Внутренняя война от войны

Ему сказали стрелять, и он стрелял. В людей, которые теперь ему снятся.    

Тогда он был солдатом, сейчас – просто человек, который по ночам просыпается от собственного крика.   

Ему снятся окровавленные трупы. Снятся убитые им люди, которые во сне оживают и упрекают его за то, что он лишил их жизни.   




Ему сказали стрелять. Ему сказали про интернациональный долг. Но, видно, забыли или не захотели сказать, что потом – если он выживет, конечно, – он будет просыпаться по ночам от собственного крика.

В качестве солдата он мог с собой договориться. В этом качестве ему удавалось снимать с себя ответственность, которая снова и снова пыталась завладеть его сознанием. 
Но в качестве человека, для которого убийство противоестественно, он договориться с собой не мог. 
Человеческое же в человеке никто не отменял. Ни один приказ не может отменить в человеке человеческое.   




Раздвоение на
«я-солдат» и «я-человек».   

Между этими двумя непримиримая война. Внутренняя война. Особенно по ночам.   

Всё бы ничего – к своим кошмарам он уже попривык. Но его сын... Ему скоро в армию. А в воздухе висит очередная угроза очередной войны.   




– Пап… У меня же на той стороне друзья. Это хорошие ребята. Мы что, должны будем друг друга убивать? 

 
"Должны"… Знакомое слово. Моему сыну тоже скажут, что это его долг".

Он не знает, что ответить.
Он не знает, "кем" ответить: "солдатом" или "человеком". У этих двоих разные ответы.

Он молчит.
 



В воздухе висит очередная угроза очередной войны.   

В воздухе висит бессильное молчание между отцом и сыном. 

В воздухе висят вопросы, который каждый задаёт самому себе.

?..

?..



(За месяц до начала войны в Украине)