Конец овощной барщине

        Предыдущая глава:    http://proza.ru/2022/02/07/17

        В первый же месяц работы в научно-исследовательском институте я ознакомился с таким понятием, как «овощная база». Оказывается, на этих базах постоянно не хватало рабочих рук. Ну ладно бы не хватало в период массового сбора урожая. Так нет! Не хватало постоянно. И руководство крупных городов пошло базам навстречу. Ввели в регулярную практику оказания базам «шефской помощи» со стороны научно-исследовательских и учебных заведений. Мол – чего там доценты с кандидатами штаны зря по кабинетам протирают. Пусть хоть разомнутся немножко. К моему приходу в институт, такая практика уже прочно вошла в обиход овощных баз. За каждой базой закрепили шефов, которые должны были ежедневно выделять на базу оговоренное количество сотрудников. В коллективах эту шефскую помощь стали называть «Барщиной».

        Я «на новенького» попал на базу в первую же неделю работы. Ничего страшного, конечно, не было. От нашего отдела выделялось каждый раз по три человека. Встречались в девять утра у входа на базу. Шли организованной институтской группой в диспетчерскую. Там нас пересчитывали и распределяли по базовым объектам. Хорошо было попасть на фруктовый склад. Там можно было вдоволь поесть этих самых фруктов. Но это случалось крайне редко. В фруктовые хранилища почем-то постоянно находился кадровый базовый персонал. А нас посылали в основном на картошку, капусту и морковь. Работёнка, прямо скажем, грязноватая и совсем не сытная. Но наше дело холопское. Наша задача – поскорее выполнить задание, получить отметку от старшей по складу и слинять. Кладовщица это прекрасно понимала. Поэтому частенько мы договаривались с ней о работе без обеда.

        Старшие кладовщицы были все, как на подбор. Обычно – это дородные тётеньки средних лет в дорогих шубах (на складе бывало весьма прохладно). Они определяли нам «фронт работ» и удалялись в свой отсек пить вкусный чаёк.

        Работали мы в основном до трёх часов дня. Работали достаточно интенсивно, поскольку кладовщицы были женщины с опытом и уже давно навострились определять соответствующий объём работы для группы шефов.

        Такая «шефская» работа продолжалась из года в год, независимо от сезона. Она вошла в привычку и воспринималась как неприятная необходимость. Надо помочь Родине с обеспечением населения продуктами питания растительного происхождения. А мы, приходя потом в магазины, как раз и были тем самым населением.

        Прекратились эти овощные страдания как-то неожиданно и в одночасье. Это произошло с приходом в Моссовет Юрия Михайловича Лужкова. До этого он работал на руководящей должности в каком-то научном институте и поэтому хорошо знал эту практику «шефской помощи». Лужков задался простым вопросом: «А чем, собственно говоря, занимается многочисленный кадровый персонал овощебаз?». Оказалось, что тут не все концы с концами сходились. Частенько работу шефов оформляли как работу, выполненную сотрудниками базы. Естественно,  получали за это соответствующую оплату. Деньжищи в масштабе каждого склада и базы в целом крутились огромные. Деталей я не знаю, но  практика использования свыше организованной «барщины» на овощных базах, ставшая уже привычной и необходимой, с тех пор прекратилась. Как отрезало.

        И ничего. Справлялись без «шефской» помощи! Овощи и фрукты с прилавков магазинов не исчезли.

        А имя Юрия Михайловича Лужкова стало хорошо известно и популярно в Москве.

        Фото из интернет.

        Следующая глава:     http://proza.ru/2022/02/14/85