Активная мама

У Колёсика очень активная мама. А Колёсик у мамы один. И вся её энергия обрушивается на него одного. Правда, и Колёсика не назовёшь тихоней, из-за чего часть маминых инициатив, запущенных в его сторону, возвращается к ней бумерангом и, вуаля, – очередная набитая шишка! Особенно это касается тех инициатив, которые не продиктованы объективной необходимостью и не согласованы с самим Колёсиком, то есть излишних.

Однажды мама Колёсика узнала, что есть специальные развивающие занятия, где детей готовят к садику. Она очень удивилась, но сразу же загорелась определить туда Колёсика, чтобы он пошёл в садик не абы как, а подготовленным.

Сказано – сделано, и вот у мамы на руках договор на оказание образовательных услуг: 1-2 занятие в день/ три раза в неделю/ здание самого большого детского сада в районе/ малыши допускаются на занятия только с родителями.

Первый день. Колёсику всё интересно. Большое пространство, много коридоров, комнат и мама рядом, поэтому не страшно. Он с любопытством вертит головой по сторонам. Ему хочется бегать и всё разведывать. Но почему-то незнакомая тётя говорит, что бегать не нужно, а нужно идти на занятие. Какое ещё занятие? Наверное, мама знает, раз уверенно берёт его за руку и ведёт вслед за тётей и другими детками и взрослыми. Вот они заходят в комнату, где много столов и стульчиков. Столы сдвинуты вместе, а стульчики расставлены вокруг. Родители (в основном мамы) рассаживаются с детками вокруг общего стола. На нём уже подготовлены наборы для рисования: краски, кисточки, баночки с водой.

Тётя просит внимания и говорит, что сейчас все будут рисовать барашка. Вернее, детки будут рисовать, а мамы помогать. И показывает, что и как нужно делать. Мама Колёсика внимательно смотрит на тётю, а Колёсик оглядывается по сторонам. Мама старается ничего не упустить, а Колёсик встаёт и уходит. Оказывается, на другом конце комнаты он заприметил клетку с попугайчиком. Что там с барашком его волнует меньше всего. Барашек – абстракция, попугайчик – реальность. Если бы тётя на первом занятии догадалась поставить клетку в центр стола и предложила бы нарисовать попугайчика, может у Колёсика что-то и получилось бы, но барашка в тот раз пришлось делать маме. Кстати, она неплохо справилась. Вечером Колёсик гордо продемонстрировал папе, что мама сегодня научилась делать.

Следующее занятие – совместное пребывание в игровой комнате, где на стеллажах вдоль стен расставлены игрушки. Казалось бы, в чём суть? У многих дома полно игрушек … Однако, дети бросились наперегонки к шкафчикам. И тут оказалось, что повышенным спросом пользуются одни и те же игрушки. Девочки начали ссориться из-за кукол, а мальчики жестко конкурировать из-за машинок и деталей конструктора. Тут по задумке должны были подключиться родители и выступить в роли миротворцев. Нужно было объяснить своим детям правила: тот, кто взял игрушку первым, имеет на неё больше прав, нельзя набирать слишком много игрушек, бери только те, в которые собираешься играть, и т.д. Поначалу родители принялись благодушно воспитывать своих чад, но это оказалось не так-то просто. Желание обладать понравившейся игрушкой перевешивало все доводы разума. Вскоре родители перестали улыбаться, слёзы и обиды родных кровиночек ранили их сердца, и они поучали уже не столько своих, сколько чужих детей. Затем кое-кто из родителей осмелился сделать замечания другим родителям. К счастью, занятие закончилось, иначе, возможно, воспитывать пришлось бы уже родителей.

На следующий день проводилось занятие по слушанию сказок. Слушать сказки Колёсик любил и умел. Воспитательница рассказывала и время от времени показывала кукол-персонажей. Дети сидели рядом с ней на ковре и слушали, а потом отвечали на вопросы. Тут всё прошло гладко. Колёсик и слушал, и отвечал, его мама была и горда, и расслаблена. Она отметила для себя, что не все детки хотят и умеют слушать. Некоторые делали это весьма рассеяно, порывалась куда-то пойти, заняться чем-то своим, поговорить с родителями или между собой (как первоклашки в консерватории). А один малыш, наоборот, так внимательно слушал, что заснул сидя. С другой стороны, выбор сказки не был оригинальным, Колёсику её уже читали дома, и ничего нового он не узнал.
 
Потом были танцы. И вот тут снова нашла коса на камень. Детей привели в музыкальный зал. Там стояло пианино и висел бархатный занавес, чтобы при случае отделить «зрительный зал» от «сцены». Детей под веселую мелодию начали учить водить хороводы, вернее двигаться по кругу, приплясывая. Колёсик радостно протанцевал со всеми пару кругов, а потом ему стало скучно. Поравнявшись в очередной раз с занавесом (как потом выяснилось в его понимании это были шторы, которые почему-то висели посреди комнаты), он забежал за него, и выбежал с другой стороны. Потом опять. Ту часть кругового маршрута, что проходила вдоль занавеса, он пробегал за ним. Из угла, где находились родители, мама делала ему строгое лицо, мол, возвращайся в круг! На очередном витке, Колёсик забежал за "шторы", но не выбежал, а остался стоять за ними. Тогда мама встала, прошла за ним, вывела за руку, встроила в круг и вернулась к родителям. Но уже на следующем вираже Колёсик снова пропал за занавесом. Через пару секунд его улыбающаяся мордаха выглянула с другой стороны. Взгляд его был направлен на маму и говорил: а я вот где! Мама снова вернула его в круг. Колёсика чрезвычайно забавляли эти прятки под музыку. Только что-то мама слишком быстро его находит. Поэтому в следующий раз он спрятался в складках "штор". Мама снова пошла за ним, "шторы" странно зашевелились, а потом заходили ходуном. Спеша вернуть Колёсю в круг, мама не рассчитала очередное движение, наступила на край материи, и чуть не рухнула вместе с ними на пол.

– Ну ка, встань в круг, живо! – прикрикнула она в сердцах.

Колёсик вернулся в круг, а мама осталась за занавесом, чтобы отпугивать Колёсика, когда он пробегал мимо, на манер серого волка в игре Гуси-Лебеди. Дурной пример заразителен, и у Колёсика появился подражатель. Единственный, кто пришёл с папой. Тому тоже пришлось встать за занавес, но с другой стороны, чтобы караулить своего сына, который во чтобы то ни стало захотел проделать тот же фокус.
 
Вечером папа спросил Колёсика как прошли занятия? Понравилось?

– Понравилось-непонравилось.

– Хм… Ну, а мама научилась сегодня что-нибудь делать?

– Нет, она сегодня не училась, она с дядей за шторами пряталась.

На третий день по пути в садик, мама попросила Колёсика быть хорошим мальчиком, чтобы ей не было стыдно. Ведь всем известно, что Колёся очень послушный.

– Мама, а какие сегодня будут занятия?

– Сегодня будет физкультура.

– Что?

– Физкультура.

– А что это?

– Занятия спортом. Будете делать зарядку, бегать, прыгать...

И вот Колёсик в спортивном зале. Там так нарядно, красиво, светло. В большие окна, завешанные сетками, льётся солнечный свет. Никаких штор. Попугайчиков тоже. На полу ярко-синие маты и зелёные беговые дорожки. Лабиринт из брёвнышек для ходьбы. Разноцветные мячи, скакалки, обручи. Шведские стенки. Одним словом, восторг! Когда дети походили по брёвнышкам, побегали по дорожкам, поиграли в мяч, воспитательница сказала, что теперь свободное время и можно делать, что хочется, но под присмотром родителей. Колёсик обрадовался и сразу побежал к шведской стенке. Мама встала рядом, чтобы подстраховать его, а он стал лазать вверх-вниз, как обезьянка. Ухватившись за самую верхнюю перекладину и повиснув на руках, Колёсик посмотрел на маму сверху вниз и с вдохновенной улыбкой сказал:

– Мама, как хорошо на этой бескультуре!

Больше они не ходили на занятия в садик. Счастливый период бескультуры был продлён до поступления в настоящий сад, куда в подавляющем большинстве пришли неподготовленные дети, и ничего, все выжили.