Чёрно-белый мир, часть четвёртая

Помня о том, как бесследно исчезли чёрная сфера и остатки моего мотоцикла, подвергаться подобным процедурам со стороны неведомых существ или устройств было по меньшей мере не разумно. Камни выпускали из своих ноздреватых недр какие-то полупрозрачные пузыри из тягучей , клейкой массы. Подхватив лапками эту слизь начинали вытягивать длинные нити паутины, которые моментально застывали на воздухе. Обегая по кругу, паукотараканы плели вокруг меня свою сеть. Одновременно с этим те членистоногие, что находились за пределами описываемого круга начинали гудеть и жужжать, с каждым новым витком паутины всё громче и громче. Метров трёх в диаметре, кольцо плетёной ограды росло и вскоре стало достигать мне до уровня колен. Металлическим звоном что-то отозвалось в моём кармане. Отозвалось и продолжало звенеть, ощутимо дребезжа, будто-бы из всех сил старалось обратить на себя моё внимание. Это была отвёртка! Та самая, которую я до сих пор умудрился не потерять и она мирно лежала, до поры , у меня в кармане брюк. Я быстро вынул этот инструмент и обратил внимание на его вибрирующие стальное жало. Жало слегка нагрелось, тонко жужжа отвёртка напоминала работу ультразвукового инструмента стоматолога, которым доктор снимает зубные камни у пациентов... Камни? Это была интересная мысль! Я присел на корточки и поднёс жало отвёртки к ближайшему паукотаракану. Едва я коснулся стальным жалом его поверхности - эта штуковина вдруг выплюнула из себя сгусток клейкой слюны, угодивший в напротив стоящего товарища. Тот, запутавшись в моментально застывшей массе, начал дрыгать своими лапками и опрокинулся на спину. "Вжик!"- это я прикоснулся к ещё одному членистоногому, и тот начал выпускать сгустки тягучей слюны налево и направо, связывая по рукам и ногам( если у них таковые различия имелись)своих сотоварищей. Вся эта свора , совершенно забыв про меня и плетение паутины, вдруг сбилась в одну большую кучу и стала кататься по асфальту, опутывая друг друга нитями. К ним присоединялись всё новые и новые персонажи, таким образом на дороге вскоре лежал, перекатываясь от одной обочины к другой, большой округлый шар из серых камней, топорщащийся бесчисленными суставчатыми конечностями. Конечности, комично шевелясь густой взбесившейся щетиной щётки из лапок, толкали эту глыбу вразнобой и заставляли хаотично крутиться на дороге. Вот увеличившийся шар из слипшихся штуковин натолкнулся на отбойник дороги, подпрыгнув вверх перевалился вниз, и по насыпи покатился в траву, которым зарос заброшенный луг. Подминая траву, с треском ломая кусты и маленькие деревья он устремился вниз по склону к центру долины. Туда, где был город, поглощаемый чёрной амёбой вышедшего из берегов озера. Подняв клубы серой пыли он вскоре скрылся из виду, словно растворясь в сумеречном сиянии, заполнявшем всё пустое пространство между деревьями пригородного перелеска.
Стоявшая ранее вертикально каменная многоножка исчезла тоже, видимо рассыпавшись и присоединившись к своим товарищам. На асфальте лежал лишь один говорящий булыжник, но и он поспешил втянуть свои серебристые лапки внутрь, упал набок и покатился к обочине. Я подошёл к нему и пощекотал отвёрткой округлый каменный бок. Булыжник перепугано звякнул, как будильник , и вдруг выплюнул из себя какой-то серебристый болтик. Шляпка болтика была круглой, на ней виден прямой паз под отвёртку. Наверное это был болтик от моего мотоцикла? Вернее то, что от него осталось... Эх ,хороший был мотоцикл! Я приложил отвёртку к пазу в головке подобранного на дороге болтика и слегка прижал её. Подошло идеально. Внезапно перед глазами заклубился туман, слегка светившийся и тёплый... Я ехал за рулём мотоцикла по асфальтированной, загородной дороге. Слева раскинулись возделанные поля, а справа зеленел заросший широколиственным лесом пологий склон, спускающийся почти к самой кромке дороги. Маленькая девочка, в лёгком летнем трико и в футболке, оседлав бензобак крепко держалась за руль. Она была ещё слишком мала, чтобы я мог посадить её на сиденье и поэтому пока ездила со мной вот таким образом. Длинные распущенные русые волосы, выгоревшие на солнце, развевались на ветру и хлестали своими кончиками меня по лицу и глазам, мешая вести мотоцикл. Я остановился, достал из-под сиденья кусок какой-то ситцевой тряпки, которую возил с собой на всякий случай и оторвал от неё по кромке длинную полоску, вроде ленточки. Девочка потеряла резинку для волос, поэтому я решил завязать ей волосы сзади в пучок, чтобы не мешали мне ехать. Ехали мы в ближайший лес по грибы. Стоял июль, лето было тёплым и грибным. Я мог приезжать только по выходным, поскольку жил и работал в городе, в тридцати километрах от деревни. Девочка проводила лето в деревне у бабушки, а я был её "воскресный " папа. Моя дочь очень любила кататься со мной на мотоцикле, поэтому при каждом удобном случае мы ездили вместе в лес или на речку купаться...
Туман перед глазами рассеялся, я вновь стоял на асфальтированном шоссе. Снизу , из центра долины, раздался низкий гул. Серый туман внизу озарился яркой вспышкой, словно там далеко, работала электросварка. Машинально опустил отвёртку и найденный болтик в карман. Подойдя к обочине внимательно вгляделся вдаль. Туда, куда укатился серый ком из спутанных паутиной камней. В долине, среди кварталов городских домов, происходило нечто невообразимое! Каменный шар скатился по склону, вылетел на тротуар и поскакал дальше вниз, прямёхонько к разбушевавшемуся чёрному озеру. В этот момент озеро вытянуло одно из своих чёрных щупалец, которое ползло поперёк тротуара к детской площадке возле группы жилых пятиэтажных домов. Какие-то силуэты людей, дети возле песочницы... И вот, когда щупальце уже подобралось почти вплотную - сверху на него обрушился каменный шар! Беззвучным взрывом каменные глыбы разметало вокруг и они шрапнелью разлетелись в разные стороны. Камни летели, словно кометы, неся за собой хвосты-шлейфы из бело-серебристой паутины. Там, где паутина касалась серых клубов тумана, на месте исчезнувших от чёрных щупалец домов, вдруг стали возникать и проступать черты зданий. Там, где стояли деревья уничтоженного сквера, появились новые деревья, пешеходные дорожки и как ни в чём не бывало высился железный декоративный забор... Озеро шипело, булькало и словно съёживалось, сначала возвращаясь в свои границы, а потом и вовсе превратившись в нечто вроде грязной лужи, медленно утекающей ручейком в решётку ливневой канализации на асфальтированной дороге. Таким образом получалось, что я оказал полезную услугу городу, с помощью своей отвёртки и сам того не желая, отправив глыбу из паукотараканов на борьбу с неведомым пожирателем этого мира, коим оказалось чёрное озеро!
Я продолжил свой путь по кольцевой дороге вокруг долины уже пешком. С высоты внешней части долины было видно, как камни выполнившие своё дело, группами и поодиночке взбирались по склону долины. Они возвращались назад, на свои места, где лежали до этого. Собравшись, в непонятной формы кучи, членистоногие паукотараканы укладывались бок о бок рядом с друг другом и замирали. Таким образом на заросшей низкими кустарниками и травой склонах появлялись такие детали пейзажа, как каменные останцы скал. Некоторые же продолжали свой путь в одиночестве, и добравшись до только им известного места, замирали втянув свои ноги . Так вокруг появлялась россыпь из одиночных, покрытых лишайником серых валунов.
Пройдя по дороге с полкилометра я увидел впереди мост. Вначале это казалось мне небольшим мостиком через незначительную речушку. Речушка была неширокая, метра три от берега до берега. Металлические перила, выкрашенные в синий цвет, мажущейся при прикосновении синей краской. Железобетонное перекрытие. Внизу - медленно текла мутноватая вода, по берегам заросшая жёсткой щетиной высокой травы. Стебли травы то здесь, то там слегка шевелились. Спустя некоторое время я увидел, что из зарослей травы в воде показалась большая змеиная голова. Ещё одна или две змеи выплыли на открытую воду около моста от противоположного берега. Трава продолжала шевелиться. Вскоре ещё несколько, метровой длины, серых с пёстрым зигзагообразным рисунком на спинах, змей выплыли и стали неторопливо извиваясь плавать взад-вперёд. А я стоял и наблюдал сверху, с моста, змеи меня не видели. Змеи что-то сосредоточенно искали в этом небольшом замкнутом пространстве между берегами , под мостом. Вдруг, словно по команде, все они прытко юркнули в траву. Притаившись , змеи не выдавали своего присутствия ни единым шорохом. Теперь я увидел причину их бегства. Вниз по течению, от края долины, грациозно извиваясь в воде плыла громадная змея. Не меньше двух метров в длину, она царственно осматривала водную гладь, словно желая убедиться, что всё в порядке в её владениях. Через некоторое время она уплыла дальше , вдоль по реке и всё замерло. Только сейчас, присмотревшись, я увидел, что прямо подо мной внизу на берегу реки лежат на каменистом берегу четыре серых диких утёнка, прижавшись друг к другу и замерев. Они казались частью каменного рисунка береговых камней, настолько серый окрас их перьев сливался с окружающей средой. Так вот кого высматривали, но не могли найти змеи!
Подняв голову и посмотрев вперёд я увидел, что мост вдруг изменился до неузнаваемости! Теперь я стоял на середине проезжей части автомобильного подвесного моста. Огромной высоты пилоны удерживали вантовый мост над морским проливом. Мост раскинулся от берега, к большому острову, на расстояние более полутора километров. Внизу, с огромной высоты в несколько десятков метров, перекатывались морские волны. Океанские корабли легко проходили посреди пролива под этим мостом, мерно раскачиваясь на волнах. Мост был переброшен через морской пролив. Откуда здесь море? Этого я понять не мог. Слева от моста, внизу, на высоком скалистом берегу стояла старинная артиллерийская батарея, направившая стволы своих орудий в сторону открытого моря туда, куда выходил пролив.... Где это я? Никого вокруг. Ни одного человека, никого, кто мог бы мне объяснить это. Ничего не оставалось, как идти вперёд - навстречу новым приключениям!