Отхлебнуть из каменной фляги

— Опять Пузырь в дураках остался! — мерзко хихикнул Дрындик, и его уши, слишком короткие для крола, затряслись от удовольствия. — Теперь могу выдохнуть: не мне завтра за Бугор топать. Шлем тоже оставишь! Уговор дороже морковки.

— Как я без шлема-то? — чуть не разрыдался Пузырь. — Забугорье же!

— А кто тебя в карты просил играть? — спросил Дрындик и стукнул Пузыря по лбу. — Не переживай, сильнее меня по макитре не тюкнут, с тобой ведь Владир пойдет.

Пузырь понял, что ближайшие дни потеряны. Всего расклада он не знал и не представлял, с кем пойдет за Бугор, но успел уточнить у Дрындика, что они понадобились, чтобы «что-то вынюхать».

— Вынюхать, так вынюхать, — Пузырь стоически принял судьбу и поплелся к выходу из каптерки. За дверью он наткнулся на Владира. Силовой имел помятый вид: посеревшее лицо, двухдневная щетина, заострившийся нос, торчащие вихры, всегда идеальный кожаный пиджак порезан на предплечье, вместо белой сорочки — ярко-голубая рубашка с торчащим наружу воротником, цивильные бриджи оттянуты на коленях, остроносые сапоги чем-то облиты... Уставившись в одну точку, главный маг Ракантии широко зевал и сильно чесался.

— Подхватил что-то? — бесцеремонно поинтересовался Пузырь.

— Рубашка модная, но из синтетики, — ответил Владир, выныривая из своих мыслей. Сделав руками движения, напоминающие тасование карт, он вздохнул: — Что, Пузырь, проигрался? Я краем уха…

Крол попытался изобразить бодрый настрой, но вышло так себе.

— Зато в казарме не торчать… — буркнул он и угрюмо посмотрел в сторону.
— Мне тоже во дворце наскучило, вот и оформил командировку… — признался Владир, перенеся почесывания с шеи на спину. — Да ты уже в курсе. А перед выполнением ответственного задания я решил гульнуть.

— Счастливый, — завистливо сказал Пузырь. — А подробности? Вино, женщины, зубодробительные драки… Было? Ты ж и не магически навешать горазд…

— Почему ты такой любопытный? — спросил Владир, ковыряя разрез на пиджаке. — Все бы выспросить, выклянчить, выгоднее вырулить.

— Рулить нечем: рули на лодках, а их принц Кальт сдал в аренду принцу Кусяну, — вспомнил Пузырь недавно услышанную сплетню. — На целый год! Что, беда в казне с денежкой?

— Все-то ты знаешь! — присвистнул Владир. — Зато некоторые во время службы не будут втихаря по личным делам сплавляться, а отдельным персонам, не умеющим в карты играть, вообще не получиться увильнуть, раз в моей походной обойме оказались.

Пузырь с любопытством выставил струны усов:

— Большая обойма-то?

— Ты, да дружки твои — Мелкогорох и Маковка.
 
— Маковка? — неприятно удивился Пузырь. — Да какой он мне дружок? В прошлом месяце стащил брикет морковок, и я с него за это еще не спросил.

— Вот и спросишь, но без ущерба для общего дела, — Владир потрепал крола по ушам. — Быстро отросли. Не растерял я еще целительские способности.

— О твоей услуге не забуду, — пообещал Пузырь и накрыл уши лапами. — Не пришлось в лаборатории идти.

— Что здесь такого? — не понял силовой — Отдохнул бы от службы.
 
— Я высоколобых боюсь, — неожиданно признался крол. — Только никому, ладно?

— Договор, — заверил Владир. — Если только по пьяни не начну байки травить… — Увидев, как напрягся Пузырь, силовой поспешно исправился: — Шучу!

— Слушай, а чего нас только трое? — в голосе Пузыря послышалась неуверенность.

— На самом деле — четверо, — ответил Владир и без особой радости добавил: — Еще дамочка будет…
 
— Зачем нам девчонки? — подскочил крол. — От них же одни неприятности.

— На племяшку Тли намекаешь? — засмеялся Владир. — Знатно она тебя пчелами потчевала.

— Не напоминай, — засопел Пузырь. — Не то кошмары приснятся и придется снова к психологу идти.

— Какие мы нежные, — покачал головой Владир. — Подумаешь, в речной ил разок зарылся, зато огнедыр не спалил. Спас тебя рой!

— Тему не переводи, — обиженно просипел Пузырь. — Племянница Тли далеко, а эта дамочка скоро здесь окажется. Вдруг от нее дурно пахнет?

— Фу на тебя! — прикрикнул Владир. — Там шлейф премиальной парфюмерии на сто лиг тянется! Она же не кто-нибудь, а двоюродная сестра принца, родом из Кушлана.

— Это ж даль далекая… — разинул рот Пузырь. — Не устала в карете-то трястись?

— Дядя принца по материнской линии просил организовать для нее магическую практику, — Владир понимал, что рассказывает Пузырю о принцессе только потому, что они вместе пойдут в поход, участники которого должны знать друг о друге и не выкидывать неожиданные фортеля. — Килма недавно сдала экзамен на Базовый уровень манипулирования. Между прочим, она обладает задатками силовой.

— А то мало вас на наши уши, — демонстративно отвернулся крол. — Теперь вот из соседних государств присылают...  В Кушлане вообще сплошные снобы живут. Не знал?

— Зато у нас все милые и пушистые, — хмыкнул Владир. — Ладно, закончили. Помни, что времени тебе на сборы — до следующего утра. Выступаем рано-рано.

— Уже бегу, — дурашливо поклонился Пузырь и понесся в казарму.

Вздыхая и пошатываясь, Владир побрел домой. Он так устал, что даже не смог настроить портал. Еще бы — с тяжелой смены, и сразу в трактир... Он чувствовал — не поспит хотя бы час, пиши пропало.


***


Дворец медленно просыпался. Уборщики драили полы, ранняя пташка-садовник самозабвенно поливал цветы в оранжерее, на крыше ругались рабочие, поправляя заклинивший флюгер и спадающие от сильного ветра штаны, а по семи просторным этажам хаотично сновали сонные слуги, морально подготавливаясь к исполнению капризов своих господ, которые пока и не думали откинуть мягкое одеяло, прыгнуть в уютные тапки и приоткрыть плотные шторы. Неспящим исключением из «вельможей партии» были двое полуночников… Первый — королевский отпрыск, обкусывал ногти, переживая, как все пройдет в Забугорье, вторая, обладающая такой же голубой кровью, — что туда наденет и как будет выглядеть? Отпрыск присутствовал при ее сборах, предлагал, советовал, критиковал, а когда не выдержал женской неопределенности, оставил сестру наедине с огромным гардеробом. Сбежав по свежевымытым ступеням белоснежной лестницы, он встретил во дворе Владира и неуверенно промямлил:

— Просила еще подождать…

— О боги! — схватился за голову Владир. Сегодня он был гладко выбрит, причесан и аккуратен. Смотрел по сторонам цепким и холодным взглядом. Рядом с ним переминались с лапы на лапу кролы, зевая и жалуясь, что могли бы поспать и подольше.

— Я ее и так торопил, и эдак, — оправдывался принц, кутаясь в пальто. — Сапоги ей, видишь ли, неудобны. Запулила ими в стену и пошла выбирать другую пару. А их — не сосчитать…

Владира передернуло. Сам он собирался недолго. Погодка не шептала, поэтому пришлось сменить пиджак на длинный плащ с капюшоном, надеть плотные рубашку и брюки, а ноги упрятать в массивные ботинки на шнуровке. Если получить от таких пинка, можно сразу оказаться за Бугром. Не был забыт и клинок, хотя, в силу своей специфики, Владир пользовался им нечасто. Но регулярные тренировки с мастером сечи старался не пропускать. Жизнь полна сюрпризов, и случались моменты, когда до восстановления энергии на производство заклинаний приходилось прыгать выше кролов, исполняя танец мечей и шпаг.

— Кстати, в подробности нашего предприятия ее не посвящали, — доверительно сообщил принц. — Не страшно, если узнает их по ходу «пьесы». Я все обрисовал, как обычную прогулку.

— Ничего себе прогулка! — присвистнул Владир.

Принц похлопал его по плечу:

— Она уверена — ты защитишь, но для подстраховки взяла колюще-режущий предмет и сказала, что в ситуации полнейшей безнадеги применит магические финтифлюшки.

— Мне начинать нервничать? — улыбнулся Владир.

— Да они и не понадобятся… — неуверенно сказал Кальт. — Ты-то на что? И последнее – слишком много о тебе говорит… Катастрофически! Вот, где нужно нервничать.

— Разберусь… — отмахнулся Владир, но принц шаловливо подмигнул и сказал:

— Смотри, чтобы Яся не разобралась...

Не будь поблизости посторонних глаз, Владир прижал бы упитанного друга детства к стенке, и кое-что ему объяснил, но пришлось ограничиться несколькими колкими замечаниями:

— Ваше высочество, как там поживает «общество любителей башнелазов»? Не сильно пристают? Альпеншток не затупили?

Порозовев, как молодой поросенок на жаровне, Кальт собрался дать развернутый ответ, но в этот момент суровые стражники распахнули двери парадного входа, и — о чудо! — наследница трона дружественного государства Кушлан явила себя миру: длинные волосы лились оранжевым волнами из-под широкополой шляпы, заставляя непроизвольно жмуриться, пронзительные зеленые очи, атласная кожа и фиолетовые бриджи, безупречно сидящие на роскошной фигуре — взволнованно замирать, а не застегнутый плащ с камуфляжным принтом — не отрывать взора от груди, выгодно подчеркнутой красной приталенной сорочкой.

Все еще дуясь, принц ткнул Владира в бок:

— Зенки расфокусируй. Уже спустилась…

— Сложно, — прошептал Владир, нехотя переключившись на меч принцессы, с инкрустированной драгоценностями рукоятью, упакованный в красиво оформленные ножны, а затем — на розовый рюкзачок с хвостиком неизвестного зверя на кармане, задорно подпрыгивающий при движении стройных, обутых в синие сапожки, ног. — Она в конкурсах красоты не побеждала?

— Могу узнать, — Кальт схватил Владира под локоть и подвел к принцессе. Силовой поклонился и почувствовал опьяняющий аромат. «”Слезы фей”, не иначе, — прикинул он. — Такие годами не выветриваются...»
 
— Ваше высочество, несказанно рад лицезреть словесно непередаваемую красоту и божественное изящество в нашей несколько грубоватой и, мм… нестандартной компании. Не могу сказать, что полностью мужской.

— Эй, дядя, мы тебе девки, что ли? — взъерепенился Мелкогорох. — Пузырь, братишка, ты слышал? Он нас бабами назвал.

— Дядю переклинило, — присоединился к кроличьему гневу Маковка, при своем росте достававший Владиру до груди. — Ответь мне, дядя, как бы я в юбке ратников устрашал? Да они бы меня в дом терпимости сдали.
 
— Сгиньте, химерные! — осадил кролов Кальт, отыгрываясь на них вместо Владира: — Никакого воспитания! Не видите, что великосветские особы разговаривают?
 
— Не нужно комплиментов, — приятный грудной голос заставил на миг забыть о проблемах. — Я эти «сюси-муси» не признаю. Стоит передо мной маг, известный далеко за пределами Ракантии, и лебезит? Вы же не субтильный краснеющий кавалер на балу, который кроме зефирных соплей ни на что не способен. Пойму, если уверенно подойдете, приобнимите…

— Сестра-а… — дважды кашлянул Кальт. — Не будем никого смущать.

— Ой, ладно тебе, — с пафосом произнесла принцесса и протянула руку для поцелуя. — Хоть так… Кстати, братик о вас много рассказывал.

Владир вопросительно посмотрел на принца. Тот закатил глаза и поджал губы, превратив их в тонкую ниточку, а через мгновенье расплылся в шутовской улыбке. Не замечая его гримас, принцесса прошлась по плечам Владира оценивающим взглядом.

— Из ярких речей братца я поняла, что вы — мощнейший из ныне живущих силовых. Найдете ли в своем плотном расписании время на пару уроков?

— Всегда к вашим услугам, — Владир снова задержал взор на бедрах Килмы, и новый тычок не заставил себя ждать.

— «Жоргель» исполните? — спросил Владир, потирая бок.

— Запросто! — ответила принцесса, и над головами людей и кролов взвились разноцветные снопы фейерверков. Поднявшись на приличную высоту, они превратились в золотых коней. Кролы с упоением смотрели на устремившийся на запад табун. Скоро в этом направлении предстояло отправиться всем.

— Недурственно, ваше высочество, — похвалил принцессу Владир и хитро улыбнулся: — А «дакор-берландир»?

Килма щелкнула языком, потом еще раз… В огромных глазах с чарующей поволокой застыло беспокойство. Принцесса ткнула пальцем в Пузыря:

— Почему он не превращается? Всегда же срабатывало! Кого в свинку, кого в утку…

— Не надо в свинку! — залепетал Пузырь. — Лучше морковок наколдуйте: сочных и хрустящих, и желательно таких, чтобы не стащить у боевого товарища… — Пузырь посмотрел на Маковку с неодобрением, а на Килму с надеждой: — Сможете? А то походные брикеты совершенно безвкусные.

— Не превращаются они, — признался Владир. — Неживорожденная материя. Создавалась с расчетом на то, чтобы враги не могли свои фокусы показать, обратив ушастых в стаю уток или ворон. Ратников защищают амулеты, а на кролов в этом отношении дополнительную энергию резервировать не надо.

— Есть преимущества у «пробирочников», — подтвердил Кальт. — Никакой тебе магии обращения, никаких изменений генома. Правда, на них действуют заклятия восстановления, но минимально, а также — перемещения и огня. При военных действиях первые и вторые тактически и практически необходимы — ускорить регенерацию тканей, провести через порталы или сразу поставить куда надо, хотя и противник может оторвать их от земли и приколоть «булавкой» к небесам.
 
— А над несрабатыванием заклинаний огня мы еще подумаем, — добавил Владир. — Надо максимально обезопасить ушастую гвардию.

— Буду знать, — виновато улыбнулась Килма. — Сейчас еще что-нибудь изображу. «Пулунтук», например.

— И тогда сквозь мрамор прорежется травка? — спросил принц и посмотрел себе под ноги: — О, кусочек откололся. И где шляется наш дворцовый смотритель? Уверен, что еще спит в одном ботинке… Надо срочно позвать!

— Потом позовешь, а сейчас неплохо бы освежить территорию за оградой, — Килма показала в сторону Центральной площади. — Там же все вытоптано! Стадо коров туда-сюда гоняли?

Кальт побагровел и кивнул на кролов:

— Эти и вытоптали.

Кролы вздрогнули и испуганно переглянулись.

— Кальтик, ну чего ты к ним пристал? — фыркнула принцесса. — Сейчас решим эту ботаническую проблемку. — Килма пошевелила тонкими пальчиками, собираясь плести руны ускоренного роста травы.

— Поберегите оперативный запас, ваше высочество, — вежливо попросил Владир. — Он быстро расходуется и очень медленно восстанавливается. А подземные источники силы не всегда к нам благосклонны.

— Да? — наивно улыбнулась Принцесса, показывая безупречные зубы и милые ямочки на щеках — Сводите на экскурсию к источникам?

— Обязательно, но сначала сходим в Забугорье… — ответил Владир. — Поэтому выстраиваемся в цепочку и начинаем бодро маршировать.

— О, да вы любитель командовать, — заметила принцесса и кокетливо подмигнула: — В спальне тоже?

Не ожидая подобной прямоты, Владир густо покраснел, чем несказанно обрадовал Кальта, почувствовавшего себя отомщенным за «башнелаза».
 
Последняя фраза принцессы направила мысли Владира в смазливую даль, и чтобы замедлить их полет, ему пришлось себя ущипнуть. Смелые фантазии развеялись вместе с соблазнительным образом, когда он догадался представить жену: Яснина смотрела осуждающе, а ее красивые ножки плотно облегали фиолетовые бриджи...


***


Крепость у Бугра выглядела мрачней обычного. Черные стены дышали холодом, от которого сводило руки, бойницы смотрели пустыми глазницами, а толстые персты башен указывали в небо, словно напоминая, что его планы могут в любое время поменяться, и с трудом восстановленный мир снова разрушится. Охранное поле крепости подрагивало, озаряясь красными сполохами, через него виднелся контур самого громадного из холмов Бугра, подающего на защитную завесу сильнейший энергетический заряд. Другие холмы усиливали его, но по уровню подключения к подземному источнику были гораздо слабее.

Страж Яот, получивший сверху четкие вводные, встретил их у главных врат и без лишних вопросов проводил внутрь. С его пухлых щек исчез румянец, лицо осунулось — из-за тяжелой лихорадки, подхваченной напарником Бериллом, он работал три смены подряд: недавняя ситуация с огнедыром потребовала усилить контроль периметра.

Владир пообещал подлечить Берилла по возвращении из похода.

— Ты уж помоги, а то позеленел он совсем, — пригорюнился Яот. — Помрет ведь.

— Не хорони раньше срока, — упрекнул силовой. — Еще повоюете.

— Тебе виднее, — подул в ус страж, — как здоровье подпитывать и с природой договариваться. Не пробуди вы недра, холмы Бугра не выскочили бы прыщами на поверхность. Ну, нам пора.

Яот вел их по слабо освещенным коридорам, бесконечным переходам и крутым лестницам к выходу на противоположной стороне твердыни. На голову неприятно давили низкие потолки многочисленных залов и мертвая тишина. Наконец, показалась массивная дверь, надежно запечатавшая черный ход. Страж навалился на рычаг лебедки, крякнул и стал медленно его вращать. Противно завизжал металлический трос. Дверь поднялась, на две трети исчезнув в потолочном проеме. Выйдя наружу, Владир и его спутники оказались рядом с колыхавшимся студнем охранным полем. Оно вибрировало, позволяя к себе прикасаться, но, почувствовав даже незначительное давление, сразу отбрасывало назад.

— Без «отмычки» не обойтись, — заметил силовой. — Немного завидую ловкости, с которой вы пользуетесь этой руной.

— Работа обязывает, — буркнул страж и начертил в воздухе сложный знак.
В ткани поля появился проход.

— Не стоим! — поторопил Яот, и они последовали за пределы поля.

Не прошло и минуты, как путь преградил холм, придавив своей неповоротливой массой и ощерившись беззубым «ртом» тоннеля, прорытого для вылазок на вражескую территорию.

— Прошу в катакомбы, — пригласил страж.

— Давно не спускался в эту сырость, — признался Владир, — Но так быстрее и удобнее, чем куда-то карабкаться. К тому же, с нами дамы…

— Нет, ну опять он, — начал было Мелкогорох, но Маковка больно наступил ему на лапу.

Яот быстро провел «поисковую команду» по тоннелю, на выходе коротко пожелал удачи и вернулся в крепость.

Перед ними раскинулся плюгавый лес с полупьяными деревцами, свернутыми в узлы и спирали, а местами напоминающими слипшуюся вермишель.

— Мы что, через этот ужас потащимся? — клацнул передними резцами Пузырь. — Нельзя ли портальчик организовать?

— Привлечем внимание, — объяснил Владир. — Нехорошие ребята, называющие себя Черными Масками, заблокируют портал и через минуту будут здесь. Поэтому, идем на своих двоих.

— А если носы исколем? — Пузырь перепрыгнул поваленный ствол. — Вон сколько колючек!

— А ты на Маковку заберись, и все колючки увидишь, а может, и тропу нужную, — захихикал Мелкогорох и получил крепкий подзатыльник.

— Маковка, ты че?

Завязалась потасовка. Владиру пришлось вмешаться. Решив, что человек здесь лишний, Пузырь попытался оттащить его от боевых товарищей, но быстро получил пинка и улетел в кусты.

Силовой поднял задир за шиворот и заглянул им в глаза.
 
— Не испытывайте мое терпение, — проскрежетал он и обернулся к Пузырю: — Тебя, розовоухий, тоже касается!

Выгнув шею лебедем, борец за справедливость молча вытаскивал из хвоста колючки.
Принцесса еле сдерживала смех.

— Всегда они так?

— Привык уже… — ответил Владир, сердито посматривая на кролов. — А сейчас, прыг-прыг!


***


Пузырь был уверен, что за ним следят. Похожие на тощих ворон птицы при виде крола издавали противный клекот. Пузырь достал из кармашка на поясе рогатку и метательные шарики, прицелился и отпустил тугую резинку. Противные птицы ловко увернулись от его снарядов, разлетевшись кто куда.

— Мазила, — усмехнулась принцесса.  — Смотри, как надо.

Через секунду о землю ударилась безжизненная тушка. Пузырь поднял «дичь», с пристрастием рассмотрел и протянул Владиру:
 
— Полюбуйся — глаза искусственные! Шпионка! Но почему холодная, словно неделю в погребе валялась?

— Не ори, — поморщился Владир. — За нами действительно наблюдают. Когда мы вышли из тоннеля, они уже на своих постах «оптику» настраивали, а инеем птичка покрыта, потому что принцесса произнесла лишние слова.

— Переморозила! — хмыкнул Пузырь, с усердием ковыряя птичий глаз.
 
— Ваше высочество, — вздохнул Владир. — Вы обезвредили врага, превратив его в полуфабрикат. Если так и дальше пойдет, то мое присутствие здесь не понадобится.
На щеках принцессы выступил румянец.

— А что, если принцесса — на самом деле — Снежная Королева, как в той сказке? — полушепотом произнес Пузырь, но все равно был услышан.
 
— Немилый зайчик, до титула королевы, да еще такой ледышки, меня пока не повышали, — прошипела Килма. — Но я обязательно придумаю, как и тебя заморозить.
— Больше не зли тетю, — посоветовал Владир. — И птичку с собой захвати — на досуге посмотрим, как она устроена.

Икнув, Пузырь перестал терзать чужой трофей и спрятал его в рюкзак.

Пернатые шпионы больше не появлялись — возможно, отчитались, кому следует. Зато принцесса подвернула ногу, и Владир долго нес ее на руках. Килма охала, стараясь сильнее к нему прижаться. Потом попросилась в ближайшие кустики и… пропала.


***


Ее окружила гнетущая пустота, и только под ногами лежали листья, занесенные сюда неизвестным ветром: сжавшиеся, почерневшие – еще немного, и станут пеплом.

— Владир! — позвала принцесса. — Где ты? Помоги!

— Его здесь нет, — кто-то коренастый, завернутый в серую мешковатую ткань, внезапно заполнил собой пустоту. Килма присмотрелась. Неизвестный был лысым, желтоглазым, безухим и безносым, но с широким ртом и пухлыми синими губами. Почувствовала дрожь в коленях, Килма ощутила себя ребенком, которому вдруг захотелось спрятаться за большого и сильного отца.

— Не бойся, — спокойно, немного шепелявя, произнес желтоглазый. — Я — Эхо этого леса. Когда-то он был могуч, свеж и красив, а теперь утратил листву и здоровье, и вокруг уже не поют птицы и не снуют звери.

— Что же случилось? — постаралась не молчать принцесса.

— Люди снова делили власть! — раздраженно крикнул безухий. — Не пустое слово для особы, решившей найти на одно место приключений?

— Не люблю застоя, — немного пришла в себя Килма. — Забугорье открывает новые возможности...

— Только ли? — недоверчиво спросил желтоглазый. — Или капризную особу потянуло к симпатичному магу? Настолько сильно, что она проела отцу всю плешь.

— Он не отпустил бы меня просто так....

— Короли делятся ресурсом с силовыми, а те успешно его приумножают? — Эхо задрожал. Возможно, он так смеялся. — Представляешь, как бы выросла ваша мощь? Объект твоего интереса обладает почти безграничным потенциалом: не каждый заставит землю поделится силой с алчными людишками.

— Он несвободен, — в глазах Килмы застыло сожаление.

— Когда этот пустяк мешал королям? — снова задрожал желтоглазый.

— Да что вам нужно?! — не выдержала Килма.

— Скоро ваши с Владиром дорожки сплетутся еще плотнее, и я попрошу об услуге…

— Дорожки? — хмыкнула Килма. — Услуга? В обмен на что?

— Хотя бы на то, что не оставляю у себя навечно… — ответил желтоглазый, и вокруг него завихрились остатки листвы. — И, в подтверждение добрых намерений, пропускаю сюда его…

Кто-то сильный обхватил ее за плечи и резко потянул назад. На миг она выпала из реальности, а когда очнулась, увидела забавно открывавшего рот Владира. «Что он говорит? — подумала принцесса, в уши которой словно натолкали ваты. — Такой взволнованный, мужественный, надежный…»

Слух вернулся внезапно. Вместе с громким верещанием Пузыря.

— По щекам ее, по щекам, — прыгал вокруг Владира крол. — Быстрее очухается.

— Уйди от греха! — рявкнул Владир, но при виде открывшей глаза принцессы смягчился. — Как себя чувствуете, ваше высочество?

— Я где-то была… Все, как во сне… — Килма огляделась. — Шляпу потеряла и плащ порвала…

— Вы провалились в аномальный колодец, — Владир держал руку принцессы и считал удары пульса (Килме захотелось подольше продлить это мгновение). — Духи леса создают их для себя. Отдыхают от забот. Попавшие в колодец, могут галлюцинировать, сойти с ума, пробыть там неопределенное время или вовсе не вернуться. Удача, что я вовремя заметил неестественное колебание пространства.

— Поскорей бы забыть этот ужас, — Килма протянула Владиру руку, и он помог ей встать.

— Вас точно ничего не беспокоит? — спросил Владир, продолжая проявлять заботу. — Можем сделать привал.

Но беспокоившие Килму мысли не относилось к физической боли или усталости. Она снова и снова прокручивала в голове слова Эхо. Наконец, принцесса отогнала странные мысли и снисходительно посмотрела на кролов:

— Чего уставились? Шустрее перебирайте лапками!

— Смотрите, леди пришла в себя, — бросил товарищам Пузырь и побежал вперед.


***


Когда лес закончился, они вышли на проселочную дорогу. Над обочиной торчал покосившийся ржавый указатель с надписью: «Захватово. Численность населения: 200 душ».
 
Осведомители успели доложить Владиру, что в здешнем поселении находится таверна «Ключ», в которую часто захаживает тот, кто может ему помочь. Но доложили как-то неуверенно, и после не вышли на связь…

«Что ж, проверю, — подумал Владир. — Только мой давний знакомый знает, где тайник».

Таверна была огромной двухэтажной избой, получив название в память о должности владельца, служившего ключником у одного из баронов. На первом этаже находились бар и просторный обеденный зал, на втором жили хозяева.

— Избе только курьих ножек не хватает, — съязвил Мелкогорох, уверенно дернув дверную ручку. Едва переступив порог, он встретился с летящей навстречу кастрюлей, запущенной из кухни в черноглазого паренька в натянутой поверх рубахи жилетке. Юркий паренек вовремя пригнулся, а Мелкогорох поймал кастрюлю и остатки щей на свой любопытный нос. Раздался гогот Маковки, но брошенная следом за кастрюлей тряпка, как лассо, обмотала его бесконечные уши. В этот раз от хохота взорвалась вся таверна.
 
— Чтобы я тебя здесь больше не видела! — из кухни появилась розовощекая метательница кастрюль и тряпок. — Руки он протягивает! Тетку свою щупай!

— Твои прелести мне никто не заменит! — замер у выхода паренек.

— Нахал, я замужняя дама! — орала метательница. — Ключ тебя пристрелит, как собаку.

— Если только из пальца! — выпалил паренек, исчезая из таверны.

Со второго этажа наконец спустился Ключ — пузатый, с одутловатой физиономией и сучковатой дубиной в руке. Тяжело дыша, он виновато посмотрел на жену:

— Потом догоню…

— Всегда ты так, — махнула рукой женщина, поднимая кастрюлю.

— Я и забыла, что в Забугорье запрещено огнестрельное оружие, — тихо сказала принцесса.

— Оно есть, но не работает, — улыбнулся Владир. — Пусть здесь к нам временно лояльны или делают вид, но у многих тяжелый осадок от недавнего поражения. Поэтому нельзя им «огнестрел»: лишние мысли в головах появятся. Оно и у нас единично из-за слишком дорогого производства. К тому же, магические «выстрелы» эффективнее.

— Пора задуматься об удешевлении технологии: не все же раскаленные шары бросают, да и заряд охранных амулетов краткосрочен, — с серьезным видом произнесла Килма. — Вот и машем мечами да саблями.

— У пяти королей другие приоритеты расходования бюджетных средств, и, хотя я не финансист… — начал Владир, но его прервала жена Ключа.

— Ой, извините! — сказала она. — Лезут тут всякие. Покоя не дают. Да вы не стойте на пороге, в качестве компенсации мы готовы предложить вашим спутникам свежую морковь.

— Где морковь? — завертел головой Мелкогорох.

— Следуйте прямо! — повариха забрала у Маковки тряпку. Не обращая внимания на едкие смешки, он гордо поставил уши и подтолкнул боевых товарищей к свободному столу.

Повариха повернулась в Владиру и Килме:

— Рекомендую попробовать мясо на кости, приправленное лежмантом. После него чудные сны снятся.

— От приправ откажемся, — вежливо сказал Владир, — а мясо с удовольствием попробуем. Поддерживаете? — Он посмотрел на принцессу.

— Полностью, — ответила она, — В моем желудке на всю таверну урчит. Кстати, вы так внимательно вглядываетесь в лица… Ищете кого-то конкретного? Хотя вокруг — работники-клумы, и все на один профиль.
 
— Не тычьте в них пальцем, ваше высочество, — посоветовал Владир, — мы и так слишком громко вошли. Не забывайте, что у каждого клума, кроме ящичка с инструментами, меч на поясе, и они умеют им пользоваться. А много их в связи с активным строительством теремов: бароны все время расширяются.

— Главное, чтобы снова до границы не дошли, — обеспокоенно сказала Килма. — Ну так что, продолжите присматриваться или пообедаем наконец?

— Присматриваться прекращаю, — Владир показал вправо. — Вон он. — В дальнем углу таверны, прямо на столешнице, дремал некто в бордовом камзоле.

— Зачем вам этот замученный жизнью мужичок? — удивилась Килма.
 
— Его Туюпуччей кличут, — ответил Владир, вспомнив, как «мужичок» трое суток не давал ему подступиться к форту, в котором засел вместе с лихой компанией, забравшей жизни многих ратников. Когда форт пал, Туюпуччу от гнева Владира спасло только одно — предложение вылечить от морной лихори Яснину, испившую водицы из завороженного ручья. Обычно лечение длилось годами, но продемонстрированный Туюпуччей правь-артефакт избавлял от тяжелой болезни всего за час, после чего полностью разряжался. Алое свечение правь-артефакта в руках Туюпуччи говорило о полном заряде и отсутствии обмана, а «бонусом» прилагалась схема дислокации вражеских войск. Скрипя зубами, Владир выправил Туюпучче статус военнопленного, а позже его обменяли на близкого королю графа…
 
— По-моему, он не только вам интересен, — Килма показала на типчиков, присевших рядом с Туюпуччей и без стеснения шаривших в его карманах. Обкрадываемый продолжал сонно причмокивать.

— Свинство какое! — возмутилась Килма.

— Сейчас решим, — Владир направился к ворам, но вдруг споткнулся о чью-то ногу.

— Следи за ходулями! — раздалось вслед силовому.

Владир повернул голову — источником голоса был детина с пудовыми кулаками.

— Давно меня не роняли, — выдохнул Владир.
 
Ограбившие Туюпуччу завертелись волчками, взлетев к потолку.

— Опусти их! — крикнул детина. — Не то опять на пол свалю!

Быстро сократив расстояние между собой и детиной, Владир влепил наглецу смачную затрещину. Голова детины дернулась, его повернуло вокруг себя, и после добавки ногой в зад свалило туда, куда он только что грозился отправить силового.
Принцесса не отрывала от Владира восхищенного взора.
 
Второй раунд общепитовской схватки начался с нападения двух кряжистых мужиков, попытавшихся заломить Владиру руки и выкинуть из таверны.

Болевшие за Владира кролы, предложили ему свою помощь. Презрительно на них посмотрев, Владир освободился от захвата. Один из любителей заломов получил ногой в колено, в котором что-то треснуло, другой — головой в переносицу, хрустнувшую громче колена. Получивший в нос сразу утих, в отличие от охромевшего. 

— Сюда иди! — орал он, принимая оборонительную стойку.
 
На шум прибежал хозяин таверны — злой, красный, не смирившийся с неудачным деньком.

— Успокойтесь, иначе все здесь разнесете! — потребовал он, смахивая с кончика носа пот. — Все можно решить миром.

— Конечно, — заверил его Владир, попутно отправляя хромого в нокаут.

— Загляденье, — сказал Пузырь Маковке. — Даже билеты покупать не надо.

— Ты вчера спрашивал меня о драке? — посмотрел на Пузыря силовой — недобро и не отрываясь.

Пузырь отвернулся, опасаясь, что в нем прожгут дыру.
 
— Пожалуйста! — неожиданно поклонился Владир. — И почти без магии!

— Не забудьте о тех, под потолком, — напомнила Килма. — Две дополнительные «люстры» там ни к чему.

Воришки тут же оказались на полу. Еле поднявшись, они поковыляли к выходу. Бросив несколько угроз на прощание, за ними исчезла их побитая группа поддержки.
Когда в таверне все улеглось, кролы получили долгожданные морковки, а Владир и принцесса — обещанное мясо.

— Пока мы жуем, разбудите Туюпуччу, — предложила Килма. Она уже воткнула вилку в свой сочный кусок бекона. — Его сну и воры, и шум драки нипочем.
 
Глотая слюну, Владир отставил от себя тарелку и отправился тормошить Туюпуччу. Открыв глаза, мужичок внезапно подскочил и попытался дать деру. Владир силой вернул его на место. Туюпучча сразу обмяк:

— Ну, здорово; — маг прибугорный.


***


В тереме барона Крылотрака гремели барабаны. Музыканты все ускоряли ритм, а раскрасневшиеся танцовщицы исполняли двадцатый по счету танец. Девушки изрядно утомились, но отпускать их хозяин терема не желал, хотя танцами доволен не был. «Пусть дрыгаются, — думал барон. — Скоро выдохнутся и помрут, а я скормлю их ленивые тела псам». Он сидел на высоком кресле-троне, обитом черным бархатом, опустив босые ноги с давно нестриженными ногтями на потрепанную медвежью шкуру, обмахиваясь отнятым у слуги опахалом и постоянно брюзжа.

— Чур, скажи, когда их теперь ждать? — вопрос был адресован тощему помощнику, большеголовому и непричесанному, державшему в подрагивающих руках блокнот для записей и автоматическое перо. — Видели их сегодня в лесу, потом к таверне «Ключ» направились. И даже не прячутся! С ними Владир притащился! Что маг его уровня забыл в нашем захолустье? Между прочим, эту информацию мне мои более расторопные шпионы принесли. Не то, что ты — пакля! Только щи даром хлебаешь!

— Даже представить не мог, что к нам кто-то заявится… — скосил под глупого Чур и что-то записал в блокнот. — Неужели «мирным и справедливым» победителям не дают покоя гадкие и злые побежденные? Чего искать-то или кого?

— Не знаю! — рассвирепел Крылотрак, ударив кулаком по подлокотнику. — Но чую, что сначала они отыщут Туюпуччу, шею бы ему свернуть!

— О-о, — вытянул прыщавую физиономию Чур. — Чудак, знающий о разных тайниках? Давно бы его устранить, но вы приказали не трогать: вдруг вспомнит что-то интересное о заначках других баронов.

— Да уж, понаделал он в свое время копий карт с кладами, — Крылотрак чихнул и высморкался в сторону танцовщиц. Они брезгливо поморщились, но танец не остановили: крутой нрав барона остановок не прощал. — Пытал я его, но он не раскололся… Представляешь? Я ему вот такие иглы под ногти вгонял, а он только дергался, но молчал — старая, понимаешь, закалка. Хотя по виду не скажешь — сморчок сморчком.
 
— Не волнуйтесь, крелак, целыми они от нас не уйдут, — заверил хозяина Чур. — Имущество баронства Куан останется в целости и сохранности и будет прирастать, как ваш терем прирастает этажами.

— Ага, уверенный он такой, — зло обронил Крыло. — А я вот нет!

— Может, пока не поздно, Черных Масок к ним направить? — спросил Чур.

— Направляй, — разрешил Крылотрак. — Но сначала пускай почву прощупают. По сопатке-то они мастера дать, но здесь думать надо. И пусть не подставляются лишний раз: с Владиром эти пришли… любители морковок. Видишь, что они сделали? — Барон отстегнул протез кисти и показал розовую культю. — А знаешь, сколько моих людей они без голов оставили?

— Я дам необходимые распоряжения, — Чур поклонился барону и быстро удалился.
Через некоторое время с крыши терема спрыгнули высокие черные фигуры. Приземлившись так, словно законы тяготения забыли об их существовании, они встали в круг, позвали еще нескольких, подпирающих высоченный забор, прокричали слова на каркающем языке и открыли портал в сторону таверны.



***


— Ну, с чем пожаловал к бывшему врагу? — Туюпучча задумчиво смотрел в пивную кружку. Владир заказал себе и ему черного «Тирленского», после которого мысли бежали быстрее скороходов, позволяя вести пространные беседы. — Долго здесь твои осведомители рыскали, чуть ли не в рот заглядывали…

— Выдохни, — Владир поймал себя на мысли, что не может разглядеть в глазах старого пройдохи азартных огоньков. — Война закончена.

— Кое у кого она все еще здесь, — Туюпучча постучал себе по лбу и в два глотка осушил кружку.
 
— Это их проблема, — отрезал Владир, краем глаза наблюдая за кролами. «Зайки» заняли соседний стол, самозабвенно обгрызая морковки. Рядом с ними, не смущаясь ушастой компании, уплетала шашлык принцесса, запивая его красным вином.

— Чья проблема? — спросил Туюпучча с деланным удивлением. — Крылотрака и Чесночиллы? Да, они днем и ночью о реванше думают. Остальные же тихо по отстроенным теремам сидят, в усы ворчат и земельку пашут. Видел, сколько здесь клумов?

Владир наклонился к Туюпучче:

— Армия, не меньше. Вот и хочу спросить, какие семена сажают остальные? Крылотрак-то всем известен, как не смирившийся с поражением, но сторонников у него пока маловато, чтобы открыто оружием бряцать, а Чесночилла до сих пор жаждет заполучить Золотые пруды, как будто их целебная вода добавит ему здоровья или освежит дыхание. Добрее надо быть, вдруг полегчает?

— Может, и полегчает, но того, что внутри засело, иногда и каленым железом не вытравить. — лицо Туюпуччи на миг окаменело. — Хотя, если честно, тот же Крылотрак окружил себя откровенным сбродом… Бродягами немытыми. Шепчут они что-то, как умалишенные, потом у одних — понос, а у других — падеж скота.

— А только ли бродяги Крылотраку служат?
 
— Знаю, куда клонишь… — Туюпучча показал желтые зубы. — К Черным Маскам. Хитрые они: понимают ваши запреты, и потому магию применяют незаметно, с выгодой для себя. Правда, владеют ей через одного. Но кому от этого легче? Да… И до сих пор «Кодекс не проявления лиц» соблюдают. Раскрыть личность дозволялось только лорду, которому присягаешь на верность.
 
С другой стороны, если платят немалые деньги, то и спросить захотят с конкретного лица, а не с намордника… Но лорды пали, прежние обязательства потеряли силу, а они все осторожничают. Кого остерегаются? Лорда Плачки, который, поди, сгинул уже?

— Хорошо, если бы сгинул, — заметил Владир, воткнув в мясо вилку. Стейк был мягким, хорошо прожаренным и заставлял истекать слюной. — Хотя достоверной информации о его гибели нет.

— Так вот… Маски…, — Туюпучча, сделав вид, что не расслышал последних слов Владира. — В плотную кучу сбились. Крылотраку скоро плюнуть некуда будет. Знающие поговаривают, что картотеки остались — страховка лордов на случай проявления нелояльности. Выходит, не весь компромат сгорел, когда дым коромыслом стоял. Раскопают и родне Масок отомстят: они же и здесь, в Забугорье, зверствовали… Моим братьям тоже прилетело… Не все же тогда спешили под лордов лечь — у многих дела были, успешные, планы на долгую жизнь… По мне, так зря вы амнистировали этих наемников, пусть и добровольно сложивших оружие. Я бы точно их не простил, а на месте Крылотрака, сгори он в бездне, смотрел бы в оба: сегодня они с ним, а завтра — перережут глотку и уйдут к тому, у кого мошна туже.

— По поводу амнистии — поддерживаю, — потемнел Владир. — Излишне либеральничаем.

— Во-во! — кивнул Туюпучча. — А потом смерть новый урожай собирает.

— Беспокоят они меня, — признался Владир, постукивая пальцем па столу. — Могут взбрыкнуть. К тому же, они активнее всех помогали вести к трону Альфа-Короля.

  Упоминание о несостоявшемся покорителе пяти королевств не оставило Туюпуччу равнодушным.

— Всеобщая интеграция извращает исконную специализацию и уничтожает творческие свободы? — прищурил он левый глаз. — Подчиняет все ресурсы единственной цели?

— Не начинай! — не смог сдержаться силовой. — Да, мы понимали, что вместо забавных кроликов Ракантия начнет создавать кошмарных монстров, не способных на поэтические экзерсисы, Кушлан выведет не высокоурожайные культуры, до отвала кормящие народ, а растения, разрушающие побегами-щупальцами неприступные стены, что Аргентия выплавит металл не для прогулочных яхт и карет, а для грозных осадных орудий и броненосцев, которые талантливые конструкторы Нуртольдии модернизировали бы для полного истребления непокорных. Даже художники из Артии днями напролет рисовали бы агитационные плакаты, а не картины, доступно объясняющие, как покорить Соединенный континент...

— …который ожирел от демократических свобод, — вклинился Туюпучча. — Удача, что все ваши короли обладали магией. Приумножив ее силу через тебе подобных, они создали преграду новому порядку. Но гены — штука коварная, и иногда наследники королевской крови появляются на свет пустыми, обрекая королевства на слабость.
 
— Хватит, — замахал руками Владир: — Раз уж ты упомянул «пустых», то и причине моего визита не удивишься.

Сделал большой глоток, Туюпучча вытер с усов пену и полушепотом спросил:

— Фляга понадобилась?

Владир молча кивнул.

— Да кто ж теперь вспомнит, где она? — пожал плечами Туюпучча. — Была бы карта, но ее сперли. Ай, нет, пропил я ее… Еще в прошлом году. А с кем пил — провал… Память подводит: отбили седую голову. Ты сам по ней и бил…

— Зубы мне не заговаривай! — сверкнул глазами Владир. — А то освежу воспоминания! «Зондом»!

Туюпучча переменился в лице:

— Решил мне мозг поджарить?

— Не сразу, — хищно улыбнулся Владир. — Сначала извлеку оттуда нужную информацию. Я абсолютно уверен, что ты карту наизусть выучил: слишком велика ценность спрятанного.

— А еще нас злодеями называют… — осклабился Туюпучча.

— Злодей злодею рознь, — отметил Владир. — Повторить вопрос?

— Не надо, — Туюпучча пересел со своего места к Владиру и начал шептать: — В двух лигах отсюда есть Брезентовый холм, за которым — река Варуна. Между одним из ее берегов и холмом находится схрон. Его барон Точилка делал. Можно там поискать.
 
Владир похлопал собеседника по спине:

— Другой разговор.

Едва не свалившись с лавки, Туюпучча недобро уставился на силового, но тот был непреклонен: — Собирайся, с нами пойдешь, — Владир встал и направился к трапезничающим кролам. Пока он шел, вспомнил, что прикоснулся к мясу только вилкой...

— Ты чего это? — спросил Пузырь у нависшего над столом силового.

— Обед закончен, серые! — бросил Владир и посмотрел на принцессу, изучающую толстенное меню: — Ваше высочество, возможно вы и планировали продолжить знакомство с местной кухней, но, к великому сожалению, дело не ждет.
Кролы загалдели, рассовывая по карманам морковки, а принцесса скорчила недовольную мину.

Несмотря на некоторые опасения Владира, по пути к схрону Точилки их никто не преследовал. Но настроение все равно не улучшалось. От Туюпуччи можно было ожидать чего угодно, а от окружающей их местности, кроме угнетающих темно-серых тонов, — ничего. Куда ни посмотри — грязная, разбитая дорога, пожухшие деревья и небо, затянутое свинцовыми тучами, переходящими ближе к горизонту в сплошную черноту.
 
— Даже холм Брезентовым назвали, — скривился Владир, когда они подошли к естественной возвышенности, напоминавшей по цвету одноименную ткань.
 
— Ага, — поддержала принцесса. — Ни травинки, ни цветочка, только звери, но свои.

Пузырь скрежетнул зубами, но от комментариев воздержался.

— В этот раз придется карабкаться, — расстроилась Килма. — В отличие от наших холмов, под этим точно не прорыли тоннель.

Они начали подъем — медленный, с постоянным ворчанием принцессы и сопением кролов. Спуск прошел немного проще, но принцесса хваталась за Владира перед каждой подозрительной кочкой, а Пузырь утомил всех нескладными рифмами о реке, вившейся внизу живой синей лентой.

Когда они ступили на горизонтальную плоскость, кролы побежали к воде и окунули в нее свои мордочки. Принцесса тоже умылась и надулась.

— Дальше не пойду! — заявила она, сдув со лба прилипший локон. — Владир, я видела, как вы давили на Туюпуччу, как потом торопили нас… Может, расскажете, что мы здесь забыли?

— Немного терпения, ваше высочество, и тайны приподнимут свои вуали, — ответил Владир и поманил к себе Туюпуччу: — Пришло время оглядеться и соотнести то, что ты видишь, с тем, что осело в твоей голове.

— Это не проблема, — заверил Туюпучча, — но сначала мы встретим гостей. Они уже на противоположном берегу…
 
— Ты почувствовал наведение портала? — с подозрением спросил Владир.

— Мне до войны накололи сигнальную руну, чтобы заранее чуять переходы, — объяснил Туюпучча. — Рука нестерпимо горит.
 
— Ты полон сюрпризов, — изобразил удивление Владир. — Как и наши «гости», удачно перепутавшие берега.


***

Пузырь суетливо бегал по песку, оставляя в нем длинные следы.
 
— От другого берега отчалили три лодки, — доложил он после настройки внутреннего «перископа». — Вижу пятнадцать фигур в масках с желтым треугольником на месте рта. Оружие скрыто под плащами.
 
— Черные Маски, — просветил всех Тюупучча. — От самой таверны нас вели...

— Не нагнетай, — одернул его Владир. — Еще не разучился меч держать?

— Эта наука — до гробовой доски, — ответил Туюпучча, похлопав по ножнам.

— Зачем лодки владеющим магией? — спросил Пузырь. — Сразу бы открыли здесь второй портал.

— Допустимая временная разница между моментами создания порталов на местности
в радиусе лиги — час, — вздохнул Владир. — Пространству тоже необходимо восстанавливаться.

— А мне что делать? — спросила Килма. — Быть статисткой, за которую все решают благородные рыцари.

— От вашего высочества потребуются заградительные проекции, из-за которых я буду аккуратно наносить удары.

— Спрячетесь за спину женщины? — ахнула Килма. — Не думала, что вы на такое способны.

— Вы же сами просили магической практики или я чего-то не уловил? — приподнял бровь Владир.

— Ах, вы в этом смысле? — захлопала ресницами принцесса. — А я уж подумала, что где-то впереди замаячила перспектива расстаться с жизнью.

Когда Черные Маски причалили к берегу, «ушастых» словно подменили.

— Сомкнуть строй! — скомандовал Маковка железным голосом.

Кролы вытянулись в струну, образовав плотную шеренгу. Маковка — в центре, слева — Мелкогорох, справа — Пузырь. Сейчас он мог доставить боль и без проигранного Дрындику шлема. Глаза химер потемнели, усы заострились, зазвенев металлом; в лапах, надувшихся стальными мышцами, блеснули опасными бритвами мечи. Кролы превратились в пружины, готовые мгновенно расправиться, настигнуть врага и беспощадно рвать его плоть…

Черные Маски не отличались шириной плеч и объемом бицепсов, зато славились гибкостью и выносливостью, безупречным владением холодным оружием и знанием болезненных магических приемов.

Одна группа Масок вытащила сабли и направились к людям, другая — набросилась на кролов. «Всего четверо, — подумал, Владир. — Зря… Как будто о войне забыли… Наверняка и про магию забудут: захотят поиграться… Хотя, в плане магических способностей могут оказаться из тех, кого Туюпучча называл: «через одного…». В противном случае, я подвесил бы пушистых над бережком и поскорее бежал к нам…»

Издав звук, способный порвать барабанные перепонки, кролы встретили первого Маску, насадив его на мечи, как сочное мясо на вертел — четко, слаженно, отработанными до автоматизма движениями. Теперь силы уравнялись: трое на трое. Сбросив на песок обмякшее тело, уже совсем не забавные гвардейцы принца перешли в контратаку. Скорость псевдо-зверей, обманчиво напоминавших домашнюю живность, заставила Масок вспотеть.
 
Мелкогорох увлекся фехтованием, едва не оставшись безухим. Исправляя ситуацию, он увернулся от очередного удара и на выпаде рассек противнику живот. Оттуда вывались внутренности, неприятнее которых пахла только фрейлина Фараксия.

Маковка столкнулся с не менее быстрым, чем сам, Маской, способным нашинковать его, как капусту. Просчитав движения противника, высокий крол пригнулся, уйдя от обманных финтов, подпрыгнул и оседлал Маску. Далее последовал удар «усами», «спицы» которых пробили плотный материал маски. Брызнувшая по сторонам кровь попала в глаза Маковке. Соскочив с агонизирующего Маски, крол не заметил неожиданного прохода в лапы… Для мгновенно лишившегося конечности Маковки здесь все бы и закончилось, не подоспей Пузырь. Боевой товарищ с хрустом вонзил лезвие в хребет врага — между третьим и четвертым позвонками — хирургически точно и глубоко. Только лапы «хирурга» никогда не дрожали, а «скальпель» был значительно больше. Пока Маски корчились в судорогах, Пузырь еще некоторое время размахивал мечом, но пугал им только ветер. Успокоившись, он прижал к себе Маковку и потянулся за спас-комплектом.

— Держись, братишка! — подбодрил Пузырь. — Сейчас я тебя перебинтую, а прыгалку твою нарастят уже дома… — остановив Маковке кровь, он добавил: — Забудь о морковках, которые ты у меня стащил.

Маковка вздрогнул и потерял сознание.

Позади кролов завязалась другая схватка. В ней Масок первым встретил Туюпучча. Видимо, решил поквитаться за братьев. Он неплохо владел мечом и даже смог ранить одного врага, но уровень подготовки противника не оставил ему шансов на благоприятный исход боя. Переоценив силы, Туюпучча пропустил колющий удар и упал, хрипя и держась за окровавленный бок.

Увидев поражение Туюпуччи, Владир решил не давать Маскам фехтовальной форы, и сразу произнес заклинание окаменения. Но оно не сработало. Минуту назад сил было хоть отбавляй, а сейчас ему не давали материализовать мысль, нагло воруя энергию. Он чувствовал — кто-то притащил «клопа»! Тот самый «сюрприз», когда до восстановления магического потенциала придется изрядно постараться. Помахать мечом! Словно прочитав его мысли, Килма достала из ножен ранее упомянутый Кальтом «колюще-режущий предмет» и бесстрашно набросилась на Масок. «Повела хоровод с отрядом? — поразился Владир и скользнул взглядом по своему мечу. — Мое уважение обучавшим принцессу мастерам сечи, но без помощи друга дамочке конец…»
 
Несмотря на весь опыт не магических боев, ему тоже пустили кровь: сабли Масок оставили на теле множественные порезы, чудом не задев артерии. Благо, что он сумел закрыть собой принцессу, ни в какую не желавшую выходить из боя. Не подоспей Пузырь с Мелкогорохом, ему пришлось бы совсем туго. Вместе они оттеснили умелых и крайне опасных наемников от еле дышащего Туюпуччи и потерявшей клинок Килмы.

Маски надежно прикрывали коллегу, напоминавшего замороженную рыбу. «Похоже, держатель ”клопа” — у них! — обрадовался Владир. — Донор, возможно за долги согласившийся разместить на себе магическую заразу. Что ж… Будем давить!» Устранив вместе с кролами охрану донора, он смог дотянуться до виновника энергетической потери. Пронзив его, Владир срезал с шеи Маски артефакт, действительно напоминавший противное насекомое, и растоптал. Будь на месте силового кто-то из «пустых», сгорел бы дотла.
   
Сил сразу прибавилось. Для разогрева он попробовал «ветерок», и Масок отбросило далеко назад. Но бездействовали они недолго: снова вскочили на ноги и стряхнули с себя песок, после чего невидимая сила подкинула Пузыря с Мелкогорохом высоко над берегом и ударила о речные воды, а Владир снова почувствовал дистанционное воздействие — удары невидимых колоколов. «”Оглушающий звон”…» — определил силовой. — Значит, буду искать и обезвреживать звонаря…а любителем жонглировать кролами займусь позже».
 
Владир нащупал в скрытом для обычных глаз пространстве нити, привязанные к языкам колоколов, сделал короткий вдох и «разрезал» их вместе с горлом наводчика заклинания. Звон в голове прекратился, но под лопатку сразу же вонзился раскаленный «штырь». Сознание поплыло в раззявившую голодную пасть тьму, и сейчас он бы точно не отбился, но неожиданно помогла Килма, вовремя выставив заградительную проекцию. Владир получил передышку — короткую, но достаточную, чтобы изгнать посторонний шепот и залатать энергетический экран. Тем временем преграда Килмы заискрила и дала трещину. Двое Масок разорвали наспех сотканную защиту, обступили принцессу, повалили и начали остервенело пинать… Видя, что Килма в большой беде, Владир задействовал половину резерва и применил «скрут».

Обидчиков Килмы перекрутило, как белье после отжима, и разорвало на части. Пока силовой помогал принцессе подняться, его щеку порезало ледяными крошками «крио-наждака»: квартет уцелевших и все еще злых Масок никак не желал сдаваться. От саднящей боли Владир на секунду утратил контроль, но вернувшись в реальность, от души приложил врагов «оглоблями». Маски наконец отпрянули, тяжело дыша и держась за отбитые и изрезанные места. Снова атаковать они не решались. Воспользовавшись ситуацией, Владир легонько подул в сторону наемников Крылотрака, и их прочно спеленали возникшие из ниоткуда коконы. Почувствовав, что особых сил все меньше и меньше, он нашел внутри себя еще одну искру, чтобы вытащить кролов из воды. Насквозь промокшие, они сидели, прижавшись друг к другу, и молчали. Такие моменты можно было пересчитать по пальцам одной руки.

— А чего вы сразу не нарядили этих… в смирительные рубашки? — возмущенно спросила принцесса. Скривившись от боли, она осторожно растирала опухшие скулы, а закончив, выплюнула перемешанный с кровью песок.

— Леди потеряла и лоск, и манеры… — наконец заговорил Пузырь.
Владир показал ему кулак.

— Мы, братишка, тоже перестали быть плюшевыми игрушками, — заметил Мелкогорох, прыгая на одной лапе в попытках вытряхнуть из уха остатки воды.

— «Пеленание» — для ослабленного и почти побежденного врага, — объяснил Килме силовой. — Чтобы не дергался. Да и когда бы еще вы поучаствовали в реальном бою?
Килма метнула из глаз молнии, но быстро успокоилась.
 
Израненный Туюпучча подозвал Владира.
 
— Тута оно, между берегом и холмом… — шепнул он, показав куда-то вперед. Затем уцепил силового за шею и выдав: «Плачка в Королевстве-За-Тенью…», — упал замертво.

Владир закрыл Туюпучче глаза и подумал: «Не зря пришли. Вот только флягу, даже при такой неточной наводке, достать проще, чем беглого лорда из места, которое мне только что назвали».

— Бойцы, — обратился силовой к Пузырю и Мелкогороху. — Вижу, что вы не совсем в форме, но, с учетом обстоятельств, от вас требуется активировать обостренное обоняние.

Потрепанные и непросохшие кролы дружно подергали себя за усы. Покраснев, те изменили структуру, став в этот раз не колющим оружием, а приборами, настроенными на сигнатуры магических артефактов.

— Мы готовы вынюхать! — отчитались кролы и приступили к поискам.

Ушастый дуэт забавно нюхал песок, зарываясь в него по самый хвост, чихал, плевался, сквернословил и подначивал друг друга.

«Тута оно» обнаружилось не на берегу, а у подножия холма. Пузырь едва не пробил лоб о что-то твердое и присыпанное землей. Разбросав ее, он увидел люк с приваренным посередине кольцом и выпуклыми начертаниями. Пузырь взялся за кольцо, но не смог приподнять крышку.

— Как всегда он впереди! — хмыкнул Мелкогорох. — А выхлоп-то — нулевой, и спасибо, что не пахнет…

— Вредина! — разозлился Пузырь. — Помог бы лучше!


***


Владир закрыл глаза и представил огромный ковш. Песок стал быстро проседать, освобождая пространство нужной глубины. Владир опустил тело Туюпуччи в яму.
— Прощай, бродяга, — сказал силовой. — Помню, на чьей стороне ты был, и не забуду, чью сторону принял перед смертью. — Он засыпал могилу, сделав холмик, в который воткнул меч знатока тайников.

— Он оказался смелым, — сказала принцесса. — Честно, не ожидала.

Владир посмотрел на изрядно потрепанную Килму. Смыв с лица кровь, она завязала волосы в непрезентабельный пучок; ее плащ превратился в грязную тряпку, рукав был оторван вместе с рукавом сорочки, а бриджи сменили цвет с фиолетового на черный. Рюкзак тоже следовало поискать. Но даже в затрапезном виде принцесса не потеряла своего очарования. Владир помотал головой, прогоняя надоедливое воображение.
 
Возле ног Килмы подергивал перебинтованным обрубком лапы Маковка. «И рад бы его восстановить, но культя — это не сгоревшие уши Пузыря…» — сочувствующе подумал Владир, присев и коснувшсь горячего носа Маковки. — Боец, нам нужно отойти. Один здесь справишься?

Крол с трудом кивнул. Владир поднес ко лбу сложенную козырьком ладонь:

— Далеко забрались зайчики. Ваше высочество, со мной пойдете?

— Конечно, — принцесса торопливо заправила сорочку.

Подойдя к взмыленным поисковикам, они некоторое время наблюдали за их бесполезными действиями.

— Вашим лапками с люком не совладать, — покачала головой принцесса и быстро зашевелила губами.

Люк задрожал, приподнялся крышкой кипящего чайника и треснул, развалившись на две части. Когда кролы растащили их в стороны, взору присутствующих открылся колодец с лесенкой. Пузырь ухватился за ее поручни и начал спуск.

— Опять он, — посетовал Мелкогорох. — В любую дыру лезет.

— Тьфу! — донеслось из колодца. — Все в паутине…

Вскоре Пузырь появился на поверхности с флягой, но не жестяной, а каменной, в мелких трещинках.

— Это маг-резерв, — объяснил Владир. — Выпил и наполнился магией.

— Так просто? — не поверил Пузырь. — Дай нам хлебнуть, будем морковки из воздуха доставать или ротного Трубу немым делать, когда он надоест со своим уставом.
 
— Или приделаем ратникам крылья, — добавил Мелкогорох. — Они же говорят: «Вот бы птицами побыть, чтобы врага сверху видеть…» Или сделаем так, чтобы фрейлины по нашему желанию водили хоровод, а то как не послушай, то все «устали, да устали». А как увидят офицеров, так сразу усталость у них исчезает…

— На вас не подействует! — прервал кролов Владир. — Идите лучше к реке и ополоснитесь, а то смотреть страшно.

— Снова в воду? — расстроился Мелкогорох. — Как вообще жить, не просыхая?
В этот момент Пузырь споткнулся и выронил флягу. Она рассыпалась на мелкие крошки.

— Владир склеит… — неуверенно произнес Пузырь.

— Владир-Владир! — передразнил Мелкогорох. — Когда ты научишься отвечать за свои поступки?

— Э-эй, я тоже кое-что нашла! — послышался откуда-то снизу взволнованный голос принцессы. Пока они разговаривали, она незаметно спустилась в колодец, и сейчас гордо демонстрировала оттуда еще одну флягу: больше только что разбитой, без видимых трещин, с желтым свечением внутри.

— Из одной испили, вот она и рассыпалась, а вторую оставили про запас, — задумчиво произнес силовой.

— Я о таких слышала, — вспомнила Килма. — Когда флягу откроет кто-то, не обладающий магией от рождения, то камень внутри превратится в чудодейственный эликсир. А-а…так вот зачем мы здесь…  — выдала принцесса, изобразив на лице озарение.

— Все для брата, — подтвердил догадку принцессы Владир и с ехидной улыбочкой склонился к ее уху: — Ну, кролы, держитесь…

Килма прыснула в кулак.

— Владир, а теперь-то можно домой? — скулил Пузырь, когда все они вернулись на берег реки.

— Давай, подражай псу, — морщился пришедший в сознание Маковка. — Будешь вместо морковок косточки грызть.

— Вернемся и спать, — прикрыл глаза Мелкогорох. — После похода два дня увольнения положены.

— А мне на службу не скоро, — приподнял культю Маковка.
 
— Зато голова цела, — подытожил Мелкогорох. — У нас она не отрастает…
Выслушав кролов, принцесса закатила глаза:

— Сначала приму ванну с пенкой, а потом придется помучиться — истратить ящик лечебных мазей...

— Уверен, что королевские медики быстро восстановят ваше здоровье, — успокоил принцессу Владир.

— И все-таки, можно открыть портал? — продолжил канючить Пузырь. — Или Черные Маски и в состоянии мумий настройки собьют?
 
Владир улыбнулся и свистнул в два пальца. Перед ними возникло круглое окно, сквозь которое виднелись черные башни. Коконы-Маски взлетели, исчезнув в колеблющемся киселе.

— Переход только до крепости, — никого не обрадовал Владир.

— До дворца бы навел, — вздохнула Килма, потирая спину.

— Охранное поле выбросит нас обратно, — сказал Владир. — Только синяков набьем, а их и так предостаточно.

— Вам бы приговоры зачитывать, — махнула рукой принцесса и поспешила убраться из Забугорья.

Кролам особого приглашения не потребовалось: подняв стонущего сослуживца, они с кряхтением потащились к порталу.


***

С самого утра они находились в оружейной зале: его величество — король Ракантии — Седрик, молчал, теребя серебряную бородку, главный маг страны — Владир, переминался с ноги на ногу, а простой солдат — Пузырь, будучи приглашенным для проверки результатов необычного эксперимента, мелко дрожал. Владир в первый раз увидел, как нервничают кролы. К слову, состояние его величества было не лучше.
 
— Что он там изображает? — наконец произнес король и заглянул в приоткрытую дверь.

— Даже боюсь представить, — ответил Владир, наблюдая за неуверенными пассами вспотевшего Кальта — принц снова и снова щелкал пальцами, неразборчиво проговаривая формулы и словесные комбинации. Под мышкой его высочества застрял плащ, у ног валялась фляга. Заденешь, и превратится в песок…
 
«Еще немного, и пошлет нас куда подальше», — подумал Владир, искренне надеясь на другое.

— Может, зря мы все это затеяли? — спросил король. Щека его заметно подергивалась.

— Не зря, ваше величество! — воскликнул Владир, показав на Пузыря.
 
Перевернувшись вниз головой, крол медленно поднимался к потолку.

— Что это? — орал боец. — Спаси-и-и-те!

За дверью что-то грохнулось: это принц потерял сознание от перенапряжения. Пузырь тут же полетел навстречу гранитным плитам, но едва их коснувшись, вскочил на четыре лапы, как кот.

— Это магия, — ответил Владир и быстро вышел из залы: старого друга требовалось привести в чувство. Следует заметить, что принц оказался вторым в списке претендентов на срочную помощь (Берилл уже успел получить от Владира свой заряд выздоровления. Задержись они в Забугорье еще на день, зеленая лихорадка не оставила бы ветерану шансов выжить).

Прижавшись к стене, король схватился за сердце. Постояв так пару минут, он с трудом выпрямился:

— Дожил… Пойду, обрадую королеву-мать.
 
Из глаз его величества полились слезы.



17.01.2022