Двадцать пятая вершина

   
      Второй  час подряд Олег считал овец… Сбивался на очередной сотне, начинал заново и опять сбивался… Овцы блеяли, разбегались и не поддавались счёту. Сон совсем не шёл… Завтра (вернее, уже сегодня) Олегу – сорок. Он не то чтобы переживал по этому поводу, но почему-то чувствовал себя очень неуютно накануне сорокового дня рождения. И нынешней душной, июльской, бессонной ночью память уносила его на четверть века назад – сюда же, в эту комнату в родительской владивостокской квартире, где он, Олег Тарасов, не мог уснуть накануне своего  пятнадцатилетия…
    … Его, уже почти провалившегося в сон, разбудили тогда голоса родителей: отец и мама ссорились на кухне. Он выбрался из постели и на цыпочках подкрался к неплотно закрытой кухонной двери. Мама говорила громко и раздражённо (Олегу тогда показалось, что она как будто читала заранее подготовленный и отрепетированный текст), отец отвечал сдержанно, почти не повышая голоса:
    - … ну уже невозможно терпеть это дальше! Лёва, тебе ведь 40 лет. Ты взрослый мужчина. Нужно что-то менять, сейчас пришло такое время. Сколько же можно  торчать в этом институте?! Кому нужна эта твоя климатология?!
    - Это моя работа, Танюша. И она мне нравится. А в бизнесе я совсем ничего не понимаю.
    - А эти копейки?! Эти жалкие гроши, которые вам платят в ваших институтах, тебя устраивают? Лично меня – нет. Надоело так  жить! Мне 35 лет, и я хочу жить по-другому! И твой сын должен жить по-другому! Парень уже вырос. А ты не в состоянии купить ему ни нормальный магнитофон, ни  мопед.  Вот утром, на 15-летие, что ты подаришь ему? Книжку?
    - Да, Таня, и книгу, которую он хотел, и аудиокассеты. А ещё мы с Олежкой заранее договорились, что  поедем покорять первую вершину.
     - О, Господи! Какую ещё вершину?! Что за ерунду ты опять придумал?!
     - Самую обычную вершину. Совсем невысокую для начала – Лисью сопку.  Доедем до Уссурийска на электричке, а там – немного на автобусе и пешком… И это будет нашей традицией: каждый его день рождения – по вершине – всё выше и сложнее! Вот представь: когда Олегу  исполнится 40, как мне сейчас, в его личном списке будет уже 25 вершин!
      - Ты витаешь в облаках, Лев, и туда же тянешь сына! Как хорошо, что именно сегодня я решила тебе всё сказать. Да-да, я уже всё решила. Завтра вечерним поездом мы с Олегом уезжаем к родителям в Хабаровск. Новый учебный год тоже будет там, и школу наш сын окончит в Хабаровске, и с институтом тоже решим. У моего отца достаточно денег, чтобы его единственный внук ни в чём не нуждался. Не забывай, кстати, что и в этой квартире мы живём благодаря моим родителям. Ты можешь продолжать роман со своей наукой! А я подаю на развод, Лёва. Но это  мы обсудим позже…
        Да, они всё решили тогда без него. Олег окончил школу в Хабаровске. Потом там же, по настоянию деда (директора крупного хабаровского завода) –  институт народного хозяйства. И ведь странно – быть ветврачом Олегу даже нравилось. Получается, что дед не ошибся, выбирая для внука будущую профессию.  А дочери он  помог открыть во Владивостоке ветклинику и небольшой зоомагазин. И  Олег, вернувшийся после учёбы в родной город, имел готовый семейный бизнес. Теперь у него уже две клиники. А вместе с давним, ещё со школьных лет, другом Мишкой он занимается и оптовой продажей зоокормов. Дома у него всегда обитают какие-нибудь животные  – те, кого он спасает с улицы, лечит, пристраивает к добрым людям… Сейчас в домашних любимцах – пушистый огненно-рыжий кот «дворянских кровей» – Цитрус. Ровно год назад его принесла с улицы дочка, первоклассница Маруся, – одноглазого, грязного, со свалявшейся шерстью и перебитой лапой. И авторитетно заявила с порога: «Пап, его нужно вылечить. И пусть он у нас живёт  – инвалидам не место на помойке!»
Матушка – уже 12 лет в Сочи, поменяв Японское море на Чёрное: она вышла замуж за заводчика дорогих собачьих пород Юрия Ивановича – с говорящей фамилией Заводчиков. Две недели назад жена Лера с Марусей улетели в Сочи, в гости к бабушке Тане.
          А отец  исчез из его жизни ровно 25 лет назад, забрав с собой только личные вещи, фотоальбом и несколько связок любимых книг из домашней библиотеки.  Алиментов  мать не требовала, но до 20-летия Олега  он присылал  небольшие ежемесячные переводы (мама называла их «стипендия имени Льва Тарасова»). Потом остались только традиционные поздравления  ко дню рождения. На каждой из присланных отцом открыток был красивый пейзаж с обязательной горной вершиной. Вчера вечером Олег достал из почтового ящика очередной конверт.  На открытке с  заснеженным горным пиком, кроме обычного поздравления, отец написал: «Сын, прости меня, если сможешь, за все эти годы, которые меня не было рядом с тобой. Вот тебе и 40, как и мне, – четверть века назад. Очень жаль, что мы с тобой не смогли взойти на наши вершины – вместе…» Обратного адреса, как обычно, не было. Но штемпель места отправки стоял уссурийский, как и во все прошедшие годы. И впервые, чего не было никогда раньше, Олег вдруг подумал, что отец всё это время жил совсем рядом. Почему же он ни разу не попытался встретиться с ним, сразу и безоговорочно поверив матери, когда та объяснила ему причину развода с отцом – «он  предал нас, у него роман»?! Но ведь тогда, ночью на кухне, речь шла только о неустроенности жизни и о нехватке денег, и мама сама сказала отцу –  «можешь продолжать роман со своей наукой». С наукой, но не с другой женщиной! И как-то неуютно и муторно было на душе этой ночью. Наверное, оттого и не получалось уснуть… Уже почти под утро Олег вдруг начал представлять, как отец выглядит сейчас. Может, он стал одышливым и грузным – почти стариком, как те его ровесники, что пьют пиво и играют в домино во дворе дома?  Или он по-прежнему худощав, подтянут и спортивен, как 25 лет назад? Узнал бы Олег отца сейчас, встретив случайно в городской толпе?..… Ровно в семь утра раздался телефонный звонок, и Маруся  сообщила шёпотом: «Пааап, а меня тут уже спать уложили. И я как будто сплю. Но вообще-то не сплю. Я ждала, когда  у тебя 7 часов будет, чтобы сАмой первой тебя поздравить. Ну, ты  же уже не спишь, да? Я тебе  раковин красивых привезу. У нас таких нет, а тут море совсем другое». Потом сообщения и звонки с поздравлениями посыпались один за другим… А в 10 часов  Олег стоял на перроне железнодорожного вокзала, ожидая ближайшую электричку в сторону Уссурийска, чтобы отправиться туда, куда  они собирались с отцом  25 лет назад…

         В вагоне он  сел напротив симпатичной молодой блондинки и девочки лет восьми-девяти, очень похожей на его Марусю – такую же сероглазую, с непослушными кудряшками волОс  пшеничного цвета и россыпью весёлых веснушек на  носу и щеках. Девчушка молча и сосредоточенно доедала мороженое в вафельном стаканчике. Потом тщательно вытерла салфеткой губы и ладошки и  улыбнулась Олегу:
   - Меня Маша зовут. Маму мою – Вика. А Вас как? Вы тоже в Уссурийск едете?
   - А меня – Олег. Да, я – в Уссурийск. Очень давно там не был.
   - А я там живу– с мамой и папой. Мы к тёте Любе в гости на три дня ездили. И в цирке были, и в океанариуме, и на море  – тааак классно!
   - Маш, ну ты такая болтушка. Ты бы не мешала дяде Олегу. Книжку вон достань – почитай (вмешалась мама Вика).
    Девочка достала из своего розового рюкзачка книгу и пересела на сиденье к Олегу:
   - Хотите  со мной посмотреть? Это взрослая книжка. Тут интересно и фоток много.
         Олег держал книгу в руках и не верил своим глазам: это был «Атлас облаков»  – известное советское издание из библиотеки его отца! Он узнал бы эту книгу из тысяч других, потому что давным-давно, будучи  первоклассником, нарисовал шариковой ручкой на обложке, в правом верхнем углу, миниатюрное облако, пронзённое стрелой молнии.
   - Машенька, а откуда у тебя эта книга?
   - Так  это же мне царь Лев подарил. Он мне часто книжки дарит. И игрушки – тоже.
    - А этот царь – он кто?
Тут в разговор, улыбаясь, включилась мама Вика:
    - Моя Маша совсем Вас запутала! Царь – это наш сосед. Мы в частном доме живём, на Слободе. У нас дом – из двух квартир: одна – наша, а другая – его. Он туда пять лет назад переехал. Марусе тогда четыре года было. Она когда услышала, что его зовут Лев, сразу сказала – «как царя зверей!». И стала называть «царь Лев». Вот так и приклеилось. А он  её  зовёт  «Маруся – повелительница кошек». Это потому что все местные кошки у нашей Маши в друзьях.
     - Вика, а у  вашего царя  фамилия имеется?
     - Ну, конечно, имеется – Тарасов. Лев Васильевич Тарасов. Он метеоролог. Давно на  местной метеостанции работает. Он раньше и жил там, в служебном домике. А пять лет назад его коллега с женой уезжал в  Австралию к  сыну, навсегда. Вот они и продали свою половину дома Льву Васильевичу – совсем недорого,  за какие-то просто символические деньги. И теперь у нас в соседях – царь! Он пенсионер  уже, но до сих пор на станции  работает – дежурит  посменно. А сейчас он в отпуске и во дворе строит для Маши беседку. Вообще он очень хороший человек. Только совсем одинокий… Олег, что с Вами? У Вас такое  лицо… Такое…
      - Да всё нормально. Это я так – вспомнил кое-что из прошлой жизни.
Знаете что? Я  тут сейчас отвлекусь – записку напишу. У Маруси ведь в рюкзаке бумага найдётся?
        На  листе в клетку из  Машиного блокнота Олег написал: «Отец, сегодня удивительный день! Благодаря  «Атласу облаков» и Марусе – повелительнице кошек – я нашёл тебя. У тебя есть внучка. Её тоже зовут  Маруся. Ей 8 лет. Сегодня, в день моего 40-летия, мы могли бы подниматься с тобой на нашу общую очередную  вершину. Как жаль, что потеряно столько лет! Давай уж будем навёрстывать! Жду тебя завтра в полдень, у подножия Лисьей сопки, с западной стороны».  Вместо подписи он нарисовал маленькое облако, пронзённое стрелой молнии, сложил записку треугольником и протянул девочке:
       - Машенька, я вот тут написал очень-очень важное письмо для царя Льва.
И хочу попросить тебя – когда приедешь домой, сразу же передай ему, пожалуйста. Хорошо?
       - Конечно, хорошо. Я сразу передам! А  Вы уже не поедете в Уссурийск?
       - Нет, сегодня уже не поеду. Выйду сейчас на ближайшей остановке. А в Уссурийск поеду завтра с утра. У меня там будет очень важная встреча! Я очень надеюсь, что будет!..
         Следующим утром Олег ехал в  Уссурийск на своём «Паджеро». И хотя добраться до места ему потребовалось бы не более полутора часов, а маршрут до Лисьей сопки был заранее изучен по карте, он выехал уже в 9 утра. Не хотелось торопиться… Он несколько раз останавливался у обочины дороги, выходил из машины и  стоял, глядя  на небо… А по нему плыли перистые облака –  тонкие, белые, похожие на лёгкие пушистые перья – точно такие же, как на одной из фотографий в отцовском атласе…
          С западной стороны у подножия Лисьей сопки обнаружилась  импровизированная укатанная площадка для машин – похоже, здесь бывало немало отдыхающих на автомобилях. Отойдя немного в сторону, Олег увидел начало туристической  тропы, обозначенной разноцветными лоскутками ткани на ветках  деревьев.  А вверх по этой тропе поднимался человек – седой, высокий, худощавый, в спортивном костюме, с небольшим рюкзаком за спиной…
«Отец!» – крикнул Олег и побежал навстречу ему, обернувшемуся, уже точно зная, что с этой минуты начинается совершенно другая жизнь…
                2018 г.
                Владивосток


Рецензии
когда нет света, пробовал считать овец
насчитал миллиард а свет так и не включили
... но скоро выключат. грустно
читаю, думаю, вспоминаю Приморье. вспоминаю Уссурийск, Спасск Дальний... вспоминаю тайгу, сопки, удивительную при роду и её дары. запомнил Дальний Восток особенно осенний. красота. никогда в жизни нигде не видел такой удивительно красивой осени.
а ещё горьковато-прохладный аромат хризантем
вспомнили?

Олег Устинов   30.11.2022 06:46     Заявить о нарушении
... а у этого горьковато-полынного запаха часто бывает ещё и лёгкая сладко-медовая нотка. В придомовых городских палисадниках много хризантем. И этот очень узнаваемый аромат! Особенно в самом конце осени, перед первыми заморозками.

Благодарю за отзыв, Олег, и желаю Вам всего доброго.

Елена Водопьянова 1   01.12.2022 09:18   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 44 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.