродетель, а гордость наоборот. Истинное бескорыстие не боится ни тайны, ни света, потому что ищет не своей славы, а славы Божьей и пользы ближнего.