Эхо войны

МИРА  СВЕТЛИНОВА
mirasvetlinova@yandex.ru


ЭХО  ВОЙНЫ

ДЕЙСТВУЮЩИЕ  ЛИЦА:

НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ – ветеран ВОВ
НИКОЛАЙ – внук Николая Петровича
БЕДРИН  ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ – ветеран ВОВ, однополчанин Николая Петровича
МАСОВ  СЕРГЕЙ  НИКОЛАЕВИЧ – лжеветеран


ЯВЛЕНИЕ  ПЕРВОЕ
 Квартира-студия. Пожилой человек сидит на диване. Мужчина средних лет готовит ужин.
НИКОЛАЙ. Деда, всё готово.
НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Коленька, как ты быстро-то! Я, вот никогда не умел готовить. Не моё это. Вот, если починить по хозяйству, то зараз всё сделаю. А на кухне я гость! (Смеётся.)
НИКОЛАЙ. Да я и не умею готовить. Так, чуть-чуть…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Бабка твоя, покойница, царство небесное, земля ей пухом, вот она-то рукастая была. Да, так всё ладно у неё получалось. (Подходит к столу.)
НИКОЛАЙ. Деда, садись. Где тебе удобнее будет.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Да мне всё равно. Ух ты, красота-то какая. Прям как в ресторане.
НИКОЛАЙ. Скажешь тоже…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Всё ладно у тебя выходит, но в доме хозяйка должна быть. Тебе уж полтинник скоро…
НИКОЛАЙ. Мне чуть больше сорока…
НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Всё равно, хозяйка нужна в доме!
НИКОЛАЙ. Где же ей взяться, если я с утра до вечера на работе. Сейчас ещё классное руководство взял. За эту квартиру пять лет ипотеку плачу, и ещё десять лет платить буду.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Что же в ней такое, чтобы пятнадцать лет выплачивать?!
НИКОЛАЙ. Мне же надо было где-то жить… Не с родителями же в двушке жить до старости. Зарплата небольшая поэтому и столько лет выплачивать.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Я тебе помогу. У меня пенсия хорошая.
НИКОЛАЙ. Нет, деда. Это неправильно как-то. Это я тебе и родителям должен помогать. Ты сам всего в жизни добился, и отца этому учил. Так и я не смогу по-другому.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Хороший ты парень, Колька! Куда только девчата смотрят?! Но и ты не робей! Смелей! Женщинам бойкие мужики нравятся. У вас в школе «бабье царство», а ты говоришь!
НИКОЛАЙ. В нашей школе работают женщины, которые гораздо старше меня или совсем молоденькие, сразу после института. А моих ровесниц, которые мне могут понравиться нет.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Ух, ты! Ему ещё и понравиться должна.
НИКОЛАЙ. А как же без этого! Как без любви…
НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Да без любви ни как! Симпатия должна быть! А в парке, в кино, на улице познакомиться…Мы с твоей бабушкой так и познакомились на танцах в парке.
НИКОЛАЙ. Деда, сейчас времена не те.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. А через интернат?!
НИКОЛАЙ. Какой интернат?
НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Компьютер. Вот мой сосед рассказывал, что его сын так и познакомился. А его сын постарше тебя будет. Сейчас молодежь вся там знакомиться. Вот ещё случай такой был, в одном доме парень с девчушкой жили и не знали друг друга. А через интернат и познакомились! Вот как бывает!
НИКОЛАЙ. Интернет, что ли?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Он самый! Интернет! Но сосед говорит, что там тоже осторожней надо быть! Мошенников и аферистов всех мастей пруд пруди! Так, что ты с этим делом не тяни! Обмозгуй!

ЯВЛЕНИЕ  ВТОРОЕ
Действующие лица те же.
НИКОЛАЙ. Деда, сейчас местные новости будут, давай посмотрим. (Берёт пульт.) Вон, во всех школах будут проводить «уроки мужества».
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Это ещё, что такое?!
НИКОЛАЙ. Приглашают в школу ветеранов. Они рассказывают о подвигах на войне. Давай ты придёшь к моим ребятам…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Нет! Что там рассказывать. Война – это грязь, кровь, смерть… Ничего хорошего там нет!
НИКОЛАЙ. Ну почему?! У тебя столько медалей и орденов…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Я китель с орденами и медалями ношу один раз в году. В светлый праздник 9 мая!
НИКОЛАЙ. Ну, деда…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Нет, и не проси меня!
НИКОЛАЙ. Ой! Деда, смотри, вот председатель нашего городского совета ветеранов! Он и к нам в школу приходил. И ты приходи.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ.  Ну, ка…(прищурился.) Где мои очки?!
НИКОЛАЙ.  Вот они.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Что-то мне его лицо знакомо… Я его где-то видел…
НИКОЛАЙ. Я же тебе говорю… Это председатель совета ветеранов, Сергей Николаевич Масов.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Точно! Ах, гнида такая! Ничего эту сволочь не берёт! Он ещё у нас председатель ветеранов! Предатель! Сколько наших ребят полегло из-за него! Вражина!
НИКОЛАЙ. Деда, деда… успокойся… Ты точно уверен в этом? Это очень тяжкое обвинение, и если ты ошибаешься, то последствия могут быть серьёзными.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. С возрастом память становится хуже, но то, что было на войне, я помню так будто это было вчера. Помню каждый день!
НИКОЛАЙ. Кто ещё может подтвердить твои слова?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Кто ещё?! Лев Бедрин! Он мой однополчанин! В телефоне моём, который ты подарил, есть номер телефона.
НИКОЛАЙ. Где телефон?
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. У меня в кармане куртки.
НИКОЛАЙ. (Достаёт из кармана куртки телефон и просматривает номера). Лев –это он?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Да! Он!
НИКОЛАЙ. Код странный… Он не в России живёт?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Да! Он в Минске живёт! Давай я поговорю с ним!
НИКОЛАЙ. Я звоню?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Звони, звони!

ЯВЛЕНИЕ   ТРЕТЬЕ
Действующие лица те же.
НИКОЛАЙ. Добрый вечер! Могу ли я поговорить с Львом Моисеевичем?.. Здравствуйте. Это Вас беспокоит Николай, внук Николая Петровича…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Давай, давай…(протягивает руку).
НИКОЛАЙ. Я передаю трубку…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Здравствуй, Лёва… Как ты себя чувствуешь? Как твоё здоровье, говорю?.. Я то хорошо! По-стариковски… Ну давление прыгает, сердечко шалит, но в нашем возрасте это нормально… (Смеётся). Да, это мой внук с тобой говорил, Николай.  Я тебе вот по какому делу звоню… Помнишь ты такого Масова Сергея?! Да, да… Гниду эту помнишь?! И я его не забуду никогда! Так, вот сейчас он председатель совета ветеранов! Вона как!
НИКОЛАЙ. Деда, у него скайп есть? Деда, спроси…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Лёва, тут мой внук спрашивает, у тебя кайп есть?!
НИКОЛАЙ. Скайп. Первая «С».
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Он говорит скайп, первая «С», Семён! У сына есть?!
НИКОЛАЙ. Деда, давай я быстро скажу…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ.  Лёва, сейчас Коля тебе всё быстро скажет…
НИКОЛАЙ. Лев Моисеевич, я вам пришлю по смс на Ваш телефон свой скайп. Да. Да.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Что да, да?! Что он говорит?
НИКОЛАЙ. До связи.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Уже всё? Я ещё хотел сказать ему…
НИКОЛАЙ. Да, не волнуйся ты так. Сейчас ты с ним по скайпу поговоришь!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Где? Как?
НИКОЛАЙ. Деда, садись вот на диван. Сейчас я подключу комп и открою скайп. Сам всё увидишь. Ты с ним не только поговоришь, но ещё и увидишь его. (Отправляет смс и включает компьютер).
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Как?
НИКОЛАЙ. Сейчас увидишь. Как по телевизору.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Ух ты! (Достаёт из внутреннего кармана пиджака маленькую расческу и зачёсывает волосы на голове, а потом расчёсывает усы. Дует на расчёску. Прячет расческу во внутренний карман пиджака). Всё! Я готов!

ЯВЛЕНИЕ   ЧЕТВЁРТОЕ
На диване сидит Николай Петрович. Рядом Николай. Звонок.
НИКОЛАЙ. Деда, всё. Звонят. Ты готов?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Готов! Конечно готов! Куда смотреть?!
НИКОЛАЙ. На экран. Сейчас. Всё!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Коля, родной, здравствуй!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Ух, ты, Лёва! Чудеса! Здравствуй, Лёва!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Коля, ты меня хорошо видишь?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Хорошо! Как будто в одной комнате сидим!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. А, я тебя не очень… Больно темно.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Коля! Сделай что-то! Лёва меня не видит! Говорит темно!
НИКОЛАЙ. Здравствуйте, Лев Моисеевич!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Здравствуй, Николай.
НИКОЛАЙ. А сейчас лучше?!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Хорошо! Вот, совсем другое дело!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Лёва, как ты постарел…
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Да и ты не молодеешь! Годы-то идут!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Не говори… Жизнь пролетела, как один миг! Мы с тобой, когда последний раз виделись?!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Да, уж лет пять будет…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. А кажется, что вчера было.
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Да, не говори… А годы летят, наши годы, как птицы, летят.
Николай  Петрович присоединяется к Льву  Моисеевичу  и они вместе поют.
                И некогда нам оглянуться назад.
И радости встреч, и горечь разлук,
Мы всё испытали, товарищ и друг.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Да, дела…
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Так, что ты говорил про Масова?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Я сейчас у Коли. Ты видел моего внука Николая?!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Да. Хороший парень.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Ну, так вот! Сидим мы с ним о жизни говорим, смотрим телевизор. Вдруг показывают председателя совета ветеранов! И как ты думаешь кого?! Масова! Гниду! И этот лжеветеран рассказывает о своих подвигах!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Николай, а ты уверен, что это он?!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. И ты туда же! Говорю это он! Сколько наших ребят полегло из-за него!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Николай, столько лет прошло…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Да я тебе говорю, что это он!
НИКОЛАЙ. Лев Моисеевич, я Вам ссылку на видеоролик сейчас отправлю. Вы посмотрите.
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Хорошо, Коля.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Масов здесь числится заслуженным ветераном, получает поздравления, юбилейные награды, пишет статьи о своем героическом прошлом и воспитывает молодежь личным примером.
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Позор! Уровнять в правах подонка и истинных ветеранов-освободителей!  В голове не укладывается…
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Вот такая повесть о ненастоящем человеке!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Мне это чем-то напоминает историю Антонины Макаровой, также известной как «Тонька-пулеметчица». Будучи санитаркой Красной Армии, попав в окружение, она перешла на сторону противника, и выступала в качестве палача. Лично расстреляла из пулемета почти 1500 человек. В конце войны Макарова сумела достать удостоверение медсестры, устроиться в госпиталь Красной Армии, и прожить затем три десятилетия в статусе заслуженного ветерана. Лишь летом 1978 года она была арестована моими коллегами, сотрудниками КГБ, и за свои преступления приговорена к расстрелу.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ.  Вот такое «эхо войны»!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Я думал, что громкие разоблачения бывших предателей и немецких пособников, умело выдавших себя за фронтовых героев, остались в прошлом.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. И это ни где-то на Западе или в Америке, это у нас в стране! Столько лет эту сволочь почитали и уважали!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Коля, я посмотрю внимательно репортаж и если это он, то наведу справки через сына. Я же давно не работаю в органах, но старший сын, работает в комитете безопасности. Он поднимет все архивные данные. Я тебе дам знать.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Хорошо. Я буду ждать, Лёва!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Я всё сделаю. До встречи!
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. До встречи!


ЯВЛЕНИЕ  ПЯТОЕ
Горит Вечный Огонь у Монумента Славы. Подходит Масов. На нём китель с орденами и медалями. В руках гвоздики.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Товарищи! Фронтовиков Великой Отечественной осталось меньше 200 тысяч. Настоящих. Тех, кто проливал свою кровь за Родину. Нас поздравляет президент, нам дают квартиры, нас лечат лучшие врачи. Нам почёт и уважение. И как обухом по голове: среди нас оказался настоящий фашистский каратель. Сергей Масов каждый год возлагал цветы к памятнику погибших. Тех самых, которых он предал. Предатель под маской героя!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Генеральная прокуратура Республики Беларусь представила копии материалов архивного уголовного дела, согласно которым в декабре 1945 г. Масов Сергей Николаевич и ряд других лиц были приговорены Военным трибуналом Группы советских оккупационных войск в Германии за измену Родине к 10 годам лишения свободы с лишением воинского звания «лейтенант». Как удалось установить, в июле 1942 года он попал в плен к немцам, где на первом же допросе выдал расположение штаба. Офицеров схватили и расстреляли. Затем лейтенант добровольно стал командиром взвода карательного батальона «Митте», где готовил солдат к карательным акциям против партизан. Участвовал в операциях против партизан в городе Бобруйске и бойцов Сопротивления на территории Франции.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. В 44-м Масов опять попал в плен. На этот раз к американцам. Не как военнослужащий союзного государства, а как враг. Когда стало понятно, что встречи с Родиной не миновать, Масов принял участие в лагерном бунте протеста против передачи советским властям. В лагере неоднократно писал петиции с требованием не возвращать его на родину. Отказался от советского гражданства. Умолял отправить его в Америку, но американцы этапировали его в советскую оккупационную зону. Трибунал моментально определил статью "измена родине". По-хорошему его тут же должны были расстрелять, но по соглашению с американцами на выданных расстрел не распространялся. Так что получил Сергей Масов, простой русский предатель, - 10 лет колымских лагерей с конфискацией имущества, лишением всех званий и наград. Отбывал наказание как предатель. Амнистирован в 1955 году. Масов выжил. Погибают, как известно, лучшие.
Масов берёт микрофон.
МАСОВ.  Я участник войны, и не важно на какой стороне. Я воевал за свою Родину без большевиков, и таких людей было много и …
Подходит Николай Петрович. Выхватил гвоздики и отхлестал ими Масова.
Масов  растерян.
НИКОЛАЙ  ПЕТРОВИЧ. Ах, ты гнида такая! За какую ты Родину воевал?! Столько наших ребят из-за тебя полегло!
ЛЕВ  МОИСЕЕВИЧ. Ты не имеешь права носить эти ордена и медали. Люди за них свою жизнь отдавали! (Срывает медали и ордена с кителя Масова). Предательство на войне не прощается никогда! У предательства нет срока давности!
Звучит песня в исполнении Марка Бернеса «Журавли».


©  Мира  Светлинова