01. Ритуал

* * * Увидеть чудо ещё не значит правильно его понять * * *

- Мефистофель, приди по мою душу. Возьми мою душу, - медленно произнесла Вера, проверяя придуманную формулировку.

Ничего подобного в тетради написано не было. Девочки сами пришли к такому выводу, изучив рисунок треугольника на гладкой странице из каменной бумаги. Каждая вершина обозначалась отдельным словом: «Искра», «Опора» и «Накопитель». Под схемой уместилось всего несколько строк:

«Искра пробуждает Чудотворца. Опора удерживает его душой и направляет силу. Накопитель принимает избыток. Круг трёх для огня во плоти».

Искрой без долгих споров стала Лиза. Она нашла запись, первой прочитала её вслух и вообще лучше остальных умела что-нибудь начинать. Вера выбрала роль Опоры, ведь именно она позволяла удерживать Чудотворца и направлять его силу. Ане осталась роль Накопителя. Она должна была принимать лишнюю энергию и возвращать её в круг, если связь начнёт ослабевать. Слова о душе девочки поняли одинаково: ею придётся расплатиться за исполненное желание.

Родители Лизы должны были вернуться только вечером, поэтому девочки прогуляли школу и заперлись в её комнате на верхнем этаже. Мебель сдвинули к стенам, а кровать поставили набок, освобождая центр. На плитке солью вывели круг и красным мелом вписали в него треугольник. Каждую вершину отметили соответствующим словом из тетради.

- А как я пойму, что энергии стало слишком много? - спросила Аня, в очередной раз перечитывая надпись.

Никто этого не знал. Аня была младше остальных и казалась ещё меньше из-за худых плеч и густых рыжих волос, скрывавших половину лица. Формально она приходилась Вере двоюродной сестрой по отцу, но в их маленьком круге всё равно была прежде всего подругой. К найденной записи Аня относилась серьёзнее всех. Палец медленно двигался вдоль строк, словно между словами можно было обнаружить пропущенные указания. Затем она возвращалась к схеме и подправляла мелом линии, которые казались недостаточно ровными.

Лиза подобными вопросами не мучилась. Она была выше обеих подруг, постоянно улыбалась и не могла надолго задержаться в одном положении. Даже найденную в вещах матери тетрадь воспринимала не как чужую тайну, а как приглашение к новой игре. Пока Аня сверялась со схемой, Лиза успела несколько раз переставить свечи, обойти круг со всех сторон и ещё плотнее закрепить на окне шторы.

Сощурив унаследованные от матери чуть раскосые глаза, Вера снова перечитала строку об Опоре. Эта роль подходила ей лучше остальных. Лиза могла начать, Аня сохранить лишнюю энергию, но только Вера получала возможность направить силу к нужной цели.

Из всех существ, о которых девочки успели прочитать, Мефистофель казался самым подходящим Чудотворцем. Он исполнял желания, заключал сделки и принимал человеческие души. По крайней мере, именно так они понимали его предназначение.

Вера не знала, существует ли душа на самом деле и что произойдёт, если её заберут. Это не имело значения. Врачи могли поддерживать маму, назначать лекарства и отправлять на бесконечные обследования, но никто из них не обещал выздоровления. А Вере нужно было, чтобы мама снова стала той, что называла её котёнком не устало, а ласково и легко, как раньше. Чудотворец хотя бы оставлял такую надежду. Желание Вера сформулировала давно: мама должна выздороветь.

Когда приготовления закончились, тетрадь оставили раскрытой возле круга. Рассевшись по своим вершинам, девочки протянули руки к центру и соприкоснулись кончиками пальцев. Лиза зажгла первую свечу, а от неё остальные. Полумрак наполнился неровными огоньками, воздух быстро стал тяжёлым и душным. Перед началом знакомые слова сами всплыли в памяти Веры.

- Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Приди и сохрани, - привычно прошептала она.

Эту фразу Вера переняла у дедушки и никогда не задумывалась, кого именно просит прийти. Теперь ответ казался очевидным: Чудотворца. Решительно выдохнув, она приступила к главной части.

- Мефистофель, приди по мою душу. Возьми мою душу, - прикрыв глаза, зашептала Вера, а подруги тихо добавляли «амэн». Пламя дрожало, тени ползли по стенам, а с каждым новым повтором надежда казалась всё реальнее. Оставалось дождаться отклика и назвать желание.

Кончики пальцев Лизы выскользнули из общей связки. Приоткрыв один глаз, Вера увидела, как подруга заваливается набок. Аня вскочила, но застыла возле своей вершины, не зная, что делать дальше. Девочки растерянно переглянулись, и Вера бросилась к окну.

Холодный февральский ветер ворвался в комнату и погасил несколько свечей. Лиза резко вскочила на ноги. Подпрыгивая на носках, она встряхивала кистями и крутила плечами, словно долго просидела без движения и теперь торопилась размяться. Знакомая улыбка стала шире, а во взгляде появилось неуместное весёлое любопытство.

- Ну что, девчонки, потусим! - непривычно звонко воскликнула она и обхватила обеих за плечи. - Какой у нас список развлечений?

* * *

Окно уже было плотно закрыто, а Лиза обходила комнату, зажигая погасшие свечи. Возле вершины Ани она задержалась дольше всего. Несколько раз взглянула куда-то за спину подруги, передвинула свечу ближе к ней, снова посмотрела в пустоту и добавила ещё огня. Вера тоже посмотрела в хорошо освещённый угол, но ничего не увидела. Аня оглянулась следом, беспокойно поведя плечами.

Тем временем Лиза стянула кофту и бросила её поверх раскрытой тетради. Затем сняла один носок и принялась за второй, но тот застрял на пятке.

- Тебе холодно или жарко? - спросила Вера, не понимая, зачем одновременно закрывать окно и раздеваться.

Ответа не последовало. Оставив носок болтаться на ноге, Лиза снова подошла к Ане. Та уже сидела на прежнем месте, растерянно ощупывала собственные руки и несколько раз прижимала ладони к груди, словно пыталась определить источник непонятного ощущения.

- Со мной что-то не так, - наконец призналась она. - Но я не понимаю, что.

- Ты не отдаёшь застрявшую в тебе энергию, жадинка, - игриво укорила её Лиза. Внимательно оглядев подругу, она подмигнула и добавила: - Теперь ты просто лакомый кусочек.

Прозвучало это не как объяснение, а как кокетливый комплимент. Аня спрятала лицо за рыжими волосами, а Вера почувствовала неловкость. Раньше Лиза могла обнять подруг или отпустить двусмысленную шутку, но никогда не разговаривала с ними таким приторным голосом.

- И как её отдать? - спросила Аня.

Лиза открыла рот для ответа, но её внимание вновь привлёк наполовину стянутый носок, и она продолжила с ним борьбу. Вопрос Ани так и повис без ответа.

- Вообще-то мы не закончили ритуал, - недовольно вставила Вера. - И всё ещё не призвали Мефистофеля-чудотворца.

- Кого-кого?! - ошарашенно переспросила Лиза, округлив и без того крупные глаза.

Она окинула взглядом расчерченные линии и со смехом пнула соль. Часть белой окружности разлетелась во все стороны. Вера вскрикнула от неожиданности и возмущения.

- Это вы его так встречаете хлебом-солью? - Лиза снова рассмеялась. - Фокалора-Рофокала? Да здесь даже моря нет!

Она принялась зажигать оставшиеся свечи. Когда очередной фитиль подхватывал пламя, Лиза с издёвкой нашёптывала: «Бегущий от света, приди на сей свет…» С каждым новым огоньком её хихиканье становилось громче, пока она снова не прыснула смехом.

- Нам нужен чудотворец, который спасёт мою маму, - твёрдо сказала Вера, поднялась на ноги и схватила Лизу за запястье, чтобы та наконец остановилась. Смех оборвался. Холодный взгляд подруги заставил Веру немедленно отпустить её руку.

- Ты думаешь, это Мефистофеля называют отцом чуда, девочка? - неожиданно серьёзно спросила Лиза. - Чудеса не для спасения, дорогая. Ведь людей нельзя спасти... Ну, разве что поменять дату смерти.

В этот момент подруга казалась настолько чужой, что объяснить происходящее обычной шуткой уже не получалось. Ритуал явно пошёл не по плану, но всё же сработал. Аня так и сидела на том же месте, обхватив колени и спрятав в них лицо. Лиза вновь беззаботно кружилась по комнате, периодически возвращаясь к борьбе с непослушным носком. Кто бы ни говорил сейчас голосом подруги, Вера не услышала отказа. Смерть нельзя отменить, но её можно отодвинуть достаточно далеко, чтобы мама успела выздороветь.

- И что же мне делать? - спросила Вера, не особенно надеясь получить внятный ответ.

- Я тебе что, целитель? - откликнулась Лиза, наконец сорвав с себя непокорный носок. Она гордо выпрямилась во весь рост и триумфально подняла его над головой, словно трофей великой победы. И, не сдерживая восторга, закричала во весь голос. - Я творю чудеса!


--- --- --- Следующая глава: http://proza.ru/2026/07/03/1633