Было это в ту давнюю пору – теперь уж и не верится! - когда слово «баклан» еще не звучало ругательским, и означало только лишь птицу, гордо реющую над суровыми, словно выливаемыми в своих перекатах из стали, балтийскими волнами…
Правда, над мусорными свалками города эти птицы, одним своим видом шугая глупых голубей, тоже кружили стаями - и то явилось немалым для меня, селянина приезжего, шоком.
В рыбном же порту, где по счастливейшему случаю получил провинциал работу ночного обходчика зданий – сантехника (днями-то учился в мореходке), бакланы были на совершенно легальном положении, и чуть не по встречной расходились с громилами докерами на пешеходном тротуаре.
Надо сказать, что мороженая рыба, которая выгружалась со стоящих в несколько бортов у каждого причала рыбопромысловых судов, валялась по всему порту в изобилии – бесхозяйственность наша советская!
Впрочем, совсем уже скоро – по стечение трёх лет – на необозримые просторы придут рачительные новые русские хозяева, что сгорбившихся вдруг докеров заставят поневоле каждую упавшую рыбку спешно ховать за пазуху телогрейки («На обед на плитке в бытовке пожарим!»), а могучие стальные махины, вылавливающие сотни тысячи тонн рыбы, распродадут по цене металлолома – опустеют причалы в полный, кромешный ноль.
Но, это случится чуть позже, а пока работает, гудит денно и нощно большой рыбный порт, и просторная чистая столовая на втором этаже открыта для шумных детин в свитерах грубой вязки также круглосуточно.
Под её-то окнами и пронаблюдал я однажды залихватскую картину!
Разбился короб мороженой рыбы – бывает! Упал, крайний, с поддона на крутом вираже, что заложил лихой водитель автопогрузчика. Грохнулся об мерзлый асфальт, и рассыпался вкруговую крупной тихоокеанской ставридой. Водила лишь ухом повел: «Соберут». Да уж, куда там! Вмиг налетели на поживу бакланы.
А рыба-то, как не крути, мороженая!..
Вот, один заглотил наполовину рыбину, но полностью проглотить не может - хвост из открытого, задранного кверху клюва торчит. Другой баклан тотчас подскакивает, и безо всяких яких рывком выдирает рыбу из самого клюва собрата – ну, точно, как морковку с грядки! "А нечего клювом щелкать!" - с натуры.
И вправду!
И вот, что интересно – рыба еще валялась вокруг, и коробка была еще не полностью раздербанена, но… Видимо, нахально выдранная из клюва собрата (что уже отогрел её до степени проглатывания) она всяк вкуснее!
С тех пор я на бакланов – этих гордых птиц морских просторов - без улыбки смотреть не могу.
Как не могу без горечи взирать на осиротевшие причалы и абсолютно вымерший порт с пустыми глазницами давно выбитых стекол в зданиях и вздувшимся трещинами асфальтом пешеходных дорожек – впору фильмы про постапокалипсис снимать.
Впрочем, на этой территории он уже вполне наступил…
А нечего было нам, бакланам, в свое время клювом щелкать!
А нечего клювом щелкать!
© Copyright: Андрей Жеребнев, 2021
Свидетельство о публикации №221122101826
Свидетельство о публикации №221122101826
Рецензии
В целом, понравилось. Включил вас в список избранных, так как пишите на интересные мне темы.
Но, вот озадачило. Днем учился в мореходке, ночью подрабатывал.
Как так можно было?
Успехов вам в творчестве, а сборной Алжира по хоккею с шайбой в игре.
Евгений Панченко 17.08.2026 17:29 • Заявить о нарушении
Но, вот озадачило. Днем учился в мореходке, ночью подрабатывал.
Как так можно было?
Успехов вам в творчестве, а сборной Алжира по хоккею с шайбой в игре.
Евгений Панченко 17.08.2026 17:29 • Заявить о нарушении
О, Евгений! Это лучшая одиссея моей жизни и я ёё вкратце поведаю вам!..
Итак, 10 декабря 1988 года я оказался в совершенно чужом – и даже чуждом мне, незваному! – городе. Практически без денег ( дорожная, как говорится, неприятность), без крыши нед головой. В ужасную прибалтийскую непролазь, когда днём валит мокрый снег, и набравшие его сполна ботинки начинают замерзать с опускающимися темнотой и морозцем. А злобные совки – менты выгоняют ночью из здания вокзала: «Еще две недели, и мы отправим вас в места не столь отдалённые, как непрописанного» (был такой закон суровый).
А до начала занятий в училище было как раз две недели. Тогда как с общагой от оного было и вовсе глухо: «Набирают вас, и набирают! А куда мне вас селить – и так один на одном, раскладушки между койками ставим!».
Но возвращаться домой было нельзя, вспоминая досужий трёп кумушек в сельсовете: «Вот, куда едет?» - «Да вернётся, куда денется! Один такой же уезжал, так вернулся через месяц – без денег!».
Ну прям про меня – с натуры!
Дни я коротал тем, что ходил от железнодорожного вокзала до Театра Кукол – час времени туда, час времени обратно: два убитых часа. Ботинки сушил не снимая, уперев ноги в полуживую батарею зала ожидания…
Дневной рацион питания составлял четвертинку серого хлеба и стакан чая.
И вот каким-то безрадостным днём брёл я в окрестностях Рыбного порта. И воздел свой унылый взор на заслонившее блеклое солнце густой дым из труб близлежащей котельной… Ба-а – да это же братья по лопате и кочерге!
Срочную службу я служил машинистом котельных установок…
Бесстрашно зашел я внутрь, выспросил, где найти начальника и забрался в его кабинет – как водится, вверху, на углеподаче.
- Нет, кочегары в ночную смену мне не нужны, - говорил седовласый муж в очках. – Обходчики сантехнических систем мне нужны в ночную смену – в порт.
Да нам то – что штопанных оттаскивать, что не штопанных подтаскивать!
- Я и сам – в институте учился, по ночам вагоны разгружал – семью-то, с двумя детьми малыми, молодой папаша кормить должен! У тебя-то этого добра пока нет?..
Успеется – это дело нехитрое.
И еще об одном хитром дельце сговорились – к некоторой оторопелости седовласого добряка – начальника. Так что, через десять минут стоял я уже в отделе кадров рыбного порта.
- Одних сокращают, других принимают! – пожимали плечиками кадровички. – Давайте вашу трудовую!
- А у меня нет, - глядючи прямо в глаза, нагло соврал ваш правдивый рассказчик.
- До армии, что ли, не работали?
- Нет.
Трудовая-то моя – была уже в училище!.. И в ней уже два с лишним года трудового стажа: и до Советской Армии славно поработал пару осенних месяцев Андрюха на «Ура!» плотником – бетонщиком: родители, получив аттестат и последнюю зарплату просто ахнули.
Наверное, это и тогда подпадало под какую-то статью нашего советского уголовного кодекса – не подделка документов, но мошенничество. Однако, свят в своей уверенности и неистовстве в достижении цели был я – такого ни пули, ни уголовный розыск не берут!
В придачу к ночной работе сантехником я получил еще и общежитие Морского рыбного порта. В душевой которого только и смог оценить своё двухнедельное мытарство: шея была абсолютно бронзовой!
И пошло – понеслось: ночные дежурства через день. С восьми вечера до восьми утра. В моём ведении была половина порта, вторая – под надзором старшего сантехника. С которым, обойдя владения свои, являлись мы часам к одиннадцати к дежурному энергетику. И в компании его и дежурного электрика смотрели какой-то художественный фильм по телевизору рубрики «Для тех, кто не спит». После чего расходились спать – до шести утра… Опять обход, открытие куда-то пара, и отключение где-т насоса. А потом уже в главный, как теперь сказали бы «офис» - избушку сантехучастка. Двери которого располагались через дорогу от дверей моего училища ( оно тоже располагалось на территории Рыбного порта).
- Иди уже, учись! – нестройным хором гнали меня сантехники на учебу. – Если что – мы к тебе бригадира на родительское собрание пришлём!
Уважение было стопроцентным: «Таких как ты – один на миллион: другие из родителей тянут».
Ценили безусловно меня и однокашники с нашей группы «ММ-2» (матросы – мотористы). Знали, у кого одолжиться до стипендии.
- Андрюха, ты завтра на дискач в Дом моряков идешь?.. А – у тебя же скользящий график!
И то время было одним из самых счастливых в жизни!
Спасибо за прочтение и отзыв, Евгений!
Андрей Жеребнев 19.08.2026 14:35 Заявить о нарушении
Итак, 10 декабря 1988 года я оказался в совершенно чужом – и даже чуждом мне, незваному! – городе. Практически без денег ( дорожная, как говорится, неприятность), без крыши нед головой. В ужасную прибалтийскую непролазь, когда днём валит мокрый снег, и набравшие его сполна ботинки начинают замерзать с опускающимися темнотой и морозцем. А злобные совки – менты выгоняют ночью из здания вокзала: «Еще две недели, и мы отправим вас в места не столь отдалённые, как непрописанного» (был такой закон суровый).
А до начала занятий в училище было как раз две недели. Тогда как с общагой от оного было и вовсе глухо: «Набирают вас, и набирают! А куда мне вас селить – и так один на одном, раскладушки между койками ставим!».
Но возвращаться домой было нельзя, вспоминая досужий трёп кумушек в сельсовете: «Вот, куда едет?» - «Да вернётся, куда денется! Один такой же уезжал, так вернулся через месяц – без денег!».
Ну прям про меня – с натуры!
Дни я коротал тем, что ходил от железнодорожного вокзала до Театра Кукол – час времени туда, час времени обратно: два убитых часа. Ботинки сушил не снимая, уперев ноги в полуживую батарею зала ожидания…
Дневной рацион питания составлял четвертинку серого хлеба и стакан чая.
И вот каким-то безрадостным днём брёл я в окрестностях Рыбного порта. И воздел свой унылый взор на заслонившее блеклое солнце густой дым из труб близлежащей котельной… Ба-а – да это же братья по лопате и кочерге!
Срочную службу я служил машинистом котельных установок…
Бесстрашно зашел я внутрь, выспросил, где найти начальника и забрался в его кабинет – как водится, вверху, на углеподаче.
- Нет, кочегары в ночную смену мне не нужны, - говорил седовласый муж в очках. – Обходчики сантехнических систем мне нужны в ночную смену – в порт.
Да нам то – что штопанных оттаскивать, что не штопанных подтаскивать!
- Я и сам – в институте учился, по ночам вагоны разгружал – семью-то, с двумя детьми малыми, молодой папаша кормить должен! У тебя-то этого добра пока нет?..
Успеется – это дело нехитрое.
И еще об одном хитром дельце сговорились – к некоторой оторопелости седовласого добряка – начальника. Так что, через десять минут стоял я уже в отделе кадров рыбного порта.
- Одних сокращают, других принимают! – пожимали плечиками кадровички. – Давайте вашу трудовую!
- А у меня нет, - глядючи прямо в глаза, нагло соврал ваш правдивый рассказчик.
- До армии, что ли, не работали?
- Нет.
Трудовая-то моя – была уже в училище!.. И в ней уже два с лишним года трудового стажа: и до Советской Армии славно поработал пару осенних месяцев Андрюха на «Ура!» плотником – бетонщиком: родители, получив аттестат и последнюю зарплату просто ахнули.
Наверное, это и тогда подпадало под какую-то статью нашего советского уголовного кодекса – не подделка документов, но мошенничество. Однако, свят в своей уверенности и неистовстве в достижении цели был я – такого ни пули, ни уголовный розыск не берут!
В придачу к ночной работе сантехником я получил еще и общежитие Морского рыбного порта. В душевой которого только и смог оценить своё двухнедельное мытарство: шея была абсолютно бронзовой!
И пошло – понеслось: ночные дежурства через день. С восьми вечера до восьми утра. В моём ведении была половина порта, вторая – под надзором старшего сантехника. С которым, обойдя владения свои, являлись мы часам к одиннадцати к дежурному энергетику. И в компании его и дежурного электрика смотрели какой-то художественный фильм по телевизору рубрики «Для тех, кто не спит». После чего расходились спать – до шести утра… Опять обход, открытие куда-то пара, и отключение где-т насоса. А потом уже в главный, как теперь сказали бы «офис» - избушку сантехучастка. Двери которого располагались через дорогу от дверей моего училища ( оно тоже располагалось на территории Рыбного порта).
- Иди уже, учись! – нестройным хором гнали меня сантехники на учебу. – Если что – мы к тебе бригадира на родительское собрание пришлём!
Уважение было стопроцентным: «Таких как ты – один на миллион: другие из родителей тянут».
Ценили безусловно меня и однокашники с нашей группы «ММ-2» (матросы – мотористы). Знали, у кого одолжиться до стипендии.
- Андрюха, ты завтра на дискач в Дом моряков идешь?.. А – у тебя же скользящий график!
И то время было одним из самых счастливых в жизни!
Спасибо за прочтение и отзыв, Евгений!
Андрей Жеребнев 19.08.2026 14:35 Заявить о нарушении
Ну, это заслуживает отдельного рассказа не только мне, но и все всему сообществу. Если, конечно, еще не опубликовано. Со всем творчеством еще не ознакомился.
Успехов!
Евгений Панченко 19.08.2026 17:52 Заявить о нарушении
Успехов!
Евгений Панченко 19.08.2026 17:52 Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.