Соратники. Глава 4

Осел, аж споткнулся от подобной наглости, но чего тут скажешь? Я решил не реагировать и пропустить мимо ушей. В конце концов, я девице ничем не обязан, помогу с мечом, чтобы не превратить во врага, и разойдется в разные стороны. Нет, внешне очень хороша, но проблемы с психикой все портят, да и гордыни на сто человек хватит.


Опасался я, что с девушкой будут проблемы, но она начала удивлять уже в первый вечер, хотя, накормил её досыта, собственный плащ подстелил и вообще вёл себя вежливо и предупредительно, только спать улеглись, как она подобралась, кинжал мой из ножен вытащила, как полагала, незаметно, замахнулась, намереваясь нанести удар. Пришлось сразу же и разочаровать.


— Боюсь, если меня заколоть, силы не получите, леди, — произнес я, не открывая глаза, — мы с Соратником уже слились и связаны намертво. Умру я, скончается и он. Такие вот печальные дела.


— Но, зато и у тебя, вора, такой силы не будет, — прошипела ненормальная, хотела все же кольнуть, да только послышалось злобное рычание. Повернула голову, а там на неё Соратник зубы оскалил, глаза пылают во мраке. Тут любой бы испугался, тем паче, песик крупный, лишь немногим меньше осла, клыки и когти соответствующие, ручку отхватит, не успеешь и пискнуть. В общем, оружие кинула и в слёзы, словно это её обидели. Хорошо, что свой верный страж под боком, а то ночью глаз не сомкнёшь, при такой знакомой.


Чуть позже, утром, за завтраком, тщательно исследовав карту и посчитав все расстояния, я чуть не с ужасом понял, что до финальной точки, отмеченной волшебником, добираться пешком надо около тридцати лет. Нет, если бы лететь птицей, удерживая спутницу в когтях, быстрее достигли, но необходимо же ещё и добрые дела творить массово, а это за пару минут не сделаешь. Считай, почти вся жизнь в дороге. Ещё до того появилась мысль записывать все свои приключения, но, пожалуй, стоит ограничиться упоминанием самых ярких из них. Главной заботой оставался меч, без него, Пандора пребывала в неизменно скверном настроение, жутко мне закидывала и все свое раздражение выливала мне на голову. Попробовала так же вести себя и с Соратником, но осел, не испытывая к всаднице ни малейшего пиетета, немедленно её сбросил и не соглашался вести дальше, пока не убедил девушку в необходимости извиниться. И то согласилась на это, лишь походив седмицу пешком и весьма притомившись при этом. Привыкла сидеть на цепи, на одном месте. Это для меня дальние походы привычны и приятны. Меж тем, до ближайшей точки - задания оставалось всего день пути или около того, когда из леса с воплями выскочил какой-то мужчина с выпученными глазами.


— Бегите, спасайтесь, там людоед! — завопил он и тут же побежал дальше.


— О, настоящий людоед, — обрадовалась Пандора, — всегда хотела сразиться с подобным чудище. Но, пока из-за вашей лени и медлительности, меч не получила, придётся поручить дело слуге. Вот если бы, кое-кто, не украл мою силу, тогда конечно, показала врагу, где раки зимуют.


— Могу я попросить леди слезть с ослика, на пару минут, мне надо воспользоваться украденной силой, — я заставил себя улыбнуться.


— Вообще-то, мог учиться и драться честно, как мужчина, — фыркнула спутница, но просьбу выполнила.


И вот затрещали деревья, раздвинулись, и показался уродливый великан, в два человеческих роста высотой,  с большой головой, кулаками и ступнями, на плече нёс целое бревно, заменявшее ему дубину, на поясе, по периметру, привязанные за волосы, висели человечьи головы. Узрев нас, чудовище зарычало злобно и оскалило острые желтые клыки.


— Вот и ещё свежее мясо, мне сегодня везёт, — прорычал монстр, — да ещё и осел, так же сгодится.


— Не слишком ли ты обнаглел, вот так, средь бела дня, за путниками охотиться? — поинтересовался я. — Или местный шериф совсем делами не занимается, не говорю уж об охотниках за нечистью и нежитью?


— А им и без меня работы хватает, — хохотнул гигант, — или не слышал, великое зло явилось в этот мир набирает силы, собирает вокруг себя тех, кто людей ненавидит и недолюбливает, назревает глобальная война всех против всех. Но, чтобы приняли в армию тьмы, да не простым бойцом, требуется свершить немало злодеяний, чем я, и занят, между прочим. И вы станете моим сегодняшним обедом, особенно эта нежная девчонка.


— Вынужден тебя огорчить, но у нас не кольцо иные планы, — я сощурился, — Соратник, соединяемся, мне нужен орёл!


И вот взмыли мы в воздух, великан от удивления замер с открытым ртом, голову поднял, и тут мы ему на голову приземлились, тут же нанесли несколько ударов клювом, взмыли вовремя, враг замахал руками, но поймать не сумел, заорал от злости. Меж тем, мы устремились к канаве, что шло вдоль дороги, лапами захватили комья грязи, теперь взмыть к небесам, метко отправить снаряды, угодим противнику прямо в глаза. Пока тот кричал и пытался их протереть, поднялись к самым облакам, преобразились в осла и вниз, тяжким камнем, задними копытами приземлились жертве на голову, теперь прыжок, опять в птицу. Пострадавший покачнулся, зашатался и рухнул на колени. Но, к сожалению, таких тварей, в живых оставлять нельзя, продолжит людей поедать, ибо такова его гнилая порода. Преобразились мы в собаку, пушистую с длинными висячими ушами, прыгнули и в глотку любителя человеческого мяса вцепились. Обычно, кошки так делают, но чего не применить разумную тактику? Людоед, и так прибывавший в полуобморочном состоянии попался нас схватить и оторвать, но это оказалось непросто. Наконец, жертва захрипела и начала заваливаться. Ещё одно преимущество нестабильного перевертыша, сколько бы костей тебе не сломали, какие раны не нанесли, если не упал в обморок или не помер, при преображении, все исправит. Потому, превратились птичку, и несколько помятое тельце стало прежним. Присел отдохнуть и отдышаться.


— Ну, при таких-то способностях, каждый справился не хуже, — фыркнула спутница, — тем более, подло нападая, не предупредив о своих возможностях и намерениях, не вызвав на поединок. Не схватка, а подлое убийство. Совсем не героическое деяние.


— С вашего позволения, леди, я соберу немного валежника и веток, — я снова не отреагировал на подначки, — а иначе труп будет гнить, и вонять на всю округу. К тому же, какой-нибудь некромант может возжелать его оживить, а драться с зомби такого размера, не очень просто.


— Делай, что хочешь, — Пандора передернула плечами, — мне до этого решительно нет дела. Но, когда я получу свою силу, станем вести дела иначе, чтобы знал, чем  полуразбойник из простецов, любитель подлых ударов, отличается от истинного рыцаря и защитницы невинных и обездоленных.


Я занялся делом, а оно оказалось не слишком простым, все же, труп не маленький, а после и поджог. Горело хорошо, а вот воняло очень мерзко.


— Между прочим, в логове у злодея вполне могут находиться и живые пленники, надо бы их выпустить, к тому же, никто не говорил, что великан один работает, без семьи или помощников, — я погладил подбородок пальцами, — надеюсь, нам недалеко идти придётся.


— Говори прямо, что хочешь убитого тобой ограбить и все его имущество себе забрать, — проворчала девушка.


— Ну, дорога длинная, а леди, наверняка будет напрочь останавливаться в разных гостиницах, и откушивать в тавернах, покупать новую одежду, обувь и украшения, — я подмигнул, — а на все это требуются немалые средства.


В общем, Соратник побежал по следам гиганта, вынюхивая их, а мы следом, стараясь не выпускать его из виду. Несколько часов так брели, пока деревья не расступились и не увидели большую просеку, в центре которой возвышалась землянка. У входа, туда - сюда, расхаживал высокий плечистый мужчина, подозрительно волосатый, с острыми длинными ушами. Скорей всего, оборотень. Правда, такие твари опасны лишь полнолуние, ночью, если только он не так называемый, природный, те от времени суток и Луны не зависят. Мы с Соратником соединились, стали псом с человекоподобным туловищем. Но не собирались лезть в драку, не подготовившись. Прежде всего, завыли протяжно, заставив незнакомца подпрыгнуть, однако из пещеры никто не появился. Или нет больше врагов, или затаились. Подобрали мы большой камень, запустили чудищу  в голову, тут же следом. Тварь от снаряда уклонилась, оказать сбита с ног, покатились. Поганец оказался невероятно силён, но все же, не как оборотень ночной, да и зубы почти обыкновенные, а мои челюсти не подводили. Правда, раны порождения тьмы немедленно и зарастали, пришлось превратиться в осла, они, в отличие от собак, кости прокусывают. Да и удары копыт наносили куда более существенные повреждения.


— Не знаю, что ты такое, но мне можно навредить только с помощью серебра! — прохрипел противник. — Я из Гонцов Тьмы, собиратель орд и ты мне не соперник.


— Хорошо, что подсказал, — кивнул я, превращаясь обратно в пса, — а то бы я голову ломал, как с такой штукой покончить?


Я сунул кисть к себе в кошель, благо там, как раз на такой случай, лежали серебряные заточенные монетки, зажал три между пальцами, извлёк на волю, теперь полоснуть жертву по горлу. Там, где никакой меч бы не справился, серебро располосовало кожу и плоть так, словно они были соломенными. Пострадавший заголосил, отшвырнул меня, схватился за горло, а я метнул оружие, угодив в грудь, Гонец Тьмы сделал пару шагов назад, а я прыгнул следом, сбил его с ног, в открытый рот сунул кошель раскрытый, встряхнул его и монеты посыпались в глотку. Несчастный поперхнулся, захрипел, серебро в глотке встало, а то, что попало в желудок, огнём жгло. Теперь рывком сломать шею, такое повреждение быстро не исправишь и оставшимися двумя монетами, принялся отпиливать голову. Дело было не в остроте, просто серебро плоть оборотней с лёгкостью разрушает при прикосновении. Наконец, муки чудовища закончились, осело и принялось расползаться чёрной жижей, пока совсем уж ничего не осталось, лишь моё серебро. Ну, собрать его промыть в любой воде и нормально.


— Это было отвратительно, — заявила спутница, — разделал, как какой-то мясник корову на скотобойне. Как можно так работать? Кто посторонний увидит, самого сочтёт порождением тьмы, которое необходимо уничтожить.


— Вполне возможно, надо будет себе кинжал серебряный отлить что ли, — кивнул я, — а пока тихо, не хочу, чтобы в пещере кто-то накинулся.


К счастью, иной охраны не имелось, зато, услышал тихий плач. Пришлось изготовить и разжечь примитивный факел, и вскоре обнаружил клетку с несколькими десятками пленников внутри, втиснутых так, что не пошевелишься, а так же, небольшой сундук. Начал я с того, что замок снял. Но пленники выходить не собирались.


—  Людоед с оборотнем не вернутся? — спросила какая-то девчушка дрожащим голосом.


— Не волнуйся, моя леди их прикончила, — я улыбнулся как можно дружелюбнее, — так что выбирайтесь спокойно, больше никто не угрожает.
Пока же люди вылезали из клетки и разминали конечности, я разобрался с замком сундука и обнаружил внутри золото, да в немалых количествах. Свой кошель набил, сколько влезло, а потом предложил остальным поделить остаток. Так представьте, чуть драка не началась, пришлось разогнать и раздавать всем равными долями. От души посоветовал домой возвращаться, не пытаясь друг у друга чего-либо отбирать, грех на душу брать.


— У меня, в основном, два вопроса, — Пандора надула губы, первый, как ты, негодный слуга, посмел раздавать мое золото?


— Помогать бедным — наш прямой долг и доброе дело, — напомнил я, — кроме того, таскать с собой большой сундук тяжело и опасно, а того, что оставил я, хватит надолго. Плюс, таких Гонцов Тьмы, собирающих орды, довольно много, и у каждого при себе деньги или иные ценности. Зачем самим лишний груз таскать, коли сумеем ещё отобрать, в любой момент. Не говоря уже о том, что слава о вашей щедрости невероятной разлетится по округе, заделаетесь не просто героиней, а любимой всеми.


— А почему ты сказал, что чудовищ я убила? — девушка несколько растерялась.