Антиваксеры. Почти по Достоевскому

В большой комнате,в которую я вошел с некоторым опозданием,предварительно постучав особенным образом,стоял длинный стол,за которым восседали человек около десяти или чуть более,а посредине стола-большой самовар, блюдо с толсто нарезанными ломтями белого хлеба и блюдо с пустыми стаканами.К чаепитию еще не проступали,но лица присутствующих были напряжены,багровы или бледны,что говорило о горячем споре,возникшем еще до моего прихода.Однако,все замолчали как только я появился в дверях вместе со своим "неотвязным другом"и уже порядком надоевшем мне своей неудержной говорливостью Петром Степановичем,о котором,как и о других персонажах,речь пойдет ниже.
Присутствующие только коротко взглянули на нас и лицами встревоженными обратились к председательствующему,человеку мне знакомому с ранней молодости,когда был он еще тонконогим отроком,певшим в церковном хоре,а ныне раздобревший вне всякой меры и  бывший в настоящее время регентом в монастырской церкви.Он обратил было к нам свое толстое,с заплывшими глазками лицо,чтобы что-то сказать,но Петр Степанович по своему обыкновению бесцеремонно опередил его и затарахтел,всплескивая своими коротенькими ручками:

-Ба!Господин Лоза собственной персоной да еще роли председательствующего при всем этом благородном собрании.Кстати,по моим сведениям вы собирались привиться.Каково!Председатель собрания антиваксеров,а сам давно привит.Нехорошо-с.
Председательствующий набычился и прорычал:
-Во первых я избран большинством голосов,а во вторых,хотя я и собирался привиться,ибо черт попутал,да отец Тихон отговорил,нижайший ему поклон.
-Значит,бога убоялись.А не вы ли третьего дня пьяным в стельку в кабаке похабные песни распевали,праведник вы наш?И какого бога вы убоялись-уж не русского ли,которого вы давно пропили?Вон,господин Лемпке,что в углу стоит,-кажется, что-то хочет сказать в вашу защиту.У него бог немецкий,да и пьет он умеренно-никак губернатор-не по чину ему в по кабакам шляться, как вам,господин Лоза,да Федьке каторжному,что намедни церковь ограбил и сторожа зарезал.
-Я хоть и немец,но православной веры.Кстати,Екатерина Великая тоже из немок,но более русской была,чем некоторые русские по рождению, однако первая от оспы привилась и весь народ русский к этому призывала
-Ну да,-съерничал,иронически улыбаясь,Петр Степанович.-Что немцу хорошо,то русскому смерть.Известное дело.
Тут во весь громадный рост поднялся капитан Лебядкин и оглушительно заорал:
-Не сметь!Не сметь касаться Августейших особ,а то я вам,господин Верховенский морду набью.
-Вот те на!Вместо антиваксера монархист объявился.Вы лучше,капитан,сестрицу свою продолжайте палкой учить,а до моей,как вы сказали, морды,вам не добраться-руки коротки.Да-с.

-Ничего,доберусь я еще до тебя,-пробормотал капитан и сел на месте.
Петр Степаныч, чутким ухом уловив реплику в свой адрес, только рассмеялся,по обыкновению своему всплеснув руками:
-Еще раз повторяю:руки коротки.А насчет немцев я придерживаюсь той же линии.Если насчет культуры и цивилизации,если говорить прямо, мы у них на рубль взяли,а два отдали.Так что от немцев и все беды на Руси.
-И от жидов,-выкрикнул кто-то.
-Петр Степанович живо обернулся к антисемиту:
-Это верно-с.За немцами всякая сволочь к нам потянулась и каждая со своими идейками.Социализм,коммунизм,анархизм-от кого все?От немцев и жидов-ясное дело.И если уж на то пошло,то мы сами,русские,и особливо новое поколение перетряхнем всю Россию,уничтожим прогнившую власть,устаревшую мораль,культуру и создадим...Нет,пока что ничего не создадим,а просто уничтожим,а потом посмотрим,что вырастет на обломках этого архаичного государства и вот это самое-возглавим.Но не сразу.Сначала подождем,когда привитые сдохнут,вот тогда и возглавим.
Его прервал до  сих пор тихо сидевший Лямшин:
-Все верно-с.Но среди прочих вы затронули национальный вопрос и это может внести раскол в ряды нашего антипрививочного движения,а это чревато-с...
-Ничем это не чревато.
-Как же?
-А так,что вы,к примеру, выкрест,а потому "наш" до мозга костей и нечего беспокоиться по пустякам.Здесь вопрос веры,а не национальной принадлежности.

С грохотом отодвинув стул,поднялся бывший студент Шатов, ранее всецело принадлежавшим к "нашим",и, натянув на вихрастую голову картуз,заявил:
-Все,иду прививаться.
-И с чего это?-встрепенулся Петр Степанович.-Отчего такой поворот-с?
-А надоело всякий бред слушать.Весь мир взбудоражен,граждане стремятся как можно скорее привиться,а здесь сплошное словоблудие.
-Что,доносить побежите?Вам же,право,хуже будет.
-Да пошли вы все к черту.Не буду ни на кого доносить-сами все передохнете от ковида.
Шатов подошел к двери,распахнул ее и столкнулся с Николаем Всеволодовичем.Как всегда невозмутимо,не сказав ни слова,он слегка посторонился и пропустил Шатова,который тут же и убежал.Николай Всеволодович слегка поклонился,снял шляпу и присел не за стол,а на стул у стены.Лицо его было бледно,взгляд почти неподвижный.Однако чувствовалось, что краешками глаз он все-таки он внимательно ощупывал каждого из присутствующих,но продолжал молчать.
К нему подобострастно и несколько запинаясь, обратился Петр Степанович:
-Не ждали-с,дорогой господин Ставрогин,но рады безмерно.Не хотите-ли чаю-с?
-Пожалуй,-небрежно обронил он.

-Марья Тимофеевна,-пожалуйста,чаю дорогому гостю.Она радостно вскочила,налила в стакан из самовара,добавила заварки и на блюдечке вместе с сахаром подала Ставрогину,причем по пути по причине хромоты своей споткнулась,но ни капли не пролила,а подала стоя на коленях,с невыразимой радостью смотря ему в глаза и ,ласково приговаривая:
-Выпей,сокол мой ясный,князь сиятельнейший,властитель дум человеческих, из рук  моих.Не побрезгуй, бога ради,а я еще налью,если надобно будет.
Николай Всеволодович, слегка нахмурившись, проговорил ласково:
-Полноте,Марьюшка.Поднимись с колен и иди к своем братцу-потом поговорим.
Марья Тимофеевна,поникнув головою и еще более хромая,отошла и покорно села возле капитана Лебядкина,не отводя,однако,восторженного взгляда от Николая Всеволодовича.
На него,помимо этой слабоумной хромоножки,так же упорно смотрела еще одна дама-высокая и стройная блондинка с очень красивым лицом.Но во взгляде ее не было преданности,а скорее тревога и немой вопрос,на который она ждала ответа,который,возможно,для нее был бы ужасен.

Подобострастно и несколько тревожно улыбаясь,обратился к Ставрогину Петр Степанович:
-Осмелюсь доложить,вышла неприятная история.
-Что такое?
-Шатов ушел и сказал,что собирается привиться.
-Вздор.Не успеет.

И еще.Лизавета Николаевна уж сколько времени на вас упорно глядит,а вы никак не реагируете.Я,конечно,догадываюсь и могу посодействовать..
-Не ваше дело.Вы лучше подведите конец собранию-пусть профессор с заключительным словом выступит,а когда все закончится,вы Лизавету Николаевну придержите незаметно и скажите,что я буду ее в саду ждать.
-Непременно-с.А с братцем и сестрой как поступить?
-С Лебядкими,что ли?
-Точно так-с.
-Отвезите обоих к их дому,а там сами знаете.
-А Федька каторжный там уже?

-Николай Всеволодович вдруг вспылил:
-Не валяйте дурака,прохиндей вы эдакий.За кого вы меня принимаете?К вашему сброду я не имею никакого отношения,а тем более к этому Федьке.Делайте что говорю и пока хватит с вас.
С этими словами Ставрогин встал,сделал общий поклон,надел шляпу и решительно. вышел.
Петр Степанович остался стоять с сокрушенным видом,потом вернулся в комнату и уже обычным своим веселым голосом огласил:
-Теперь,когда наш высокий гость удалился,я обязан по его желанию попросить нашего уважаемого профессора и моего батюшку по совместительству высказать свое мнение по вопросу ,вызвавшему в нашем сообществе некоторые разногласия.Я имею в виду Степана Трофимовича Верховенского.Поаплодируем.
-Раздались вялые хлопки.
Степан Трофимович встал и, откашлявшись в кулак,начал несколько выспренно:
-Благодарю за честь мне оказанную уважаемым собранием, и хотя в Берлине,Вене и других университетах я читал лекции преимущественно по истории и аравитянах в частности, в вопросе,обсуждаемых нынче,я имею свое,несколько отличное от других мнение.Со мною могут многие не согласиться,но я имею честь утверждать,что никакого вируса в природе не существует, из чего следует,что никакие прививки в ситуации,сложившейся во всем мире,никому не помогут и даже могут навредить.Более того,среди мирового ученого сообщества существует мнение,что они в конечном итоге приведут к смерти привившихся.

Здесь Степан Трофимович сделал паузу,но ее нарушил чей-то панический женский голос:
-Господа, я ощущаю запах гари и дыма.Кажется горит где-то в городе.
-Без сомнения пожар,-откликнулся уже мужской голос.
Все вскочили и бросились на веранду,откуда было хорошо видно Заречье и три- четыре дома вдали друг от друга, горевших особенно ярко в надвигающихся сумерках.
-Пока еще ,слава богу,только в трех местах.Надо ехать домой и приготовиться на всякий случай,-пробасил капитан Лебядкин.
-Я вас с сестрицей довезу,-с готовностью отозвался Петр Степанович.Спускайтесь пока вниз-я вас мигом доставлю.
Лебядкины,толкаясь локтями в толпе других членов собрания,  заторопились к выходу.
Петр Степанович проводил их глазами,удовлетворенно хмыкнул,а затем обратился к Лизавете Николаевне,которая почему-то не поддалась общей панике и стояла совершенной растерянности и нервно теребила в руках кружевной платок:
-А вам велено передать Николаем Всеволодовичем,что он вас в саду дожидается и имеет к вам серьезный разговор.
-Лизавета Николаевна вспыхнула,затем побледнела и,не говоря ни слова,поспешила выйти.
-Дура,-прошипел вслед Петр Степанович и в свою очередь покинул уже пустое помещение.

Пойдя по тропинке к саду,Лизавета Николаевна не сразу заметила в сумраке Ставрогина.Он стоял неподвижно,прислонившись спиной с стволу дерева и глаза его на бледном лице смотрели на нее пристально и,казалось,отчужденно.Лизавета Николаевна приблизилась к нему и глядя в его несколько оживившееся лицо,спросила негромко,словно боясь,что кто-то подслушает их разговор:
-Чего вы хотите?
-Я хочу, чтобы вы вышли за меня замуж.Мы вакцинируемся, уедем далеко и будем жить счастливо высоко в горах среди дикой природы,где нам никакие вирусы страшны не будут.А эти невежественные антиваксеры останутся в дураках.
Лицо Лизаветы Николаевны исказилось болезненной гримасой обиды и ненависти:
-Зачем вы мне это говорите? Вы же женаты на Марье Тимофеевне и теперь только терзаете мне душу.
-Да, пока женат,но это сегодня же кончится,если уже не кончилось.И потому я буду свободным  и вполне могу на вас жениться.Посмотрите в сторону города и все поймете.
Лизавета Николаевна обернулась и увидела зарево пожара над городом.В ужасе она воскликнула:

Теперь все ясно.Марья Тимофеевна уехала в город вместе с братом и Петром Верховенским.Знаю,случилось что-то ужасное,а вы об этом знаете и почти наверняка являетесь виновником преступления.
На лице Ставрогина мелькнула усмешка:
-В настоящее время я нахожусь здесь,рядом с вами и никаких доказательств нет,а потому смело можете выходить за мня замуж.
-Нет,нет и нет,-воскликнула,Лизавета Николаевна,ломая руки.Никогда я не выйду за вас замуж,страшный вы человек.На вашей совести наверняка множество отвратительных,грязных и позорных преступлений,в том числе и решение вакцинироваться,предав честных антиваксеров.Бог вам судья,а я сейчас же отправляюсь в город.Хочу посмотреть и чтобы от ваших жертв,если не поздно будет,беду отвести.С этими словами она выбежала из сада.
-Поторопитесь!-со злорадной уже усмешкой крикнул ей Ставрогин.-Ваш воздыхатель,как я видел, неподалеку дожидается-он вас и доставит в город.Только поберегитесь,а то и с вами что-нибудь случится.
Некоторое время Николай Всеволодович постоял в задумчивости,затем,как бы очнувшись, пробормотал:
-Да пропади ты пропадом,антиваксерша безумная.Тебе же хуже.
Затем,не торопясь,вынул веревку с уже заготовленной петлей и привязал к ветви яблони.Через минуту он уже висел с согнутыми в коленах ногами,вывалившимся языком и выпученными глазами.