О комсомольской богине

 
    Дай Бог нам всем когда-нибудь, когда
  Мы заболеем старостью и грустью,
  На пять минут забыв свои года,
  Увидеть юность в волжском захолустье.       К. Симонов

  В среднюю школу №25 мать перевела меня из школы семилетки посёлка "Угол парка". В этой школе я совершил преступление, как сказал её директор, подпадающее под 58-ю статью УК, разбив бюст вождя народов во время мальчишеской потасовки. Преступление было совершено не умышлено, но в составе группы лиц. Чтобы было без отягчающих обстоятельств, пришлось всю вину взять на себя. Вот так, свару затеял не я, а досталось мне. Мало того, что директор отвесил здоровенную оплеуху, так мне ещё выставили годовую оценку четыре по поведению. Мать, чтобы оторвать меня, как она считала, от чьего-то плохого влияния, перевела меня в другую школу и запретила заниматься боксом в спортклубе.
  В новой школе было четыре пятых класса. Два из них формировались с углублённым изучением английского языка. Шло создание первых в городе спецшкол. Из-за  четвёрки по поведению и пролетарского происхождения, моя кандидатура на попадание в какой-нибудь из спецклассов не рассматривалась, а напротив, светила перспектива вернуться в прежнюю школу. Но вдруг судьба предоставила мне возможность принять первое в жизни самостоятельное решение.
  В спецклассах было не только повышенное количество часов по английскому языку, но и более сложная программа по физике, химии, математике. Из этих классов постоянно шёл отсев неуспевающих. С нового учебного года в школе должны были остаться только два шестых класса, а остальные переводились в другие школы. У меня возникло желание остаться, так как мне нравилась девочка из спецкласса. Поколебавшись, я пошёл к завучу с просьбой о переводе меня в этот класс, уверяя завуча, что у меня есть непреодолимое желание в совершенстве выучить английский и стать разведчиком-нелегалом в одной из англоязычных стран. Завуч, заглянув в мой табель, задала вопрос: почему у меня четвёрка по поведению. Я ответил, что хорошее поведение у меня было давно, а в этом году было отличное, а в следующем будет отличное с плюсом. Завуч сказала, что подумает. Через неделю меня перевели в спецкласс. Вскоре я пожалел о своём поступке. Мне не понравилось в окружении избранных детей одарённых родителей, не понравилось преобладающее количество девчонок-отличниц, задающих во всём тон, не понравилась большая учебная нагрузка.  Мои одноклассники посещали музыкальную школу, кружки бальных танцев, балета, театрального, я же вырос на улице и пропадал в залах борьбы и бокса (при условии успешной учёбы, мать вновь разрешила мне заниматься спортом). Но пути назад не было.

  Итак, она звалась Светланой..."Своей улыбкой филигранной сводила всех она с ума".
У неё была длинная, толстая коса, спускавшаяся ниже пояса. Ни один из мальчишек не смел до неё(косы) дотронуться. Отрывались на других  девчонках, дёргая их за хилые косички. Она была круглая отличница, шумная, весёлая, независимая, уверенная в себе и знающая себе цену, а так же, считалась официальным и неофициальным лидером класса. Весь школьный период она занимала руководящие посты: староста, председатель совета отряда, председатель совета дружины, председатель каких-то все школьных комиссий, в последующем - секретарь комсомольской организации школы. В общем, этакая, пионерская-комсомольская богиня с авторитарными методами руководства.

   Против окон её квартиры стояли сараи, с крыш которых я направлял зеркальцем ей в комнату солнечные зайчики. В итоге испытал на себе весь гнев, возмущение, суровый взгляд её изумрудных глаз. На требование явиться и отремонтировать протекающую крышу сарая мои контраргументы типа "она была такая до того" в расчёт приняты не были.

  Зимой я специально ходил на каток, хотя и не был любителем катания на коньках.
В нашем детстве на катке можно было, как на танцах, пригласить девочку прокатиться круг, держа её за руку. Набравшись смелости, я пригласил её на круг, потом на следующий круг. А потом она отказала, заявив чтобы не путался больше под ногами.

  Однажды, после новогоднего школьного вечера я попросил разрешения проводить её домой, но оказалось, что она уже приняла предложение от другого одноклассника. Что оставалось? Только стать в очередь до какого-нибудь следующего вечера. Наконец моя очередь подошла. В результате проводы превратились в допрос с пристрастием, на котором следователем была она. Были досконально разобраны и выявлены причины всех моих проколов и особенно моих сознательных проступков. А на прощание, я получил ценное указание - не вешать голову, дерзать, верить в удачу. Я вежливо поблагодарил её за оказанное внимание и поданную надежду.

  Повинуясь указанию дерзать, я дерзнул предложить ей дружбу. Она заявила, что когда я перестану уклоняться от комсомольских поручений, исправлю  все имеющиеся тройки, тогда я должен буду ещё раз напомнить ей о своём предложении, а она подумает и примет решение.

  После девятого класса, мы с одноклассниками поехали за Волгу отметить окончание
учебного года. Парни взяли с собой по бутылке "Солнцедара", девчонки - картошку, редиску, селёдку, хлеб. У меня после спортивных сборов оставались неиспользованные талоны на питание. Обычно их обменивали на деньги в прикреплённом к сбору ресторане. В этот раз обменивать отказались. Пришлось рублей на девяносто взять десять коробок шоколадных конфет. Упаковку этих коробок я взял с собой за Волгу. Всю упаковку я преподнёс Светлане с просьбой угостить и всех остальных. В награду, получил благосклонную улыбку, заключение, что я не совсем пропащий и , что стоит на меня обратить внимание. Конфеты от жары растаяли, но Светлана выложила на "стол" только одну коробку. Остальные, на правах собственника, доверила мне доставить до своего дома. Я всё-таки упрекнул её в жадности. На что получил ответ: "Я не жадная, а бережливая. Держись за меня, не пропадёшь. С тобой немного поделюсь. Много сладкого употреблять вредно". Я не стал уточнять, много и немного - это сколько? Оказалось нисколько.

  В выпускном классе мы задружили по-чёрному. Пропускали уроки. Пропадали за Волгой на Сарпинском острове. Я даже жертвовал тренировками. Одноклассницы осуждали наше недостойное комсомольцев поведение. Одноклассники относились с уважением. Учителя убеждали нас уделить больше внимания учёбе, всё-таки выпускной год.

  Учебный год в институте начался с начитки. Староста группы был моим другом и покрывал наши постоянные отсутствия на лекциях. Удивляюсь, как с таким безответственным поведением мы успешно проскочили первый и второй курс.  Потом я сдал сопромат и получил в наследство родовую усадьбу - дом с печкой и запущенный вишнёвый сад. Из достижений цивилизации было электричество, все остальные удобства во дворе. Особую гордость и восхищение у меня вызывал колодец с журавлём. Я пригласил Светлану в ресторан, обмыть наследство. Она отказалась, заявив, что мне придётся, вместо ресторана, вернуть свой давний долг, прийти и отремонтировать крышу сарая, когда-то проломленную мной, заодно попросить её руки у родителей.
 
  Мы прожили пятнадцать самых счастливых лет жизни в этой усадьбе. Потом получили квартиру от предприятия, на котором работали, и усадьбу пришлось продать. Светлана плакала. Я успокаивал её: " Комсомольская богиня не должна плакать, лишаясь частной собственности".
Рай в шалаше к сожалению далеко в прошлом.

   После окончания института она начала карьеру в НИЦ с должности лаборанта. Я, отслужив двухгодичником, был принят сразу МНСом (за штаны).
За 20 лет я вырос всего на одну ступеньку - до должности руководителя группы из трёх человек, а она до ведущего инженера в должности начлаба с числом сотрудников около ста человек. У неё было с десяток авторских свидетельств и подготовленная к защите диссертация. Потом всё рухнуло, начались лихие девяностые и она как паровоз тащила наш семейный состав не избавляясь от балласта.
   Умели в комсомоле готовить кадры.