13. Ложь и секреты

Здание, в котором располагался полицейский участок, было одним из самых старых в квартале. Построено оно было еще в начале девятнадцатого века, и с тех пор пережило не одну модернизацию внутри, но сохранило исторический наружный облик. Высокие окна нижнего этажа были забраны коваными решетками, сквозь слои светлой штукатурки на стенах местами проглядывала темно-красная кирпичная кладка.

Во внутреннем дворе, когда мы с Блейлоком вошли туда, наблюдалось значительное оживление. Несколько микроавтобусов готовились отъехать, вокруг собирались полицейские, одетые в бронежилеты. Усиление по выходным случалось нечасто в Городке, не отличавшемся бурной общественной жизнью, поэтому я очень удивился, увидев среди участников патруля констебля Климову. Она стояла возле крайней машины с еще двумя констеблями, которых я знал, Боковым и Филдом. Заметив нас, Юля помахала рукой, все трое подошли ближе.

- Я вам звонила, сэр, но у вас мобильник не отвечает, - сообщила Климова, - А телефон Пола я не знаю.  Случилось то, чем меня так долго пугал сержант Яновский. Меня поставили в оцеплении дежурить. Возле «Веллей филд».

- Ах, сегодня же футбол! – вспомнил Блейлок, услышав название стадиона.

- Дерби. Наши играют с «Лайтбургом», - с воодушевлением добавил констебль Филд, и все трое – он, Климова и Боков хором провозгласили:

- Вперед, «сиреневые»!

- Обеспечение правопорядка под угрозой, - услышав этот клич, инспектор покачал головой, - Как это некстати, мисс Юленька. Вы ценный сотрудник, и если наши не выиграют, я буду болеть за «Океан».

- Сэр, они выиграют! – в один голос возмутились Филд и Боков.
 
- Я записала для вас все, что мне удалось выяснить по Флоресу, и оставила на своем столе в двадцать пятой комнате, - недовольство Блейлока заставило Юлю просиять, - И еще. Я поговорила с женой Флореса, она дала мне номер его мобильного. Телефон до сих пор работает. Миссис Флорес звонила вчера, но трубку не взяли. Я тоже позвонила, звонок сбросили. Я поговорила с главой халдейских мудрецов, Лернером из ИТ-отдела. Он попробует вычислить, где находится телефон, обратитесь к нему, сэр.

- Это очень хорошо, - одобрил Блейлок, мимолетным жестом одобрения коснувшись Юлиного плеча, - Не подставляйтесь там, это всего лишь футбол.

Он кивнул на прощание и направился к крылечку служебного входа, видневшемуся в глубине двора.

- Слышал? Я ценный сотрудник! – дернув меня за рукав, выдохнула Юля с горящими глазами.

- Поэтому ты отправляешься с нами гасить фанатов, а он пойдет с Блейлоком расследовать убийства, - ехидно протянул Боков.

- Даже не вздумай на него покушаться, - Юля строго погрозила мне пальцем, - Блейлок мой!

- Девушка, он же вам в отцы годится, - упрекнул ее Филд, - В то время как я испытываю к вам большую, но чистую…

- Хочешь чего-то большого, но чистого – помой слона, - сурово перебила его Юля и со вздохом сожаления похлопала меня по плечу, - Ну, удачи вам обоим.

- Мы будем тебя ждать, - сказал я, чтобы утешить ее.

***

- А у вас тут… мило.

Я пошевелил ноздрями, чтобы не чихнуть. Пыль в рабочем кабинете инспектора Блейлока лежала слоями и на стеллажах с документами, и на крышке стола, заставленного картонными коробками, и даже на подоконнике, где доживали свой век блеклые бегонии в пластиковом горшке. Чувствовалось, что Блейлока нельзя назвать офисным работником.

- Присаживайтесь. Дивана нет, как я и говорил, поэтому - вот, - инспектор стряхнул с типового черного полукресла для посетителей какие-то пластиковые папки прямо на пол, освобождая место для меня.

- Спасибо, - поблагодарил я очень сдержано, поскольку кресло тоже было изрядно пыльным, и поставил на относительно свободный угол стола два пластиковых стаканчика с кофе, которые мне выдал автомат в коридоре, - А это всё? – я неопределенным жестом указал на коробки, пластиковые пакеты и папки, захламлявшие стол.

- Наше с вами дело. Извлеченное из архива дело Нелл Грей, главным образом, - Блейлок уселся за стол и притянул к себе одну из папок, - Но есть и свежие поступления. Отчеты об убийстве Рихарда Штерна, - склонившись над бумагами, он вздохнул; вздох больше походил на раздраженное сопение, - Его обувь, это обувь убийцы Шона Стивенса. Однако, к моменту, когда на вас напали в библиотеке, Штерн был уже мертв. И телосложением он не напоминает того, кого мы видели в Лайлек-хаусе. Слишком плотный.

- Мог это быть тот, кто убил его самого? – спросил я.

- Кто-то, кто знал о его делах в Лайлек-хаусе, о том, что он нечестно обошелся с Нелл, и был этим недоволен? – Блейлок поставил локти на стол и хмуро воззрился на меня, - Кто мог настолько разозлиться, чтобы за это убить? Другой Ричи – Невилл? У него алиби, он был в Новой Зеландии с профессором Орловским. Ваш неуловимый друг Макс? Доктор Ларина утверждает, он не подходит по физическим параметрам. И почему Штерну нужно было избавиться от вас? Чем браслет Миранды Дормер был ему так опасен?

Он обежал взглядом свой стол и коробки на нем, потом придвинул одну из них к себе и порылся внутри.

- Держите-ка, - Блейлок бросил мне пластиковый пакетик для улик, - Браслет, который вам прислал Перов. Ничего не замечаете? Посмотрите на это.

Он положил на стол рядом со мной еще один пакет, который достал из другой коробки. Я сравнил содержимое. Браслет, который я обнаружил в посылке Макса, был слегка погнут, словно на него нечаянно наступили, на нем отсутствовала застежка. Она нашлась в другом пакете.

- Это мне отдала Вера Владимировна, - объяснил Блейлок, - Нашла в кармане плаща Штерна. Что еще вы видите, Мартен?

Я осмотрел браслет внимательнее. Его широкие края имели по два крепежа для замочков с каждой стороны.

- Застежек должно быть две, - я приложил пакетики друг к другу, чтобы прикинуть, как именно застежка крепилась к браслету.

Блейлок в сердцах передернул плечами в ответ на мои слова.

- Где вторая? И где второй браслет?

- Он у Нелл, - предположил я.

В кабинете стояла доска для выявления причинно-следственных связей, записи на которой почти повторяли записи на доске в моей квартире, за исключением недавних изменений. Взяв свой стаканчик с кофе, я подошел к доске и взялся обновлять данные. Блейлок одобрительно качнул головой в ответ на мои действия.

- Тогда мы опять возвращаемся к главному вопросу: где Нелл? – поморщился он, взял свой стаканчик, заглянул в него и поморщился еще сильнее, так как в кофе уже успели нападать пылинки.

- Вы хотите сказать, где ее тело? – негромко, с расстановкой проговорил я.

Я сразу подумал о Линде и Берти, которых мы оставили в Лайлек-хаусе. Вкус кофе показался кислым, я отставил недопитый стаканчик на подоконник. На нем виднелось несколько коричневых отпечатков от других, стоявших там ранее стаканчиков. Блейлок без воодушевления, но твердо кивнул.

- Пора запросить ордер на обыск Дормер Таункасла, - сказал он, - Только, предвижу, нам его не видать. Прямых доказательств того, что Нелл Грей убита и может до сих пор находиться в доме у нас нет. А Люси Дормер-Эдвардс дама со связями, которой не нужен скандал. Она и так уже оскандалилась с этим своим дорогим Фрэнки. Комиссар будет с ней расшаркиваться, а нам велит как всегда - лучше работать. И, в общем-то, будет прав.

- Прав? – я вопросительно вскинул брови.

- Формально у нас есть только добытые вами доказательства того, что Нелл Грей не сбегала из дома с Фрэнком Оливером, - инспектор сухо поджал губы, - И лишь предчувствия да догадки об ее смерти. Мы не знаем даже причин, по которым ее могли убить.

- Все дело в Лунном драконе, - убежденно возразил я, - Нелл поняла, что Рихард Штерн обкрадывает Миранду, хочет присвоить себе ее изыскания об Уденио. Вы же сами сказали, ученые способны убить, когда речь идет о научной славе. Тем более такой карьерист, как Штерн. Может, именно его Нелл увидела из точки исчезновения открывающим потайной ход в Гобеленовой комнате? Он ушел со дня рождения раньше, но мог вернуться незамеченным через какой-нибудь укромный уголок в парке. Он хорошо знал дом, ключи у него могли быть. И застежка от браслета была у него в кармане. Может, осталась при нем, когда он прятал в доме тело девушки. Обнаружение браслета могло возобновить розыски Нелл, выдать Штерна и положить конец и его свободе, и профессиональной репутации, заработанной в результате преступления. По-моему, достаточно убедительный мотив, чтобы пуститься во все тяжкие, защищая свою тайну пятилетней давности.

- Меня убеждать не надо, выступите с этой речью перед Праймроузом, - предложил Блейлок.

Я не успел ничего ответить, в дверь кабинета постучали, и из коридора заглянул сержант Яновский. Моим первым побуждением было спрятаться за доску с записями, но было уже поздно.

- О, кого мы видим! – заметив меня, Яновский довольно холодно кивнул и, не дожидаясь ответа, обратился к инспектору, - Сэр, тут вас хотят видеть какие-то университетские шишки. Профессор из Аркадия-колледжа и с ним еще какой-то типчик.

- Ну, пусть проходят, - Блейлок вскинул брови с толикой недоумения.

Сержант удалился с сознанием выполненного долга, оставив дверь открытой, а на пороге появились рука об руку Глеб Орловский и его верный помощник Невилл.

- Добрый день, - весьма официально поздоровался профессор и приветливо кивнул мне, как старому знакомому, - Здравствуйте, констебль. Инспектор Блейлок, я полагаю?

- Он самый, - кивнул Блейлок, привставая из-за стола, - А вы Глеб Орловский?

- И Ричард Невилл, - добавил я.

- Да, это мы, - со вздохом подтвердил профессор, у которого был угрюмый и печальный вид, - Пару часов назад ко мне заходила Нэнси Сойер. Она принесла ужасную новость – доктор Штерн убит.

- Сожалею, - качнул головой Блейлок и указал на кресло, с которого, посидев на нем, я уже успел стереть всю пыль, - Прошу.

- Нет, нет, - еще больше помрачнев, отказался Орловский, - Мы пришли вот зачем, инспектор. Ваш сотрудник приходил ко мне день-другой назад, и разговор тогда касался Лунного дракона и всяких прошлых дел. В свете теперешних грустных событий мы с мистером Невиллом не хотим, чтобы нас обвинили в создании препятствий следствию и утаивании информации. Собственно, это у Ричарда есть, что вам сообщить. А я подожду снаружи. У вас на черной лестнице, я видел, можно курить.

Он выразительно похлопал себя по верхнему карману пиджака, из которого торчал черенок трубки, и отступил к двери. Ричард Невилл, на которого он, уходя, бросил строгий взгляд, виновато развел руками.

- Итак, любезный сэр? – Блейлок снова указал на кресло, и Ричард опустился на сиденье с несколько смущенным видом, - Что же это за информацию вы там утаили?

- Ну, я надеюсь, что ничего существенного, - под требовательным взглядом инспектора Невилл опустил глаза, как школьник у доски, - Все дело в том, что секретарь Глеба Павловича сказала констеблю Мартену, когда он выяснял наше с профессором алиби. Нэнси говорила, что вроде Ричи убили аж в четверг?

- Так у вас что, нет алиби на четверг? – резко перебил Блейлок, впиваясь в него взглядом.

- Нет, есть! – поспешно возразил Ричард, вскидывая глаза на меня, как бы в поисках защиты, - Только оно, - он снова виновато потупился, - другое.

- Объяснитесь, - предложил я.

Невилл неопределенно повел бровями.

- В общем, профессор меня прикрыл, - сообщил он, - Все то время, пока он был в Окленде, меня с ним не было. Я был в другом месте.

- Где? – требовательно вопросил Блейлок, которому такой поворот событий совсем не понравился.

- В Лайтбурге, - вздохнул Невилл, - Встречался со своей подругой. У нее ревнивый муж, понимаете? А Лайтбург, это просто место для идеального преступления, хм, - уловив двусмысленность собственных слов, Ричард пояснил, - Это опять же вопрос алиби. Муж сам взял ее в эту поездку, так что, заподозрить ее в организации тайных свиданий он уж точно не мог. Нам представился хороший шанс побыть вдвоем, когда ей не нужно было присутствовать на всяких обедах и приемах в качестве красивой жены. А потом я решил, что раз профессор согласен мне подыграть, то большой беды не будет, если я изложу версию с поездкой на конференцию. Но если уж дело дошло до того, что Рихард мертв, то… Короче, я не был в Новой Зеландии.

- Замечательно, - процедил Блейлок сквозь зубы, - Вы большой специалист по изобретению алиби, мистер Невилл. Ваша дама сердца сможет подтвердить этот увлекательный рассказ?

- Думаю, да, - Ричард заволновался и заерзал на стуле, - Только, пожалуйста, без широкой огласки, если можно. Ее муж, он…

- Имя вашей подруги, - бровью не поведя, потребовал Блейлок.

- Джемма Престон, - промямлил Невилл.

- Джемма Престон, - повторил Блейлок и внимательно уставился на Ричарда, - Вы хотите сказать, Джемма Престон? Жена Ройса Престона, члена городского совета, кандидата в мэры?

- Ага, - грустным эхом отозвался Невилл, - Если хотите, я позвоню ей и попрошу встретиться с вами и поговорить. У нас есть свой способ связи на экстренный случай. Но, пожалуйста, сами не звоните ей. Ройс проверяет звонки, эсэмески, электронную почту. Он настоящий параноик.

- Разве? – удивился Блейлок и возмущенно посмотрел на меня, словно я был виновником того, что в деле открылись новые щекотливые обстоятельства, - Только политики мне тут не хватало. Да с комиссаром удар случится!

- Я просто хотел, чтобы ситуация была до конца ясной, - поникнув головой, промолвил Ричард.

- Очень мило с вашей стороны, - язвительно заметил Блейлок, - Позвоните миссис Престон и предупредите ее, что мы сегодня же хотим с ней поговорить. Профессор, наверное, уже докурил. Можете к нему присоединиться, мистер Невилл. Спасибо за сотрудничество.

- Пожалуйста, - с готовностью кивнул Ричард, - Но вы обещаете, что Престон не узнает?

- И никуда не уезжайте из Городка, - добавил Блейлок.

- Ага, - снова ответил герой-любовник и оглянулся на меня, ища поддержки.

Я лишь сочувственно двинул бровями и взглядом указал на дверь. Ричард покинул кабинет с заметным облегчением. Блейлок задумчиво смотрел ему вслед.

- У комиссара будет удар, - повторил он, - Если мы не разрулим эту ситуацию по-тихому. Невилл, между прочим, мог бы стать основным подозреваемым, если бы не уехал во время убийства Стивенса в Новую Зеландию. И вот теперь, оказывается, он туда не уезжал. Вот что, Мартен. Отправляйтесь-ка вы к этой миссис Престон. Престоны живут в Черри-холле, это примерно в часе езды вверх по Грин-ривер, недалеко от Затона, кажется. Короче, посмотрите по карте. Встретьтесь с этой дамочкой без лишнего шума. Надавите на нее, и пусть она вам все как следует расскажет. Я должен быть точно уверен, что Невилл был в Лайтбурге весь четверг и не может ни каким боком быть причастен ни к убийству Стивенса, ни к убийству Штерна. У вас есть водительские права? Возьмите ключи от моей машины и езжайте прямо сейчас.

***
 
Водить инспекторскую машину мне понравилось. Но, добравшись до Затона, обширного поселка в окрестностях Сайенс-сити, я обнаружил, что быть тайным агентом, часто означает делать нелепые вещи. Встреча с Джеммой Престон, в частности, выглядела весьма нелепо, словно то и впрямь было конспиративное свидание.

По дороге к Затону мне позвонил Невилл и сообщил, где его пассия может со мной переговорить, не привлекая лишнего внимания. Я остановил машину на повороте дороги недалеко от поселка, в месте с видом на раскинувшийся вдалеке Черри-холл, внушительный особняк, сложенный из потемневшего от времени красного кирпича, с французскими окнами, обрамленными плющом. Через десять минут рядом остановился молочно-голубой блестящий «Mini Cooper». Вышедшая из него эффектная шатенка средних лет при виде меня всплеснула руками.

- У вас что, нет кого-нибудь постарше? – воскликнула она с почти откровенным испугом, - Ну, или почему не прислать следователя-женщину? Я сказала, что еду к маникюрше и не представляю, что будет, если меня увидят в поле с высоким молодым блондином!

- Полиция существует на деньги налогоплательщиков, мэм, и в ее бюджете не предусмотрен набор сотрудников для удобства неверных супругов, - ответил я довольно жестко потому, что чувствовал себя глупо во всей этой истории с адюльтером, - Наверное, ваши проблемы с мистером Престоном кажутся вам серьезными. Но вот у кого действительно проблемы, так это у Ричи Невилла.

- Да, он сказал, что дело в каком-то там убийстве, - подхватила миссис Престон, меняясь в лице, - И что все это было в прошлый четверг. Но, он был со мной в Лайтбурге! Это совершенно точно. Если Ройс узнает, - она оглянулась через плечо и бросила настороженный взгляд в сторону Черри-холла, словно оттуда за нами пристально следили.

- В течение какого времени в прошлый четверг мистер Невилл находился в вашем обществе? – спросил я строго, игнорируя ее нервозные высказывания.

- Так он вообще с понедельника и до самого уик-энда был со мной, - сообщила миссис Престон, - Всё то время, пока якобы сопровождал профессора Орловского в Новую Зеландию. Он снял номер в том же отеле на другом этаже. Мы почти целыми днями не разлучались, а когда мне нужно было сопровождать мужа на приемах и других мероприятиях, Ричи в основном торчал в гостинице. Он не из тех, кто любит слоняться по улицам в одиночестве, ему больше нравится возиться с компьютером и сидеть в Интернете. В четверг мы увиделись утром примерно в одиннадцать и вечером после шести, а расстались в десятом часу, где-то в четверть десятого. Ройс выпил слишком много шампанского на званом обеде и уснул в номере, вот у нас с Ричи и появилось еще немного свободного времени друг для друга. Потом я вернулась к себе, но в пятницу утром мы снова виделись – попрощались украдкой в холле гостиницы. Не думаю, что за остаток ночи Ричи успел съездить в Городок, убить кого-то и вернуться к восьми тридцати утра.

«Учитывая, что второе убийство случилось между девятью и двенадцатью тридцатью, ему бы просто не хватило времени доехать даже туда, не то, что обратно», - подумал я и согласно кивнул.

- Спасибо, что согласились встретиться, - сказал я вслух и сделал жест рукой в сторону «Mini Cooper’a», подразумевая, что разговор окончен, и миссис Престон может ехать.

- Это для Ричи. А вы можете обещать, что муж не узнает? – опять занервничала супруга потенциального мэра и с подозрением оглянулась на красный особняк, видневшийся на холме за поселком.

- О чем? – с демонстративным недоумением спросил я, вскидывая брови.

- Спасибо! – благодарно выдохнула миссис Престон и юркнула в свою машину с явным облегчением.

«Никогда еще не обманывал чужих мужей», - подумал я, глядя, как «Mini Cooper» отъезжает, - «Не так-то это и приятно, как рассказывают в анекдотах».

***

Назад, в сторону Городка, я ехал по очень живописной дороге вдоль берега реки. Солнце заливало пейзаж веселым светом, и окрестные холмы, затерянные в сиреневых рощах, казались еще красивее. Я обнаружил, что далеко не всё держу под контролем, когда сотовый инспектора Блейлока не ответил на вызов. Очевидно, инспектор забыл поставить аппарат на подзарядку, и я упрекнул себя за то, что не напомнил. Рабочий телефон в кабинете тоже не отозвался. Возможно, Блейлок сейчас как раз направился к комиссару выпрашивать ордер на детальный осмотр Лайлек-хауса.

Размышляя о том, куда подевался инспектор, я подъехал к Серенити-лодж и сбросил скорость, разглядывая небольшую готическую церквушку слева от дороги, возможно, куда более старую, чем деревня, выросшая вокруг лодочной пристани еще в семнадцатом веке. Не менее старинным было и маленькое приходское кладбище, видневшееся сквозь молодую листву дубов и вязов, окружавших фасад церкви. За ним, как и за садом, и за самой церковью старательно ухаживали. Заинтересованный, я остановил машину у низкой деревянной ограды, отделявшей сад от дороги, и вошел в калитку, увитую настурцией, решив, что раз инспектор Блейлок пока недоступен, у меня есть полчасика, чтобы осмотреться в этом любопытном месте.

Осмотр внутреннего убранства, аскетичного и торжественного, занял у меня немного времени, как и молитва, которую я скороговоркой прочитал, присев на скамью в заднем ряду. Выходя, я столкнулся в дверях со священником и с удивлением понял, что знаю его. Он тоже меня узнал, мы оба обрадованно всплеснули руками.

- Отец Винтер? А я думал, вы в Междурощинске.

- Пол, мальчик мой! – отец Винтер запрокинул голову, с улыбкой глядя мне в лицо, - Ты вроде еще подрос? Слышал, ты теперь полицейский.

- Есть немного, - согласился я, - Так вы теперь служите здесь?

- Есть немного, - в свою очередь рассмеялся он, - Мой предшественник серьезно заболел. Проблемы со змием, который зеленого цвета. Мне пришлось принять приход из его дрожащих рук, так сказать. Потрудиться выдалось изрядно, но, с помощью Божьей, труды принесли результаты. Уже больше года, как я здесь.

- А как Элен восприняла переезд? – спросил я.

- Поначалу расстроилась, - вздохнул оцет Винтер, - Ей нравилось в Междурощинске, там друзья, насиженное место. Но здесь такая природа, чудесные люди. Теперь она уже привыкла и ухаживает за садом, думаю, ты видел. Ну, а как поживают дедушка и его ревматизм?

- Неразлучны, как всегда, - с грустной улыбкой ответил я.

- Они друг другу не пара, - сочувственно покачав головой, пошутил отец Винтер,  - Ты заинтересовался нашей церковью? Это один из первых храмов, построенных специально для лодочников. Еще в конце шестнадцатого века грузы сплавлялись вниз по Грин-ривер в Лайтбург и далее до самой дельты - в Северную Звезду. Лодочники денно и нощно занимались тяжелым трудом, сбившись в ватаги, похожие на пиратские. Они были как дикое племя, цыгане на воде. Многие были даже некрещеными до тех пор, пока на пристанях не стали возводиться церкви. Гостиница на пристани тоже первоначально была гостевым домом при церкви.

- А сейчас туристы оттуда идут сюда, - предположил я.

- Только не сегодня, сегодня футбол, и все идут в бар, - усмехнулся отец Винтер, - Ты зайдешь к нам? Элен обрадуется.

- Я заглянул на пару минут по дороге обратно на службу, - объяснил я, - Но в другой день обязательно. Передавайте Элен привет.

- Конечно, а ты дедушке с бабушкой, - кивнул священник, потрепал меня по плечу на прощание и по проходу между скамьями направился к алтарю.

Я вышел через боковую дверь на кладбище, собираясь напоследок прогуляться среди старинных каменных надгробий. Мой телефон зазвонил, но это был не инспектор Блейлок, как я ожидал. Номер оказался незнакомым.

- Здравствуйте. Инспектор Блейлок? – немного неуверенно спросил женский голос в динамике.

- Нет, это констебль Мартен, - возразил я, недоумевая, каким образом мой телефон сочли телефоном инспектора.

- О, - неуверенность в голосе собеседницы усилилась, - Я подглядела этот номер на визитке у моей подруги. Там был еще один, напечатанный, но этот был дописан от руки крупнее, и его легче было прочесть. Извините.

- Не нужно извиняться, - возразил я и остановился в тени каштана, посаженного между двумя серыми замшелыми надгробными камнями, - Вы можете поговорить и со мной, я работаю с инспектором Блейлоком.

- Да, конечно, - все еще неуверенно проговорила женщина, - Я Лаура Хименес, инспектор Блейлок разговаривал с моей подругой Нэнси Сойер. Ее парня убили.

- Я в курсе, я присутствовал при разговоре, - сказал я, машинально счищая свободной от телефона рукой зеленый мшистый налет с надписи на одном из надгробий, - У вас есть для нас какая-то информация, мисс Хименес?

- Да, и мне хотелось бы встретиться, только я сейчас загородом, - сказала Лаура.

- Я тоже, - заметил я,  тут на реке загудел буксир, и звук эхом отозвался в трубке, - Где вы, мэм?

- В Серенити-лодж, - она рассмеялась, слыша гудок, - Вы, кажется, тоже.

- Я на церковном кладбище, - подтвердил я.

- Большая удача, - Лаура запнулась, - Не то, что вы на кладбище, констебль, а то, что вы недалеко. Я в ресторане гостиницы «Приют лодочника». Это две минуты ходьбы от церкви. Могу вас подождать за третьим столиком у окна.

- Я сейчас буду, - сказал я, вложив в свои слова как можно больше энергии, ибо у меня сложилось впечатление, что мисс Хименес все еще раздумывает, не отказаться ли ей от своих намерений и не сбежать ли, пока я не пришел.

Уходя, я взглянул на надпись, которую очистил ото мха. Это была дата, говорившая о том, что передо мной могила годовалого ребенка, ненадолго увидевшего свет в конце девятнадцатого века. Я замедлил шаг и вгляделся в выбитые на плите чуть выше буквы имени. «Веда Талагаева», - лаконично сообщали они. Никаких скорбных надписей и уж тем более фотографии, как стало модно в наши дни, на памятнике не было. «Зачем ты вообще приходила, если пробыла так недолго и так рано ушла»? – глядя на памятник, подумал я с недоумением.

Возможно, в деревне до сих пор жили родственники, или же за могилой ухаживала супруга отца Винтера Элен, так как трава вокруг надгробия была расчищена от сорняков, а рядом лежали относительно свежие цветы. Я постоял еще пару минут возле могилы девочки, прочел про себя молитву и вышел на улицу к машине, припаркованной у церковной ограды.

***

Двухэтажная гостиница со стенами, сложенными из серо-белого камня, увитыми глицинией, выглядела живописно и уютно. Внутреннее убранство, стилизованное под обстановку старинных харчевен, вполне соответствовало наружному виду. В чуть затемненном зале ресторана, освещенном свисающими на цепях светильниками, было достаточно много народу, но основное оживление наблюдалось за широким арочным проходом, ведущим в бар. Там светился экран телевизора, и велись приготовления к просмотру футбольного матча.

Лаура Хименес сидела в дальнем конце зала у окна за тем столиком, который указала в телефонном разговоре. По сравнению с тем, какой я видел ее на фотографиях, она несколько располнела и перекрасила волосы. Теперь черные от природы они имели золотисто-имбирный цвет и были скручены в узел на затылке. Лаура смотрела в окно на пристань, помешивая ложечкой в кофейной чашке.

Глядя на нее, я вдруг отчетливо представил всех трех подруг, еще юных студенток-первокурсниц, Лауру, Нэнси и Нелл, веселых, беззаботных, со смехом кружащих по садовому лабиринту, точно порхающие бабочки. И не замечающих опасности, притаившейся рядом в темноте. Образ был до того реалистичным, что я почувствовал холод на коже и постарался прогнать из головы эту картину.

- Констебль Мартен? – молодая женщина за столиком почувствовала мой взгляд и повернулась; у нее были глубокие глаза, как на полотнах Эль Греко, и она выглядела взволнованной, хотя старалась этого не показывать, - Спасибо, что сразу согласились поговорить прямо здесь.

- Здравствуйте, мисс Хименес, - я отодвинул свободный стул и присел напротив, - Это вам спасибо, что захотели помочь следствию. Однако если ваша информация окажется важной, возможно, нам понадобятся от вас письменные показания.

- Если нужно, то да, конечно, но я не уверена ни в чем. Я вообще не думаю, чтобы меня это всерьез касалось, но, раз уж всё так случилось, - сбивчиво проговорила Лаура, очевидно, всё же не справившись с волнением, и пристально уставилась на меня своими «эль грековскими» глазами, - Я понимаю, вам нельзя об этом говорить, но всё же… Возможно ли, что убийца Рихарда Штерна женщина?

Она тут же опустила взгляд и снова принялась размешивать сахар в чашке. Теперь стало очевидно, что Лаура не просто взволнована смертью знакомого, а скорее встревожена, почти напугана.

- Вы имеете в виду конкретную женщину? – спросил я, стараясь спрашивать без нажима в голосе, чтобы не испугать ее еще больше.

- Я не то, чтобы, - снова пробормотала Лаура, - Просто. Просто в жизни Рихарда были обстоятельства…

Она не договорила, выглядя смущенной.

- И вы, похоже, хорошо знали об этих обстоятельствах, - с некоторым удивлением проговорил я, - Поправьте меня, если я ошибаюсь, но ведь Рихард Штерн встречался с вашей подругой Нэнси.

- А вы думаете почему, я ей всегда говорила, что он ей не пара? – раздраженно проговорила Лаура, - И кому вообще он был пара? Если Ричи кого и любил, то исключительно себя ненаглядного. Я через это прошла и пыталась ей намекнуть, что ее ждет, да без толку. Только учтите, мы с Рихардом расстались задолго до того, как он стал встречаться с Нэнси, и Нэнси об этом не знает.

- Мило, - прокомментировал я, - Но дело, как я понимаю, не в ваших запутанных сердечных отношениях. Рихарда Штерна убили, и вы кого-то подозреваете.

- Нет, я не обвиняю конкретно в убийстве, - поспешно возразила Лаура, закачав головой, - Просто есть… было, кое-что настораживающее. Рихард, он часто бывал в Лайлек-хаусе, когда был жив дедушка Нелл, вместе с профессором Орловским и Ричи Невиллом. Как раз тогда, еще в колледже, я с Рихардом и встречалась. Нэнси я не говорила, а то она бы закатила истерику, и прощай наша дружная компания. А Нелл знала, ей можно было доверить тайну. Ну, в общем, дело действительно не в том. Ричи со мной не обсуждал, но, как мне кажется, он бывал в доме Дормеров не только со своим профессором. У него, как у многих из студенческой братии Орловского, были ключи, и Рихард мог бродить по дому самостоятельно. Он там что-то нашел. Что-то касательно Люси Эдвардс.

- Тетки Нелл? – удивленный таким поворотом, я даже уточнил.

Лаура кивнула.

- Я не знаю, что это было, но, очевидно, какой-то компромат. Потому что Люси давала ему деньги. Постоянно на протяжении нескольких лет и приличные суммы. Прямо об этом Рихард, конечно же, не говорил, но как-то раз намекнул. Когда попросил меня отправить ту открытку из Тамбоко.

- Стоп, - услышав это, я вынужден был прервать ее рассказ, - Открытка, подписанная Нелл, пришедшая из Никойи? Ее отправили вы?

Лаура закусила губу и опустила глаза, теперь возя чашку за ручку по клетчатой скатерти.

- Да, - едва слышно проговорила она, - У Рихарда было несколько таких открыток. Он их взял из будуара в закрытом крыле Лайлек-хауса, где Нелл их хранила. Она ведь заранее их надписывала, все об этом знали. Я в тот год ездила с родителями в отпуск на Тамбоко, и Ричи попросил меня отправить из Никойи открытку для Макса Перова, якобы от Нелл. Он сказал, это для того, чтобы позлить ее величество Люси. Чтобы она подумала, будто Нелл и Фрэнки приятно проводят время на пляже и смеются над ней. Я в принципе не возражала. Тогда я еще была очень влюблена в Рихарда, а Люси мало кому нравилась.

- И все подумали именно то, на что рассчитывал Рихард, - понимающе кивнул я, - А почему вы молчали, когда так же подумала и полиция?

- Вот именно поэтому, - виновато вздохнула Лаура, - Я испугалась неприятностей. И не только с полицией. Не хотелось переходить дорогу Люси. Одно дело ее недолюбливать, а другое с ней ссориться. Рихард всё время был как на иголках из-за этих своих дел с ней. Она пыталась добраться до той вещи, из-за которой была вынуждена ему платить, несколько раз нанимала кого-то обыскать его квартиру. Пыталась давить.

- Но своего не добилась? – спросил я.

Лаура покачала головой. Ее поза сделалась угловато-скованной. Спина напряженно выпрямилась, в то время  как плечи ссутулились.

- Он… Ричи попросил придержать это у себя, - опять еле слышным голосом сообщила она, - Где-то год, полтора назад. Мы уже расстались, но он мне доверял. Хотел взять меня в долю, но я отказалась ввязываться в шантаж.  Просто взяла эту штуку и положила у себя дома на дальнюю полочку. Я и в Лайлек-хаусе из-за этого перестала бывать, общаться с мамой Нелл и Берти, чтобы реже попадаться Люси на глаза, и не навести ее на мысль, что компромат может быть у меня. И вот теперь я думаю, а если у Люси все же лопнуло терпение? Да и кошелек у нее не бездонный. Ну, то есть, - Лаура снова затрясла головой, оправдываясь, - Я не обвиняю, доказательств у меня нет, но Люси… Она ведь на многое способна.

- Как и ваш друг Рихард Штерн, - заметил я, внимательно разглядывая руки Лауры, державшие чашку с уже остывшим кофе; у нее была пышная, широкая в кости фигура и довольно крупные для женщины ладони, - Он присвоил себе чужой труд о живописи и творчестве Фабьена Уденио.

- Америку открыли, констебль! – горько усмехнулась Лаура, - Об этом все знают, кто хоть глазком заглядывал в его эпическую книгу. Кроме Нэнси. Она верит ему, влюбленная дурочка. Ему бы стоило ее посвятить в свои проделки и попросить отослать ту открытку. Уж Нэн бы молчала до конца своих дней, как печная заслонка, ради возлюбленного Ричи.

- Ничего, вы тоже натворили для него достаточно, - холодно заметил я, - Расскажи вы всё сразу, возможно, следствие пошло бы совсем по другому пути. Где то, что вам оставил на хранение Рихард?

Лаура напряженно застыла, словно борясь с желанием оглянуться через плечо. Оживленные голоса из бара заставили ее вздрогнуть.

- Здесь, - она покосилась на коричневую дамскую сумку, стоявшую на свободном стуле справа от нее, - Я не собираюсь больше это держать при себе. Лучше пусть полиция разбирается. Не хочу опять оказаться виноватой. Особенно теперь, когда Рихарда убили!

Лаура поставила сумку себе на колени, порылась в ней и вынула короткий тубус для документов, обтянутый тисненым сафьяном. Тубус был изготовлен, наверное, еще в прошлом веке и застегивался на изогнутые латунные крючочки, потемневшие от времени. Лаура положила его на край стола, брезгливо скривив уголок рта, словно дотронулась до змеи.

- Вот, - проговорила она сквозь зубы, - Передаю в полной неприкосновенности.

- И вы не видели, что внутри? – с сомнением спросил я, - Так ни разу и не заглядывали?

- Нет уж, увольте! – отказалась Лаура, - Я же говорила, не хочу в это ввязываться. Если не верите, проверьте – моих отпечатков внутри нет.

- Проверим, - пообещал я, - Спасибо за помощь, и на всякий случай, не покидайте Сайенс-сити, мисс Хименес.

Лаура ушла, оставив на столе нетронутый кофе, а я заказал себе рыбу с рисом. Пользуясь минутной передышкой, я постарался усвоить полученную информацию и разложить ее по полочкам, прежде чем сообщать инспектору Блейлоку. Сафьяновый тубус так и жег мне руки. Поковыряв вилкой рисовый гарнир, я взялся за латунные замочки.

Они поддавались туго, подтверждая слова Лауры о том, что тубус давно не открывали. Внутри лежал вставленный в прозрачный файл документ, написанный чернилами на гербовой бумаге и скрепленный печатью. Он выглядел почти таким же старым, как и его футляр. Не успел я вплотную заняться изучением документа, как, наконец-то, позвонил неуловимый инспектор.

- Куда вы делись? Вас только за смертью посылать, - строго молвил он и, уловив на заднем плане шум из бара, возмущенно добавил, - Вы что, там уже футбол смотрите?

- Я куда делся? – такая постановка вопроса очень меня удивила; отодвинув тарелку, я расправил документ из тубуса на столе; он оказался свидетельством о браке, заключенном аж в 1903 году в мэрии Сайенс-сити, - Это вы у нас самый недоступный абонент в мире. Вам никто не может дозвониться. Хорошо, что вы написали мой номер на служебной визитке. Я только что имел весьма любопытную беседу с Лаурой Хименес, еще одной подругой Нелл Грей и заодно подружкой Рихарда Штерна. Она призналась, что отправила ту открытку Максу, благодаря которой все сочли, что Нелл и Фрэнки уехали на острова Гори-Зонди. Открытку ей дал Штерн. И еще, - я вчитался в лежавшее передо мной брачное свидетельство, и у меня перехватило дыхание.

- Алиби Ричи Невилла, я так понимаю, подтвердилось, раз вы даже не упоминаете о главной цели вашей поездки, - недовольно проворчал Блейлок в трубку, - Алло, Мартен, куда вы опять пропали?

- Я? – я сглотнул, продолжая глядеть на чернильные буквы, выведенные на старинный манер крупно и разборчиво, - Сэр, а может все-таки оказаться, что убийца Штерна женщина?

Свидетельство, лежавшее передо мной на столе, подтверждало заключение брака между Найджелом Лестером Дормером и Эдит Джейн Тингли.